TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Роман с продолжением
24 августа 2008 года

Валерий Куклин

 

 

Голосовать с этой страницы!

В Е Л И К А Я С М У Т А

 

Предыдущее

Исторический роман-хроника

 

продолжение семнадцатое

 

 

7118 ГДЪ от С.М 1609 год от Р.Х.

 

ОТ ВЫБОРГА ДО ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА

О том, как князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский вышел на Москву во главе шведского войска да на половине пути оказался во главе рати русской

 

1

 

Февраль.

Выборг - город большой и богатый. Поросшая мхом, а местами даже молоденькими березками белокаменная крепость казалась уж и не созданием рук человеческих, а чем-то природным, подобным множеству здешних валунов, разбросанных по полям и даже по петляющим, блескучим от грязи дорогам. Деревянных домов, обычно прижимающихся посадами к крепостям снаружи, было немного.

Причиной малодомья служило то, что лес вокруг города был основательно вырублен, а издалека возить бревна для строительства накладно. И не то, чтобы деревьев рядом не было совсем, были - да только чахлое мелколесье, прячущиеся в тени негустых рябинок и березок крохотные ели. Настоящий лес темнел в низинах между дальних бугров, видимый сквозь редколесье и словно напоминающий горожанам о вечной угрозе Выборгу от недобрых соседей: московитов ли, литовцев, шведов и даже датчан или чуди с чухонью.

Всякого корня людей - и названных уже, и угров, и финнов, и эстов, и латов, и ливов - жило в городе во множестве. И хоть селились они по большей части отдельно друг от друга - в слободах Московской, Поморской, Чудской, Немецкой, - огораживались друг от друга оврагами, частоколами, замыкающимися на ночь воротами, было в городе немало случаев, когда финка поносила от русского, русская - от эста, а вокруг иной карелки толпились и светлоголовый, и черноволосый, и рыжий мальчуганы, согласным хором взывающие к ней одним общим словом: "Мама"

За спинами у этих женщин были увлекательные для чужих ушей и пронзительно-печальные для них самих истории, порой кровавые, порой чарующие, но в главном всегда похожие: нечаянная встреча, любовь, протест родителей, борьба за счастье - и, как результат, отвернувшиеся лица родных и вечное осуждение некогда близких.

За смешение кровей в Выборге не казнили. Был внутри крепости особый угол, который редкие в городе пакостники окрестили Слободой ублюдков, - тут и селились те молодые, что пошли наперекор родительской воле, отказались от своей доли наследства и стали жить по-своему: по христианскому обряду, по языческому ли - все равно, ибо в углу сём не возбранялось молиться любым богам, говорить на любом языке; главное, что почиталось здесь, - это умение жить между собой дружно, помогать друг другу в беде и пировать совместно на всех праздниках без исключения.

Одному Богу известно, когда повелось подобное в Выборге. Многие говорили, что существовал здесь такой порядок, когда и Москвы-то на свете не было, а земли здешние были землями Господина Великого Новгорода. Но может и брехали - Москва, чай, как и Выборг, была всегда, пусть даже деревенькой, починком, а не каменным градом, и быть должна в те еще времена, когда через Русь дремучую проходил путь из Варяг и Греки.

Существуй Слобода ублюдков с тех самых ранних пор, тут же говорили люди, разрослась бы она на весь город - на деле же слобода как занимала всего один угол крепости, так и занимает, и люди в ней плотнее прежнего не живут, хоть и рожают здешние бабы детишек охотно, и мрут они реже, чем в Слободе, скажем, Чухонской.

Ко времени появления в Выборге племянника русского царя, князя-воеводы Михаила Васильевича Скопина-Шуйского, и шведских послов, в углу том жило семей до двадцати: от ветхозаветных стариков, помнящих поход царя Ивана Васильевича на Новгород, до лежащих в колыбельках голозадых малышей набралось бы голов так две сотни.

Верховодил той слободой сын купца из Русской слободы, женатый по православному обряду на финке Иван по прозвищу Опара, ибо ни имени своего, ни прозвища купец тот сыну-отступнику не передал.

Был Опара роста высокого, в отца. Во всем прочем отличался от русоволосого некогда, а с годами поседевшего и оплывшего, как тесто, купца: голову с рождения имел снежно-белую, с волосами тонкими и прозрачными, белые брови и ресницы, блеклые бесцветные глаза, редкую, как кустарник на козьем выпасе, тоже белую бороденку и кожу столь прозрачную, что порой казалось, что виден перекатывающийся под ней жир огромного, словно бурдюк с салом, тела. Словом походил Иван на опару - и потому прозвали так его сперва в самой Слободе ублюдков, а потом и во всем городе.

Славился Опара знанием чуть ли не всех языков земли, ибо мог вести разговор и с датчанином, и с немцем, и даже с редким в этих местах лопарем. По-шведски да по-эстонски лопотал так, что тамошние рыбаки да купцы диву давались, что имя и прозвище у толмача русские.

А был случай, о котором в городе рассказывали особенно часто. Будто бы один лит и один германландец подрались на мечах. отстаивая каждый право своей нации признать Ивана своим по крови. Был знаменит Опара еще и тем, что на праздничных обжираловках Слободы ублюдков мог съесть вчетверо больше любого матерого мужика, а однажды на спор умял целый задний окорок годовалой свиньи, закусывая хлебом и запивая брагой.

Любили поесть в Выборге, любили повеселиться. А уж в день встречи русских послов устроили такой праздник во всех слободах сразу, что продолжался он день, ночь и до следующего утра. Последние пьяные повалились под столы уже при криках первых петухов...

И никто и не заметил, как в самый разгар попойки Иван Опара пропал. А появился лишь к концу второго дня, когда не только обязательные в работе бабы второй раз доили коров, но даже заядлые питухи опохмелялись и делились впечатлениями о прошедшей пьянке и драках.

Вылез Опара из старого овина соседа своего - эста, ввалился в его избу и потребовал вина на опохмелье. Морда красная, на бок свороченная, глаза навыкате. Дали ему спивки из бочки - он и тому рад: вылил в горло махом весь ковш вместе с осадком, крякнул, поблагодарствовал, да и поплелся вон.

Межи меж дворами эста и Опары не было - довольно было родника с ручьем, сбегающим в идущий вдоль улицы овраг. Родник был славен тем, что летом вода в нем была студеной, а зимой теплой, сквозь сугробы парящей. В дни перепоя или перееда Иван либо ложился в родник животом и отмачивался, либо садился на берегу и опускал босые ноги в воду, повизгивал.

Вот и сейчас разгреб Иван у родника снег, бросил на то место тулуп, стянул штаны, кафтан, валенки и медленно, постанывая не то от удовольствия, не то от холода, опустил красные распаренные ступни в прозрачные струи. Взвизгнул - и ступил на покрытое мелкой галькой дно.

Жена его, финка, вышла как раз на крыльцо, увидела мужа на привычном для него месте, покачала головой и направилась в хлев - сено дать корове нынче придется самой.

Опара снял с головы шапку, наклонился, черпнул ею воду и возложил ее себе опять на голову. Так, считал он, хмель выходит быстрее.

Но тут у ворот показался конный. По виду - стрелец московский из охраны посла Скопина-Шуйского.

- С утра ищу, - сказал гонец. - Князь Михаил Васильевич зовет. Толмач нужен.

Опара поднял соловые свои красные глаза и, глядя издалека и вверх через забор, спросил:

- А что - князь в такой путь отправлялся - и без толмача?

- Толмача-то мы привезли, - услышал в ответ. - Да нонешней ночью исчез он. Кинулись с утра - нет толмача, разумеющего по-шведски. Ихние послы своего толмача предложили - который по-русски бает. Да князь Михаил Васильевич к чужим толмачам доверия не имеет. Своего потребовал, русского. Вот тебя и повелел найти.

Говорил о князе гонец, паря ртом на холодном воздухе, а сам про себя дивился тому, как Опара держит ноги в студеной воде и не морщится даже.

- Зачем это ты? - не удержался от вопроса.

Опара отвечать не стал. Снял с головы мокрую шапку, зачерпнул воду второй раз, выпил сколько-то, проливая себе на грудь, остальное на землю вылил, а уж после поднялся на ноги и пошел вдоль ручья к забору, оставляя на снегу следы босых ног, держа в руках валенки, одежду и мокрую шапку.

- Пойдем, - сказал, оглянувшись в щель между слег на конного. - Поможем князю...

 

2

 

Апрель.

Дворянин Иван Горин невзлюбил Опару с первого взгляда. Все в выборгском старосте казалось ему невзаправдашним, деланным: и высокий не по-мальчишески, а по-бабьи, голос, и обычай Опары при разговоре заглядывать (не смотреть, а именно заглядывать) в глаза собеседнику, и привычка выставлять челюсть вперед, и его косоглазие - будто смотрит при разговоре Опара мимо, а на самом деле разглядывает тебя. Но более всего не нравилась дворянину речь Опары: напористая, требовательная в общении с людьми малыми. и лебезивая, если говорил уже с князем либо с близкими к царскому племяннику боярами.

Горин был близок к Михаилу Васильевичу Скопину-Шуйскому - и Опара всегда обращался Ивану с подобострастием в голосе, никогда за спиной слов дурных о нем не произносил, хотя и знал, конечно, что Горин в дворянах недавний - до этого был даже в крепости у дворян Изотовых, что из Заочья. Не за что было обижаться Горину. И все же не лежала к Опаре душа молодого дворянина, не любил он не то, что беседовать с беловолосым, но даже находиться на одном дворе с ним.

Четыре месяца, прошедшие со времени окончания переговоров русского и шведского посольств, закончившихся подписанием договора между Русью и Швецией о передаче северному соседу исконных русских поморских земель взамен военной помощи, пролетели быстро. Забот у Скопина-Шуйского и его окружения было много: и собственных ратников в порядке содержать, и добровольцев приветить да разумно по крестьянским избам и по посадским домам разместить. Еще надо было прибывающих на кораблях, на лодках и пешим ходом малыми отрядами из Швеции чужеземных рейтаров -- шведов, немцев да французов - так расселить, чтобы не оказывалось их слишком много в одном месте, и при этом не озлобить наемников одиночеством в окружении одних русских крестьян.

За всем не уследишь - и отсюда еще заботы: кто-то девке без спросу подол задрал, кто-то в чужом погребе нашкодил, где-то подрались спьяну и порешили того, кого нельзя до времени убивать.

Горину, бывшему при князе Михаиле Васильевиче чем-то вроде главы его собственного Разбойного приказа, имеющему в подчинении полусотню стрельцов, двух катов при дыбе и плахе, приходилось самолично разбираться в причинах бесчинств и безобразий в растущем день ото дня войске. Князь даровал Горину право не только арестовывать подозреваемых и провинившихся, но и судить их вины. Однако, самолично казнить не разрешал, веля отправлять осужденных к себе - и уже сам карал или миловал. И дворянин за эту милость был Михаилу Васильевичу благодарен.

Горин надеялся, что с выходом войска из Выборга Опара оставит рать князя хотя бы потому, что "Белый" имеет в городе собственную дубильню и шестерых работников в ней. Не купеческое ведь дело это -- валандаться по бездорожью с мечом да копьём.

Но Опара заявил:

- Князь с царем, как только победят самозванца, одарят верных людей богато, - и объявил о своем желании сопровождать Скопина-Шуйского в походе на тушинского вора.

Очень не понравились почему-то эти слова Горину. Уж больно правильно и честно прозвучали они, будто не лжец и пройдоха их говорил, а богатырь Добрыня из старинных былин.

И потому вызвал он к себе в избу двух верных слуг - из числа тех, с кем вместе когда-то был в крепости у Изотова, кого ему самим Государем было разрешено от петли за службу Болотникову избавить[1], - и велел им незримо следовать за Опарой, следить день и ночь, обо всем подозрительном в его поступках доносить немедля.

Поклонились верные слуги молодому дворянину низко, будто решили бородами пол вымести, да и исчезли с глаз, словно их и не было.

Войско вышло из Выборга поутру.

Горин полюбопытствовал у князя:

- Что-то Опары не видно. Не знаешь где он, князь?

Князь лишь плечами пожал - некогда было ему в походе о каком-то там толмаче думать: наемников вместе с генералом Делагарди он за день до этого в Старую Руссу послал, переводить пока некого.

И далее, кого ни спрашивал Горин, всякий отвечал ему по-разному: одни видели Опару среди войска в походе, другие говорили, что заболел Белый перед выходом из Выборга, третьи утверждали, что видели кого-то похожего на Опару, но не Опару вовсе, ибо волос тот кто-то имел вовсе не белый, а не то чёрный, не то пегий.

Все это так раздражало Горина, что решил он, как только подойдет войско к Новгороду, разобраться до конца: есть в рати Опара или нет его? Во время похода делать подобное было и трудно, и некогда: его полусотня шла позади войска, следя за тем, чтобы никто из ратников по дури ли, от страху ли от войска не отстал.

А как подошли к озеру Ильмень, встали на виду крепостных стен Отца городов русских, начали лагерь разбивать, тут и возник, словно гриб из-под земли, кудлатый оборванный дед и произнес знакомым Горину голосом:

- Белый, за которым ты приказал следить, и впрямь оказался нечистым. Как все лагерь разбивать стали, он в дальних кустах схоронился...

"Посрать, - ухмыльнулся про себя Горин, ибо в момент тот был мыслями далек от Опары: следил за юной обозной девахой, склонившейся над выложенными ее отцом пожитками. Бедра девки, обтянутые сарафаном, выглядели столь соблазнительно, что дворянин почувствовал прилив слюны во рту и сладкую дрожь в молодых чреслах. Но тут услышал:

- ... а оттуда вышел уже не белым, а черным: и волосы черные, и брови, и ресницы, и борода. В морду глянешь - и не признаешь сразу. Только телом и одеждой прежний.

Девка разогнулась - и складки сарафана скрыли округлости, сделали фигуру ровной, будто доска.

"Ясно, - понял дворянин. - Один остался следить за Опарой, а второй прибежал ко мне", - и перебил слугу:

- Бери коня и поспешай за мной. Старайся не попадаться Белому на глаза.

Старик поклонился поясно, нырнул под брюхо чьей-то лошади - и исчез.

Девица повернулась боком. Личико миловидное, но неброское. Такие, как думал дворянин, интересны только в молодости, а как обабятся, станут ни рыба-ни мясо. Но грудь! Грудь выпирала столь волнительным бугром, что при взгляде на него голова Горина загудела, а штаны стали торчком.

Тут к нему подъехал стрелец из личной охраны князя, сказал, что Михаил Васильевич велит дворянину Горину срочно явиться в княжеский шатер.

Девица оглянулась и проводила Горина таким томным взглядом, что дворянину, краем глаза уловившему его, стали понятны причины ее плавных движений и поворотов тела. Сдержал вздох и, состроив выражение озабоченности на лице, поспешил к князю.

 

3

 

Скопин-Шуйский еще не гневался, а был лишь озабочен тем, что вышло его войско не к реке у города, как было задумано, а к озеру, что шли они в последний день весьма бестолково и прибыли на берег Ильменя поздно, что ратники за день устали, с ходу взять Новгород неспособны. Захотят сторонники ложного Димитрия, затворившиеся в Кремле, остаться в осаде, придется время летнее, теплое на один город тратить, а Москву наедине с тушинским самозванцем оставлять.

Для хорошего удара у князя сил маловато - шведские ландскнехты (они и не шведы оказались вовсе, а немцы, французы, поляки - всякий сброд европейский, согласный за деньги кому хошь служить) должны были под Старой Руссой разведку боем провести и убедить тушинцев в том, что Скопин намеревается ударить на Тверь. Вот когда Делагарди с князем соединится, тогда и сил для взятия Новгорода окажется достаточно.

Ибо цель у Михаила Васильевича была иная - о ней, кроме шведского генерала Делагарди (тоже, кстати, не шведа, а француза), самого князя, дворянина Горина и еще двух-трех человек никто не знал.

А тут вдруг незадача: собрался было князь-воевода в только что расставленном шатре карту разложить, посмотреть еще раз, как лучше и какими силами по Новгороду ударить, а карты-то и нет.

Все сундуки и сумки князь самолично перерыл - нашел три, а главных двух - карты местности вокруг Новгорода и карты всей военной кампании, что три месяца вместе с Делагарди в Выборге разрисовывал, - нигде не оказалось.

А ведь князь точно помнил, как складывал обе карты вчетверо, свертывал в трубочки, совал в одну из переметных сумм. Сам сделал, никому не доверил. Может, подумал, в спешке переложил куда попотаённее?

Опять перерыл все вещи - и не нашел. Спросил близких слуг: не брали свернутых в трубочку и перевязанных красными ленточками бумаг? Крестятся, что не брали. Осталось одно - послать за Гориным.

- Знаю, кто взял, - сказал дворянин. - Толмач твой умыкнул карту. Опара Иван.

Михаил Васильевич знал о неприязни, испытываемой Гориным к Опаре, и потому рассердился:

- У меня беда великая, а у тебя - только и забот, что счеты сводить. Не мог Опара взять карты, не было его в вйске во время похода.

- Прости, князь, - решился на возражение Горин. - Может и твоя правда, а может и моя. Вели десятку стрельцов проскакать по дороге к городу и внимательно смотреть по сторонам. Встретят они там трех путников. Карта у одного из них.

- Что ты мелешь?! - взорвался князь. - Вещаешь, будто кудесник какой.

- Пошли, князь, поскорее стрельцов, - твердо произнес Горин, ибо знал, что Скопин в любом гневе отходчив и по натуре вовсе не зол. - С тебя не убудет. А ошибся я - вели рубить мне голову. Ибо более не знаю, где может быть карта.

Глянул на него князь злым оком, но не закричал грозно, а кивнул:

- Шли хоть двадцать, - сказал раздраженно. - Но коли нет там трех путников, нет карты, быть тебе без головы, дворянин.

Поклонился Горин князю и, выйдя из шатра, приказал начальнику отряда княжеских телохранителей скакать в сторону Новгорода и схватить там трех человек у дороги:

- Один из них будет верховым, но выглядеть будет древним дедом, - пояснил он. - А кем будут другие, покуда не знаю. Разве что второй толстым будет и волосом черен.

Князь слышал слова Горина и спросил его, когда дворянин вернулся в шатер:

- Это что за трое такие? И при чем тут Опара? Тот и не черный вовсе, а белый. Всяк увидит - запомнит на всю жизнь. Бог отметил его...

- Или Дьявол... - пробурчал Горин едва слышно.

Но князь переспрашивать его не стал - слов, подобных этому, он боялся, ибо с малых лет внушали Михаилу Васильевичу, что опасно упоминать вслух имя врага рода человеческого. Только бросил грозный взгляд на дворянина и, подойдя к трем сундукам, составленным друг подле друга и служащим ему походной кроватью, плюхнулся на расстеленные пуховики, откинулся спиной на подушки. Поднял одну ногу.

- Сними, - приказал коротко.

Горин, опустился на колено и, ухватившись за каблук и носок, со скрипом стащил с ноги князя сапог. Пахнуло потом и пареным мясом. Снял второй...

- Вели, чтобы принесли воды, - сказал князь.

Горин передал его слова охране.

Покуда искали бабу из обоза, чтобы забрать у нее деревянную шайку для бани, грели на костре в котле воду, наливали в рассохшуюся шайку и, поливая землю бьющими из нее двумя струями, тащили в шатер, князь с дворянином беседовали о том, о чем всегда говорят молодые люди в часы бездействия: о бабьих ласках и о своих над девками победах:

- Мне в Выборге по-настоящему только одна понравилась, - признался князь. - Маленькая, черненькая, сиськи - с незрелую грушу, животик дряблый, с виду - заморыш, а внутри - огонь! Всего меня выжала, заново завела и опять выжала. Я уж шевельнуться не могу, отдыха прошу, а она только в раж вошла. Оседала - и кричит, словно режут ее. А самой сладко-сладко!

- Чудь - она вся такая, - тоном знатока подтвердил Горин. - Оттого и зовут их чудью. Я вот перед уходом тоже себе одну чудовку привел...

Теперь он рассказывал скабрезное, а князь слушал, а вместе с ним слушала и владелица шайки, приведённая зачем-то стражей в шатер. И если князя слушала она в пол-уха, пряча глаза и краснея, то Горина перебила:

- Полно, дворянин, похабничать-то. Коли блудишь, то скрывай свой грех. От своей жены, небось, верности требуешь, а сам над чужой глумишься...

Женатым был как раз князь, а Горин по молодости лет не удосужился подойти к алтарю под руку с нареченной, но дворянин, не желая заострять внимания на грехе хозяйском, спросил:

- А откуда ты взяла, что она замужняя? Чудовка, как чудовка.

- Видела я вас, - заявила баба. - Жена то Ивана Опары.

- Белого? - поразился Горин. - Так у него же финка!

- Это сейчас финка. С ней он в грехе живет. А перед Богом он - супруг чудовки. Из-за нее и с отцом порвал, в Слободу ублюдков перебрался. А после к финке ушел. Чудовка теперь у него навроде служанки по вашему кобелиному делу.

- Как так?

- Гостям подсовывает Опара ее, словно девку срамную.

- Ну-ка, ну-ка... - заинтересовался князь. - А у меня не та ли чудовка была, не знаешь?

- Почему, князь, не знаю? У нас в Выборге бабы друг про друга всё знают. Она к тебе, Михаил Васильевич, для того пришла, чтобы предупреждение передать: не пойдет с тобой Опара, заболел. А ты не послушал. Мордашку ее увидал - и повелел подол задрать, на эту вот постель, - кивнула на сундуки, - ложиться.

Услышав такое, князь зашелся в смехе. Горин ему завторил. У Скопина аж слезы выступили от ржачки.

- Ну, как? - спросил князь дворянина, когда успокоился и отдышался. - Проиграл? Будешь класть голову на плаху? Не было в войске Опары. В Выборге остался.

- И поделом. Руби ему голову, князь, - поддакнула баба. - По женам чужим вы лазать мастера, а как женитесь, так нас с собаками стережете, чтобы свое от таких, как вы сами, оберечь. Меня вон тоже муж...

Но ее истории князю с дворянином услышать не довелось. Как раз в этот момент внесли шайку с горячей водой для парения ног Скопина. Баба, заметив обе струи, обозвала всех мужиков дураками, ухватила шайку, заткнула дырки пальцами и опустила посудину прямо под ноги Михаила Васильевича. После велела Горину заменить ее пальцы на его и принялась мыть ноги князю.

Руки ее двигались медленно, гладили ноги Скопина нежно, будто не смывали с них потную вонь, а ласкали.

От вида этих движений Горина пробил озноб, а между ног возникло ощущение горячего свинца.

Баба глянула мельком на дворянина и улыбнулась уголками губ.

Горин почувствовал, как кровь ударила ему в лицо, и отвернулся.

Баба издала победный смешок.

Развалившийся на пуховиках и не видящий этого перегляда князь спросил:

- Чего это ты?

А баба в ответ:

- А правда, князь, что ты у царя Димитрия в мечниках ходил?

- Правда, - подтвердил он. - Ты мой. Мой чище.

- А до того мать его, царицу Марию, в Москву привез...

- Не мать, - ответил князь голосом уже не ленивым, а настороженным, - а вдовую царицу. Димитрий-царь был ложным царем. А Нагая признала его сыном из страху.

- А ты, значит, не побоялся?

Князь рывком приподнялся на сундуке и сел на постели.

- Чего не испугался? - спросил.

- Меч поднять на Государя своего, князь... - тихо произнесла баба, и отвернула лицо.

Скопин опустил руку между колен, нащупал ее подбородок и приподнял голову. Поймал взглядом ее взгляд.

- Понимаешь, дура, что болтаешь? - произнес голосом грозным, но не громким.

- А что? - пожала она плечами, продолжая ополаскивать ему ноги. - Все болтают.

- Болтают, быть может, и многие, - согласился князь. - Только при мне подобное вслух не говорят.

- Почему?

Рука князя оттолкнула от себя женское лицо с такой силой, что баба упала спиной на расстеленные по земле ковры.

- Стервь! - зло произнес он, уставив прямо в нее наливающиеся кровью глаза. - Убью, как собаку!

Баба молчала.

Дворянин взглянул на нее - и не увидел страха на женском лице. Оно вообще не выражало ничего.

"Она не хочет жить, - понял он. - Не решается умереть сама - и ждет, что ее убьют".

Но тут блеснула молния, грянул гром, шквал ветра ударил в шатер с такой силой, что полога взлетели, натянутые веревками колья зашатались, норовя тоже взлететь и вырвать вбитые в землю колышки. Лошади испуганно заржали, по войску пронесся встревоженный людской переклик.

На то, чтобы увидеть все это, услышать, осознать, ушло время, в течение которого князь намеревался велеть казнить бабу, но время, отпущенное на гнев, прошло, предвестники грозы заставили его на миг забыть о наглости безродной бабы и о продолжающем запечатывать бадью пальцами Горине.

Скопин выскочил из шайки, встал во весь свой огромный рост, шагнул босыми ногами к распахнутому входу в шатер и, глядя распахнутыми в восторге глазами на быстро несущуюся над потемневшим лесом лилово-фиолетовую, бугрящуюся и перекатывающуюся, разрываемую молниями тучу, радостно прокричал:

- Так их! Так засранцев! Битву хотите? Будет вам битва!

Женщина медленно поднялась с ковра, присела на корточки, сказала Горину:

- А он у нас с блажью - князюшко-то.

- Что? - не понял растерявшийся дворянин, продолжая смотреть в спину босого Скопина, выставившего могучую грудь навстречу хлестким струям ливня.

- Блаженный, говорю, - повторила баба. - Такие долго не живут. Я уж знаю... - потом, без всякого перехода, заметила. - Да ты руки с шайки убери. Зачем ему твоя вода? Ему вон Бог поливает.

Странно, но как раз слово про Бога увлекшийся стихией Скопин услышал. Он обернул к ней мокрое лицо и сказал:

- Глянь, баба! Сам Господь благословляет меня! Сам Господь!

И вновь отвернулся в сторону молний, грома и ливня...

 

4

 

Юному князю нужно было благорасположение Господне, он жаждал его иметь, ибо ощущение этой необходимости было ни давнишним, ни хорошо обдуманным и осознанным, как бывает у людей духовно великих, подвижников и даже святых, а чувство новое, плохо осознаваемое пока еще самим князем, ибо и родовая кровь его, и молодость, и огромный рост, и гладкость тела, и ясность ума - все требовало радостей противных святости, жаждало развлечений и утех, перемежаемых глупостями, не более - и от того-то чувство сие довлело в нем над долгом.

Стоя у выхода из шатра под проливным дождем, разбросав руки в стороны, князь не думал ни о чем, не вспоминал и не грезил: он просто вдруг отчетливо осознал всю прожитую им жизнь - от первых шагов в руки няньки в Палатах отца до момента устройства привала на Ильмене - и ощутил себя одновременно и младенцем, и дитем, и отроком, и взрослым. Все прожитые годы слились в одно мгновение, разом оценились все поступки, ясна стала связующая их нить.

Михаил Васильевич вспомнил игры в бабки, когда при проигрыше он свирепел и бил своих сотоварищей по игре до крови.

Вспомнил истинного царевича Димитрия Ивановича, совсем ещё мальчонку, стегающего потехи ради его - тогда еще княжонка Скопина - кучерским кнутом по ногам и приговаривающего: "Все Шуйские - скоты! А Скопины - еще и собаки!..."

Вспомнил первого самозванца, присвоившего себе и имя, и царское достоинство покойного Димитрия, оказавшегося таким умным и благородным, что, как сказал князь Татищев, "не предать такого нельзя".

Вспомнил, как лежал сам в царской Опочивальне, а потом встал, распахнул дверь и впустил убийцу[2].

Вспомнил, как до этого ездил в Северные земли, и в тамошнем монастыре - убогом и глухом - долго уговаривал бывшую царицу отправиться в Москву, убеждал её признать в том, кого потом сам предаст, родного сына[3].

Вспомнил, как после убийства Лжедмитрия он, допущенный в Боярскую Думу, сидел на отдельной скамье и то и дело хватался за рукоять спрятанной под полой ферязи сабли.

Вспомнил, как вёл в бой под Котлами полки против вора Болотникова, как сам бежал от него из-под Калуги[4].

Вспомнил, как новгородцы выгнали его вместе с тем же князем Татищевым из города и приняли на воеводство воровского атамана Керножицкого, как после опомнились и стали звать князей на воеводство опять.

Вспомнил, что это именно Татищев в день бунта против самозванца убил ножом Басманова.

Вспомнил, как им, двум воеводам, двум князьям, стало тесно в Калуге без власти царя Василия, а вместе с теснотой возникли и ссоры - глупые по сути, но надрывные и лихие, как визг двух баб, не поделивших чужого мужа.

Вспомнил, как клюкнул вечером винца, а после убеждал столь же пьяных новгородских дворян - из числа тех, что помогали Шуйским убивать первого Лжедмитрия - избавиться от Татищева.

Вспомнил лица тех бородатых и толстощеких дворян, и того кривоглазого, что первым вознес кулак над тоже пьяным и ничего не понимающим Татищевым.

Вспомнил, как значительно облегчился его кошель после той пьянки и той казни глупого князя...

А еще вспомнил шведских послов - длинномордых, с харями, как у зверей верблюдов, виденных им в детстве в Кремле возле дворца царя Бориса.

Вспомнил уверенные движения их рук, спрятанное презрение в уголках ласково улыбающихся шведских губ.

Вспомнил наглый тон их писарей и дьяков, требовавших называть отдаваемую им Корелу Кексгольмом - тьфу-ты, русскому языку и не выговорить!

Вспомнилось, что даже пир по случаю подписания договора пришлось оплачивать из русской казны, будто праздник это был для Руси - отдавать иноземцам Корелу.

Вспомнил белолицего, беловолосого Опару, поднимающего кубок с вином со шведам купно и слишком уж часто провозглашающего здравницу шведскому королю.

И вспомнил он жену свою - белолицую, голубоглазую и пышную, как скирда сена, красавицу, на которой женился он по повелению родни и которую возлюбил в первую же ночь, как Богом данную.

Вспомнил мать, которую в детстве и не видел, кажется, вовсе, вскормленный крепостной кормилицей, воспитанный мамками да няньками, а после уж пропахшими кожей, лошадиным потом и вонью нестиранных портов дядьками.

Вспомнил первого коня своего, Сивку, на которого его в трехлетнем возрасте такой вот дядька взгромоздил, а конь от чего-то дернулся, малыш сверзился, а отец ругал за то не дядьку, а сына, ибо долг князя Рюриковской крови сидеть в седле крепко и сызмальства уметь повелевать конем, дабы потом уметь точно также повелевать холопами...

Лил дождь, сверкали молнии, и с каждой вспышкой, с каждым раскатом грома всё бессмысленней казалась князю прожитая им жизнь, всё ярче, светлей, всё торжественней виделось ему грядущее.

Будто понял Михаил Васильевич вдруг, что он - Скопин-Шуйский - не один из множества тех, кто воспротивился желанию какого-то там Богданки-жида воссесть на Престол Рюриковский, а единственный, непобедимый Спаситель Отечества, равный, быть может, лишь Дмитрию Донскому да Василию Третьему - и больше никому.

Дождь лил, смывая с него прожитое, обновляя и готовя для будущих побед.

И понимал князь это уже ни умом, ни сердцем, а чем-то неизвестным еще ему, ранее прятавшимся дотоле в самой затаённой глубине его сущности, а теперь - на дожде - разгорающимся со все большей и большей силой, обещающей поглотить его всего, даруя ему право провидения...

- Господь благословил меня!

 

5

 

Гроза закончилась точно так же, как и началась: разом, будто кто-то сверху обрубил воду мечом, дождь лить перестал, багровый диск заходящего солнца возник над лесом и засветил торжественно и чинно.

Мокрый с головы до ног князь, стоя у шатра, раскинул руки и закричал:

- Господь с нами! Господь благословил нас!

Солнце облило бордовым светом мокрую ткань шатра - и внутри стало светлее, чем снаружи. Стол, сундуки с постелью, другие сундуки приобрели какой-то особенный праздничный вид.

Горин оглянулся -- и бабы в шатре не увидел. Будто вымыли ее дождь и солнце из шатра напрочь. Нет, конечно, сбежала, нырнула под полог, когда он следил за князем и слушал восторженный рев ратников.

Вода из шайки вытекла - и вокруг нее на восточных коврах, положенных для тепла на землю, стояла мокреть.

Вдруг ткань шатра под весом скопившейся на ней воды не выдержала, лопнула с громким треском - и внутрь хлынул поток, заливая и ковры, и постель воеводы и разложенные по походному раскладному столу бумаги, и не успевшего отскочить Горина.

Чертыхаясь и матерясь, дворянин пошел к выходу.

Он увидел князя стоящим посреди круга ратников, мокрого, со всклокоченными над ранней плешью волосами.

Перед Скопиным стояли трое мужчин со связанными за спинами руками.

Двоих Горин узнал сразу.

Третий имел бы звание арапа, если бы чернота лица его была полной, а не перемежалась полосами телесного цвета.

Первые были горинскими соглядатаями, а третий...

Дворянин еще не протолкался сквозь кольцо веселящихся ратников, как князь протянул руку к голове полосатолицего и сорвал с нее вместе с кудлатой барашковой шапкой пук черных волос, обнаружив перед войском знакомую всем белую, как перо птицы лунь, голову.

- Опара, - ахнули ратники.

Скопин провел ладонью по лицу Ивана - и полосы, случившиеся от смытой с бровей и головы краски, стерлись, обнаружив белую и тонкую до прозрачности кожу. Обернулся к протолкавшемуся сквозь толпу Горину.

- Ты, дворянин, был прав. Но лишь наполовину.

Горин понял, что князь, таясь чужих ушей, таким образом спрашивает о потерянных картах, и обернулся к стоящим за спинами арестованных стрельцам.

- При этом вот, - ткнул пальцем в Опару, - было что-нибудь, когда взяли его?

- Не... - ответили те нестройным хором. - Весь он здесь, как есть.

Один из вс ещё связаных горинских соглядатаев, смело глянув в глаза князю, заявил:

- Лгут стрельцы. Мешок он нёс рогожный. А стельцы забрали. И коня, что мне Горин дал, забрали тоже.

Князь перевел взгляд на дворянина.

- Это мой человек, - подтвердил Горин. - И второй тоже.

- А ты хитрец, - покачал головой Скопин, и ободряюще улыбнулся. - Значит, знал с самого начала... - обернулся к стрельцам. - Мешок где?

Из-за спин провинившихся к ногам князя вылетел рогожный мешок. Кто взял его, кто кинул - поди разберись.

Князь взглядом приказал - и Горин, присев на корточки, развернул рогожу.

Раскисший кусок ржаного хлеба, куль тряпья, стертая подкова, кожаный кошель с тремя иноземными серебряными монетами с щекастыми мордами в кудрях на них, пара новоплетенных лаптей со всунутыми в них бинтами онучей, короткий, остро наточенный нож с деревянной рукояткой... Покопался внутри мешка дворянин, засунув руку по плечо, - выкатил пяток редисок с ободранной ботвой.

- Не густо, - заметил князь, и перевел взгляд на Опару. - Куда шел? Зачем переодевался?

- К тебе шел, Михаил Васильевич, - ответил Опара, смотря в глаза князю прямо и открыто. - Поверишь: как ушло войско из Выборга, так сердце у меня защемило, душа закручинилась. Как там, думаю, князь без толмача будет? И полегчало в груди от мысли такой. Здоров - не здоров, думаю, а идти, стало быть, надо. Собрался - и вдогонку. А как догнал - тут на твоих стрельцов и наткнулся.

- А зачем рожу менял? - спросил князь.

- Так ведь она у меня заметная, - широко улыбнулся Опара, отчего у всех слушающих этот разговор тоже дрогнули в улыбках губы. - Меня в круге всяк знает, всяк слышал, что тебе служу верою и правдою. А одному идти, без войска, сам понимаешь, непросто. На своих нарвешься, на чужих ли - и не угадаешь...

Стрельцы согласно загудели:

- Да он, князь, и не боролся с нами. Сказали ему встать - он и встал. И руки связать позволил.

- Развязать! - приказал Скопин.

Чья-то сабля чиркнула по стягивающим руки Опары за спиной веревкам - и те опали.

Все стоящие вкруг него и князя ратники ощутили доверие к Опаре, стали улыбаться ему ободряюще и подмигивать.

Один Горин, все еще сидя перед мешком, смотрел на Опару с хмурым выражением на лице. Потом опять склонился к вынутым из рогожи вещам... Вывернул мешок наизнанку, измазав рукав ферязи чем-то липким и вонючим, внимательно осмотрел каждый шов. Ни кармана потайного, ни широкого шва со спрятанным в него бумагами не обнаружил...

И еще один человек не поверил Опаре - все тот же разговорчивый горинский соглядатай.

- Врет он, князь, - сказал ратник. - Не в войско он шел, а от войска - в Новгород.

Опара вновь улыбнулся добродушно и широко, во все свое широкое лицо:

- Наговор это, Михаил Васильевич, - сказал не злым, а даже скорее извиняющим голосом. - Сам, небось, польский или шведский лазутчик. Дворянин Горин молод, запутать его легко.

Горин все так же молча, будто и не слыша обидного о себе, принялся рассматривать вываленные на мокрую траву вещи Опары. Вынул из одного лаптя туго свернутый в рулон онуч и принялся его разворачивать.

- Скажи, князь, дворянину, чтобы не трогал онучей, - внезапно встревожился Опара. - Мама свертывала их для меня с нашептыванием - на случай, сказала, если в смертный бой пойду. Оберег мой в тех лаптях и онучах. Разрушит дворянин оберег.

Ратники загомонили согласное: у каждого из них был свой оберег, каждый при себе имел заговоренную вещь, которая должна помочь ему в бою, спасти от стрелы, меча, сабли, пушечного ядра, ружейной пули. Почти всякий сохранял оберег втайне от других, ибо знание постороннего о нем могло лишить оберег волшебной силы.

И теперь, когда Опара сказал об обереге вслух, стало всем неловко за совершенное над сокровенным глумление, послышались голоса, требующие от Горина обыск прекратить.

Но дворянин, будто не слыша их, взял второй онуч и принялся его разматывать.

- Ты, Горин... - замялся тут князь. - Не надо... Не трожь...

Дворянин, чтобы успеть совершить задуманное до того, как прозвучит приказ прекратить обыск, решительным движением рванул онуч - и на колено, а потом на мокрую траву упал сложенный в несколько раз лист бумаги с черными и красными чернильными полосами и буквами.

Князь узнал свой почерк и карту.

- Она! - только и сумел выдохнуть он.

Опара бросился вперед, сбил Скопина с ног и, ухватив пальцами шею князя, принялся душить.

Горинские соглядатаи навалились на Опару и стали оттягивать его руки. Но белый великан лишь отмахнулся одной ручищей, другой - и соглядатаи отлетели в стороны, как пыль.

Однако мгновений этих оказалось достаточно, чтобы князь сумел извернуться под тушей Опары и скинуть его с себя. Уже лежа на боку он успел ударить доглядая кулаком в грудь, но тот поймал княжеский кулак в ладонь и прижал к земле, а второй рукой опять ухватил Скопина за шею.

Тут только опомнились стрельцы. Повалились на Опару, подмяли его, а уж потом оттащили от князя и принялись бить кулаками да пинать. Им пришлось порядком повозиться с великаном, прежде чем сумели как следует связать его, ибо внешне толстый и рыхлый Опара оказался человеком огромной силы: он даже сумел в один момент вырваться из-под груды тел, встать на ноги и не упасть от удара древка копья под колени.

Лишь второй удар туда же заставил ноги подогнуться, но Опара, даже сбитый с ног, сумел отшвырнуть двух повисших на его руке стрельцов.

Однако ратников было много - и они с Опарой справились.

- На дыбу! - приказал Скопин сиплым голосом, ибо горло ему Опара все-таки успел передавить; в глазах князя блестели слезы, дышал он прерывисто. - И огня!..

 

6

 

То, о чем узнали от Опары под пыткой, потрясло и Скопина, и Горина, и двух вспотевших от трудов катов.

- Писать об этом нельзя, - сказал князь. - Посылать гонца - доверять тайное лишнему человеку. Придется, дворянин, нам с тобой расстаться. Возьмешь с собою десять стрельцов и поскачешь к царю. Там все и расскажешь...

- Ехать прямо сейчас, князь? - спросил Горин, глядя на плывущий в перистых облаках полумесяц.

- Завтра, - был ответ. - А то знаю я вас: выедешь тотчас, а за первым же поворотом спать завалишься...

Потом обернулся к катам и сказал:

- И чтобы ни единой душе! Узнает кто в войске - вас двоих винить буду.

Каты потупили очи и согласно ответили:

- Немы будем, Михаил Васильевич. Как могила.

- Кстати... - сказал Скопин, переведя взгляд на то, что еще недавно было богатырем Опарой, а теперь висело кровоточащим, обсаженным комарами мешком на дыбе, - ... помогите ему.

Один из катов вынул из походного горна, стоящего у походной дыбы, раскаленный до бела железный прут, сунул его в живот Опары и медленно пронзил его насквозь.

Вонь горелого мяса ударила в нос князю, но он даже не поморщился.

Опара длинно и беспомощно простонал, напрягся телом и тут же обвис. Остывшее острие прута вылезло из впадины над его левой ключицей.

 

* * *

 

Движение рати Скопина-Шуйского к Москве есть событие архиважное. Впервые не только в период Великой Смуты, но и вообще в истории России, народ повалил в княжескую рать сам, без приказов царя и князей, не из-под палки. Ранее так ходили их отцы и деды только в войска Кудеяра, Болотникова и прочих врагов державы русской. А тут случилось никем непредвиденное: во главе не только иноземных наёмников оказался русский князь Михаил Васильевич, но и воеводой войска русских добровольцев. И не было достаточно высокородных дураков рядом с князем, потому чинами и наградами Михаил Васильевич одарял своих людей сам, то есть по справедливости. И почитались новые офицеры русские в новых званьях своих заслуженно...

Шел народ во столь демократически устроенное войско по собственной воле, ибо был уверен в тот момент, что там, где заметна хоть маленькая правда, прячется и правда вся. Великая сила шла на помощь Шуйскому -- сила народная.

Только царь Василий этого не понял.

 

7118 ГДЪ от С.М 1609 год от Р.Х.

 

МИЛОСТЬ ЦАРСКАЯ

О том, как верные долгу своему перед Государем и Отчизной москвичи обороняли город, а неверные чинили им препятствия

 

1

 

Царь Василий Иванович и дворянин Иван Горин стояли за деревянным тыном, идущим по гребню стены Земляного города. Стояли только вдвоем, но знали, что в кустах, разбросанных вдоль многочисленных ручьев, проток и речушек, превративших местность между Москвой и Ваганьковым в топь и хлябь, могут прятаться меткие лучники с арбалетчиками.

Для тех меткачей - часами и сутками сидящих в в неподвижности - лучшей награды нет, чем момент, когда появится человек на Земляном валу, а после упадет со стрелой во лбу или в горле. С пяток уж воевод потеряли москвичи от этих меткачей, немало уж полегло и простых ратников от пули либо стрелы, пущенной из-за какой-нибудь незаметной кочки или из безобидной на вид куртинки ивняка.

Однако, москвичи заметили, что по одиночным фигурам, по двум ли воинам, меткачи не стреляют, ждут всегда, чтобы собралось людей побольше - и уже в толпе выбирают того, кто и одет побогаче, и ратное убранство имеет солидное. У одного из убитых воевод зерцало было позолоченное, а другой и вовсе бахтерец дедовский напялил и тарч к нему[5].

Самозванец, сказывали, за каждого убитого московского дворянина или боярина оделял меткача дворянством и землями. Вот и сидели с тех пор меткачи вокруг Москвы, целились...

- Не страшно, дворянин? - спросил царь.

- Страшно, Государь, - признался Горин. - За тебя страшно, батюшка. Не должен ты на стену, ровно ратник простой, выходить. Место твое в Кремле, в Палатах. А уж мы, рабы твои, здесь должны стоять, либо в поле биться.

- Лестное говоришь, дворянин, да неумное, - сказал царь, поправляя на себе одетый поверх царского одеяния просторный стрелецкий кафтан. - Год уж, как сидим мы в осаде. Устали москвичи. Многие уж от меня в Тушино сбежали, а многие и вернулись. Не вытерпят - опять убегут. А мне их простить придется.

"Почему ты их прощаешь, Государь? Изменники ведь", - хотел спросить Горин, но сдержался, ибо заметил уж, что царь говорит долго, раздумчиво, мудро, перебоев своей речи не терпит, потому как считает, что мысль должна оканчиваться сама собой, не перебиваться чужим разумением.

- Царь, который в Палатах прячется, и не царь вовсе, - продолжил Шуйский. - Царю и в мирное время надо на люди почаще появляться. Являть народу лик свой, руки на болящих возлагать, жалобы рабов своих разбирать. А уж в войну да осаду Государю место во главе рати должно быть, пример показывать в терпении и доблести.

- Мудр ты, Государь, - не удержался Горин не лести для, а желая высказать уважение.

Но Шуйский его будто и не услышал.

- А перелетов я потому прощаю, дворянин, - объяснил но, - что знаю по себе, как слаб человек. Верным до конца может лишь пес быть. А человек - существо суетное. Поверишь ли, привязанность, подобная привязанности покойного Петруши Басманова к самозванцу, столь редка, что царю при его многотысячном государстве на такое рассчитывать не приходится. И ты, случись тебе от другого Государя выгоду поиметь большую, чем от меня, меня же и предашь.

- Вот тебе крест, Государь, верен я тебе! - воскликнул уязвленный царским недоверием Горин, и перекрестился подряд несколько раз.

Царь глянул на него ласково, и улыбнулся по-доброму.

- Любо мне, что сам веришь своим словам, - сказал. - Да только не божись без крайней надобности. Никто не знает цену ни себе, ни верности своей. Раньше я думал, что матери ради детей своих на все идут, что крепче их верности потомкам своим ничего не создал Господь в душах людских...

Замолчал царь, вглядываясь в выступающие из утренней дымки над водой очертания деревьев и кустарников, контуры берегов и лугов, похожих отсюда на большие острова.

Там, знал он, стоит сейчас войско самозванца, готовое с первыми лучами солнца ударить по Москве. Перелеты, о которых он сейчас говорил с Гориным, сообщили царю и день, и час предполагаемого удара. Потому-то и встал Шуйский в середине ночи с пуховой постели своей в кремлевской Опочивальне, приказал найти большой стрелецкий кафтан, одел его и прибыл сюда. Он хотел своими глазами увидеть, как московское войско выйдет из ворот и встанет против польской рати. Велел при этом сказать ратникам, что царь не в постели нежится, а стоит на стене и, глядя на москвичей, молится об их победе.

Молчал царь, вглядываясь в туман, молчал, да вдруг и продолжил речь свою прямо с того места, где прервался:

- Но и матери своим детям не оказались до конца верными. В два последних года правления Годунова - ты мал был, не помнишь, должно быть, - сильный голод случился на Руси...

Горин помнил[6]. В годы те пошла прахом вся его семья, стал сам он крепостным дворянина Изотова, стали крепостными мать, брат и сестра. Очень хорошо помнил он, как за мешок ржаных отрубей, перемешанных с толокном покупали в Заочье жизнь человеческую. Но не стал спорить с Государем, весь обратился в слух и внимание.

- ... ездил я по Руси по приказу Бориса. Знаешь, не любил я Годунова, выскочкой почитал, все норовил в каждом его начинании холопский расчет обнаружить, ошибки да обмолвки его раздувал до небес, как преступление великое. Молод был, глуп...

Опять замолчал царь. Горин подумал, что Шуйский наверное и впрямь постарел, заговариваться начал, мысль теряет. И вздохнул.

Шуйский продолжил:

- И в поездку ту по селам Заочья я сам вызвался, чтобы было потом, что на Думе сказать - не чужое пересказывать, а своими глазами виденное. Борис разрешил. сказал лишь: "Сам вникай во все, боярин. Нет беды для державы большей, чем голод. Ни душа, ни ум человека не сравнятся по силе со страстями утробы его. Слышал я уже такое страшное, что и сказать вслух не смею. А ты, увидишь если, то скажи. Не мне одному, а всей Думе боярской. Чтоб не сидели они здесь, говоря правильное, а при этом барыши от продажи хлеба подсчитывая, а ужасались бы ими же содеянному". Показались мне тогда слова Борисовы хитростью...

В утренней тишине раздался скрип распахиваемых ворот, негромкий, но слаженный конский топот, повизгивание плохо смазанных колес при пушечных лафетах, негромкий, но многогласый говор. Это московские ратники при коннице и пушках вдруг выдали себя, вытекая плотным строем из-под Арбатской башни.

- Идут, - сказал царь.

И вдруг сбросил с плеч кафтан, открывая утреннему солнцу известное всей Москве усыпанное самоцветными камнями ожерелье поверх пурпурного царского платья. Тут же наклонился, достал из принесенной сюда торбы шапку царскую, иначе называемую шапкой Мономаха, отороченную соболем по низу, с золотом и каменьями по куполу, а всего выше с золотым крестом. Одел шапку на голову, протиснулся между двух торчком стоящих бревен, сверкая в лучах восходящего солнца.

- Государь, ты что, обезумел?! - воскликнул Горин, не зная ни что сказать, ни как поступить. - Отойди! Убьют меткачи!

- Тише, малыш, - сказал царь, устраиваясь между бревен поудобнее. - Буде случиться стреле или пуле лишить меня жизни, не убирай меня отсюда. Должен я здесь простоять до конца боя. Долг это мой перед Москвой-градом, как долг бабы кормящей перед дитем своим - долг высший в жизни человека.

Сказал - и втиснулся между бревен плотно, словно затычка в отверстии бочки.

- Буде убьют меня, - опять продолжил, - не давай мне упасть ни наружу, ни вовнутрь. Пусть видят в войске. что Государь их с ними.

Тут только понял дворянин, почему велел Государь всем остальным слугам не подниматься с ним на стену, остаться внизу, да еще стражу велел у башен поставить, никого на стену к нему и к Горину не допускать.

Броситься бы сейчас к выходу, позвать людей на помощь - да нельзя Государя оставлять одного, как нельзя и приказа его ослушаться.

И, плача, не стесняясь слез своих, ухватил Горин царский пурпур в ладонь. Не даст он Шуйскому упасть ни наружу, ни вовнутрь...

- Да, - сказал тут Шуйский спокойным и даже усталым голосом. - Прав оказался Борис. Матери ели собственных детей. Закалывали спящих, засаливали мясо их, а после ели...

 

2

 

Весть, принесенная Гориным из-под Новгорода два месяца назад и так взволновавшая его и Скопина, совсем не удивила Государя. Он лишь сказал:

- Предательство есть натура человеческая. Чего было еще ожидать?

А после велел Горину подробнее описать пытку Опары и повторить дословно все, что сказал белоголовый шпион.

- Так... - сказал, внимательно и не перебивая выслушав дворянина. - Значит, был еще жив? Добить-то вы его поспешили. Всего Опара этот вам так и не сказал. Оно и понятно - в руках у наших костоломов и то вспомнишь, чего не знал, а имя собственной матери забудешь...

Задумался царь.

А дворянин, глядя на него, никак не мог взять в толк: почему Государь, узнав о страшной новости, не сердится, не зовет к себе глав Приказов своих, не велит им срочно искоренять измену? Ведь сам Горин в семь дней доскакал из-под Новгорода до Москвы, загнав трех коней и потеряв по дороге убитыми троих стрельцов из десяти его сопровождавших с самого начала дороги. Ночей сколько не спал, в последние два дня в кустах больше хоронился, каждого шороха опасался - и не за свою жизнь страшась, а от страха, что погибнет в пути, а вести Государю не донесет.

А Государь вон смотрит куда-то в пол, глаза щурит, мелко помаргивает. Слаб, должно быть, глазами Василий Иванович. Впрочем, Горин еще в Туле слышал, что Государь вдаль видит хорошо и отчетливо, а вот вблизи все плохо различает. Думал, то иносказательно люди говорят, а теперь сам убедился - болен глазами-то Государь.

Не понять мальчишке старческого разумения. По-разному видят они мир: молодой отчетливо да поверхностно, а старый лучше глядит и в даль, и в сущность вещей.

"Как испугались за царя молодые Скопин с Гориным, как очертя голову бросились спасать меня, сколько усилий приложили! -- думал царь. - Дворянин, небось, несколько раз жизнью рисковал, прежде чем до Москвы добраться. А я лишь улыбнулся в ответ да головой кивнул. Спросить бы, что дворянин за службу просит. Да у него один ответ: Государю служу по долгу своему, а не корысти ради".

Вот и решил Государь за Горина глупого - пусть дворянин при царе останется. Без званий, без денежного довольствия, без точно названных обязанностей -- просто, чтобы был рядом с Василием Ивановичем, ходил тенью, говорил, когда спросят, молча слушал, когда Государю угодно говорить,. Такой холоп - получше собаки, ибо не только речь разумеет, но при случае и слово может сказать - почти всегда глупое, но порой и столь неожиданное, что и мудрый не размышлял о таком.

Только вот проверить надо: достаточно ли умен дворянин, понимает ли недосказанное, умеет ли слушать?..

- Злодейство... - вдруг произнес царь. - Для злодейства надо родиться злодеем... Как царь Иван Васильевич. А Годунов был добрым. Федор Иванович был никакой, это после отца он казался добрым. А по-настоящему добрым был Борис...

Горин аж застыл в ожидании: вот сейчас Шуйский скажет, что младенца Димитрия не по приказу Годунова убили. Кто на свете лучше бывшего главы Судебного Приказа может знать истину?

Но Шуйский, будто не замечая настороженности юноши, продолжил речь совсем об ином:

- И ложный Димитрий был не по-царственному добр. Засранец, захватчик Престола, злодей, каких мало, а... добр.

Последние слова ошеломили Горина. Да, знал он, что царь Димитрий в милосердии своем однажды казнь Шуйского отменил, а после и вовсе простил, вернув из ссылки. Но слышал он и про то, что Василий Иванович простоял у плахи весь день в ожидании собственной казни. Ан вон оно как: злодей, каких мало, оказался Димитрий добрым в газах царя. Интересно, каким себя расценивает Государь: добрым или злым?

И будто в ответ на невысказанное дворянином Шуйский продолжил:

- И я злодеем был... однажды. Чтоб стать Государем.

И тут только понял Горин, что царь говорит о своей кручине. Ведь пришлось ему поднять гиль против Лжедмитрия, коему сам крест целовал. И убивать его.

- Больше не могу, - промолвил царь.

- Но Государь! - воскликнул Горин. - Ты подвиг совершил во имя всей земли русской. Потомки будут в веках прославлять тебя за это деяние!

Царь, глядя все также мимо, улыбнулся печально:

- Потомки будут говорить то, что им велят говорить грядущие цари. А я уж стар. Своего потомства не имею. А коли и зачнет жена, родит, то до взросления сына мне уж не дожить. При малолетнем царе, да после эдакой беды и разрухи, как нынешняя, ужель бояре не захотят разодрать Русь по частям? И захотят, и сделают так, и лучшие земли Москвы отойдут полякам. А наследник... наследник ежели и выживет, то окажется игрушкой в чужих руках: Милославских ли, Романовых ли, Голицыных. Мир власти на том и держится: не ты их - так они тебя!

Горина аж в жар бросило от этих слов. Он почувствовал, как лицо его покраснело и набрякли веки. Царь изрекал, как вещий старец. Были они сейчас одни в Палате, никто не слышал сказанного - и от того слова Государя прозвучали еще весомей, еще значительней. Туго стянутый на поясе и застегнутый на груди кафтан стал вдруг Горину тесен. Он покачнулся и оперся плечом о подпорку шатрового свода Палаты.

- Когда поднимал я новгородцев на лжецаря, то должен был заранее подумать об этом, - продолжил царь, заметил изменение в позе Горина и предложил. - Ты присядь, дворянин. Никто не увидит - и не осудит.

Горин сел прямо на пол, а царь продолжил:

- Я не рожден для царства, Ваня. Мой удел - переносить самому страдания, а не приносить людям боль. И, став Государем, долю свою - долю страдальца и мученика - я переложил на всю страну, на весь народ. Вот в чем вина моя. Ты понял?

Горин смотрел снизу вверх на царя глазами полными слез и восхищения.

- Ты ничего не понял, малыш, - вздохнул Государь, и замолчал надолго.

А Горин встал с пола и, отойдя на два шага, склонил голову перед царем.

Да, всего сказанного Шуйским он не понял. Хотя смутные сомнения, о которых он и не смел подумать четче, уже терзали его душу: царь устал, царь хочет умереть, царь хочет быть убитым быстро, но при этом желает остаться мучеником, жертвой, убитым от руки того, кому он доверяет - от его, Горина, руки.

Нет, дворянин на цареубийство не пойдет, пусть даже Государь сам прикажет ему сделать это. Нет... И не потому, что он, Горин, обязан Василию Ивановичу всем, что имеет в этой жизни, а потому, что именно такой Государь и нужен Руси: не злодей, а жертва, не каратель, а милователь.

Встретились глазами царь с дворянином - и сразу ясно стало обоим, что понимают они друг друга целиком и полностью, чуть ли не без слов...

Не отпустил царь от себя Горина, велел оставаться рядом с собой денно и нощно - кроме тех крох времени, когда отправлялся Василий Иванович в женскую половину дворца, в Опочивальню царицы.

И то велел при этом дворянину далеко от места, где его оставили, не отходить, а если уж уйти, то так, чтобы стрельцы из царского караула знали, где он и как его по-быстрому найти.

В одну из таких отлучек узнал Горин почему новость, принесенная им из Новгорода, не удивила Государя, не заставила метать громы и молнии.

Поздно сообщил покойник Опара о готовящемся в Москве заговоре.

Случилась измена еще зимой. Тогда князь Роман Иванович Гагарин, рязанский дворянин Георгий Федорович Сумбулов и вездесущий дьяк Тимофей Васильевич Грязной, собрав три сотни единомышленников, двинулись на Кремль с криками:

- Долой Василия! Долой Самозванца!

По дороге зашли в Успенский собор, где Патриарх вел службу, схватили Гермогена, сорвали с него одежды и, волоча старика по доскам мостовой, продолжили путь к Палатам.

- И что царь? - спросил Горин рассказчика.

- Царь?.. - переспросил стрелец, и пожал плечами. - Царь вышел на Красное крыльцо и велел гилевщикам разойтись. Еще сказал, что никого наказывать не станет. Тем же, кто не желает служить ему, разрешил выйти за ворота Москвы - пускай, мол, послужат Богданке, поймут кто есть он... - помолчал и добавил. - Святой он, что ли?

Убоялись гилевщики спокойствия и рассудительности Государя, бросили истерзанного Патриарха у крыльца, да и ушли: зачинщики - бояре да князья - через ворота к вору тушинскому, а все прочие по домам рассосались, будто и не было гилёвщиков в Кремле.

- И никого потом Государь не преследовал, - передавали Горину удивленные слуги. - А Гагарин вон даже вернулся в Москву - и до сих пор в своем дворе свободно живет... Во дворец не является, но службу в стрелецком полку несет исправно. Сумбулов тоже не прочь вернуться, да только боится, что веры ему - перевертышу - будет меньше: то вместе с Болотниковым он Государя воевал, то предал вора, стал Государю служить; после вон на Василия Ивановича руку поднял и к Богданке убежал; теперь с вором не ужился - назад засобирался. Письма шлет Государю, челобитные да повинные. Дрянь человечишка...

Быстрое возвышение и приближение Горина к Государю поразило и бояр, и дворян дворцовых, и слуг, но зависти не вызвало - экая радость стать наперстником у старика, проводить подле него всё время неотлучно, а в награду не иметь ни званий, ни земли с крестьянами, ни хотя бы наименьшего жалования. Положение Горина - видимость одна, считали в Покоях, а веса никакого ни на Руси, ни в Москве Горин не имеет, лишь бродит по пятам за Шуйским да слушает, что ни скажет старик.

Нашлись такие, что подслушали их разговоры, да так и сами отлипли, и другим слушать не посоветовали: пустое говорят, детский лепет.

Старые слуги - из тех, кто еще при Иване Васильевиче при дворце служили, - вспоминали, что подобное великоумие проявляли и покойные Сильвестр с Адашевым, спорили с царем Грозным о чем-то, а закончили в заточении. Ибо умствование - оно до добра никого не доводило, чрезмерные размышления лишь подтачивают корень жизни, как рукоблудный грех разбрасывает животворное семя мимо жаждущего зачатья лона.

И коли не возьмется за дело царь, шептались в дальних переходах, торцовых кельях и в пустых ящиках царских складов, бывших некогда ларями с зерном, а сейчас служащих кое-кому и приютом, не возьмет державной рукою Иванов посох, не полетят вслед за тем бородатые боярские головы, не окропится земля московская родовитой кровушкой - не усидит Шуйский на троне Рюриковском, съедят его те же самые, что бородами перед ним пол метут и величают ныне ласково.

Молодые слуги старых слушали да помалкивали. А после шли в Приказы - Разбойный, Судебный да Пыточный - там о слышанном докладывали - и исчезали со двора старики. А слух, пущенный ими, оставался.

Одни лишь царь Василий да дворянин Горин не слышали ничего. Покуда царь Москвою правил, доклады воевод выслушивал, советы давал да на Думе восседал, Горин лишь рядом стоял, молча слушал и, когда царь бросал в его сторону взгляд, чуть изменялся в лице, для прочих незаметно - и оба знали, что изменение это есть ободряющая улыбка, ибо все, что ни делал Шуйский, что ни говорил, всегда было Горину любо, всегда он был с решениями царскими согласен.

И лишь в часы досуга, когда царь говорил, обращаясь именно к нему, дворянин открывал рот, чтобы поддержать мысль Василия Ивановича, задать вопрос, а то и поспорить.

- Человек рождается однажды, - рассуждал царь, - и умирает до конца тоже однажды. Зачем? Ужель Господу было угодно дать жизнь человеку лишь один раз с тем, чтобы пятьдесят-семьдесят лет побыл он на земле, а после бесконечно страдал в Геенне Огненной? А коли можно заслужить примерной жизнью вечное блаженство в Раю, то зачем тогда он сам же зародил в нас сомнения? Зачем мы так отличаемся от самих себя спустя годы? Я - совсем не тот, что был в твои лета, не тот даже, каким был при Ложном Димитрии. Я даже думаю иногда, что я - тот самый князь Шуйский - давно уж умер, а живет лишь царское тело мое да какой-то во мне новый дух.

- Ты, Государь, устал, - терпеливым голосом ответствовал Горин. - Пойдем в Опочивальню.

- Лишь вознесясь до царского достоинства, понял я, отчего царь Иван Васильевич был так лют, - продолжил не слушающий увещеваний дворянина Шуйский. - Он разумом обнимал всю державу - и знал, что нужно всем людям. Одного не понимал: народ - это лишь великое множество тех, кто сам по себе. И этот каждый, что сам по себе, сотворен по подобию Божьему, как и он сам. Мы - Рюриковичи - гордимся кровью своей, а между тем имеем те же две руки, две ноги, нас мучают те же недуги, что и простых смертных. Я возвеличен кровным родством с самим Александром Невским. А Отрепьев чем? Отчего ему поверил народ русский? Да что там народ наш - сам король Сигизмунд поверил, поверили тысячи шляхты. Что в нем такого было, чтобы, умерев, опять возродиться в лице Богданки-жида? Не знаю, не пойму...

Чтобы отвлечь старика от мрачных мыслей, Горин решил рассказать царю слышанную еще в деревенском своем детстве потешку:

- Шла по лесу лиса. Холодно! Замерзла - и сдохла. Мимо волк бежал. Жрать хочется! Хвать лису за хвост - зубы чуть не обломал. Побежал дальше. Птичка пролетала. Села лисе на нос, поклевала - не берет клюв. Заяц пробегал - цап лису за хвост и за собой потащил. "Захочешь жрать, - сказал, - и сырую съешь".

Царь не рассмеялся. Он внимательно посмотрел в глаза дворянину и сказал:

- Вот и ответ...

 

3

 

Шуйскому с Гориным со стены Земляного города была видна уже вся заболоченная долина между Москвой и Тушиным.

Утреннее солнце светило ярко, словно разливая тончайший слой золота по ребрышку каждого листика, по глади каждой веточки и ложбинки вдоль каждой травинки, отражаясь от плотной зелени лугов и перелесков, пересеченных мириадами ручьев, речушек, омуточков, местами на солнце блескучих, местами черных, как торфяные провалы. Расцвеченная на множество оттенков зелень под дуновением утреннего ветерка все время менялась, то вспыхивая изумрудом, то рассыпаясь на различные оттенки, припорошенные откуда-то взятой желтизной, то вдруг даже искрясь серебром. От вида этого великолепия захватывало дух, душа просила песни.

Но прямо по дороге, отсыпанной белым щебнем здесь во времена неугомонного градостроителя Бориса Годунова, стояли друг против друга две рати: войско польское с лихой красно-сине-пестрой кавалерией в центре и с двумя крыльями пеших и пушечных полков, стремительно разрастающихся в стороны и поглощая черно-серой массой своей зелень лугов; и рать русская, полностью повторявшая порядок расположения польских войск, с той лишь разницей, что пешие полки были развернуты уже полностью, а за спиной немногочисленной конницы прятались пушки.

Поляки выглядели жутко: огромные кони, огромные крылья за спинами улан, ярко начищенные медные каски делали их похожими на сказочных драконов.

Горнист протрубил атаку.

- Vivat! - прозвучал в наступившей тишине голос спокойный и властный.

И конные полки драконов, ощерившись копьями, медленно, но неумолимо набирая скорость, двинулись навстречу москвичам с тем же криком, но уже поддержанными более мощным, пробирающим до костей даже стоящих на стене Горина с царем Василием гулом.

Но русские ратники не дрогнули. Видно было, как сидящий на белом коне царский брат Дмитрий Иванович лишь поднял руку над головой и застыл в этой позе, привлекая внимание рати к себе.

- Vi-va-at!

Князь опустил руку - московская конница распалась надвое и поскакала прочь.

Рев уланов и драгун зазвучал восторженней:

- VIVAT!

Драконы выскочили прямо на спрятанные русские пушки.

Ударил залп...

Шуйский, застыв в восхищении, следил за боем, радуясь за брата, сумевшего не только уцелеть, но и, отступая, повести за собой уже пеших ратников.

- Viva... - кричал еще кое-кто из поляков, но рева уже не было, пропал.

До стен доносились звуки сечи, шлепанье мокрых лаптей и сапог, рычание витязей, вопли раненных.

Привычные к легким атакам и к паническому страху москвичей поляки не смогли справиться с пешими ратниками правого фланга, вооруженными вилами, цепами, подчас просто дубьем. Крючьями мужики сдирали улан с коней и добивали на земле уж серпами и ножами. Пушки русских палили поверх голов дерущихся, не давая возможности опомнившейся польской пехоте придти на помощь уничтожаемой коннице.

А тут еще левый русский фланг стал широким полукольцом охватывать поляков и сужаться...

- Вперед! - закричал царь Василий в восторге. - Вперед, богатыри!

Вдруг короткая стрела с глухим стуком вонзилась в бревно прямо перед его лицом.

Горин ухватил царя за подол одеяния, ударил ногой в щиколотку царя и рухнул на землю, увлекая за собой Шуйского.

Две стрелы пролетели сквозь щель между бревнами точно в то место, где только что стоял Государь...

 

4

 

Вечером того же дня - пятого, месяца июля - Горину передали повеление царя идти из Москвы вторым гонцом вместе с каким-то послушником Троице-Сергиевского монастыря Овсейкой.

- Послушника оставишь у монастыря - он сам лаз найдет, - сказал дворянину, не скрывая злорадной усмешки, глава Пыточного Приказа князь Туренин. - А далее пойдешь к князю Скопину с известием, что мы тут поляков побили... - достал кошель, порылся в нем, добыл две медные полушки. - Вот тебе - на расходы.

 

* * *

 

Благодарность царская есть притча во языцех. Вспомним панцирь царский, что утопил Ермака. Потому следует признать, что сын ямщика, новопожалованный дворянин Иван Горин за то, что не позволил царю Василию умереть героически, отделался малой кровью -- отослал его Государь с глаз долой.

Так оно безродному и лучше. Когда в державе беда, каждая пара рук, каждое копье, каждая сабля должны быть при деле. А возле царя пускай те постоят, от которых ни в каком деле пользы никакой...

Так или почти так думал сын бывшего разбойника Горина, направляясь вместе с послушником Овсейкой в осажденную поляками русскую крепость и всенародную святыню -- Троицкий монастырь...

 

7118 ГДЪ от С.М 1609 год от Р.Х.

 

ДВОРЯНИН ГОРИН И ПОСЛУШНИК ОВСЕЙКА

О том, как гонцы царя Василия в Троицкую крепость тайно от врага пробирались

 

1

 

Октябрь.

Судьба слепа, но стрелы, выпущенные ей, остры и метки. И коль попала в тебя такая, то радуйся, что не под грудь; но радости удели лишь мгновенье, ибо далее ты должен решить: принять тебе пораженье или бороться до конца? Мысль эта цветиста в словах, но проста в основе, как лезвие клинка: бывает лучше умереть, чем выжить, и лучше сдаться, чем продолжать битву. Но каждый за принятое решение отвечает только за себя...

Так думал дворянин Иван Горин, верный слуга лёгкого на подъем и на отдачу приказов Михаила Васильевича Скопина-Шуйского, ставшего за время летних боев с войсками второго самозванца главным воеводой огромнейшего русско-шведского войска уже не по званию, а заслуженно.

Павзмышлял об этом Горин, лежа на спине лицом вверх на одной из лавок уютной горницы Опричного дворца Александровской слободы - того самого городка, что за три недели до этого был отбит армией Скопина в коротком бою у казацкого атамана Заруцкого, ушедшего со своим отрядом после короткой и бескорвной схватки в сторону Тушино.

Светелка была чистой, но из-за отсутствия иной мебели, кроме лавки, казалась убогой.

И еще тут был маленький паучок, то опускающийся с потолка почти до лица Горина, то поднимающийся вверх - пугало, должно быть, крошечное существо тепло от тела дворянина, а спуститься вниз страсть как хотелось.

А еще дворянин думал о том, что заразил царь его своей раздумчивостью, а шибко много думать для военного - беда: легко и на нечаянную смерть нарваться и мимо удачи пройти.

Но при этом сам же признавался себе, что думать ему нравится, что хмель от мыслей высоких и глубоких посильнее будет винного - и тут же печалился, что мыслей своих высказать вслух некому, ибо ни ратникам, ни даже самому князю Михаилу Васильевичу нет никакого дела до слов "стрела судьбы" - они люди дела, живут и умирают без лишних слов, имея страсти иные: деньги, власть, право убивать...

 

2

 

А ведь был еще в жизни Ивана Горина послушник Овсей, похабник на слово, а душою чистый, как младенец.

Семь дней совместного пути от Сретенских ворот Москвы до Троицы были для Горина истинным наслаждением, ибо как ни опасна была дорога, как ни обильны были облавы и заставы Тушинского вора, а приятно все-таки иметь попутчиком сверстника, с полуслова понимающего каждую высказанную тобой мысль.

- Когда ты так красиво говоришь. - признался ему Овсей, - то кажется, что ты во всем прав и спорить с тобой незачем... - помолчал и добавил совсем неожиданное. - Только правильно ли это?

Сидели они подле Княжьего поля, спрятанные густой сенью корьятника[7], обглоданного кое-где козами, но все же достаточно плотного, чтобы одетым в серые и грязные зипуны юношам оставаться незаметными со стороны расположенного вдоль Канчурского оврага лагеря поляков.

Впрочем, назвать польским лагерь Сапеги можно было лишь условно. Доносилась оттуда и русская, и литовская, и даже татарская речь.

Юношей удивлял сей Вавилон. Знать о том, что в помощь племяннику польского канцлера Тушинский вор прислал князя Ураз-Махмета - того самого крещенного татарина, прозванного Петрушкой Урусовым, что служил Шуйскому воеводой под Тулой против Болотникова, а после покинул и царя Василия и жену свою, бывшую Государю племянницей, - они не могли. Обсудили в двух словах вавилонское чудо - да перешли опять к рассуждениям, казавшимся им учеными...

- Правильно - что? - спросил Горин. - Правильно то, что я сказал, или правильно то, что сказал я красиво?

- Правильно ли то, что красиво сказанное звучит подчас умнее, чем сама мудрость? - ответил Овсей.

И оба замолчали, проникаясь глубиной и красотой произнесенных уже не Гориным, а Овсейкой слов.

Прятались они здесь для того, чтобы, дождавшись ночи, перейти поле и войти в монастырь. Это должен был сделать троицкий послушник.

Дворянину же надлежало дождаться вспышки костра на Водяной башне, означающей, что Овсей попал в Троицу благополучно и весть от царя игумену передал.

Если до утра не будет на башне огня, то Горину надо дождаться следующей ночи и попытаться проникнуть внутрь монастыря одним из рассказанных ему послушником способов: карабкаясь по камням стены, цепляясь, как кошка за дерево, за стыки между валунами, или, условно свистнув у Водяной башни, дождаться сброса с нее веревки и забраться по ней. При этом следовало на середине пути произнести условные слова "Смерть самозванцу", - не то стоящие наверху люди веревку не пожалеют, черканут по ней ножом и отправят гостя спиной вниз.

- Мне думается, - наконец ответил Горин, - что мудрость не изрекается, она существует сама по себе.

- Как так? - удивился Овсей. - Люди, получается, говорят одни глупости?

- Нет, - покачал головой Горин. - Люди лишь облекают мысль в слова. Мудрость же бездонна, а слова летучи. Потому словами мы облекаем лишь малую часть мысли.

- И чем мысль мудрее, тем меньше слова, облекающие ее в плоть, близки к ней? - перебил ответ Овсей. - Тогда все написанное на земле - не мудрость вовсе, а искус врага человеческого. Так что ли?

- То было бы так, - кивнул Горин, - если бы рукою пишущего водил сам Сатана, - (Овсей часто перекрестился). - Но рука пишущего водит пером вместе с Богом - и потому с живущими внутри нас двумя началами рождается то, что позволяет нам окунуться в бездну мудрости и познать ее...

- ...уже без слов и книг, - продолжил Овсей. - Я понял... Ты веришь в человека больше, чем в преодопределенную ему Господом судьбу. Ты - еретик.

Слова Овсея прозвучали для Горина нестрашно. Он засмеялся вместе с послушником. На душе его было светло и печально, ибо мысль, высказанная ими сейчас обоими, была для него тоже нова, ее следовало обдумать и переварить...

За разговорами и не заметили, как солнце стало заходить, окрашивая стены монастыря розовым, отражаясь от проржавленных железных и деревянных крестов и сверкая на одном золоченном восьмиконечном кресте Троицкого собора.

Лишь заметив тот блеск, вспомнили юноши про предстоящий в приближающейся ночи страшный путь, переглянулись и полезли в совместную торбу, где лежал аккуратно свернутым кафтан Горина на дне, а поверх в берестяном туеске удобно уложились кусок хорошо пропеченного ржаного хлеба и две луковицы. Еду эту они купили в Радонеже у живущей на отшибе старухи-бобылки за последнюю из двух медных монет, данных князем Турениным в дорогу.

Разделили хлеб по-братски и захрустели луком, глядя на понемногу меркнущий в свете заходящего солнца восьмиконечный крест и утопающие в полутьме посеревшие стены, в отчаянно устремленные к небу маковки церквей.

Разговоры, доносящиеся со стороны польского лагеря, поутихли. Лишь татары речью, похожей на брань, продолжали громкую и страстную беседу, пока не прозвучал грозный и тоже нерусский окрик - и наступила тишина...

Точнее даже не тишина, а нечто другое: звуки лагеря как бы прижухли, растворились в подступивших к огням костров сумерках, пропали за неожиданно ставшим громким кваканьем лягушек, уханьем совы, криком выпи и где-то далеко разразившимся причитающим лаем собаки.

- Вот, еще собак не хватает, - пробурчал Горин.

- Ничего, - пожал плечами Овсей. - Между нами татары.

- При чем тут татары?

- Татары собак едят, - с тоном знатока сказал Овсей. - Сорвется псина - они ее до нас не допустят[8].

И тут, словно в подтверждение его слов, прозвучал гневный татарский голос, по ушам ударил истошный собачий визг и оборвался.

- Болезнь такая есть грудная, - продолжил Овсей через некоторое время. - Татары часто ею болеют: харкают кровью, харкают, а после помирают. А жир собачий, говорят, от той болезни лекарство.

Горин спорить не стал. Неясно было ему, :откуда столь много самых различных познаний у послушника пускай даже из самого Троице-Сергиевского монастыря? Вон и про татар знает...

 

3

 

Ту байку про татарскую болезнь и собачье мясо вспомнил Горин, лежа в светелке Опричного дворца Александровской слободы ни с того, ни с сего, без всякого повода - просто мысль высокая о превратностях судьбы человеческой прервалась мыслью низкой. Дело обычное. Но с мыслью о собаке вспомнился и сам Овсей - не крупный, но и не хрупкий в кости, быстрый в движении, сильный и неутомимый телом, востроглазый - вспомнилась та последняя совместная с ним ночь, проведенная за разговором, когда Овсей не хотел уходить в монастырь, говоря, что не по душе ему жизнь в осаде - не то с мучениками рядом, не то с отчаянными сорви-головами. Ибо всё там вперемежку: монахи без удержу пьют вино, ворованное из монастырских подвалов, владеют телами замужних крестьянок, мужики в ответ бьют морды монашьи в кровь, судятся с ними то у воевод, то у игумена. Сам архимандрит в ссоре с обоими воеводами, защищает монахов; а вот казначея монастырского Иосифа Девочкина не защитил, сам выдал горлопанам и позволил казнить за измену, коей (теперь весь монастырь знает), вовсе и не было. Ибо после казни Девочкина баба, что наговорила на него, не выдержала вида невинной крови и прокричала о своей подлости. Велели ей, сказала, оговорить казначея, чтобы не было разбора отчего в казне Троицкой большая недостача. Бабу не дослушали - и прибили. А жаль... После уж всем захотелось узнать и куда деньги делись, и кто велел ей казначея оговорить.

Вместе с тем люди эти выстаивали на стенах дни и ночи готовые к отпору врага. Открывали ворота и совершали вылазки в стан поляков, брали в плен жолнеров и казаков, ввозили внутрь крепости целые возы топлива и даже пушки, порох, ядра, а после, стоя на коленях внутри церквей, в соборе и даже просто на площадях и дорожках Троицы, смиренно склоняли головы и винились в грехах. О совершении грехов они, оказывается, и сами хорошо знали, нарушали Закон божий не от жажды греха, а от неумения повелевать страстями своими и чувствами.

И рассказ этот Овсея как бы облекал костяк его совместных с Гориным рассуждений о Мудрости в нечто похожее на плоть, по которой он - Горин - должен был пропустить некую кровь мысли, которой в тот момент в голове дворянина не возникло, - и Горин промолчал, лишь улыбнулся ободряюще: мол, выговорился, а теперь иди в монастырь.

И Овсей ушел.

А Горин, так тогда и не поняв, что же за слов и поступков ждал от него этот в общем-то чужой ему человек, ставший в течение семи суток другом. Дворянин долго ждал огня на Водяной башне и, дождавшись, вдруг понял, что не слов требовал Овсей от него, а дела.

Надо было пойти вместе с Овсеем к монастырю, вместе залезть на стену, вместе передать им обоим известное послание Шуйского архимандриту Иосафу, вместе уйти из монастыря. Ибо даже если бы обнаружили их поляки на стене, если бы убили, то погибли бы они вместе, как прожили вместе эти семь дней.

А теперь - с той самой минуты, как выскользнул Овсей из корьятника, а дворянин остался следить за огнем на башне, - они уже не вместе, и все сказанное ими в прошедшие семь дней, продуманное сообща - уже ничто, лишь слова, пустые звуки, растаявшие в вечной тишине одиночества, ибо грош цена словам, не подкрепленным делом, как бы правильно и мудро не звучали они, какая бы бездна истин не покоилась под ними.

Защемило сердце Горина, и слезы сами полились из его глаз.

- Господи! - прошептал он. - Почему? Почему я не пошел с ним?

Ответом был лишь треск рассохшейся лавки...

 

4

 

Был один человек, о котором слыхал едва ли не каждый на Руси, атаман казацкого войска Иван Мартынович Заруцкий - не то дворянин с Волыни, не то беглый раб с Туретчины, не то пан польский, мотающийся с двумя тысячами сорви-голов в синих жупанах с бритыми головами и оседелецами по всему Замосковью, как по собственному дому.

Там войско Скопина ущипнут его казаки, здесь шведам дорогу перебегут, в третьем месте слух пустят, что тушинцы к бою с царским племянником готовятся, ищут чистое поле для битвы.

Но все на проверку дурословием оказывалось: казаки Заруцкого со Скопиным в серьезный бой не вступали, битв не вели, а кружили вокруг русско-шведской рати, как падальщики, высматривали чего-то, вызнавали.

И вот в одно из таких кружений наткнулся казачий разъезд на Ивана Горина.

Выскочили с улюлюканьем из леса на поляну с пересечение дорог - и ну кружить вокруг остолбеневшего от оторопи дворянина, одетого для пользы дела в рваный, перевязанный мочальной веревкой кафтан, в латанные порты, обутого в соломенные лапти с вылезшим сквозь прореху большим пальцем.

Солнце стояло высоко, сквозь густые, но неплотные облака светило тускло, от того скачущие вокруг Горина и улюлюкающие казаки казались ему единым чудищем многоглавым, а вознесенные над головами их сабли - змиевыми зубами.

Присел дворянин от страха, стал рукой вокруг себя по земле шарить - и наткнулся на узловатую корявую корягу. Ее и метнул прямо под ноги кружащему вокруг Горынычу, не метя...

... и сшиб одного коня с ног. Всадник перелетел через конскую голову, хлопнулся под ноги скачущего следом - и только крик в ушах остался, истошный, режущий уши и тут же оборванный.

Остановились казаки, вылупились на Горина удивленно. Уже и сабли над головами вознесли, чтобы посечь дворянина, как капусту...

... да тут грозный окрик остановил их:

- Геть, казаки! Не трожь хлопца!

Тут увидел Горин, что из-за поворота вышло на поляну целое войско с весело улыбающимся человеком во главе. Сидел тот верхом на вороном жеребце с белой звездочкой во лбу, одет в песцовую, с вывернутым наверх мехом шубу, из-под распаха которой виднелась красная, добротного сукна ферязь с серебряными пуговицами от шеи вниз. Борода предводителя была стриженная и какая-то пегая, не в угоду привыкшему к одинаковости крашенных московских бород Горину. И улыбка предводителя, одним окриком остановившего расправу над дворянином, показалась ему скорее плутоватой, чем доброй.

- Кто будешь? - спросил предводитель, и подъехал к Горину поближе. - Имя и звание спрашиваю. Зачем идешь, можешь не говорить.

- Почему? - удивился Горин.

- А я и так вижу, что гонец ты по царскому поручению. Угадал?

Горин в удивлении захлопал глазами и согласно кивнул.

- Вот видишь... - продолжил ухмыляться предводитель. - А идешь ты от Шуйского к князю Скопину-Шуйскому, который с войском идет на Москву и будет на этой вот самой поляне дня так через два. И если ты пойдешь ему навстречу, то встретишься с ним... когда? - спросил неожиданно.

- Завтра...

- Правильно, молодец! - рассмеялся предводитель, а обступившее его войско радостно захохотало. - Теперь нам про тебя все ясно. Обошлись без допросов и пытки - и потому должны принять решение: что с тобой делать, гонец?

И только тут Горин по-настоящему почувствовал, что такое страх. Взгляд его упал на раздавленное копытами, перемешанное с грязью тело казака - и он с содроганием представил себя на его месте.

Заруцкий (а это был он) перевел взгляд вслед за дворянином на труп, спросил:

- А это что за дурак?

Ему ответили, но Горин тут же забыл и имя, и кличку убитого.

- Что хотел, то и получил, - заявил Заруцкий. - Сколько раз говорил: лес - не степь, здесь ваша дурь молодецкая против вас же играет, - затем обратился уже к Горину. - Тебя казнить бы стоило, да видать Бог тебя бережет. Справился пеше в одиночку с тремя конными дураками - живи и дальше... - поднял палец. - Но в неволе. Будешь при мне заместо собаки. Захочу - накормлю, захочу - палкой приглажу. Понял?

Казаки дружно заржали.

Заруцкий добыл из чересседельной сумы веревку и бросил один конец Горину.

- Надень на шею, - приказал. - Будешь рядом бежать. Мы не шибко едем...

Под веселый хохот казаков Горин связал петлю и одел себе на шею. Заруцкий тронул коня - и дворянин поспешил следом.

- Что молчишь? - спросил через какое-то время атаман. - Иль впрямь стал себя собакой считать?

- Посчитал бы - завыл бы, - ответил Горин, радуясь тому, что Заруцкий не заметил, что петля на шее получилась большая, при случае можно выдернуть из нее голову и дать стрекача.

- Хорошо сказано, - похвалил Заруцкий. - Знать, малыш, не одним ты брюхом живешь. Может и грамоту разумеешь?

- Знаю.

- И книги читал?

- Читал.

Заруцкий оглянулся на едущих за ним казаков.

- Слышите, ребята? Он и книги читал. А вы, дурьи головы, хотя бы видели книгу? Знаете что это такое?

- Видели, атаман... знаем... Читать, конечно, не читали... а видели... А я вот нет, не видел... Да ну?.. Вот те крест!..

- Слыхал? - обратился Заруцкий к Горину. - Вот они и книг-то не видели, а тебя, умника, в полоне держат. А ты грамоту разумеешь - а у меня навроде собаки. Справедливо все это? Как по-твоему?

- Нет!

- А ты, я вижу, еще и смел, - улыбнулся Заруцкий уже как-то по-другому. - Согласишься мне служить -- возьму к себе в войско. И саблю дам.

Ох, как захотелось Горину согласиться. Хотя бы для того, чтобы потом обмануть атамана и убежать. Но что-то живущее внутри него, неподвластное хитроумию, заставило и на этот раз ответить честно:

- Я Государю на верность крест целовал.

- А если я тебя за это саблей сейчас?.. - спросил Заруцкий и вынул оружие из ножен. Остро заточенный клинок зло блеснул на выглянувшем сквозь тучи солнце.

- Руби, - согласился Горин и, остановившись, склонил голову. - Только похорони по-человечески... Не брось, как того казака.

Клинок вернулся в ножны, а конец веревки, привязанный дотоле к седлу под Заруцким, упал к ногам Горина.

- Иди назад, - сказал атаман. - Зарой дурака сам. И крест поставь над могилой, и молитву прочти. И нас не поминай лихом.

Пришпорил коня. Казаки, кто молча, кто посмеиваясь над стоящим с веревкой на шее дворянином объезжали его с двух сторон.

Один повесил Горину торбу на плечо, сказал:

- Не трогал я твоего добра.

Лошадь другого насыпала "яблок" под ноги Горина.

А какой-то из последних всадников наклонился и положил дворянину кусок ржаного хлеба в руку.

Так и стоял Горин, глядя в спины уходящим от него казакам, не понимая причины своего внезапного спасения, не ощущая ни радости, ни облегчения...

 

5

 

Вспоминал обо всем этом Горин и дивился нежданной удаче своей и странности поступков власть держащих людей: царя Василия и атамана Заруцкого.

Вот и князь Михаил Васильевич не столь прост, каким показался он дворянину в недели службы у него главой Пыточного Приказа.

Когда Горин вернулся из Москвы, то князь не вернул его на прежнее место Главы походного Пыточного Приказа, а просто оставил при себе - ни пойми кем, советником - ни советником, слугой - ни слугой, прихвостнем, словом... Обидно.

Скопин-Шуйский тем временем находился в Трапезной Опричного дворца и спорил с шведским генералом Яковом Делагарди о том, куда идти их совместному войску предпочтительней: по правой дороге к Тушину или по левой к Нижнему Новгороду, где верный Шуйскому Иван Федорович Шереметьев, не разобравшийся до конца с Хворостиным в Астрахани[9], поднялся вверх по Волге и ведет войско тоже на Москву.

Был еще выбор - идти через Троицу. Но обоих военачальников решение это не устраивало по той простой причине, что означало оно попасть им под начало царя Василия и его братьев, а прошедшее лето показало молодым воеводам, что независимыми оставаться все-таки лучше, чем в подчинении.

Якову Делагарди, французу по крови, генералу шведскому, продававшему в своей двадцатидевятилетней жизни уж пять раз шпагу всякому, кто нуждался в его умении убивать, казалось благоразумней идти на Нижний - места там были сытые, поляками почти что не пограбленные, добычи обещали много - это была основная причина его желания идти вдоль по Волге; а в качестве красивого объяснения он имел довод, что благоразумней им укрепить рать войском Шереметьева, а уж после идти на Москву, да так, чтобы от вида такой грозной силы вор из Тушина сам убежал, не вступая в битву, но, оставив и обоз, и все то, что делает победителя богаче, сердце его наполняет радостью, а грудь песней.

Михаилу же Васильевичу план шведского француза (так он его про себя называл), казался не лучшим, ибо князь Шереметьев - боярин родовитый, в ратоборстве опытный, возрастом много больше Скопина и Делагарди, вряд ли согласится встать под начало молодых воевод, хоть даже один из них - и племянник самого царя. Но объяснять подобное иноземцу - терять лицо. Поэтому князь вслух рассуждал так:

- Иди мы хоть на Тушино, хоть на Нижний, все равно оставим в тылу своем Сапегу и Лисовского. Дело наше ударить по этим полякам.

И ребро пухлой его руки рубануло по карте, показав направление: через Троицу на Москву.

Делагарди, богатый опытом войн в Испании, Франции, Польше, за полугодие совместной с князем службы убедился, что спорить с юным варваром-полководцем смысла нет: чем больше убеждаешь его в неправильности принимаемого им решения, тем уверенней Михаил Васильевич отстаивает свое мнение, находя объяснения для европейского ума столь чудовищные, что остается лишь разводить руками и проклинать несчастную судьбу, забросившую Делагарди на службу к царю столь дикого народа.

Был, например, у них сильный спор в конце весны, когда встретились они под Великим Новгородом.

"Что в нем великого? - подумал тогда Делагарди. - Две крепости на противоположных берегах и мост между ними. Улицы сплошь деревянные, грязные. Десятка два приличных домов, несколько красивых церквушек да храм святой Софии, которую строили, сказывают, на манер святой Софии в Константинополе, да равной по величине соорудить не сумели".

Выбили они из города атамана тушинского Керножицкого да и сели решать, куда идти им дальше: на Тверь, на Вологду или к польским рубежам, как хотелось воюющему с поляками шведскому королю.

Вологда была, по разумению Делагарди, для удара более выгодна: дороги, почитай, всего Замосковья и Севера пересекаются в ней. К тому же Смутой покуда город не тронутый, богатый - такие города особо не противостоят чужому войску, сдаются легко. Да и крепость там только с виду грозная, а на деле до конца не достроенная. Начал ее царь Иван Васильевич возводить, как столицу Опричнины, да не довершил работ, бросил. Потом воеводы царя Федора Ивановича да Годунова латали проходы меж каменными стенами, понасыпали земляных курганов да и успокоились.

А у него-то - у Делагарди - природных шведов в войске немного, все больше немцы, беглые поляки да швейцарцы. Народ сей привык брать земляные валы. Для них Вологду захватить - раз плюнуть. Откуп взять деньгами да продовольствием, а потом уж можно к польской границе идти, Русь оберегать от врага короля шведского, покуда царь Василий внутри державы порядок с самозванцем наведет...

Разумно рассуждал генерал (месяц назад король польский Сигизмунд перешел-таки русскую границу и напал на Русь), да не послушал его двадцатитрехлетний русский воевода, велел без объяснений всяких идти на Тверь.

А означало это идти войску по старой дороге между Москвой и Великим Новгородом, где все города, села и даже починки напрочь объели тушинцы, ограбили так, что бедных ландскнехтам не только поживиться нечем было, а хоть самим раздавай милостыню. Возле стен каждого города хоть и не большой, а бой принимать приходилось, оставлять за собой латинянские кресты на скудельницах было надо.

Миша Скопин только тогда и пожалел, что не пошел на Вологду, когда по пути войско шведское заволновалось и потребовало вернуться в Выборг.

И вернулись бы, если б он - Яков Делагарди - не рассчитался с ними из собственной казны, взяв со Скопина слово, что после освобождения Москвы вернут генералу долг из казны царской...

- Если пойдем вниз по Волге, то хоть отъедимся, князь, - доказывал свое Делагарди. - Солдат с пустым брюхом - и не солдат вовсе, а бурдюк сухой. У него в башке - только как брюхо набить, а не приказы исполнять. Посмотри на войско наше - на чем только доспехи держатся?

- Пойдем на... Троицу, - упрямо повторил Скопин, глядя на лежащую поверх карты свою руку. - Вот так!

Пухлый палец его упирался прямо в кружок с надписью: "МАСКВА".

 

* * *

 

А царь Василий тем временем сидел в осаде. Утро, отстояв на коленях перед образами в Крестовой Палате, начинал он с приема князя Туренина. Выслушивал доклад главы Тайного Приказа об очередных предательствах именитых людей, давал указания чьими боевыми холопами заткнуть случившуюся брешь. После ел постный брюквенный суп с сушеной осетриной, съедал половину хлеба, отправив остаток убогим у Благовещенского собора. После шел в Думу и там вершил государственные дела до самого обеда. Съев немного каши и запив ее киселем, хлеба отведывал слегка. Оставшееся со своего стола тоже отсылал нищим, только теперь тем, кто стоял у храма Покрова-на-рву. Потом ложился спать, как полагалось царю по чину, как было установлено у Великих князей с незапамятных времен и как того требовало измученное жизненными невзгодами старое тело. После сна выпивал квасу, и шел на воинский совет -- уже с воеводами. Выслушивал доклады их, суждения, как оберечь Москву, а после отпускал их, оставаясь один на один то с главой одного Приказа, то другого.

О чем велась там речь, покрыто мраком. Только уходили из Москвы тайно какие-то люди и тайно появлялись, ибо такая доля Государя: знать о происходящем на Руси самому из первых уст, а не слушать шепоточки и сплетни в Торговых рядах на Пожаре...

О том, что пришедшего с Волги ложного царевича Августа повесили по приказу ложного Дмитрия тушинского, Василий Иванович узнал раньше московской толпы. О взятии Михаилом Скопиным-Шуйским Великого Новгорода народ и Государь услышали одновременно. А вот про то, что богатый город Нижний Новгород оказался окружен войском не иноземным и не Лжедмитрия даже, а собравшимися со всех берегов великой реки инородцами, люди говорили давно уже, а к царю с такой вестью ни одного гонца долго не было...

 

Продолжение следует...



[1] См. подробнее в главе .Падение Тулы. в книге четвертой .Комарицкий мужик. настоящего романа-хроники

[2] Подробнее о смерти Лжедмитрия смотрите в главе .Атаман и царь. во второй книге .Именем царя Димитрия. настоящего романа-хроники

[3] О встрече инокини Марфы с Лжедмитрием см. в главе .Царь и атаман. во второй книге .Именем царя Димитрия. настоящего романа-хроники

[4] Подробнее в главе .Калужское сидение. в книге четвертой .Комарицкий мужик. настоящего романа-хроники

[5] бахтерец (староруск.) . род доспеха русского, тарч (перс.) . щит с клинком

[6] См. главу .Поруха. в книге первой .Измена. настоящего романа=хроники

[7] просторечное название ивы козьей (староруск.)

[8] Такого рода поверье действительно бытовало на Руси в ту пору. У современных татар обычая есть собак нет. Собачье мясо изредка употребляется в китайской и корейской кухнях, случается и у народов Крайнего Севера. После так называемой перестройки в СССР собачье мясо стало обычным в меню ресторанов Средней Азии и в Южном Казахстане

[9] Подробнее в главе .От чар любви к чарам страсти. книги второй .Именем царя Димитрия. настоящего романа-хроники

Продолжение следует






Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
266970  2006-02-12 17:20:52
-

267371  2006-03-18 11:57:45
- ХРОНИКА БИТВЫ ЛЕГИОНОВ РИМСКОЙ КУРИИ С РУССКИМ ПРАВОСЛАВИЕМ И СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРОЙ (Взгляд историка на роман В. Куклина ╚Великая смута╩. Доктор исторических наук, профессор Д. Иманалиев (г. Ташкент, Узбекистан) для книжного издательства ╚Урал- ЛТД╩ (г. Челябинск, Россия)

Роман ╚Великая смута╩, являясь приключенческим внешне, остается историческим по сути и философским по своему назначению. Мне, как историку, много лет занимавшемуся проблемой раскрытия исторических тайн начала семнадцатого века в России и в близлежащих странах, чтение этого романа помогло разобраться в сути происходящих в Московитии процессов больше, чем даже изучение первоисточников. Потому что историк-профессионал мыслит и анализирует события и поступки целых народов, социальных групп и государств, а писатель проникает во внутреннюю сущность каждого отдельного человека, будь то простолюдин либо царь, боярин, дворянин. В результате, как правильно заметил рецензент романа-эпопеи ╚Великая Смута╩ к. и. н. Цветков (см. его рецензию для издательства ╚Центрополиграф╩), книгу В. Куклина, с точки зрения специалистов-историков, следует рассматривать, как роман-версию. Но при этом, я считаю, следует отметить, что версия эта имеет полное право на существование, как и ныне существующие хрестоматийные. Потому что хрестоматийных версий о характере событий, происходивших в России с 1600 года по 1618 год, довольно много, все они находятся в противоречии друг с другом и по-разному объясняют события, известные по весьма скудному количеству источников, но они уже привычны нам с пятого класса и сомнений не вызывают. Автор романа утверждает, что ему были доступны материалы, находящиеся в книгохранилищах различных государств, ибо он является гражданином Германии и имеет возможность пользоваться этими материалами с большей степенью свободы, чем ученые стесненной средствами и границами России. Опираясь на свои исследования, В. Куклин как бы расширяет возможности осмысления давно известных фактов и приводит читателя порой к весьма неожиданным и интересным выводам. Так, например, главный персонаж романа И. Заруцкий, по утверждению автора, являлся агентом римской курии, солдатом иезуитского ордена, действовавшего на территории Московского государства в качестве католического агента, подготавливая смуту. В работах Н. Костомарова и И. Забелина в нескольких местах мелькает подобная мысль в качестве объяснения ряда поступков этого выдающегося авантюриста. Но уважаемый профессор Костомаров, как известно, пользовался для написания своих работ большим количеством старопольских документов, практически неизвестных нынешним русским исследователям. Если подобные документы стали известны В. Куклину, то образ Заруцкого, каким его представляет автор романа, может считаться исторически достоверным. Даже более достоверным, чем он показан в книгах других известных мне авторов художественных произведений. Как справедливо заметил член корреспондент АН СССР А. Панченко в одной из бесед, ╚историки России подозрительно мало внимания обращали на сущность противостояния римско-католической и православной церквей на протяжении всего периода существования России в качестве монархии, и совсем эта тема оказалась заброшенной для изучения в период советской власти╩. В. Куклин, кажется впервые, нарушил это табу и вполне откровенно заявил о том, что Русь находилась (следует признать и находится по нынешнее время, что делает роман современным) под пристальным вниманием римского престола, который стремился (и продолжает стремиться) к уничтожению православной конфессии на Руси и к приведению христиан восточных государств в католицизм. По сути, в книге ╚Великая смута╩ Валерия Куклина речь идет о столкновении двух религиозных конфессий, двух мировоззрений, двух форм человеческого бытия: западного индивидуалистического и восточного общинного. Победа православия на территории России неизбежна и это видно едва ли не с первых глав романа. Не показано в лоб, не объяснено словами, а выражено так, что сама мысль автора оказывается прочувствованной читателем. Мне даже кажется, что католик либо лютератнин, баптист, какой-нибудь сектант при прочтении этой книги будет сопереживать не самозванцам и полякам, пришедшим на Русь с тем, чтобы ╚принести истинную веру и цивилизацию╩, а этому множеству самых обычных русских людей, которые живут на страницах книги полноценной и полнокровной жизнью, как герои Л. Толстого и М. Шолохова. Этим именно и опасен роман В. Куклина врагам России и потому он так долго шел к читателю. Как известно, Заруцкий стал одним из руководителей первого московского ополчения самого, быть может, таинственного периода русской истории, практически не описанного литераторами, а историками совершенно не изученного. Основанием для нескольких строк в учебниках в течение столетий и до сих пор служили мемуары князя Хворостинина, написанные им спустя четверть века после событий в тюрьме и в угоду тогдашнему соправителю царя Михаила патриарху Филарету, а также ╚Хронограф╩, составленный по заказу того же лица. В них Заруцкий оценивается, как изменник делу спасения Руси, хотя факты показывают, что именно этот ╚изменник╩ в течение более чем года являлся единственным военачальником, который взял на себя ответственность за спасение Руси от римской экспансии. Таким образом, если следить за ходом мысли В. Куклина, роман ╚Великая смута╩ должен показать, как римский шпион, пройдя чрез горнило смуты (читай Гражданской войны), становится активным противником римского престола, польского короля Сигизмунда (истово верующего католика) и присягнувших королевичу Владиславу изменников-бояр. Прокопий Ляпунов соправитель Заруцкого и руководитель рязанских ополченцев в 1611 году, выступивших против засевших в Москве поляков, предстает в начале романа противником Заруцкого-шпиона, которого он пытается поймать на Псквощине в качестве сотника московских стрельцов. Диалектика развития этого образа столь сложна, что пересказывать ее в короткой рецензии нет возможности. Ляпунов как бы второй пласт русских патриотов, которые, обманувшись самозванцем, в конце концов, увидят истинных виновников бед своей державы, прекратят смуту, выгонят поляков и изберут своего царя. Правда, самого Ляпунова к тому времени убьют казаки Трубецкого (так утверждают документы, но советскими и постсоветскими историками заявляется, что убили рязанского вождя казаки Заруцкого). Семнадцатый век сплошная тайна. Явление недавно еще признанного мертвым последнего сына Ивана Грозного событие, которое привлекло внимание множества русских писателей, в том числе и Пушкина. Выдвинуто более десяти версий, объясняющих этот феномен. И споры между историками не прекращаются по сию пору. В первых книгах романа ╚Великая смута╩ В. Куклин не высказывает свою версию, он просто представляет нам весь ход событий с точки зрения окружающих Лжедмитрия людей, показывает различные слои общества русского государства, используя огромное количество этнографического материала, оставаясь при этом не занудным автором, а интересным. Ход типично экзистенциальный. И одновременно драматургический. В конце романа должна раскрыться тайна. В первых же книгах только наметки: Заруцкий был во время событий в Угличе возле царского терема, во дворе которого царевич Димитрий зарезал сам себя. Филарет соучаствовал в перезахоронении останков царевича в Успенский собор. Заруцкого не раз видели в царских покоях Кремля во время правления Лжедмитрия. И еще с десяток подобных мелких фактов обнаруживается читателем, делая роман к тому же и детективным. Смерть царя Бориса, описанная В. Куклиным, не объяснена до сих пор ни одним исследователем. А. Пушкин представляет нам ее, как событие, иллюстрирующее древнегреческий миф о Мойрах, Судьбе и Роке. В ╚Великой Смуте╩ же нам представлена детективная история, которая весьма прозаически объясняет причину столь своевременной для самозванца смерти русского царя. Почти так же разрешается ситуация с гибелью первого Лжедмитрия, с появлением на исторической арене ╚царевича Петра╩, Ивана Болотникова, роли Молчанова в становлении самозванства на Руси. И многие, многие другие эпизоды истории, выпавшие из внимания историков только потому, что летописцы и мемуаристы 17 века уже ответили на эти вопросы так, как следовало оценить происходящее людям их общественного положения и образования. В. Куклину, как мне кажется, удалось перешагнуть через большое число шаблонов предвзятости, присущих авторам прочитанных и проанализированных им документов. Большое число исторических лиц, действующих на протяжении романа, поражает своей выписанностью, достоверностью и глубиной образов. Историк, читающий подобный роман, попадает под обаяние образа раньше, чем начинает оценивать степень достоверности его описания. Первым в списке таких образов следует отнести Василия Ивановича Шуйского фигуру в русской истории все-таки трагическую, хотя и описанную сторонниками династии Романовых, как потешная и ничтожная. Великий патриот и мученик, каким он должен быть в конце романа, будущий русский царь предстает интриганом и придворным шаркуном при царе Борисе, хитрым и неблагодарным организатором заговора против Лжедмитрия, разумным царем и удачливым воеводой против многотысячного войска Ивана Болотникова. Но потом царь Василий оказывается проигравшим в борьбе честолюбцев. Почему? У историков сотни ответов. У В. Куклина один: в то жестокое время царь Василий был настолько добрым, что по его приказанию так и не было казнено ни одного человека, а убийство Болотникова было приписано его приказу много лет спустя. Если обратить внимание на то, что убийцы воеводы мятежного войска не получили никакого вознаграждения за свое действие, но получили жалованье за усердную службу Шуйскому десять лет спустя, уже при Романовых, то становится понятна версия автора романа и причина передачи версии о вине Шуйского из одного документа в другой. Последним персонажем, на котором мне хотелось бы остановиться, можно назвать Марину Мнишек. Ее как раз, по моему разумению, В. Куклин описал весьма претензициозно, хотя и с большой степенью достоверности образа. Я, как ученый, представляю школу общественно-политического осмысления истории, то есть делаю выводы о характере исторических процессов, базируясь на анализе действия общественных групп, но никак не объясняя то или иное явление чисто умозрительными решениями, принятыми людьми с больной психикой либо странной сексуальной ориентацией. В. Куклин, взяв за основу библиотеку самборского замка, в котором прошли детские годы будущей русской царицы, а также сохранившиеся в Польше, на Украине и в Чехии предания о представителях этого рода, описал жизнь этой авантюристки и объяснил на основании этого причину признания ею Лжедмитрия Второго своим мужем. Очень достоверно, очень интересно, познавательно, но профессионального историка заставляет не спешить с поздравлениями автору, а, сделав запись в своем блокноте, ждать продолжения романа, чтобы выяснить характер развития отношений Марины со все тем же Заруцким, из которых станет ясно, насколько был прав автор в своем стремлении объяснить характер Марины по Фрейду. Книга, признаюсь, настолько увлекла меня, что я, прочитав первые четыре тома, жду продолжения с нетерпением. Особенно по вкусу мне лично то, что в наше время межнациональных конфликтов и фальсификации истории во всех бывших республиках Советского Союза, нашелся автор, который, оставаясь русским патриотом, сумел не только не оскорбить национальное достоинство людей других наций, но и показать их с самой хорошей стороны. Как представитель Востока, я с удивлением обнаружил, что о некоторых деталях о жизни своих предков я могу узнать только из романа русского писателя Куклина. Знание быта и психологии моего кочевого народа у автора ╚Великой смуты╩ столь глубинные, что для консультации пришлось мне обращаться к своим землякам-аульчанам и работникам института этнографии Академии Наук Казахстана и они не нашли ни одной погрешности в описании В. Куклиным образа жизни кочевников 17 века. Насколько мне известно, подобное отношение к отрывкам из романа, опубликованным на Западе, и у немецких польских, итальянских, чешских и шведских историков. Мне кажется, что доцент Цветков правильно отметил те основные причины, по которым книга В. Куклина будет пользоваться спросом в среде ученых-историков. Но куда большее значение роман ╚Великая смута╩ имеет для людей, которые просто интересуются историей своей Родины. На книжных полках сейчас большое количество поделок, не имеющих ничего общего с научным осмыслением происходивших в истории русскоязычных стран процессов. В Казахстане, в Узбекистане, в Киргизии, на Украине, в Прибалтике выходит большое количество так называемых исследований, романов и монографий, имеющих явно антинаучный, порой откровенно нацистский характер. Фальсификации вроде книг В. Суворова стали нормой в издательском бизнесе многих стран. Российским книжникам повезло хотя бы в том, что на их книжных полках появится книга научно достоверная, добрая и честная роман-хроника Руси 17 века ╚Великая Смута╩.

267835  2006-04-29 18:24:15
Kuklin
- Что значит,Суворов фальсификатор?Автор пишит о Смуте,используя материалы,которые,по его словам,не известны широкой публики...Ему верят.Суворову не верят по той же причине-материалы не известны. Даже без материалов,чисто логически:до 22 июня 1945 года происходила интенсивная оккупация чужих територий.Почему она не могла закончиться войной с Германией?Гитлер стремился к воссасданию империи франков и поиску эзотерических корней германцев,которые находились на русской територии(Волга,Крым).Сталин-к мировой революции и победе пролетариата в мире.Достаточно вспомнить активную деятельность НКВД в Париже,коммунистические происки в Италии и мн.др.Для чего Сталину это нажно было?Для уничтожения белой эммиграции?Но это работало только на Париж.Раз он лез далеко в Европу,значит расчитавал на дальнейшее её подчинение.А что стоит его предложение Европе в 1947 получить всю Германию без исключения?Факты говорят о правоте Суворова

Это пишет некая мадам с псевдонимом и без интернет-адреса. При чем тут моя ╚Великая смута╩? При том лишь, что мне люди верят, получается с ее слов, а Суворову нет.

Прошу заметить: не я это написал, а дамочка, которая после опубликования своей мерзкой мысли о том, что Суворов защитник Гитлера и противник идеи войны 1941-1845, как Великой Отечественной, прав, засандалила на сайт ╚Русский переплет╩ в ╚Исторический форум╩ огромный пакет компьютерной грязи в виде разного рода значков и символов. Для чего? Для того же, для чего и написано ею вышеприведенное заявление. А зачем? Ответ прост: хочется врагам Московии обмазать собственным калом то, что свято для русского народа. А что бестолоково написала баба, да смешала время и понятия, что не знает она грамоты, то бишь не знает спряжений глагола и прочего, это не главное. Наверное, она - кандидат филологиченских наук из Бердичева или Бердянска. Вопросов дамочка задала много, ответы она будто бы знает. Спорить с ней практически не о чем. Это не знаие, а убеждение, то есть неумение не только спорить, но даже и мыслить связно.

╚Великая смута╩ - это книга о событиях, бывших у нас четыре сотни лет тому назад. Ассоциации, которые рождает смута 17 века у наших современников, были заложены в хронику, потому первый рецензент романа, покойный писатель Георгий Караваев (Москва) назвал еще в 1995 году свою статью о ╚Великой Смуте╩: ╚Исторический роман, как зеркало действительности╩. В романе теперь нет реминисценций на современные темы, как это было в первом варианте первых двух томов ╚Великой смуты╩. Их по требованию издательства ╚Центрополиграф╩, которое подписало договор на издание хроники, я вымарал, о чем теперь и не жалею. Впрочем, издательство ╚Центрополиграф╩ обжулило меня, заставив не вступать с другим издательством в течение двух лет в переговоры на издание книг, а сами просто не стали заниматься с запуском хроники в производство. А потом хитро поулыбались и предложили судиться с ними. Но в Москве.

Это тоже типичный ход противников того, чтобы люди знали правду о смуте 17 века и не пытались анализировать современность, как это делает и авторесса приведенного вверху заявления. Жульничество норма этого рода людишек, они-то и пропагандируют изменника Родины Виктора Суворова в качестве знатока истины. Им какое-то время бездумно верили. Но вот народ перебесился, стал учиться думать самостоятельно. И Суворов летит в сортиры в тех местах, где есть нехватка туалетной бумаги. А писал я о подлой сущности этого литератора в публицистических и литературно-критических статьях в 1980-1990-х годах, здесь повторяться не вижу смысла.

Почему дамочка не захотела писать свое мнение в ДК по текстам моих статей - ее дело. Тоже какая-то особенно хитрая подлость, наверное. Обычное дело у лицемеров, завистников и прохиндеев. Ревун - или как там его? - был и остается в сознании всякого порядочного русского и россиянина подонком, изменником присяге и долгу, похабником чести и оскорбителем памяти павших во время ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСЧТВЕННОЙ ВОЙНЫ миллионов наших матерей, отцов, дедов, парадедов, теть, дядь. Хотя бы потому, что он очень старается создать миф о том, что наши предки не защищались, как ныне защищается иракский народ, от агрессора, а были сами агрессорами. Дам по морде за такое не бьют, но в харю таким плюют.

Именно потому мне верят, а Виктору Суворову нет. И это здорово. Потому как сукимн сын Суворов пишет для того, чтобы изгадить все, что сделали жители России, Казахстана, Узбекистана, Туркмении и других республик все-таки общей семьи народов, победивших- немецкий фашизм.

Вот и все, что хотелось мне ответить на приведенный здесь дословно пасквиль.

267876  2006-05-09 00:01:22
САРЫМСАК
- Молодец, Куклин. Хороший писатель, но странный человек.

267949  2006-05-16 19:15:47
Куклин
- Господин Сарымсак.

Спасибо на добром слове. Хотя, признаюсь, и не ожидал от тебя этих слов, Саша. И странный взял ты псевдоним. Сарымсак - это по-тюркски лук репчатый, а также все дикие луки вместе взятые. На твоей родине есть такой лук афлатунский. Очень едкий, очень горький и очень полезный для лечения от туберкулеза, например. Странный лук. Тем страннее, что адрес, поставленный тобой на твоем сообщении, не открывается, вот и приходится писатьб тебе через ДК, хотя это и неучтиво в данный моменть. Рад, что ты выздоровел, что операция прошла успешно. Поздравляю тебя, желаю здоровья и свежих сил для написания дальнейшей нетленки. А я вот через неделю уматываю в санаторий. Так что,если нравится роман, читай его дальше. С приветом семье.

Валерий

268959  2006-09-27 23:16:14
Ерофей
- Манн, Манн, манн! Профессор, хоть и ташкентский! О чём вы пишете? Да если вы собрались учиться истории по роману Куклина, то теперь мне ясно откуда у нас такая идиотская история! В вашей истории, как в книге Куклина нет ни слова исторического. Даже имена и те почти все перевраны, старики получились молодыми, а огороды превратились в города. Да этому сукину сыну Куклину толькоб пасквили строчить. А вы историю по нему учить. Только я подозреваю, что даже эту, с позволения сказать, рецензию, прохвост Валера сам накатал. Как и многие другие. Ай, яй,яй! Не хорошо. А ещё коммунист!

268965  2006-09-28 12:33:10
Куклин - Ерофею
- Мне кажется, что под этой кличкой прячется все тот же вечный мой геморрой Аргоша. Должен сообщить сему двуглавому и двуименному, что писать о себе статьи не имею привычки и не вижу никакого в том интереса, мне это скучно. А жизнь слишком коротка, чтобы тратить оную на то дело, которое не нравится. Профессора Иманалиева знал шапочно Восток слишком почитает иерархию, чтобы допускать до тесного сближения и товарищеского общения именитого ученого и редко печатающегося литератора, тем паче в Узбекистане, где профессор узбек, а литератор русский из Казахстана. Но взаимное уважение друг к другу мы испытывали. И терминологией подворотен, свойственной Аргоше и Ерофею, в общении не применяли. Хотя время было перестроечное, масса узбеков, киргизов, казахов и лиц других национальностей вовсю переписывали историю своих территорий, основываясь не на результатах археологических исследований и анализа письменных источников, а по принципу ОБС (одна бабка сказала), что обеспечивало их финансированием из ряда ближневосточных стран и даже из Запада, быстрым ростом в научных званиях и выходом то одной, то другой инсинуационной книжки со смехотворными тиражами, но с огромными гонорарами и с великой рекламой во враз пожелтевших СМИ.

Профессору Иманалиеву, ученому старой школы, вся эта свистопляска вокруг истории Великой Степи со вцепившимися друг в друга псевдоучеными, спорящими о том, какая из наций главенствовала и должна главенствовать на территории бывшего Великого Турана (по терминологии Фирдоуси), была глубоко противна. Именно этим он привлек мое внимание, именно потому я передал ему первый вариант первого тома ╚Великой смуты╩ для рецензии еще в 1995 году. Он согласился выбрать время для прочтения рукописи только потому, что пьеса моя ╚Мистерия о преславном чуде╩ показалась ему написанной очень честно, уважительно к степным народам, шедшим в конце 14 века на Русь во главе с Тамерланом, хотя и признающая, что этот поход был агрессией, едва не приведшей к катастрофе всей восточно-славянской цивилизации. Он так и сказал. А я спустя несколько месяцев отбыл в эмиграцию в Германию, и вскоре забыл о том давнем контакте, ибо сменился не только образ жизни, но и окружение, язык общения, возникла необходимость адаптироваться к новому миру, налаживать новые контакты с издательствами и СМИ.

╚Великую смуту╩ тут же разодрали на отрывки, стали публиковать, переводить, появились совершенно неожиданные рецензии (например, статья известного в свое время московского писателя Георгия Караваева ╚Исторический роман, как зеркало действительности╩, вышедшая в ганноверской газете ╚Контакт╩). И вдруг звонок из Москвы моего давнего друга Александра Соловьева, ставшего к тому времени одним из самых знаменитых в России антикваров, что меня разыскивает какой-то ташкентский профессор со статьей о ╚Великой смуте╩. Было это уже в 2000 году, когда на ╚Великую смуту╩ была написана даже одна очень осторожно несогласная с моей позицией статья известного популяризатора науки санкт-петербуржца и кандидата исторических наук Цветкова. Написана она им была по заказу издательства ╚Центрополиграф╩ (Москва), подписавшего договор об издании первых четырех томов, но так своей обязанности не выполнившего. Все остальные статьи, в том числе и написанные на немецком, казахском, узбекском, английском, польском, чешском и шведском языках, были доброжелательны, если не сказать, что хвалебны. Получив рецензию профессора и его телефон от Соловьева, я созвонился с Иманалиевым и тотчас выслушал укор за то, что публикую отрывки романа в иноземной прессе, да еще в эмигрантской, повышая тем самым статус прессы, продолжающей войну с моей и его Родиной. Я с его логикой согласился, печатать отрывки ╚Великой смуты╩ в эмигрантской прессе отказался, Если, начиная с 2001 года где-либо за границей России публиковались оные, то я к этому отношения не имею, это публикации пиратские, без моего разрешения и без выплаты мне гонорара.

Со статьей профессора оказались знакомы в академических кругах России и ряда стран СНГ, в результате чего стало возможным предложить оную челябинскому совместному русско-британскому издательству ╚Урал ЛТД╩ в качестве предисловия. Но издательство сменило название, переключилось на издание кулинарных рецептов, все гуманитарные проекты закрылись и статья опубликована не была. Спустя полтора года профессор Иманалиев скончался от инсульта. У меня лежит его письменное разрешение на публикацию этой статьи с переводом гонорарных денег ему либо членам его семьи, а также согласие на публикацию без гонорара. В знак памяти о человеке, которого я знал практически заочно и очень уважал, я и поставил эту статью в ДК в качестве отзыва на первые главы ╚Великой смуты╩.

Что же касается заявления Ерофея о том, что имена персонажей романа напутаны, тот тут провокатор ошибается. Данные тексты внимательно прочитаны рядом редакторов высочайшей квалификации, в том числе и одним из авторов РП, бывшим первым заместителем главного редактора журнала ╚Сибирские огни╩ (старейшего литературно-художественного журнала России, особо почитаемого читающей интеллигенцией Академгородка города Новосибирска) В. Ломовым, а также заведующим тамошним отделом прозы В. Поповым, литературным критиком и собственным корреспондентом ╚Литературной газеты╩ В. Яранцевым. Хотя при написании кириллицей ряда иностранных имен возможны и разночтения. О подобных казусах не раз писалось при анализе произведений Н. Гоголя, Ф. Достоевского, переводов А. Мицкевича, Сенкевича и других. Более того, в старославянской транскрипции дошли до нас многие имена исторически значительных лиц в разночтении, ибо правил грамматики, как таковых, до первой петровской реформы языка и письменности на Руси не было, а ряд текстов начала 17 века вообще был написан без использования гласных букв и без раздела предложений на слова. Наиболее ярким примером разночтения имени собственного может служить глава Пыточного и Тайного Приказов при Борисе Годунове его двоюродный дядя Симеон Микитыч Годунов, которого для удобства чтения современным читателем я назвал Семенном Никитовичем. Это в рамках, допущенных нормами русского языка, корректирование имени собственного. Что касается имен русских дворян и аристократов, то за основу были взяты бумаги Разрядного Приказа с корректировкой по спискам, опубликованным АН СССР в 1949 1957 годах издательством АН СССР под редакцией академика Н. М. Дружинина. На базе именно этого издания пишутся в русскоязычной литературе, журналистике и науке вот уже в течение полустолетия и все польские имена, вплоть до наисовременнейшего исследования ленинградско-петербургскими учеными так называемых дневников Марины Мнишек. Разночтения этих имен собственных возможны только с книгами польского популяризатора К. Валишевского, автора весьма остроумного, откровенного националиста, но порой весьма небрежного. Также следует относиться и к книгам известного украинского историка Н. Костомарова, который вслух и много раз заявлял, что многие постулаты и факты в его книгах выдуманы, но, в связи с тем, что они МОГЛИ БЫТЬ ПО ЛОГИКЕ ДЕЙСТВИЯ, они были на самом деле. При таком подходе в деле разрешения тех или иных научных проблем возникали и изменения, подмены имен и событий в его трудах. Но ведь он и называл свои книги романами да портретами, не так ли?

Теперь по поводу брошенной мимоходом оплеухи о том, что старики в моем романе ╚получились молодыми, а огороды в города╩. Спор бесперспективный. Что не по-русски это выражено и не важно уж, суть ваших претензий ясна. Дат рождения многих исторических персонажей не знает никто, очень много разночтений по этому поводу даже в отношении такой яркой и знаменитой фигуры Великой Смуты, как Шереметьев, не говоря уж о князе Долгоруком. Не работали ЗАГСы в то время, церкви строили деревянными, многие книги в них сгорали. Но косвенные данные все-таки есть. К примеру, Царь Василий Иванович Шуйский взошел на трон в возрасте 54 лет, а Марина Мнишек вышла в 15-16 лет (разные польские источники сообщают о том по-разному) за первого самозванца замуж. Отсюда вынужденность романиста придерживаться одной конкретной хронологии. Я взял за основу ту, что признана академической исторической наукой той же Европы, данные которой совсем не разнятся с нашей русской, о которой вы в своем письме столь пренебрежительно отозвались, Ерофей.

Этимологический словарь Фасмера действительно производит слово город от огороженного крепостной стеной места, равно как и таким же образом объясняет происхождение слова огород, как огороженное плетнем место выращивания овощей и корнеплодов. Потому вполне возможно, что вам известно о существовании огородов по имени Москва, Рязань, Подольск, Стародуб, Елец и так далее, которые вам кажутся географическими пунктами более значительными, чем одноименные с ними города, я не смею мешать вам, но признайте и за мной право верить не только старинным летописям, но и своим глазам, видевшим практически все описанные в этом романе географические точки наяву.

Хочу отметить, что ваша столь яростная и вполне претендующая на пошлость реакция на ╚Великую смуту╩ случилась после выхода именно тринадцатого продолжения, где второй самозванец назван Жиденком и поддержана самая достоверная из версий об иудейском происхождении Лжедмитрия Второго, тушинского вора. Версия эта почиталась фактом непреложным и не подлежащим сомнению вплоть до 1830-х годов, послуживших началом тихой агрессии иудейской идеологии в русскую культуру. Тогда-то и стали возникать новые версии, которые понемногу превратили абсолютный факт в одну из версий лишь, а с приходом к власти большевиков и вовсе превратили тот самый факт в миф вредный, а потому требующий сокрытия и забвения. Сама попытка реанимирования этой проблемы анализа личности второго самозванца оказалась в СССР под запретом в те годы, и продолжает оставаться таковой по сии дни уже в России. Мне неизвестно сколь-нибудь серьезных научно-исследовательских работ по этой теме на русском языке, но я знаком с рядом работ польских историков периода правления там Пилсудского, в которых анализ старых русских и польских хроник, мемуаров и ряда других документов убедительно доказывает все те детали жизни Богданки, что описаны в моем романе. Они имели место и касались именно того человека, который вовсе не был сокрыт под маской Лжедмитрия Второго.

При этом, вам следует учесть, что польские хронисты 17 века не могли быть антисемитами по той причине, что беглые из Западной Европы иудеи были приняты польским королем с почетом, имели ряд льгот от него и его преемников, что ставило польских хронистов относиться к прибывшим из Германии и Франции иудеям с большим уважением и даже со страхом. А также вам следует учесть, что Россия в начале 17 века еще не ощутила сладости иудейско-ростовщического ярма, она забыла об указе великого князя Ярослава об изгнании иудеев с территории древней Киевской Руси, относилась к лицам иудейского вероисповедания, как к ожившим мифологическим страшилкам, вроде лешего, знали о них по пересказам церковными батюшками историй из Евангелий о том, что те кричали Христу: ╚Распни! Распни!╩ - ну и что? Они и сами кричали так не раз, ходили на казни, как в театр, при случае лютовали не менее Самсона, убившего ослиной челюстью десять тысяч филистимлян - великих мореходов, изобретателей денег, как эквивалента стоимости товара, способа написания слов буквами, ставшего впоследствии еврейской письменностью справа налево, и так далее. Русскому народу до 1830-х годов было глубоко наплевать на наличие где-то в вечно недовольной Русью Западной Европе лиц, верящих в Иегову, а не в Саваофа, они думали о Богданке: ╚Жид? Ну, и жид. Лишь бы человек был хороший╩, - как впрочем, в большинстве своем думают и сейчас.

Если бы вы прочитали предложенные на РП главы внимательно, вдумчиво, то обратили бы внимание на то, что Богданко изгой в обществе иудеев польско-русского приграничья, не признан общиной сразу по ряду причин, которые для иудейского патриархального общества являются сакральными Богданко признан дитем не матери своей, а демонихи, потому он лишен родительской ласки, потому в нем формируются определенного рода наклонности, направившие его на путь, условно говоря, преступный. Я плохо знаком с догматами иудейской религии и, вполне возможно, что упоминание о пережитках иудейского язычества является кощунством, но, коли до сего дня оные остались в иудейском обществе и даже обсуждаются в израильской прессе, то у меня есть все основания верить тому, что четыре сотни лет назад оные пережитки имели место в местах компактного проживания лиц иудейского вероисповедания, потомков древних хазар.

Слова ╚Бляжьи дети╩, обращенные из уст Богданки к своим русским подданным, возлюбившим самозванца за смелость его, не выдуманы мной, они неоднократно цитируются и в русских хрониках, и в польских. Это выражение, следует полагать, было любимым у Богданки при обращении к русским. Я же использовал его в романе всего однажды. Если вы решитесь все-таки прочитать роман ╚Великая смута╩ внимательно, то вы узнаете о том, какую роль сыграла именно иудейская община в уничтожении Лжедмитрия Второго. Тупая агрессия, подобная вашей, лишь разжигает у читателей желание видеть в Богданке современных Березовских и Чубайсов, а заодно во всех евреях видеть своих врагов. Признайтесь, для этого у народов России есть основания, а ваше провокационное письмо должно было вызвать у меня именно такого рода реакцию. Но в 17 веке подобного нынешнему конфликту не было. Философия существования всех народов на земле заключалась всего лишь в выживании под игом собственных феодалов и защите своих религиозных убеждений от агрессии иноверцев. И для еврейского народа, кстати, тоже. Только вот у евреев не было своей аристократии, как таковой, это было общество власти плутократов, то есть видимости демократии при диктате денег, в какую сейчас они превратили весь мир. Народ еврейский, как тогда, так и сейчас, стонет со всем миром под игом ростовщиков, а всевозможные Богданки Чубайсы и Богданки Гайдары рвутся на русский престол. Вот и все

268970  2006-09-28 17:17:09
Черемша - Ерофею
- Согласись, Ерофей, силен Васильич! Или снова возражать будешь?

268971  2006-09-28 17:26:48
Вера Радостина
- Ну, что ж,идея неплоха . Тем более, что альтернативы пока не предвидется , еще бы концовочку подработать . :))

268972  2006-09-28 17:26:51
Вера Радостина
- Ну, что ж,идея неплоха . Тем более, что альтернативы пока не предвидется , еще бы концовочку подработать . :))

268973  2006-09-28 17:38:35
Черемша - Ерофею
- Согласись, Ерофей, силен Васильич! Или снова возражать будешь?

268979  2006-09-28 18:58:11
"Дурак"
- Г.сочинитель! Ни один дровосек не может срубить могучий дуб! Если дерево повалилди, значит оно уже начало гнить!

Я уже говороил тебе и твоим тованищам-болтунам по писательскому цеху: пишите о том, что знаете.

А разбираетесь вы и очень хорошо в водке, бабах и бане!

Сочинительство для одних род недуга, для других - самоллюбования, для третьих - гордыни.

История не для богемной болтовни.

268980  2006-09-28 19:13:01
Kуклин
- Вере Радостной

Сообщаю, что до концовки еще далеко. Великая смута закончилась, по мнению одних историков, в 1613 году, когда пришел к власти Михаил Романов, по мнению других - в 1614 году, когда был казнен Заруцкий, по мнению остальных - в 1618, когда от московского престола отказался польский королевич Владислав и началась первая мировая война в Западной Европе, именуемая Тридцатилетней. То есть тут пока что нет и половины всей хронологии, чтобы говорить о концовке, только начало пятого тома "Лихолетье".

268983  2006-09-28 19:20:37
Немирович-Данченко
- Да я уже понял . :))Даже глупых вопросов больше не задаю, если Вы заметили , уважаемый :))

268984  2006-09-28 19:51:49
Куклин
- Дураку

Вы пробовали рубить деревья? В течение ряда лет это было моей основной профессией - рубить и сажать деревья. Живой, свежий дуб рубить не так уж и трудно, к вашему сведению. Куда трудней рубить вяз мелколистый или туркестанский (карагач), если он сухой. Но при известном упорстве в течение нескольких дней можно справиться и с ним. А легче всего и веселее колоть ольховые чурки - любимое занятие Николая Второго. Кстати, железное дерево - каркас кавказский - действительно тонет в воде, так как удельный вес его высок, но оно очень хрупкое, сломать его в состоянии ребенок. А вот тополь бальзамический свежеспиленный рубится легко, но, высохнув, превращается к кремень. "Великую смуту" я пишу уже 29-й год, то есть тут вы правы - труд колоссальный. Но не дубовый. Может быть... секвойный? Секвой я еще не рубил. Сравнивать не с чем.

Что касается вашей просьбы написать специально для вас произведение эротического жанра, то в качестве переводчика я выпустил не то пять, не то шесть книг весьма интересной авторессы К. де ля Фер из серии "София - мать Анжелики", за которые мне издатель не заплатил, но выпустил довольно большим по современным меркам тиражом и распространяет по весям Руси. Советую почитать, если вас действительно волнует проблема телесного контакта мужчины и женщины с элементами приключений. Если пришлете свой интернет-адрес, то вышлю вам и компьютерную версию. Всего готово к публикации восемь томиков из двенадцати. Но стоит ли кормить такого рода издателей и работать над сериалом дальше? А ведь этот еще и из приличных - профессор, доктор филологических наук. Но вот облапошил. Стало быть, по логике нынешней жизни если вы - Дурак, то я - кто? Должно быть, "лопух, которого кинули". Сегодня получил авторские экземпляры двух немецких журналов и сообщение, что деньги за публикацию будут переведены на мой счет. Удивительно, правда? Из серии легенд о Советском Союзе. Но это - не легенда, это - факт. В советское время мне за мою литературную работу всегда платили не только хорошо, но и вовремя. А сейчас порой удивляются, почему это я не собираюсь платить за публикации и за книги. Мир вывернулся наизнанку... сквозь заднепроходное отверстие, должно быть.Оттого и лесорубу уже не свалить какой-то там паршивый дуб.

Валерий Куклин

269004  2006-09-29 18:16:39
Полещук
- Нет,Валера . Все в жизни пробовал,а вот дрова никогда не рубил . Решил, что пусть хоть руки целы останутся . Я бы лучше посадил кого-нибудь( или что-нибудь , не знаю, как это првильно по-русски пишется ) . Да ,знаю я всяких людей, только тебе-то что ? Разговор-то ни об этом . Да и не я его первый начал . Чуть что,так сразу - Васька , что я вам,козел отпущения ? Или таких дураков нынче больше нема ? так я и сам знаю.Ты ж посмотри,до чего человека довели- он ведь не пишет, а отсреливается, как старый партизан . Это ведь в кино все просто - там белые, тут красные . А в жизни все вроде бы одеты одинаково и говорят одно и то же , а на деле так хоть глаза к затылку приклеивай . Не так что ли ?

269005  2006-09-29 19:04:27
Просто Васька
- Слушайте,пацаны,отличная статейка ! Очень рекомендую , надеюсь, автор такому "панибратству" не обидется . Георгий Хазагеров, доктор филологических наук профессор "Поэтическое творчество Владимира Высоцкого в контексте Древней Руси и Советской России" http://www.relga.rsu.ru/n29/rus29.htm

269009  2006-09-29 20:27:37
Куклин - Просто Ваське
- нет, ну,ты, в натуре, полный абзац! Статья - кайф! Про любовницу Пушкина и Байрона ваще клёво. Я балдею.

Ну, а если по-русски, то спасибо. Познакомился с замечательным сайтом,издаваемым чудесными и интеллигентными людьми. В статье о Высоцком не понравился только последний абзац. И глупо звучит - национальное государство США. Это про резервации индейцев, что ли? Или про Гарлем, Брайтон-Бич, про миллионы этим летом шедших демонстрацией протеста рабов-иностранцев? В целом же статья блестящая, позиция авторская ясная и четкая, без модных ныне витиеватостей, за которым стараются скрыть авторы критических статей свое истинное лицо. Странным показалось, что некоторые сноски сайта не открываются. Но все равно, большое спасибо вам, добрый вы человек Василий, за то, что открыли мне, кажется, целый новым мир.

С уважением и дружеским приветом, просто Валерий

269011  2006-09-29 21:22:42
Просто Васька
- Дорогой ВАлерий, всегда рад стараться ! Деревянные мозги - это еще не отсутствие мозгов . Я так надеюсь , по крайней мере :)) Потому как борьба за существование в нашем не слишком дружелюбном мире для дельфинов, начисто лишенных мозгов, явно не возможна . Опять бред написал, но уж так получилось .

269220  2006-10-15 17:05:37
Kуклин - Эйснеру
- Володя, здравствуй.

В принципе, ты прав, осуждая меня за то, что я публикую здесь всю хронику подряд, без перерыва. Читать оную полным вариантом колоссальный читательский труд, на который способно мало людей. Потому в бумажном виде он публикуется и издается отдельными кусками, называемыми книгами, объемом 15-17 авторских листов каждая. Каждый читает о том периоде смуты, который интересует его больше. Но писать хронику, как роман развлекательный, я себе не мог позволить. Потому как он в большей степени о нашем времени, чем, например, понравившийся тебе мой роман ╚Истинная власть╩ размером почти в 40 авторских листов, кирпичеобразности которого ты даже не заметил. И это нормально, это хорошо. Значит, меня читал читатель твоего типа, пытался осознать те проблемы, которые волнуют меня. А если ты чего-то не понял то и не беда, поймешь с годами или совсем не поймешь.

Рецензий на первые четыре тома у меня набралось уже более десятка, все, признаюсь, хвалебные. Критики не читали все махом, а пытались осмыслить книги поодиночке. И все отмечают необычность подачи информации, которую следует не просто понять, как знакомство с коротким периодом из жизни России, но и осмыслить, пронести сквозь свое сознание и сквозь сердце, держать в уме несколько сотен персонажей и вникать у ментальность предков наших, верящих, кстати, в то время в Леших, Домовых и прочую Нечисть, равно как и в Христа и в Бога. Некоторые фольклорные понятия, безусловно, в интернет-версии не до конца расшифрованы, ибо я почитаю здешнюю публику в достаточной степени образованной, формат не позволяет сделать больше сносок и комментариев, но это тоже ╚издержки производства╩, на которые приходится идти в этой публикации. При работе с профессиональным редактором эта муть в струе повествования очищается почти мгновенно. Требовать же от загруженного поверх головы рукописями авторов Никитина, чтобы он тратил время на возню с моим текстом, просто нехорошо. Надо давать ему время и место для того, чтобы проталкивать на сайт новых авторов, молодых, полных энтузиазма. Тебя, например. Кстати, я рекомендовал тебя в журнал ╚Крещатик╩, как прозаика, советую тебе послать туда рассказ ╚Охота на карибу╩ - это их тема. И еще раз прошу тебя выставить на РП свои очерки. В них есть нечто делающее тебя близким Дегтеву и с Нетребо.

Пишу столь расширенно потому лишь, что ╚Великая смута╩ - главное произведение моей жизни, за которое готов драться и которое готов защищать. Критиковать критикуй. Но не голословно, а с примерами и аргументами. Это позволит мне и редакторам еще раз проработать над недочетами текста. А так, как сейчас поступаешь ты, можно и облаять понравившиеся тебе мои зарисовки об эмигрантах в Германии таким, например, образом: ╚Нетипичные представители разных слоев эмигрантов, образы лишены индивидуальности и откровенно шаржированы╩. И это будет правильно, но без доказательств станет выглядеть совсем иначе. ╚Великая смута╩ при внешней развлекательности романа и при наличии большого числа приключенческих сюжетов, произведение, в первую очередь, философское, но написанное по-русски, без использования огромного числа иноязыких идиом, присущих произведениям такого рода. Именно потому так трудно идет роман к массовому читателю. Найти достойного редактора для этой хроники и тем паче комментатора, - колоссальный труд, а уж обнаружить достаточно умного, культурного и честного издателя в России и того сложней. Тем не менее, часть хроники дошла до небольшого числа читателей России, привлекла твое внимание, вызвала желание похвалить меня за другие вещи. Более простенькие, конечно. Спасибо тебе.

Что же касается столь яро защищаемого тобой Иоганна Кайба, то сей внешне милый толстячок связался с правыми радикалами ФРГ только для того, чтобы уничтожить наш единственный в Западной Европе русский детский музыкально-драматический театр ╚Сказка╩. Ты считаешь, что это дозволительно ему делать только потому, что ему захотелось посытнее поесть? Я уверен, что ты ошибешься. Это перестройка по новогермански, не более того. А уж Аргошу защищать тем более не стоило бы. Мы ведь с ним просто тешим друг друга: я отвлекаю его ядовитое внимание и время от более ранимых авторов, он делает вид, что борется с моей то необразованностью, то чрезмерной образованностью и длится это вот уже года три. С перерывами, разумеется. Мне, пенсионеру, это привносит в жизнь немного дополнительных эмоций, для него до сих пор не знаю что. Но мы друг другу интересны.

Мне было бы обидно потерять тебя для именно русской литературы, ибо ты в качестве недавнего эмигранта запутался ты в Германии, как путник в трех соснах. Перестройка и эмиграция вообще поломали многих людей, вывернули их наизнанку. Пример Кайб, который здесь симпатизирует фашистам, а в СССР был и секретарем парткома, заместителем директора ДК при оборонном предприятии, гордился тем, что был допускаем к целованию ног первого секретаря райкома КПСС и даже из самого ЦК ему дозволили играть роль вождя мирового пролетариата, стоять на броневике и заявлять: ╚Вегной догогой идете, товагищи!╩ На Севере мы бы с тобой и руки не подали ему ни тогдашнему, ни сегодняшнему. А сейчас ты его защищаешь. То есть изменился. И уже не тот. Потому и не получается в полной мере рассказов у тебя джеклондоновских, романтических по-настоящему, что чавкающая германская жизнь не только засасывает нашего брата, но и заставляет менять приоритеты. Здесь не бывает, как в песне Высоцкого: ╚А когда ты упал со скал, он стонал, но держал╩. Здесь они режут веревку.

Желаю творческих удач тебе, Валерий--

269226  2006-10-15 21:03:54
Черемша - Аргоше, Куклину и Эйснеру
- Прежде обращусь к Аргоше. Признаюсь, уважаемый, что с большим интересом слежу за вашей многосерийной пикировкой с Куклиным. Местами она бывает грубоватой, местами веселой, но неизменно увлекательной. Поэтому прошу вас не разрешить оставаться Куклину не только читателем, но и писателем. Теперь пару слов о Куклине. У этого человека, как мне представляется, наличиствует некая сумашедшинка. Но это для художника, музыканта, писателя скорее плюс, т. е. достоинство, нежели недостаток. Его "Великую смуту" пока не читал, а вот рассказы и публицистика у него на высоком уровне. Хотя иногда его конечно заносит, но кому от этого плохо? Его героям? Так пусть не подставляются. Эйснер тоже не прост. Сумасшедшинки в нем вроде нет, но себялюбие чрезмерно. Ох, чрезмерно. Так мне показалось. Но оно для писателя тоже скорее плюс нежели минус. Он ведь не в Церкви служит. Да, некоторые его вещи перегружены киржакскими словесами и всякими северными терминами. Но может быть для них, для северян, это как раз и есть тот самый одесский цимес без которого ни Бабель, ни тетя Хайя обойтись не могут? Вообще то Эйснер, как понимаю, из немцев. Так почему ему не рассказать бы как живется-можется в Германии. А? кстати, о негоромкой правде нашего времени. Недавно прочел в одном московском журнале дневники бывшего ректора Литинтитута Сергея Есина. Интереснейшее, доложу вам, чтиво! Пользуясь случаем обращаюсь к руководству "РП" напечатать их. Аргоша, оставайтесь прежними и не меняйте на склоне жизни привычек. Вперед на Куклина! Того же самого желаю Куклину. Эйснеру уже пожелал, а редлколлегии порекомедовал. Я.Ч.

269229  2006-10-16 02:33:27
Аргоша
- 269220 = Kуклин = 2006-10-15 17:05:37
Но мы друг другу интересны.

Это вы зря,Куклин.
Человек подобного разлива мне ну никак не может быть интересен. Максимум что могу - посочувствовать, как вам, так и тем, кто принимает вас всерьез.

269241  2006-10-16 11:22:06
Kuklin
- АРГОШЕ

Спасибо, что признали за человека. Вас вот на сайте называли не раз собакой.

269252  2006-10-16 21:38:39
В. Эйснер
- Куклину. Валерий! Спасибо, что напомнил о "мамонтовых" очерках. Отошлю Никитину, может поместит. Международная экспедиция эта - единственная в своёмроде на планете. Кстати, знаешь ли ты, что "мамонтовый" ледник в Хатанге в позапрошлом году обокрали? В полярную ночь спилили замок и вынесли из 96 бивней с полста самых ценных, распилили их на части и отправили в мешках с рыбой в Москву. Там не поделили "бабки", один на другого стукнул и пошла писать губерния. (Но взяли только двух исполнителей, главные лица остались в темноте). Меня уже второй год не приглашают. Экономят на "дорожных". Да и работают теперь в основном в Якутии, хотя таймырский костный материал много моложе (сартанское оледенение). Я не в обиде, хотя, конечно, как весна, так "сердце тама". Пять лет из жизни не выбросишь. Успехов тебе, Эйснер.

269259  2006-10-17 10:30:34
Kuklin - Эйснеру
- Володя! Это же - тема! Срочно пиши о мамонтовозах.

269843  2006-11-17 12:44:25
Липунову от Куклина
- Здравствуйте. Владимир Михайлович.

Большое спасибо за добрые и сочувственные слова в мой адрес, но не так страшен черт, как его малюют, утверждали наши предки. В худшем случае, тутошние вертухаи могут лишь убить меня. А вот то, что на здешней кичи нельзя будет читать, - это худо по-настоящему. Хотя и в этом случае много положительного, ранее бывшего недоступным мне, а также подавляющему числу пишущих по-русски. Какой простор для наблюдений над человеческими типами и характерами чужеземной цивилизации! В качестве кого?! В качестве русского писателя, преследуемого израильским миллионером на территории Германии. В какой момент? В прошлую пятницу открылся общегерманский съезд Национал-демократической партии в Берлине и одновременно пришло ко мне напоминание о том, что я просто обязан не забыть зубную щетку и зубную пасту в день, когда мне следует отправиться в тюрьму. Элемент для сюрреалистического романа, не правда ли? Представьте, что правосудие полтора года тянуло с моей посадкой, чтобы приурочить оную к столь великому празднику для всей берлинской полиции, которую в период проведения международных футбольных игр этого года ╚обули╩ общегосударственные и городские власти на десятки миллионов евро, прикарманив полагающиеся охранникам правопорядка премии, а также месяц назад решивших отказать полицейским в целом списке финансовых льгот, которыми пользовались полицейские, как государственные люди, начиная с 1947 года. Опять сюр, не правда ли? Не выдуманные, а происходящий фактически. Это же более интересно, чем чтение всей этой череды дебильных историй демократов о Сталине, порожденной фантазиями порой самыми примитивными. Это заставляет не удивляться тому, что, согласно статистике, около семидесяти процентов берлинских полицейских относится к идеям национал-социализма и к Гитлеру сочувственно. И обратите внимание на то, что лучшим другом германского канцлера (у Гитлера должность имела то же название) Коля был главный пахан воровской республики Россия Ельцин, лучшей подругой бывшего чекиста Путина стала бывшая комсомольская богиня ГДР Меркель, оба ставленники вышеназванных паханов. Сюр и на этом уровне. То бишь у меня появляется уникальная возможность увидеть современную государственно-политическую систему Германии изнутри, в той ее сокровенной части, куда редко допускаются даже немецкие писатели. Быть преследуемым по политическим причинам не было позором даже в России, а уж в Германии я в мгновение ока окружающими меня германскими немцами-антифашистами признан героем. У меня нет такого количества книг на немецком языке, сколько уже сегодня требуют у меня почитать все появляющиеся и появляющиеся немецкие поклонники. Ибо идет сюрреалистическая война Израиля против арабских стран, уносящая в течение полугода меньше жизней, чем приличная авиакатастрофа, но требующая модернизации ближневосточных стран за счет западноевропейских и российских налогоплательщиков на миллиардодолларовые суммы. А если меня в немецкой тюряге еще и убьют? Или даже просто смажет кто-то по моему лицу Могу оказаться первым в истории национальным героем-германцем русского происхождения. Новый элемент сюра. Главный разведчик ГДР Маркус Вольф должен был умереть, чтобы фашистам ФРГ правительство Меркель дозволило отпраздновать шабаш накануне похорон и именно в Берлине. Подобных деталей и странных стечений обстоятельств уже сейчас достаточно для написания хорошего антифашистского романа. Великие немецкие писатели еврейского происхождения Лион Фейхтвангер и Эрих-Мария Ремарк просто не оказались в застенках гестапо в определенный исторический момент, а потому не имели материала для написания подобных произведений в середине 1930-х годов, когда подобные темы были особо актуальными. Мне же удача лезет в руки сама. Так что после ваших сочувствий, Владимир Михайлович, надеюсь получить от вас и поздравления в связи с ожидаемыми репрессиями. И пожелания не только написать антифашистский роман о современной Германии, но и сделать его достойным памяти сожженных в Освенциме Эрнста Тельмана, Януша Корчака и еще четырех миллионов неарийцев, повешенного в Праге Юлиуса Фучика, убитых в ожидающем меня Моабите русского генерала Карбышева и татарского поэта Мусы Джалиля. Достойная компания, согласитесь, Владимир Михайлович.

Теперь вдобавок по сугубо практическому вопросу В мое отсутствие вам сын мой будет посылать те материалы, которые я сейчас подготавливаю для публикации на РП: короткий рассказ ╚Листья╩ и роман ╚Прошение о помиловании╩, которым следовало бы заменить ╚Великую смуту╩ в рубрике ╚Роман с продолжением╩. Последнее решение для меня вынужденое. Дело в том, что мой литературный агент обнаружил не только пиратские издания ряда моих книг, но и бесчисленные цитирования, совершенные с коммерческой целью, но утаиваемые от автора. ╚Великая смута╩, по его мнению, как произведение высокопатриотичное, может претендовать на Государственную премию России, если в России все-таки найдется хоть один умный и честный издатель, а потому, заявляет он вместе с представителем госслужбы по защите прав германских писателей, следовало бы прекратить публикацию ╚Великой смуты╩ в интернете уже после четвертого тома, то есть они утверждают, что надо продолжить оную публикацию на РП только после выхода пятого и так далее томов в бумажном виде. Что касается ╚Прошения о помиловании╩, то оный роман имеет своеобразную историю в виде двадцатитрехлетнего ареста КГБ СССР с запретом издавать и читать оный. Роман хорошо известен в издательских кругах планеты, с 2003 года дважды издавался, все права на него принадлежат опять мне, а публикация его именно в тот момент, когда я вновь оказываюсь на кичи, теперь уже согласно гуманных и демократических законам, будет весьма актуальной.

Надеюсь, что не очень отвлек вас от дел. Еще раз спасибо вам за моральную поддержку, на которую оказались на всем ДК способны только вы и еще два человека. Им с уже сказал спасибо. Отдельно. До следующей нашей виртуальной встречи.

Валерий Куклин

269844  2006-11-17 13:29:57
Черемша
- Если то что пишет Валерий Куклин правда, то это кошмар. Если же это плод его литературной фантазии, то гениально.

269846  2006-11-17 19:23:36
ВМ /avtori/lipunov.html
- Господин Коэн (Коган) снял издевательский фильм о казахах. Скажите господа, отчего в США позволено издеваться над целым народом?

Отчего Холокосты повторяются со страшной, пугающей периодичностью, вот уж несколько тысяч лет? Будет ли умный наступать на одни и те же грабли? Умный - да. Мудрый - нет.

269853  2006-11-17 22:16:37
Валерий Куклин
- Черемше. А что вам кажется плодом фантазии? То, что у нацистов был съезд в Берлине и что добрых две трети берлинскойполиции с симпатией относятся к неофашистам? Это не раз дискуссировалось в германской прессе. да и остальные факты - не плод вымысла, интерпретация их - уже моя. Очень интересно глянуть на все эти ранее названные мною события с точки зрения сюрреализма, как направления в литературе. А бояться, радоваться или бороться сэтим- дело каждого. Я просто хочу написать обэтом. Только и всего.

В. М. - у. Простите за опечатки - засунул куда-то очки, печатаю набоум Лазаря. Ваше замечание о том, что на уровне заплачстей человеческих разницы в нациях нет, справедливо, но тупому сознанию юристов недоступно. Русских тоже. Да и вся перестройка прошла под единственным лозунгом: Россию - русским, казахстан - казахам и так далее. Грузины вон осетин режут, не глядя на запчасти. И Аргошу спросите - он вам объяснит, отчего он - избранный, отчего нельзя отзываться о представителях иудейской конфессии критично. или спросите, отчего это с такой радостью бегут убивать граждане Израиля арабов, а те так и рвутся резать евреев. Понять вашу мысль о том, что все мы одинаковы, мало кому дано на этйо планете. У меня был друг - негр из Конго Сэвэр. Он, пока учился в СССР, говорил также, как вы, а лет через десять встретились - и он заявил, что белые все - недочеловеки, будущее планеты за истинными людьми - чернокожими. Чем он отличается от судей? только тем, что если бы олн услышал от ответчика, то есть от меня, что по дороге в суд на меня напали, отчегоя опоздал на шесть с половиной минут в зал заседаний, он бы хотя бы задумался, как постьупить. Но при неявившемся на процесс истце германский суд признал меня виновным в том, что я процитировал слова члена Совета безопасности России о гражданине России и Израиля в российской прессе, виновным. Сюрреалоистическая логика. Сейчас судят здесь турка - участника событий 11 сентября в Нью-Йорке. впечатление, что вся германская юстиция ищет способов и причин для оправдания его и освобождения. Третий раз возвращают документы на доследования, хотя подсуджимый сам вслух говорит в присутствии журналистов, что был дружен с участниками терракта и прочее. прочее, прочее. А на днях решили все-таки судить мальчика-турка, который имел более шестидесяти приводов в полицию за то, что грабюил людей, резал их ножом, правда не до смерти, отбироал деньги исовершал прочие подобные поступки. И что? Все знают, что его выпустят на поруки. Потому осуждение моей особы есть особого рода сюр. Гуманизм, он, знаете ли, сродни двуликому Янусу. Самое смешное, что Аргоша прав, меянр могут в последний момент и не взять на кичу - тюрьмы Германии переполнены, очереди большие, я знавал людей, которые сидели свои полугодовые сроки по три-четыре раза порционно. Только приживется человек - а ему пора выходить. Ибо место нужно уступить другому будто бы преступнику. Настоящие ведь преступники в тбрьмах зхдесь, как и в СССР было,не сидят. Это - основная норма всего римского парва и, сталобыть,всемирной юриспруденгции. За совет спасибо, но, как видите, он пришел с запозданием, да и не пригодился бы. Не мытьем, так катаньем бы мне не дали на процессе открыть рта. Мне даже сказали: мы вам полвторить поступок Димитрова не дадим. А роман обо всемэтом я писать уже начал. Жаль, что не успею его закончить к выходу книги "Евреи, евреи, кругом одни евреи". Все-таки такая нация есть. Хотя, по логике, быть ее не может. Нет ни собственного языка. ни собственной культуры, все набьрано по клочкам со всего мира, везде онеые являются крупнейшими представителями чуждых им по менталитету наций... ну. и другая хренотень. Все фальшивое, а смотри ты - живет, уще и душит остальных. Я как-то писал, что порой себя Христом, вокруг которого носятся иудеи и орут: Распни его, распни! Но это - шалость лишь.Христос проповедовал милосердие и подставлял лицо под удары и плевки. Мне подобные поступки чужды. да им не верят представители этой конфессии в то, что посыпавший главу пеплом искренне сожалеет о случившемся, будет верным холопом им. Они предпочитают врагов уничтожать. Это - очень парктично. Потому и склонятьголвоу перед ними,искать объяснения перед судом - подчиняться их правилам игры, при исполнении корторых ты заведомо обречен. Галлилей вон,говорят,держал фигу в кармане. Думаете. они это забыли? Ведь и его судили. И сейчас судят в Карелими за то, что русских порезали чеченцы, русского. И, говорят, преемников Менатепа-банка сейчас взяли за шкирку. между тем, работники Менатепа - в руководстве аппарата президента России. Сюр чистейшей воды! Я сейчас бы "Истинную власть" полностью переписал бюы в сюрреалистическом духе. Ибо сюр позволяет относиться ко всей этой вакханалии иронично. У Горина Мюнхгаузен сказал: "Слигком серьезнео мыживем!" Я бы добавил: "А потому и не живем вовсе". А жить надо успеть. Мало времени осталось. В россии сейчас зима, например, красота в лесу! Здесь - слякоть и леса какие-то затрапезные. И поспорить можно только по интернету. Валерий

269855  2006-11-17 22:34:57
Липунову от Куклина
- Здравствуйте, Владимир Михайлович. А что за фильм создал Коэн о казахах? Я, признаться, в неведении. Но если он американец, то и не удивительно. Просмотрите их нелепого "Тараса Бульбу". Хотя "Прощай, Гульсары" когда-то они сняли хорошо. Пейзажи, раскадровка, музыка... Психологию не всегда учяснили для себя. А в целом хорошо. О казахах вообще нельзя неказахам снимать, особенно русским. Настоящего казаха вообще-то описал как следует один человек - Абай Кунанбаев в "Словах назидания". но попробуйте показать казахов именно такими - станете им истинным врагом. А если в обеих столицах Казахстана фильм понравился, то Коган джействительно создал дрянь. Если же фильм крутят на простынях в степи либо покупают в селахдля простора на теликах, то ошибаемся мы с вами. Валерий

269856  2006-11-17 22:56:04
Черемша - Куклину и ВМ
- Наконец то я все понял. Валерия Куклина отправят на кичу потому что в Берлине состоялся съезд нацистов. И еще тут присоседился гражданин Израиля, который все замутил и о котором Куклин сказал правду. Но при чем здесь турок, который до 11 сентября дружил с арабами, которые взорвали башни? Хотя малолетний турченок, резавший немцев (более 60 человек) и оббиравший их, должен в некоторой степени пролить бальзам на истерзанную плоть Владимира Михайловича. Тем более, что его оправдают. Теперь исключительно к ВМ. Владимир Михайлович, несколько раз перечитал ваши тексты за ╧╧269848 и 269847 и мало что понял. То есть совершенно ничего не понял, ибо вы в кругу прочего даете Валерию Васильевичу советы как ему себя вести на германском суде. Но суд то, коли он в Маобит собрался и даже сумочку упоковал, уже позади. Он же уже писал и про зубную щетку и про то, что читать ему там не дозволят. Теперь что касается определения национальности человека. Любого. Эта процедура, смею вам сообщить, достаточно прозаичная и даже обычная. По крайней мере в странах Западной Европы и в Северной Америке. Вы сдаете кровь в одном из научно-исследовательских институтов (да, да, не удивляйтесь, именно кровь и именно в НИИ) и простите узнать кем предположительно были ваши предки. То есть из каких регионов мира они происходят. И вам, исследовав вашу кровь, говорят, что в ней, допустим, 20% польской крови, 30% - русской, 40% - еврейской и 10% - китайской. Ну а уж кем вы, батенька, себя считаете не говорят. Это исключительно ваше личное дело. Можете, например, считать себя эфиопом. Или этрусском. А почему нет? Я, уважаемый Владимир Михайлович, не шучу. Ни сколечки. Определить состав крови любого "гомесапианса" не представляет сегодня никаких проблем. И об этом, уверяю вас, знают очень многие. Если у вас есть друзья-приятели, дети которых учатся на медицинских факультетах в США или в ЗЕ, обратитесь к ним и получите четкую, а гланое подробную информацию. Стоит, кстати, данная процедура сравнительно немного, но вот сколько конкретно сказать затрудняюсь. И напоследок еще раз обращаюсь с просьбой как то конкретизировать так и непонятые мною ваши тексты. Интересно все таки, что вы этим хотели сказать?

269858  2006-11-17 23:42:58
ВМ
- Валерий Васильевич!

Читайте,например здесь.

Фильм запрещен для показа в России. Лента.Ру - либеральная легкомысленная тусовка. По названию фильма, найдете полную информацию.

269859  2006-11-17 23:26:00
ВМ /avtori/lipunov.html
- Господин Черемша!

Вы своим примером только льете воду на мою точку зрения. Человек не может быть на 30 процентов живым, а на 70 мертвым. Кроме того, даже если бы анализ крови показал бы 100 процентов, я бы, как естествоиспытатель спросил, а чего 100 процентов? Вы что имеете анализ крови, древних шумер? или царя Соломона? Или Чингизхана? Понимате, есть такая болезнь ОРЗ. Приходит врач, берет анализы и говорит - ОРЗ.

Спросите у своих знакомых медиков, что такое ОРЗ? Кстати, недавно отменили этот диагноз.

Но это все частности. Потому что вероятностное определение делает это понятие неопредляемым. А с точки зрения квантовой механики 100 процентной гарантии получить в принципе невозможно.

Чтобы привлекать науку, нужно четко понимать, что есть фундаментальная наука - физика (натурфилософия), а есть мнемонические правила, более или менее выполняющиеся (экономика, медицина, метеоведение, история).

Я не призываю сей час переубедить человечество. Просто надо понимать истинную цену словам.

Конечно нация - вещь чисто гуманитраная, и следовательно плохо определенная.

Абсолютное знание - удел религии. Но религия - если это не лжерелигия - не признает наций ("Нет ни Элина ни Иудея").

269860  2006-11-17 23:49:02
ВМ
- Кстати, чем менее фундаментальной является наука, тем она самоувернней. Например, с 1925 года физики согласились,что нельзя точно определить координаты и скорости тел. То есть есть принципиально недостижимая информация. А попробуйте поспорить с Фоменко насчет древней истории. У него все определено.

269862  2006-11-18 02:48:55
Черемша - ВМ
- Владимир Михайлович, прочел ваш ответ с пояснениями и понял - вы не просто физик, вы, батенька, дремучий физик. А так как я обожаю дремучих, то мы теперь с вами будем систематически дружить и регулярно переписываться. Короче, до связи.

269864  2006-11-18 11:41:13
Липунову от Куклина
- Спасибо за сноску.Теперь вспомнил, что читал в сайтах казахстанской оппозиции об этом комике. делает бабки мужик на деньги вывезшего за границы деньги бывшего казахстанского премьера, возглавившего оппозицию Назарбаеву. Беда в том, что казахстанские власти относятся к нему слишком серьезно и потому вооюбт с ним тупыми полицейскими методами. а против смеха есть одно оружие - смех. Теперь вот догадались, наконец, создать свое антишоу. А оно - опять пиар этому английскому прохиндею. Но придумать что-то более серьезное нельзя в Казахстане. там всем этим занимается как раз то, что называется коррупцией. Для борьбы с Коэном надо рпаботать над его текстами целой группе аналитиков, каковая работает на Коэна в СиЭнЭн, ибо там более всего боятся вступления в Евросоюз государства, имеющего столь стремтельный промышленный рост и столь активно уничтожающий безработицу, как Казахстан. Откуда возьмет Назарбаев аналитиков хороших, если оных разобрали родственники впо своим сусекам? Проще сказать: собака лает - ветер относит. Хотя, если быть откровенным, доля истины в критики англичанином политики Назарбаева есть. Хоть и крохотная, нор задевает казахстанские власти, привыкшие к тому, что само положение их в обществе обеспеячивает им почтение и уважение со стороны соплеменников. Кстати, в Казахстане имеется множество сайтов, которые куда критичней пишут о самом президенте республики и о проводжимой им политике. то есть вся эта возня с Коэном является, по сути, оплаченной ьбританцами пиар-компанией для комика. если кто желает, могу дать координаты, например, независимого комитета по защите прав человека в Казахстане, и других. С уважением, Валерий Куклин

269868  2006-11-18 18:53:05
HH
- Куклину - бред продолжается. Ремарк никогда не был евреем. Как и Томас Манн. Господи, где вы учились, господа, и чему?

269870  2006-11-18 22:39:19
Валерий Куклин
- Вдова Ремарка утверждает обратное. И чем вам не нравится еврейское происхождение Эриха-Марии? Разве от этого его произведения стали хуже? мЕНЯ В СВОЕ ВРЕМЯ ПОКОРИЛИ ЕГО "тРИ ТОВАРИЩА", книга, кстати, весьма откровенно иудейская. И отчего вам наплевать на Фейхтвангера? Он-то был писатель-антифашист убежденный, написал два замечательных романа о том, как работали нацисты с немецкими писателями, делая их послушными орудиями своего режима и пропагандистами своей идеологии. Что касается семейства Маннов, то ряд иудейских теологов их почитает людьми с еврейской кровью,включает в список выдающихся немецких евреев. Коли они врут - спорьте с еврейскими попами. А мне все Манны нравятся независимо от того, были они иудеями или вдруг выкрестами. Иудей Гейне оказался замечательным немецким поэтом, а Гитлер его не любил. Все перечисленные писатели над темой подобного спора изрядно бы попотешались. Когда хотите что-то сказать,некий с абривиатурообразной кличкой, справьтесь у людей сведующих в теме разговора. Вы, как я думаю, школьный учитель, раз столь уверенно утверждаете, что имеете на все готовые ответы. А сомневаться и искать информацию гораздо интереснее, поверьте мне. Валерий КУКЛИН

269871  2006-11-18 22:41:15
Валерий Куклин
- Липунову от Куклина

Здравствуйте. Владимир Михайлович.

Большое спасибо за добрые и сочувственные слова в мой адрес, но не так страшен черт, как его малюют, утверждали наши предки. В худшем случае, тутошние вертухаи могут лишь убить меня. А вот то, что на здешней кичи нельзя будет читать, - это худо по-настоящему. Хотя и в этом случае много положительного, ранее бывшего недоступным мне, а также подавляющему числу пишущих по-русски. Какой простор для наблюдений над человеческими типами и характерами чужеземной цивилизации! В качестве кого?! В качестве русского писателя, преследуемого израильским миллионером на территории Германии. В какой момент? В прошлую пятницу открылся съезд Национал-демократической партии в Берлине и одновременно пришло ко мне напоминание о том, что я просто обязан не забыть зубную щетку и зубную пасту в день, когда мне следует отправиться в тюрьму. Элемент для сюрреалистического романа, не правда ли? Представьте, что правосудие полтора года тянуло с моей посадкой, чтобы приурочить оную к столь великому празднику для всей берлинской полиции, которую в период проведения международных футбольных игр этого года ╚обули╩ общегосударственные и городские власти на десятки миллионов евро, прикарманив полагающиеся охранникам правопорядка премии, а также месяц назад решивших отказать полицейским в целом списке финансовых льгот, которыми пользовались полицейские, как государственные люди, начиная с 1947 года. Опять сюр, не правда ли? Не выдуманные, а происходящий фактически. Это же более интересно, чем чтение всей этой череды дебильных историй о Сталине, порожденной фантазиями порой самыми примитивными. Это заставляет не удивляться тому, что, согласно статистике, около семидесяти процентов берлинских полицейских относится к идеям национал-0социализма и Гитлеру сочувственно. И обратите внимание на то, что лучшим другом германского канцлера (у Гитлера должность имела то же название) Коля был главный пахан воровской республики Россия Ельцин, лучшей подругой бывшего чекиста Путина стала бывшая комсомольская богиня ГДР Меркель, оба ставленники вышеназванных паханов. Сюр и на этом уровне. То бишь у меня появляется уникальная возможность увидеть современную государственно-политическую систему Германии изнутри, в той ее сокровенной части, куда редко допускаются даже немецкие писатели. Быть преследуемым по политическим причинам не было позором даже в России, а уж в Германии я в мгновение ока окружающими меня германскими немцами-антифашистами стал признан героем. У меня нет такого количества книг на немецком языке, сколько уже сегодня требуют у меня почитать все появляющиеся и появляющиеся немецкие поклонники. Ибо идет сюреалистическая война Израиля против арабских стран, уносящая в течение полугода меньше жизней, чем приличная авиакатастрофа, но требующая модернизации ближневосточных стран за счет западноевропейских и российских налогоплательщиков на миллиарднодолларовые суммы. А если меня в немецкой тюряге еще и убьют? Или даже просто смажет кто-то по моему лицу Могу оказаться первым в истории национальным героем-германцем русского происхождения. Новый элемент сюра. Главный разведчик ГДР Маркус Вольф должен был умереть, чтобы фашистам ФРГ правительство Меркель дозволило отпраздновать шабаш накануне похорон и именно в Берлине. Подобных деталей и странных стечений обстоятельств уже сейчас достаточно для написания хорошего антифашистского романа. Великие немецкие писатели еврейского происхождения Лион Фейхтвангер и Эри-Мария Ремарк просто не оказались в застенках гестапо в определенный исторический момент, а потому не имели материала для написания подобных произведений в середине 1930-х годов, когда подобные темы были особо актуальными. Мне же удача сама лезет в руки сама. Так что после ваших сочувствий, Владимир Михайлович, надеюсь получить от вас и поздравления в связи с ожидаемыми репрессиями. И пожелания не только написать антифашистский роман о современной Германии, но и сделать его достойным памяти сожженных в Освенциме Эрнста Тельмана, Януша Корчака и еще четырех миллионов неарийцев, повешенного в Праге Юлиуса Фучика, убитых в ожидающем меня Моабите русского генерала Карбышева и татарского поэта Мусы Джалиля. Достойная компания, согласитесь, Владимир Михайлович.

Теперь вдобавок по сугубо практическому вопросу В мое отсутствие вам сын мой будет посылать те материалы, которые я сейчас подготавливаю для публикации на РП:, короткий рассказ о мальчике ╚Листья╩ и роман ╚Прошение о помиловании╩, которым следовало бы заменить ╚Великую смуту╩ в рубрике ╚Роман с продолжением╩. Последнее решение для меня вынуждено. Дело в том, что мой литературный агент обнаружил не только пиратские издания ряда моих книг, но и бесчисленные цитирования, совершенные с коммерческой целью, но утаиваемые от автора. ╚Великая смута╩, по его мнению, как произведение высокопатриотичное, может претендовать на Государственную премию России, если в России все-таки найдется хоть один умный и честный издатель, а потому, заявляет он вместе с представителем госслужбы по защите прав германских писателей, мне следовало бы прекратить публикацию ╚Великой смуты╩ в интернете уже после четвертого тома, то есть они утверждают, что надо продолжить оную публикацию у вас только после выхода пятого и так далее томов в бумажном виде. Что касается ╚Прошения о помиловании╩, то оный роман имеет своеобразную историю в виде двадцатитрехлетнего ареста КГБ СССР с запретом издавать и читать оный. Роман хорошо известен в издательских кругах планеты, с 2003 года дважды издавался, все права на него принадлежат опять мне, а публикация его именно в тот момент, когда я вновь оказываюсь на кичи, теперь уже согласно гуманных и демократических законов, будет весьма актуальной.

Надеюсь, что не очень отвлек вас от дел. Еще раз спасибо вам за моральную поддержку, на которую оказались на всем ДК способны только вы и еще два человека. Им с уже сказал свое спасибо. Отдельное. До следующей нашей виртуальной встречи.

Валерий Куклин

269872  2006-11-18 22:44:13
- Ай, да Черемша! Ай, да молодец! Был бы рядом, расцеловал бы заразу! Такая тема! А я было ее упустил. А ведь, благодаря вам, любезный друг, вспомнил! Эту тюлю про определение национальной принадлежности по крови я читал в подборках старых журналов (кажется, ╚31 день╩). Авторами антифашистских фельетонов в 1930-х были Валентин Петрович Катаев, Илья Эренбург и Михаил Кольцов. Что-то, кажется, и Мариэтта Шагинян накатала на эту тему. Теперь даже вашего разрешения не требуется на использование идеи существования этого ноу-хау в литературном произведении. Но для полной ясности (в каждой самой сумасбродной идее существует если не рациональное зерно, то присутствуют его пропагандисты), прошу вашего разрешения обратиться в биохимические лаборатории клиник Шаритэ и Бух, находящиеся в Берлине и являющиеся признанными мировыми лидерами в области изучения человеческих запчастей на биохимическом и молекулярно-генетическом уровне. Заодно предлагаю обратиться к специалисту в этой области российскому, выступающему на ДК под псевдонимом Кань. Он работает в одном из двух находящихся на реке Ока наукоградах и является довольно значительным специалистом в области изучения геномов, в том числе и человеческих. Было бы всем нам интересно прослушать комментарии профессионалов вашему заявлению и объяснения, касаемые причин отторжения привитых органов при трансплантации. Согласно вашей теории, получается, что печень араба не может быть привита к печени истинного иудея, а Бушу нельзя пересадить зоб Каедолизы Райс. Для меня ваше фантастическое сообщение всего лишь подсказанный ход для одной из сюжетных линий ранее названного сюрреалистического романа о сегодняшней Германии, а для них биохимиков и генетиков престиж профессии.

Если все-таки такого рода расистские лаборатории по национальной диагностике крови действительно существуют в Германии, не окажете ли любезность сообщить адреса. Я их передам общественной организации ╚Антифа╩, которые тогда непременно выделят средства на проверку качества крови хотя бы моей. Хотя уверен, что для того, чтобы разоблачить шарлатанов-расистов, антифашисты сами пойдут на сдачу крови. Со мной провести проверку легче. Я могу прокосить при заполнении анкет тамошних и выдать себя за глухонемого, но урожденного берлинца. Уверен, что буду, как минимум, шестидесятишестипроцентным арийцем в этом случае, ибо идеальный бюргер это слепоглухонемой бюргер. Дело в том, что в силу ряда причин мне удалось проследить свою родословную по отцовой и материнской линиям до 17 века, потому могу с уверенностью сказать, что ╚если кто и влез ко мне, то и тот татарин╩, а в остальном я славянин, да и морда моя (глянь на фото) чисто славянская. Но фото, мне думается, не заставят в этих лабораториях оставлять при пробирках. А также там не производят антропонометрических исследований черепов по методикам СС.

Мне вся эта идея с тестированием крови на национальную принадлежность кажется либо хитроумным ходом неонацистов, которые просто обязаны финансировать подобные исследования и использовать их хотя бы для того, чтобы с помощью подобных ╚анализов╩ отбирать в свои ряды ╚истинных арийцев╩ и удалять неугодных, но по той или иной причине сочувствующих им, либо ловким ходом герамнских аналогов нашим кооперативщикам времен перестройки, делавшим деньги не только на расхищениях, но и на элементарной человеческой глупости, в списке которых мысль о своей национальной исключительности стоит первой. Так что прошу вас подождать с научным комментарием вашему заявлению о наличии методов по определению национальности по крови. Пока писал, вспомнил, что есть у меня знакомый азербайджанец-берлинец, который являет собой внешне яркий тип арийца и говорит по-немецки безукоризненно. Дело в том, что у азербайджанцев, как и у болгар, немало лиц с голубыми глазами, светлыми кожей и волосами, хотя основной тип их, конечно, темноволосые и смуглые люди. Он с удовольствием поучаствует в этой комедии, мне думается. Он хороший человек.

Ваша информация крайне важна и в Израиле. По лености ли своей, по глупости ли, тамошние пастыри отбирают еврейских овец от иеговонеугодных козлищ с помощью комиссий, которые довольно долго и сурово допрашивают прибывающих со всего мира возвращенцев-аусзидлеров на землю обетованную. Там одним обрезанием не отделаешься, ведь и мусульмане имеют эту особенность, да и к женщинам там нет никакого снисхождения, а их и по такому признаку от ненастоящей еврейки не отличишь. Потому им бы предложенный вами метод анализа по крови пригодился особенно. Да и все правительства нынешнего СНГ с их лозунгами о национальной исключительности использовались бы в качестве права того или иного Саакашвили, например, на должность. Все-таки в Америке учился, черт знает, каких баб щупал в этом Вавилоне. Тема бездонная, обсуждать ее и обсуждать. Но уже, пожалуй, надоело. Еще раз спасибо. До свидания. Валерий Куклин

Пост скриптуум. Собрался уже отослать письмо это, как прочитал ответы людей уважаемых на РП. Они поразили меня тем, что все ученые люди тут же поверили вашей утке, возражая не по существу, а по частностям. Это говорит лишь о чрезмерном доверии русских людей к печатному слову. Вот вы сами попробовали проверить себя на кровные ваши составляющие? Они вас удовлетворили? Или вам неинтересно узнать, насколько вы немец на самом деле, хотя столь активно защищали русских немцев от покушений на страдания их предков?

269877  2006-11-19 04:16:40
- Уважаемый Валерий Васильевич, ну почему во всем чего вы не знаете или о чем впервые слышите, вы усматриваете происки неонацистов, иудейский заговор, мусульманский джихад и прочие злодейства? Ну можно по крови более-менее точно определить в каких регионах планеты проживали твои предки. И всё. И нет в этом никакой дьявольщины или зломыслия. Например, лично я знаю человека, который считал и считает себя немцем, но, как выяснилось, в результате этого анализа прцентов на 60 ирландец, а в остальном немец и украинец. Проведен этот анализ был в Гайдельберге по предложению приятеля его сына, учившегося там на медицинском факультете, в качестве лабораторной или еще какой то работы. Им (студентам) для опытов требовались волонтеры, у которых они брали кровь на подобное исследование. В ходе праздного разговора я узнал, что подобные исследования проводятся и в других городах Германии, в других странах, и что это хотя и не афишируемое, но вполне МИРНОЕ, а главное достаточно РУТИННОЕ занятие наукой. В данном случае медицинской. И нет в этом никакой, повторяю, дьявольщины или же очередного заговора неонаци в канун их очередного съезда, который будет проходить в Берлине или в Москве. Сам же я себе подобного анализа не проводил и проводить не собираюсь. Ни к чему он мне. Кстати, коли зашла об этом речь, то наверняка вы, уважаемый писатель, или ваши друзья-приятели, читали о том, что в иных лаботаториях планеты во всю и давно идут работы по созданию "чудо оружия", которое будет способно поражать исключительно представителей определнной рассы, а то и народа. Например, желтой, или арабов, или... Называется оно, если не ошибаюсь, генным оружием и относится к категории этнического, обладающего избирательным генетическим фактором. Поэтому, Валерий Васильевич, успокойтесь и соратников своих успокойте. Так ведь, мил-человек, недалеко и до мании. В данном случае преследования. Студентам медвузов, уверяю, нет никакого резона, а уж тем более желания, цедить из вас кровушку, чтоб затем передать пробирку с ней авторессе "Дедушки голодного". Хотя... Хотя написал это и подумал, а не стоит ли за всеми этими каверзами Шнайдер-Стремякова? Помните: "Предупрежден, значит вооружен!" Но это я уже не вам, это я Леониду Нетребо. Представляете, идет он поутру на автобусную остановку, а тут бац - Дедушка голодный с Антониной. С ног Леонида сшибли и, чтоб народ в заблуждение ввести, голосят: "Помогите, припадочный! Открытая форма ящура! Срочно требуется донорская кровь!" Народ, естественно, в рассыпную, а дедуле с Антониной только того и надо. Вывернули они Ленчику левую руку (ту что от сердца растет), горло коленом придавили и моментом шприц в вену вогнали. Народ на остановке, конечно, все видит, но приближаться опасается. Мало ли что? Мало ли кто? А злодеи, в смысле дедок с Антониной, тут же кровный анализ сварганили. Техника то у них шпионская, т. е. быстрая. И суют Нетребо прямо в самый его нос справку, заверенную главным санитарным врачем России господином Геннадием Онищенко: "Геноссе Нетребо является стопроцентным арийцем и родным братом Ганса Скорцени-Хмельницкого, который ежедневно будет пытать русско-татарского писателя Мусу Куклина в тюрьме Маобит, вынуждая прослушивать передачи блядской радиостанции "Мульти-культи". На тощак перед завтраком, перед полдником, вместо обеда и на ужин". Потом, значит, дедок с Антониной вскакивают, подхватывабт Нетребо и с криками: "Вы тут не стояли!", расталкивают народ, что на остановке и вскакивают в автобус. Леонид, который вообще то оказался Леопольдом Скорцени, орет водиле: "Сегодня под мостом, убили Гитлера молотком! На Берлин, козел, поворачивай! Без остановок!" И вот за окном уже проплывает средняя полоса России, Белоруссия, Польша... Здесь на заправке два карлика, очень напоминающие братьев Кочинских, попытались втюлить им паленую краковскую колбасу, сварганиную из мяса выдр, но узнав, что автобус угнан в России, и что вся группа направляется в Маобит к Мусе Куклину, моментально застыдились и скормили эту колбасу невесть откуда взявшемуся Аргоше. Тот задрыгал ногами и стал вроде как умирать, но не успел, так как из подлетевшей "Скорой помощи" выпрыгнул Эйснер в белом халате и с криком "Увезу тебя я в тундру" взял у Аргоши кровь. Естественно, на предмет выявления его предков по всем линиям и отправке поездом в район Сыктывкара, с целью подрыва оного и уничтожения Аргоши. Но, проведенный им экспресс-анализ выдал такое, что Эйснер, побелев лицом, и выпучив глаза, присев, прошептал: "Лев Давидович, так вы оказывается живы?!" "Жив, жив, Лаврентий!", - ответил ему Аргоша, и прищурившись поинтересовася: "Когда последний раз ты читал книгу Мухина "Убийство Сталина и Берии"? "Я вообще не читал", - потупился Эйснер. "То-то и видно", - усмехнулся Аргоша-Троцкий. "Срочно в Берлин! В Маобит! Нужно успеть взять кровь на анализ", - по-военному отчеканил он. "Неужели у Мусы Куклина?", - возник сбоку Леонид Нетребо. Но никто ему не ответил. А может и ответил, но он не услышал, так как вдруг налетел ветер сирокко, возникший в Африке и невесть каким образом достигший пригорода Варшавы. Стало сумрачно, даже темно и как то очень тревожно... Но, друзья, не отчаивайтесь, ведь Заседание, как говорил Великий Комбинатор, продолжается.

269878  2006-11-19 11:52:57
8 дней до Мабита
- Неизвестный недоброжелатель, отчего это вы (воспользуюсь любезным вам словом) все время лукавите? С первого же слова, ибо обращение ╚уважаемый╩ возлагает на вас ответственность продолжать речь в том же духе, а вовсе не в ерничающем, какое вы позволили себе, скрывая свое истинное лицо, которое расшифровывается мгновенно. Впрочем, если вам угодно оставаться инкогнито, я позволяю вам оставаться оным и далее. Вы слишком недавно появились на РП и ДК, потому не знаете, что Д. Хмельницкий, которого вы защищаете, действительно стоит во главе организации юных иудеев из числа детей выехавших их СССР беженцев от русского антисемитизма, которые организовались в так называемый ферайн, то есть общественное объединение, поставившего целью своей избавить землю Германии от могил советских солдат и уничтожить памятник ╚Алеша╩, установленный в Трептов парке тот самый: с воином, держащим девочку на руках и попирающим ногами порушенную свастику. Организация эта довольно активно агитирует в ряде районов Берлина, всегда в культурферайнах и гешефтах, принадлежащих континентальным беженцам от русских погромщиков, которым, по их твердому убеждению, помогали и вы с Ш-С, и дГ.

Передача на ╚Мульти-культи╩, пропагандирующая деятельность антирусского ферайна, борющегося с могилами воинов-освободителей, была выпущена в эфир 30 апреля 2004 года в русской программе и длилась более десяти минут без рекламы. В то время, как обычно передачи этой программы не превышают пяти-шести минут с рекламой. Обсуждение на ДК этого события не было оспорено присутствующим под здесь псевдонимом Д. Хмельницким, но вызвала неприятие одной из его покровительниц в лице Т. Калашниковой, пропустившей на одном из русскоговорящих сайтов статью Д. Хмельницкого, являющуюся панегириком деятельности нацистского преступника Отто Скорценни. Согласно сведений, полученных от специальной общественной комиссии по расследованию преступлений неонацистов Германии и их пособников ╚Рот Фронт╩ (г. Штуттгардт), руководитель названного отделения радиостанции является бывшим советским шпионом-перебежчиком, продолжающим сотрудничать с внешней разведкой Израиля.

Что касается сведений ваших о наличии исследований в мировой практике в области изобретения генетического оружия, то вы прочитали об оных в моем-таки романе ╚Истинная власть╩, который вам, как вы сказали, очень понравилсявам. Присутствующий на этом сайте биофизик с псевдонимом Кань высказал предположение, что эту и подобную ей информацию ╚слили╩ мне спецслужбы России. Это не так. Один из участников данных исследований был моим другом. Он-то и ╚слил╩ мне эту информацию уже во время перестройки, оказавшись без работы и незадолго до смерти. После чего косвенные подтверждения мною были получены в мировой прессе. Если бы вы внимательно читали текст романа ╚Истинная власть╩, то обратили бы внимание на то, что речь идет об аппарате Гольджи в клетке, который действительно является единственным отличительным признаком во всех человеческих запчастях на уровне всего лишь составляющих животной клетки. Анализ же крови на предмет национальной (не расовой, обратите внимание) принадлежности мог бы быть коренным революционным шагом в разрешении миллионов противоречий, существующих в мире, но НЕ ОРУЖИЕМ. Если бы можно было путем введения крови папуаса в вену уничтожить австралийца, то целый континент бы уже давно вымер. Потому получается, что ваш конраргумент представляет собой всего лишь иллюстрацию к поговорке ╚В огороде бузина, а в Киеве дядька╩. Я уж писал как-то на ДК, что почти до шести лет не знал русского языка, но говорил по-монгольски и по-тувински. Я почитал в те годы себя азиатом и смотрел на впервые увиденных мною в пять лет русских сверстников с подозрением. Если бы студенты Гейдельбергского университета взяли бы у меня кровь в пять лет, я бы им был признан прямым потомком Чингиз-хана, не меньше. Вашего друга-русского немца они определили в большей части шотландцем, ибо признали его едва заметный русский акцент таковым. Возникает вопрос: счет они вашему другу выписали? Представили документ на гербовой бумаге с указанием выплаты гонорара за список работ, с мерверштойером и сообщением о том, на основании каких юридических документов существует лаборатория, берущая с граждан ФРГ деньги для использование их крови в экспериментальных целях? При заполнении ежегодной декларации о доходах и расходах ваш друг включил указанную сумму в этот документ, чтобы по истечении мая-июня получить эти деньги назад уже от государства, как расход гражданина на нужды развития германской науки? Именно при наличии подобны (и еще некоторых) документов свидетельство о том, что ваш друг не русский немец, а русский шотландец, а потому не может быть гражданином Германии в качестве позднего переселенца, может оказаться действительным. К тому же, в письме Черемши, как мне помнится, говорилось не о студенческих шалостях и остроумных решениях ими финансовых вопросов (кстати, Гейдельбергский университет славился остроумными наукообразными провокациями еще в легендарные времена учебы в нем Гамлета, принца датского, традиции, как видно, не умирают), а о том, что мировой наукой подобного рода тесты признаны достоверными и имеющими право на использование оных как в мирных, так и в военных целях. Вы использовали в военных целях лишь дым пока, студенческую авантюру, позволившую ребятам выпить пива и посмеяться над неудавшимся арийцем. Я поздравляю их.

Но все-таки решил я на следующей неделе смотаться в Гейдельберг. Тамошние медицинский и антропологический факультеты мне знакомы, есть и профессора, с которыми мне довелось беседовать на одной из встреч в Доме свободы в Берлине. Да и расстояния в крохотной Германии таковы, что поездка мне обойдется на дорогу в 30-40 евро всего, да на прожитье истрачу столько же в день. Рискну сотенкой-полутора, сдам кровь свою и кровь азербайджанца весельчакам-студентам. Уж друг-то мой знает свой род основательно, до самого Адама. Если студенты обвинят какую-либо из его прабабушек в блуде и в наличии в его чистейшей высокогорной кавказской крови хотя бы одного процента крови европеида, с Гейдельбергским университетом вести беседу весь род его, известный, как он говорит, своими свирепыми подвигами еще во времена Александра Двурогого. Выеду о вторник (в понедельник сдам кровь в лаборатории берлинских клиник), а вернусь в пятницу-субботу. К понедельнику с тюрьму успею. По выходу на Свободу съезжу за результатами анализов. Тогда и сообщу вам их. Спасибо за адрес и за предстоящее приключение. Валерий Куклин

269879  2006-11-19 12:12:06
НН
- Куклину дело не в том, что люблю я или не люблю евреев или школьный во всем уверенный учитель, а в том, как Вы, г. писатель, по-панобратски обращаетесь с фактами и если они к Вашей кочке не липнут, то переходите на оскорбления. Об этом я Вам уже говорил по поводу ╚Шахматной новеллы╩ Цвейга, из которой Вы сделали ╚Королевский гамбит╩. Смута у Вас в голове. Ремарк 17-летним ушел на войну из католической школы, книги его жгли как антифашистские, а не как еврейские. И бежал он из Германии не как еврей, а ка немец-антифашист. И сестру казнили. В Оснабрюке есть музей, сходите. Есть энциклопедия Брокхауз и литературные на всех языках, есть романы Ремарка ╚Триумфальная арка╩, ╚Черный обелиск╩, ╚Тени в раю╩, откуда умный читатель может больше почерпнуть, чем у тех, у которых все гении должны быть евреями, а если нет, то сделаем их, а дурочки поверят. Богатенький Фейхвангер в Америке, помогавший всем беженцам, даже не принял Ремарка, потому что он немец и начхать ему было, что Ремарк антифашист. А у Томаса Манна жена была еврейка дочка мюнхенского банкира и поэтому его сын-гомосек (тоже писатель) в зависимости от любовника называл себя то евреем, то немцем. В Любеке (Буденброки) тоже можно поинтересоваться, да и читать надо побольше, не только иудейскую литературу. Или в тюряге не дают сюрреалисту почитать? Для меня важно, хорош или плох писатель, объективен, здоров, добр или нет, не обращается ли вольно с фактами, а еврей или русский не играет роли. Есть повсюду хорошие люди, некоторые получше Вас объективней, добрей и талантливей. А ╚НН╩ я подписываюсь, потому что разводите Вы какую-то нездоровую, несерьезную смутную бодягу, брызжете слюнкой, заразить можете. Вот уличил Вас в незнании и неправде, Вы и оскорблять... А так - честь имею. Школьный учитель.

269887  2006-11-19 18:00:49
НН-ой от Куклина
- С музеями надо обращаться осторожно, мадам. Я просто случайно оказался знакомым одной берлинки, много лет бывшей подругой вдове Ремарка и бывавшей у нее в гостях в Швейцарии много раз. Пока была жива вдова, я даже участвовал в переговорах с нею по весьма интересному поводу. Но дело в том, что есть у иудеев одно свойство физического характера, о котором знают жены, но не музейные работники. По-видимому, об этой маленькой детали знали и иудейские попы, когда включали и Ремарка в свой пантеон. Список же известных вам произведений Ремарка я смогу и продолжить, а также припомнить наизусть одну замечательную фразу из "На западном фронте без перемен": "В легендах червей мы останемся добрыми Богами изобилия". Фейхтвангера не стоит ругать за то, что тот не оказал милость или кому-то не помог. В конце концов, вы-то мне в этой даже микробуче пустяковой не хотите помочь, почему он должен был помогать сотням и тысячам беглецов от Гитлера? Да и просил ли о том его Ремарк на самом деле? Он и сам в то время был писателем мировой величины,переведенным на десятки иноязыков. Насчет миллионов у Фейхтвангера я сомневаюсь, но я бы ему их дал хотя бы за "Лису и виноград". За "Лженерона", за "Ервея Зюса". Да и антигитлеровские книги свои он писал, находясь в Германии. Гомиком был Клаус Манн или нет, не знаю. Если так, то в Германии бы его сегодняшней признали национальной гордостью, ибо перерастия на днях узаконена благодаря давлению именно Германии даже на территории всего Евросоюза. Но мне эта информация неприятна. А вот роман "Мефисто" (иной русский перевод "Мефистофель" - изд.Худ лит. - 1977 г) кажется настолько мужественным и сильным, что я понимаю, почему он так нелюбим в современной Германской школе, например. Вы зря гневаетесь на Маннов. Я уверен, что сами вы в том музее не были, всю информацию. почерпнули из газет русскоязычных в Германии. Если бы вы там были и вас действительно интересовал этот вопрос, вы бы побеседовали с тамошними научными сотрудниками, с хранителями экспозиций, узнали больше, чем написано в желтой прессе. Вас рассердило, что я назвал Ремарка немецким евреем? Но вы-то признаете себя русской немкой. Эти кентаврообразные определения ничего не решают. Но я сразу обратил ваше внимание, что беру эту информацию о кентаврообразности писательской крови из книг, изданных иудеями для доказательства ими их избранности, вы же признаете себя слегка измененным ему аналогом, защищая выдуманный персонаж анекдота. Для закрепления за вами права защищать чистокровное арийство Ремарка вы можете вместе со мной сдать кровь свою на анализ в Гейдельбергский университет. А вдруг как окажусь я стопроцентным арийцем по их раскладу, а вы - эфиопкой, как Пушкин. Вас это обрадует или огорчит? Мое право не признавать Ремарка чистокровным немцем после этого вы признаете? Но шутки в сторону. К теме нашей дискусии относится вами обнародованный факт того, что в молодости Ремарк был убежденным идиотом, рвавшимся убивать иноверцев и инородцев на фронтах Первой мировой. Французы заставили его поумнеть основательно,не правда ли? Понимание этого факта куда важнее религиозной принадлежности писателя. Ибо и в те времена слова нация в Германии не было, да ислово еврей было уже нархаизмом, который не знает современная молодежь. Было важно вероисповедание и то, какой конфессии платил человек десятину. Так вот, предки Ремарка платили десятину в синагогу. Мне думается, именно из-за желания доказать свою истинную немецкость глупый молодой человек рванул на фронт в семнадцать лет. Большое счастье для нас всех, что остался жив. Вот любимейший мой немецкий художник того периода Франц Марк, тоже, кстати, немецкий еврей, погиб героически в 1919 году на Западном фронте, став там "легендой для червей" и фигурой практически неизвестной русским немцам. Еще у Ремарка был другом скончавшийся всего лет пятнадцать как великий немецкий художник-антифашист Карл Магритц (работы его имеет даже Лувр). Я был знаком с его вдовой. Она говорила, что Карл называл Ремарка евреем, что в устах его слово это звучало высочайшей похвалой. Карл этот знаменит в истории Германии тем, что в период фашизма резал линогравюры антигитлеровские и, отпечатав с них развешивал по ночам по Дрездену. С 1933 года по 1945 за голову этого таинственного художника Гитлер лично обещал заплатить от 100000 до 1000000 рейсмарок. О факте этом знают все историки немецкого искусства 20 века по всему миру. Если вам посчастливилось попастьв Берлин, то советую вам общаться с живущими здесь замечательными людьми из числа местных немцев или, если выдействительно читаете хорошие книги, со мной, у меня приличная библиотека, а не с... Замнем для ясности. Кстати, последнее... Если бы вы имели возможность перелистать подписку журнала "Литературная учеба" за 1934 год, то вы бы там обнаружили, что Ремарка называют "современным германско-еврейским писателем" в сапмых восторженных тонах. Журнал тот пропал во время войны в качестве самостоятельного издания, возродился лишь в середине 1970-х по инициативе ЦК КПСС совсем другим, но, я надеюсь, у бывшего его главного редактора Михайлова есть подшивка предшественника им возрожденного детища М. Горького. Нгапишите ему, он ответит. А потом покажите в музее, попросите дать ответпо интересующему вас вопросу. Только,пожалуйста, задайте его корректно, вот так: почему существуют в мировой практике две версии национальной принадлежности великого немецкоязычного писателя Ремарка? Иначе вас не поймут.

269892  2006-11-19 20:31:45
HH
- Куклину Хлестаковщиной от Вас несет, уважаемый Валерий. А с вдовой Александра .Сергеевича Натальей... или с ним самим с АС, или... с ооо с Его Вел. Вы не были знакомы? И почему это все Ваши знакомые (самими утверждаете) еврейского происхождения? Простите, к слову, примите, как реплику, не в обиду будь сказано. И также к слову, я ничего против евреев, русских,немцев и прочих не имею, а то с Вашим то умением из мухи слона.... И еще раз к слову, нищий поначалу в Америке Ремарк стал при деньгах только, когда связался с Голливудом. А вот Томас Манн принял Ремарка (не Фейхвангер), помог начать... По делу - старые газеты приводите как довод, талмуды еврейские, вдовушек, ЦК КПСС... на потеху миру. Психология и логика шестиклассника... при талантливом словоблудии. Встретил я недавно одного, он гордо представился - писатель. Что написал, спрашиваю. Я автор восьми романов, отвечает. Где опубликованы то, спрашиваю, а он пока нет, не опубликованы еще, но скоро опубликуют, сам Куклин рекомендовал. Все восемь, спрашиваю, рекомендовал? А сам-то этот Куклин-то много опубликовал, спрашиваю, читали его. Не знаю, говорит, но большой писатель, все говорят, с мировым именем, такой же, как я буду... Неужели Вы, Валерий, не поняли, что я не о том, еврей или нет Ремарк, хотя известно нет!, а о том, что Вы слишком вольно оперируете фактами... Не гоже, если Вы серьезный человек. И не злобствуйте слишком в чужой адрес... Тем не менее, желаю успехов и с приветом к Вам и пожеланиями школьный учитель.

269893  2006-11-19 20:47:56
- Уважаемый ВМ, с чего, как говорится, начали, на том и закончим . Это только золушки могут по ночам зерна от плевел отделять , у меня на это терпежу не хватает :))Послушала еще раз романсы Андрея Журкина - хорошо человек поет, душевно . Пьянство, конечно, зло большое , бороться с этим надо всенепременно . Только Вам-то не все ли равно ?

269894  2006-11-19 20:54:15
- Да и еще, Вы уж извините дуру старую, собачка-то у подъезда была ваша что ли или у меня уже совсем в глазах двоится ?

269904  2006-11-20 12:04:33
НН-у от Куклина
- Обнаружил в Интрнете интереснейший диалог о Ремарке:

- А дело в том, что Ремарк, судя по фамилии, этнический француз

- Хм, это учитывая тот факт, что "Ремарк" - псевдоним. Прочитанное наоборот "Крамер"???

- Если и правда псевдоним, то извините, просто по-немецки в книге написано Remarque - явно французское написание,

- Я упоминал национальность Ремарка, никоим образом не помышляя о гитлере или еще ком нибудь. Фашизма тут уж точно никакого нет.Просто, что бы кто ни говорил, национальный менталитет имеет влияние на людей. И немцы в большинстве своем не склонны к лирике (и т.д.), скорее к скрупулезной научной работе (и т. д.)Все же совсем забывать о национальностях не стоит - дас ист майн майнунг. И еще. Я тут узнал, что версия о Крамере - только догадка. Так что вполне возможно, он француз)))

- Нашла у себя статью о Ремарке, в ней написано - правда о псевдонимах, и не-псевдонимах: Статья о причинах, которые заставили Ремарка подписывать свои произведения псевдонимом. Читая вперед и назад сочетание имен Крамер-Ремарк, нетрудно заметить, что они зеркально отражают друг друга. С этим всегда была связана путаница, которая даже была одно время опасной для жизни знаменитого немецкого писателя Настоящее имя писателя, то, что дано при рождении Эрих Пауль Ремарк или, в латинском написании, - Erich Paul Remark. Между тем, нам всем известен писатель Erich Maria Remarque. С чем же связано это различие в написании имен и при чем же здесь фамилия Крамера? Сначала Ремарк изменил свое второе имя. Его мать Анна Мария, в которой он души не чаял, умерла в сентябре 1917-го. Ремарку - он лежал в госпитале после тяжелого ранения на войне - с трудом удалось приехать на похороны. Он горевал много лет, а потом в память о матери сменил свое имя и стал называться Эрих Мария. Дело в том, что предки Ремарка по отцовской линии бежали в Германию от Французской революции, поэтому фамилия когда-то действительно писалась на французский манер: Remarque. Однако и у деда, и у отца будущего писателя фамилия была уже онемеченной: Remark (Примечание Куклина: знакомы вам аналоги в русской истории с обрусением немецкозвучащих еврейских фамилий? И понимаете теперь, почему и в России, и в Германии зовут евреев в народе французами?) Уже после выхода романа ╚На западном фронте без перемен╩, прославившего его, Ремарк, не поверив в свой успех, попытается одно из следующих произведений подписать фамилией, вывернутой наизнанку КрамерПацифизм книги не пришелся по вкусу германским властям. Писателя обвиняли и в том, что он написал роман по заказу Антанты, и что он украл рукопись у убитого товарища. Его называли предателем родины, плейбоем, дешевой знаменитостью, а уже набиравший силу Гитлер объявил писателя французским евреем Крамером(Вот вам и объяснение, почему представители иудейской общины Германии так быстро признали его своим после победы над фашизмом с подачи Гитлера, можно сказать, ибо о том, что таковым его считали в 1934 году в СССР, они не знали) В январе 1933 года, накануне прихода Гитлера к власти, друг Ремарка передал ему в берлинском баре записку: "Немедленно уезжай из города". (Какие связи в высшем эшелоне власти у нищего Ремарка!!!) Ремарк сел в машину и, в чем был, укатил в Швейцарию. В мае нацисты предали роман "На Западном фронте без перемен" публичному сожжению "за литературное предательство солдат Первой мировой войны", а его автора вскоре лишили немецкого гражданства"

Добавлю от себя предки Ремарка cбежали, возможно, и не от революции в Париже в Германию, а несколько раньше после преследований их предков-иудеев в Испании они ушли во Францию, а потом после преследований тех же ломбардцев и кальвинистов кардиналом Ришелье перебрались в обезлюдевшую после Тридцатилетней войны Германию, как это сделали многие тысячи прочих франкоязычных семей различного вероисповедания, создавших на пустых землях новогерманскую нацию. Ибо полтораста лет спустя, в конце 18 века так просто из Франции беженцев в германские княжества и прочие микрогосударства не принимали. Из переполненных них тысячи голодных семей сами выезжали на свободные земли Малороссии и южного Поволжья. В Тюрингии, к примеру, всякий прибывший иноземец в 18 веке, чтобы стать подданным короля, должен был не только купить большой участок земли, построить на нем дом, но и заплатить налог, равнозначный стоимости покупки и постройки. Потому обожавшие Гетте аристократы-французы, главные представители беженцев из революционной Франции, так и не прижились в Германии. Голодранцев, даже именитых, здесь не любили никогда. Потому участник вышепроцитированной дискуссии, мне кажется, просто заблуждается о времени появления в Германии предков Ремарка.

Я хочу выразить вам, НН, свою благодарность за то, что вы вынудили меня заняться этими любопытными поисками и прошу вас не обижаться на то, что назвал школьным учителем. Это звание в моих глазах все-таки почетное. Я сам два с половиной года учительствовал, время это осталось в моей памяти светлым. Но отношение к советским учителям у меня не всегда хорошее. Я знавал людей, которые зарабатывали на написании курсовых и дипломов для тех, кто учил в это время детей честности и справедливости без дипломов, то есть учился в пединститутах заочно. Этих прохвостов, в основном почему-то спецов по русскому языку и литературе, были тысячи. Будучи после первого развода человеком свободным, я встречался с некоторыми из этих дам, потому знаю основательно уровень их профессиональной подготовки и чудовищной величины самомнение, скрещенное с удивительным невежеством. Все они, например, признавались, что не смогли осилить и первых десяти страниц моего любимого ╚Дон Кихота╩, но с яростью фанатов ╚Спартака╩ защищали позиции и положения прочитанных ими методичек Минобразования о Шекспире, например, либо о ╚Фаусте╩ Гетте. По поводу последнего. Никто из них и не подозревал о наличии в истории Германии действительно существовавшего доктора Фауста, о народных легендах о нем, о кукольных пьесах, но все, без исключения, высказывали положения, будто скопированные на ксероксе, вычитанные у авторов этой самой методички, которые и сами-то не читали, мне кажется, Гетте. Хамское невежество учителя легко объясняется диктаторскими полномочиями по отношению к совершенно бесправным детям, но, мне кажется, такое положение дел неразрешимо. В германской школе невежество учителей еще более значительно. Пример из гимназии, где училась моя дочь. Тема: крестоносцы. Моя дочь написала домашнее сочинение на эту тему - и учительница почувствовала себя оскорбленной. Учительница впервые услышала о Грюнвальдской битве, об оценке ее выдающимися учеными 19-20 века, эта дура не слышала о влиянии альбигойцев на самосознание крестоносцев, путала их с рыцарями-храмовниками, считала, что Орден крестоносцев (католический, то есть подчиненный только папе римскому. общемировой) запретил французский король Филипп Красивый глава всего лишь светского отдельно взятого государства. При встрече с этой историчкой я понял, что объяснить ей невозможно ничего. В отличие от наших прохиндеек, которые все-таки иногда прислушиваются к мнению взрослых, эта выпускница Гейдельбергского университета была уверена, что знает она абсолютно все, ничего нового узнавать не должна, а потому способна только поучать. Она даже заявила мне, что никакого Ледового побоища в истории не было, а Чудское озеро она на карте России не обнаружила, озеро принадлежит какой-то из стран Балтии. Потому, когда будете в музее Ремарка еще раз, общайтесь все-таки с хранителями и научными сотрудниками оных, а не с экскурсоводами, если вас действительно волнует происхождение писателя Ремарка. В Сан-Суси, например, после объединения Германий всех восточных специалистов вышвырнули на улицу, навезли западных. Так вот одна из тамошних западных экскурсоводш с гессингским акцентом очень долго нам рассказывала о великом Фридрихе Великом (именно так), несколько раз потворяя, что на этом вот диване почивали по очереди все великие французские философы-просветители. Я знал только о пленном Вольтере, сбежавшем через два года и написавшим грандиозный памфлет об этом гомике и солдафоне, почитавшемся императором. Потому спросил: можете назвать по фамилии хотя бы пятерых французских философов, спавших здесь? Она молча посмотрела на меня коровьими глазами и ответила: ╚Я же сказала: ╚Все╩. ╚И Ларошфуко-Монтень?╩ - решил пошутить я. ╚И он╩, - подтвердила она. Монтень, как известно, умер лет за 60 до рождения Фридриха Прусского. И я не уверен, что он был когда-то в Пруссии. А Сан-Суси и вовсе построен был через сто лет после его смерти. Что касается Ларошфуко, то это был современник Ришелье и Мазарини, оставивший нам анекдот с алмазными подвесками французской королевы, а потому тоже не мог быть современником великого Фридриха Великого. Как и ни к чему было Ремарку совершать поездку в США за милостыней от Фейхтвангера, дабы, не получив ее, вернуться в Европу сквозь кордон оккупированных Гитлером стран,дабюы осесть непременно в Швейцарии. Этой сейчас мы знаем, что Гитлер оккупировать эту страну не стал, а почитайте документальную повесть Ф. Дюрренматта об этом периоде и узнаете, что Швейцария всю войну имела армию, которая охраняла ее границы и ежеминутно ждала аншлюса, подобного германо-австрийскому. Дюрренматт сам служил в этом войске. То есть сведения, почерпнутые вами из какого-нибудь предисловия к книге Ремарка, о том, как богатый Фейхтвангер прогнал с порога нищего Ремарка, неверны. А это говорит о том, что вам надо поискать иные источники для подтверждения вашей позиции, более достоверные.

269908  2006-11-20 15:12:52
Валерий Куклин
- НН- вдогонку

Интервью вас со мной:

Вопр: Почему это все Ваши знакомые (самими утверждаете) еврейского происхождения? Простите, к слову, примите, как реплику, не в обиду будь сказано.

Ответ: Отнюдь не все и не в обиду. Просто в Германии интеллигентных евреев мне встречалось больше, чем интеллигентных русских немцев. Интереснее, знаете ли, беседовать о Сервантесе и о причинах распада СССР, чем о распродажах по дешевке просроченной колбасы. Но вот вы не еврей, у вас более интересные позиции и темы и я с вами беседую. Даже в качестве Хлестакова. Почему я знал по телефону голос вдовы Ремарка, спрашиваете вы, наверное, но не решаетесь сказать так прямо? Так уж получилось. Ваши знакомые в Берлине могут подтвердить, что ко мне всегда тянулись люди интересные. Вот и вы, например. Без меня марцановские русские немцы не могли бы посмотреть, например, фильм немецких документалистов о Высоцком накануне его премьеры в США, встретиться с уже упомянутым Руди Штралем, которого я имел честь проводить в последний путь после полутора лет искренней дружбы. И так далее. Это немцы местные, как вы заметили. Русских немцев я уже называл прежде. А вот здешние евреи В рассказе ╚Лаптысхай╩ отмечено, какие между нами складывались всегда отношения, но Встретится еще интересные мне еврей или еврейка, я с ними подружусь, предадут прерву отношения навсегда. Как случается у меня во взаимоотношениях с русскими немцами. В России и в Казахстане у меня масса друзей и знакомых совершенно различных национальностей, а в Германии только четырех: к трем вышеназванным добавьте азербайджанца.

2. Вопр: ╚Нищий поначалу в Америке Ремарк стал при деньгах только, когда связался с Голливудом╩.

Ответ: Фильм ╚На Западном фронте без перемен╩ был снят в Голливуде в 1934 году, то есть вскоре после прихода Гитлера к власти в Германии и уже после отъезда Ремарка в Швейцарию, а не в США.

3 Вопр: ╚Хлестаков╩?

Ответ: Вас, наверное, удивит, что я знаю лично нескольких членов Бундестага разных созывов, мы иногда перезваниваемся и даже встречаемся? Они члены разных партий, но относятся ко мне с одинаковыми симпатиями. Потому что я никогда у них ничего не прошу. Это главное, все остальное побочно. Меня этому научил Сергей Петрович Антонов, автор повести ╚Дело было в Пенькове╩. И ваш знакомый, который заявил, будто я рекомендовал его восьмитомник кому-то, ошибается. Если это тот человек, о котором я думаю, то оный передал свой восьмитомник в издательство ╚Вече╩, а это издательство работает исключительно на библиотеки Москвы и Московской области, сейчас начало издавать тридцатитомник Солженицына. Произведения вашего знакомого идут в разрез с политикой России, из бюджета которой кормится это издательство, потому у меня не было бы даже в мыслях предлагать довольно часто мною критикуемый его восьмитомник этому издательству. Не называю его по фамилии, ибо и вы не назвали его. Вчера я рекомендовал стихи одного из авторов РП в ╚День поэзии╩, двух российских авторов рекомендовал в ╚Молодую гвардию╩ прошедшим летом. Они будут напечатаны. Это все пока рекомендации мои этого года талантливых авторов в печать. Рекомендовал было Эйснера в пару мест, но там ознакомились с характером моей дискуссии с ним на ДК, решили его рассказы не печатать. Я ругался, спорил, защищал Володю, но не я ведь редактор, меня не послушали. Очень сожалею, что поссорился с Фитцем, и его книга ╚Приключения русского немца в Германии╩ выйдет в издательстве ╚Голос╩ без моего предисловия, как мы ранее договаривались. Но ему теперь моих рекомендаций и не надо, он имеет теперь имя в России.

4: ╚Что он сам написал?╩

Написал-то много, но издал только, оказывается, 18 книг и выпустил в свет более 20 пьес, два документальных кинофильма. Есть книги тонкие, есть толстые. Но для дискуссии о Ремарке отношения не имеют ни романы мои, ни пьесы-сказки. Если вам интересно, то покопайтесь на РП (я во всем человек верный, не предаю, печатаю здесь все, что могу предложить для Интернета) или на моем личном сайте: Он пока до ума не доведен, стал бестолковым, надо ему придать более благообразный вид, но все некогда, да и неловко перед веб-мастером всегда загружать его работой. Так что посмотрите мой хаос там, авось и сами разберетесь, что я за писатель. По Аргошиным критериям я вообще не умею писать, по мнению правления СП РФ я что-то да стою. В Казахстане фото мое в двух музеях висит, а дома я, оставшись на пенсии, работаю кухаркой. И мне нравится кормить моих близких моей стряпней. И им кажется, что готовлю я вкусно. А в остальное время шалю на ДК. Уж больно серьезные здесь люди попадаются, прямо больные манией величия. Я их и дразню.

269909  2006-11-20 15:14:57
НН
- Куклину - Hallo, Валерий. Не будьте тоже слишком категоричны признак тех училок, которых Вы хорошо описали. Сходите, поговорите, съездите, почитайте не только предисловия... А интернет не всегда самая правдивая информация и,конечно, не источник знаний. Я только хотел дать Вам понять, что не надо идти на поводу у сионистов и приобщать всех великих людей к евреям. Национальность по матери - их главное оружие, их стртегия и тактика во всем мире. Правило у них всех хорошенких евреек подсовываем всем знаменистям. Кто не переспал с хорошенькой еврейкой? Разве только предки Высоцкого, если верить ╚если кто-то есть во мне, то и тот татарин╩. Всему правительству России с времен небезывестного Ленина подкладывались еврейки, особенно, когда и мужики в Кремле того были... Вот и получается дети Томаса Манна или Катаева евреи, заодно и сами. Почему-то ни одна нация, ни русская, ни немецкая или французская, не заботится так шибко о национальной принадлежности, только евреи. Чтобы Вы не начали мне доказывать обратное про Катаева - дед у него был попом, но жена еврейка, да и зять оказался редактором еврейской газеты, в редколлегии которой был и Эренбург. На памятку - когда началась чистка, уцелел только Эренбург. Именно он один! Известно, по каким причинам. Когда же ╚еврейскиий╩ писатель Катаев написал под занавес правду (Уже написан Вертер), как на него эти ребятки набросились! Но поздно. Помер. Не хотел, чтобы при его жизни началась эта вагханалия. И не надо мне напоминать теперь о Петрове. Для справки: Фейхвангер возглавлял во время войны еврейский комитет помощи беженцам, поддерживаемых евр. банкирами и правительством огромными суммами. Ремарку не помогли. И приехал он в Швейцарию толко после войны и доживал дочкой Чаплина, которая недавно была в Берлине. А перебрался он в Америку из Парижа во время войны... С приветом.

269912  2006-11-20 16:18:40
Фитц - Куклину, Эйснеру и Липунову
- Валера, не имея твоего нового электронного адреса (письма отправленные по тому, что есть у меня возвращаются) пишу тебе через ДК. С тобой я себя в ссоре не считаю. Как писателя всегда тебя высоко ценил и продолжаю ценить, но вот с рядом твоих утверждений и суждений был и остаюсь несогласен. Порой, категорически. Постараюсь это обосновать в новой книжке за которую засел. Искренне желаю тебе здоровья. Всего остального у тебя в достатке. Теперь к Володе Эйснеру. Я прочел, что ты намереваешься издать книгу в России. Рекомендую обратиться к Петру Алешкину (кстати, он также друг не только мой и Куклина, а еще доброй сотни писателей и литераторов). Его координаты: aleshkin@list.ru Тел. в Москве: 007 495 625 44 61. Сегодня я с ним говорил по телефону и сказал, что ты в принципе можешь к нему, т. е. в "ГОЛОС-ПРЕСС", обратиться. И, наконец, к главному редактору РП. Хороший, Владимир Михайлович, журнал Вы делаете. Даже очень хороший. Искренне жаль, что нет бумажной версии, а также книжного издательсва. Убежден, многие Ваши авторы с удовольствием стали бы у Вас издаваться. Что же касается системы продажи-распространения книг, то ее можно было бы наладить. Если возникнет идея создать издательство, сообщите. Думаю, не я один подскажут Вам как лучше и эффективнее реализовывать продукцию. К сожалению, уважемые Валерий, Владимир и Владимир Михайлович, ответить на письма, если Вы вдруг их отправите, до Нового года не смогу, так как вынужден полностью сконцентрироваться на делах своей фирмы. О фирме не рассказываю, ибо от писательско-журналистских дел она бесконечна далека. Но тем не мение является главной кормилицей. Да, и так как это мое письмо прочтут многие, всем намеревающимся издать книгу в Москве, рекомендую обратиться к Алешкину Петру Федоровичу. Он человек широкой души. Только что издал книгу Бориса Рацера. Хорошо издал. А кроме того, как сказал мне сам автор, книжка эта хорошо продается. Не унывайте и больше улыбайтесь, А.Ф.

269918  2006-11-20 19:41:18
НН-у
- Спасибо. После тюрьмы отвечу Валерий

269920  2006-11-20 21:40:24
HH
- Не застревайте там, чего это она Вам приглянулась?

269921  2006-11-20 23:27:29
HH
- Спасибо за интервью. Давно не брал.

269926  2006-11-21 11:09:36
6 дней до Моабита
- Неизвестному недоброжелателю моему.

Ангеле Божий, хранителю мой святый, сохрани мя от всякаго искушения противнаго, да ни в коем гресе прогневаю Бога моего, и молися за мя ко Господу, да утвердит мя в страсе своем и достойна покажет мя, раба, Своея благости. Аминь

Текст сей я слямзил у уважаемого мною АВД. В дорогу беру в преславный град Гейдельберг. Дело в том, что в Шаритэ и в Бухе в биохимических лабораториях меня подняли на смех с предложенной вами идеей проверки моих исторических корней по анализу крови. Но вы мне предложили смотаться в Гейдельберг, я туда и попрусь, А заодно заскочу в Геттинген, где тоже есть прекрасный и древний университет со студентами-хохмачами. Так что ждите явления прямого потомка великого Фридриха Великого, а то и самого рыжебородого Фридриха Барбароссы, дорогие товарищи-спорщики.

С приветом всем, Валерий Куклин

269966  2006-11-25 15:04:20
ПРослезавтра в Моабит
- Дорогой НН. Вернулся я из поездки интересной. Прочитало ваше интересное замечание:

Вашего пустового словоизлияния по поводу пустого, далекого от литературы, рассказа ╚дГ╩. Серьезный человек не стал бы серьезно бросать бисер... и на глупой основе филосовствовать всерьез.

Я человек не серьезный. Потому как согласен с Евгением Шварцем, заявившим устами Волшебника: ╚Все глупости на земле делаются с самыми серьезными лицами╩. И совсем не умный в обывательском понимании этого слова, ибо: отчего же тогда я бедный? А потому, что никогда не своровал ни пылинки, а чтобы быть богатым, надо непременно воровать и быть своим среди воров. Воровство занятие серьезное. Если быв я не бросал всю жизнь бисер, как вы изволили заметить, то имел бы голливудские гонорары, а они криминальные, ибо голливудский бизнес самая сейчас мощная машина по отмыванию денег всевозможных мафий. Я писал об этом в романе ╚Истинная власть╩ - последнем в сексталогии ╚России блудные сыны╩. Здесь на сайте он есть, можете купить его и в бумажном виде на ОЗОН. Ру. Это серьезный роман, если вам так хочется серьезности.

А на ДК я, повторяю, шалю. Бужу эмоции. И проверяю характеры. К сожалению, практически всегда предугадываю ходы оппонентов и их возражения. Исключения довольно редки. Их носителей я и уважаю, и бываю с ними серьезен. Ваше стремление закрепить за Ремарком именно немецкую национальность поначалу показалось мне потешным, потому я стал возражать вам априори. Потом вы подключили вторую сигнальную систему и стали мне милы. Мне, признаться, наплевать на то, немец ли Ремарк, еврей ли. Куда интересней в нем то, что, будучи писателем планетарного масштаба при жизни, он остается интересным и много лет после смерти даже тем читателям, которым наплевать на то, как жила Германия между двумя мировыми войнами. Те женщины, диалог которых я процитировал вам в качестве свидетелей происхождения фамилии Ремарк, книги писателя этого читали это самое главное. Очень многих значительных писателей недавнего прошлого уже перестали читать вот, что страшно. Вместо великой литературы везде подсовывают молодежи суррогаты и делают это намеренно с целью дебилизации представителей европейских наций.С помощью школьных и вузовских программ, телевидения и СМИ. Это уже я серьезно. Вы пишете:

Можно и простить некоторые Ваши вольности, но лучше было бы, если Вы их сами не позволяли.

Кому лучше? Уверен, что не мне. Кому неинтересно и неважно, путь не читают. Если им важно и интересно, то значит, что лучше мне продолжать это дразнение красной тряпкой дикого быка. Пока не надоест мне или руководству РП, которые просто выкинут очередной мой пассаж и я пойму: хватит.

269978  2006-11-26 17:05:49
НН
- Куклину ОК, вы меня убедили валять Ваньку никому не возбраняется. На здоровье. Интересно и нужно. Только не надо только под смешочки евреи- (лучше: Еврепид изировать) всю мировую культуру, включая и поэзию немцев итд. Не гоже для русского писателя, ученика Антонова. К имени Антонова автоматически добавляются Казаков, Распутин, Астафьев, Солоухин, Леонов и др. Получилось, что даже внучки Толстого стали еврейками, так как деточки были помешаны на еврейской революции, от которой, понятно, потом бежали и, понятно, кой-кто переспал с власть имущими, коими были, понятно, не совсем Еврипид. По еврейскому правилу дети Толстого должны быть немцами по матери. Но разве это дело нормальной нации (как немецкой) заниматься этой ерундистикой? Исключая, конечно, нации ╚обиженной, но избранной╩. А так с приветом.

269981  2006-11-26 18:55:20
НН-у от Куклина
- Вы знаете, я, наверное, уже наелся этой темой по горло. Оно ведь всегда было на Руси: евреи- персонажи для анекдотов и одновременно доктора, к которым обращались за помощью анекдотчики в трудное время, аптекари, часовщики. До ВОс революции были даже евреи-грузчики. К примеру, дедушка великого кинорежиссера-документалиста Романа Лазаревича Кармена, породивший замечательного писателя, который, на мой взгляд, куда сильнее и значительней прозаик, чем Исаак Бабель, писавший о той же еврейской Одессе с восхищением именно бандитами. Лазарь Кармен писал о портовых рабочих и рыбаках, не связанных с малинами и с откровенной сволочью Беней Криком. Жаль, что СССР порушили именно евреи. Но ведь у других и не поднялась бы рука на Родину-мать. Говорят, что у евреев в шесть раз больше всех положительных и отрицательных качеств, чем у представителей всего прочего человечества. И изобретают они больше, и с ума сходят чаще в шесть раз, а в разбойниках их больше в шесть раз, и в числе людей талантливых. Может быть Но вот нерасчетливых среди них я не встречал, тем более нерасчетливых вшестеро в сравнении с простодырыми русскими или белорусами. Порой долго не понимаешь, отчего человек мил, хоть и еврей, как было со мной в отношении одного в этом рассказе упомянутого друга, а потом вдруг неожиданно открывается его корысть, на сердце становится больно-больно. А он и не понимает: чего переживаешь-то? Было, мол, да быльем проросло, не бери в голову, не переживай, живи просто. А вот у славян не бывает так все просто: сидит занозой в сердце не обида даже, а чувство незаслуженной опоганненности. Оттого и всплывает эта тема то там, но тут. Но не специально. Слишком мелка тема, чтобы посвящать ей жизнь. Потому замолкаю. Не обижайтесь. Я уже, кажется, все сказал. Валерий Куклин

269983  2006-11-26 20:02:38
НН
- Куклину - ОК, я с вами согласен, закончим тягомотину.

270654  2007-01-10 18:10:21
Валерий Куклин
- Анфиса - Валерию Куклину с уважением и почтением. Здраствуйте! Рада признать, что несмотря на ваш суровый характер, а также любовь к острому слову, ваше прекрасное произведение "Великая смута" было для глухого человека черезвычайно интересно. Я люблю читать историческое... Но правда ли всё то, что вы описали? Если правда - поклн до самой Земли!

Спасибо на добром слове, Анфиса. Что вы подразумеваете под словом правда? Роман исторический, фактография взята из летописей и всякого рода архивных документов, мемуаров всего лишь шести авторов и ряда хроник, а также исследований профессиональных ученых. За 28 лет работы над романом менялась много раз концепция в связи с появлением тех или иных фактов, неизвестных ранее мне, а то и ученым. Вполне возможно, что завтра в каком-нибудь задрипанном архиве обнаружат документ, который полностью перечяеркнет и мою последнюю концепцию. Например, сейчас мне известно о пятидесятиэкземплярной работе бывшего доцента Астраханского пединститута, касающуюся периода нахождения Заруцкого с Манриной Мнишек в Астрахани в 1613-1614 годах. Не могу найти даже через Ленинку и через знакомых в Астрахани. А ленинградцы ксерокопию свою выслать мне жмотятся. Я как раз сейчас дошел до того момента, когда доблестные казаки русские прОдают Заруцкого князю Прозоровскому. Но вы дочитали здесь только до расцвета тушинсковоровского периода смуты. Возморжно, мне разрешат послать на РП еще одно продолжение - хотя бы три-четыре главы начатого здесь пятого тома. А вот с книжным вариантом этого романа тянут издатели. Как только книги появится, я сообщу. Пока что советую поискать журнал "Сибирские огни", там в восьми номерах опублимкованы первые четыре тома хроники.

Еще раз спасибо большое за внимание к этому главному в моей жизни произведению. Валерий

Пост скриптуум. Отчего же вы называете себюя глухой? В прямом или символическом смысле?

272224  2007-03-15 13:52:38
Валерий Куклин
- Желающим прочитать приличные две статьи замечательного литературного критика В. Яранцева о первых двух томах настоящей эпопеи:

http://www.pereplet.ru/text/yarancev10oct05.html

282551  2008-07-03 21:09:00
Критик
- Гениально!

289032  2009-07-22 20:33:57
Марина Ершова - Валерию Куклину
- "Вот истинный король! Какая мощь! Какая сила в каждом слове!"

Дорогой Валерий Васильевич! Это Ваша цитата из романа. Но я адресую ее Вам. И пусть злопыхатели бубнят, что льщу. Не льщу. Признаюсь в любви к Вашему творчеству. Глубокому, очень тщательному, богатому и обобщенческой способностью, и нежной чувствительностью к детали. Я доверяю Вам, как читатель. Знаю, что Вы перелопачиваете уйму материала, прежде, чем выдвигаете гипотезу исторического события. Счастья Вам, здоровья и способности творить дальше. Прояснять белые пятна, вдыхая в них жизнь и энергию Вашего горячего сердца. Буду ждать продолжения.

289302  2009-08-08 13:38:09
Алла Попова /avtori/popova.html
- 289032 = 2009-07-22 20:33:57
Марина Ершова - Валерию Куклину
"Вот истинный король! Какая мощь! Какая сила в каждом слове!"

Дорогой Валерий Васильевич! Это Ваша цитата из романа. Но я адресую ее Вам.


Ошибаетесь, Валерий Васильевич, здесь есть читатели!
Напрасно Вы не замечаете таких серьёзных, вдумчивых и талантливых читателей. Для профессионала это непростительно.

Желаю Вам в дальнейшем более трезвого взгляда на ситуацию. А Ваш дар комического, напрасно выплеснутый в этой, мягко говоря, сомнительной дискуссии, больше пригодился бы для Вашего "Поломайкина". К сожалению, в "Поломайкине" нет такого же удачного авторского перевоплощения, и там не смешно. Удачи Вам!

289890  2009-09-15 13:31:28
Валерий Куклин
- На сайте "СУНДУЧОК СОКРОВИЩ" (Украина) начата переопубликация романа-хроники "Великая смута". Первый том "Измена боярская" желающие могут прочситать в роскошном оформлении на следующей странице:

http://www.tamimc.info/index.php/smuta

В течение ближайшщей недели второй том "Именем царя Димитрия" будет также опубликован. Приятного чтения. Валекрий Куклин

293078  2010-06-01 18:07:18
Александр Медведев
- Роман читаю отрывками, понемногу - физически не могу читать (верней, могу, но с трудом) больiие тексты с монитора. Крепко, сильно. Автор богато вооружен всем необходимым инструментарием. Кстати. Проiу В.В. Куклина откликнутья на мою просьбу о помощи. Нужны материалы о 1861 годе - отмене крепостного права.Надо мне знать, как встетила Москва тот год, картинки народного быта. Вероятно, был великий загул. Надо бы об этом почитать. Моя почта antantam@rambler.ru Спасибо

293364  2010-07-20 08:22:27
Alec http://www.liveinternet.ru/users/sauth_park/post130795951/
- - Молодец, Куклин. Хороший писатель,

293551  2010-08-28 11:56:36
Сундучок - сайт сокровищ http://tamimc.info/index.php/tvorchestvo/velsmyta
- Валерий Куклин на сайте "Сундучок сокровищ" и его роман "Великая смута" http://tamimc.info/index.php/tvorchestvo/velsmyta

294160  2010-10-17 18:27:01
Yuli http://sites.google.com/site/idombr/
- История - это расследование коллективного преступления, а не подмостки для скоморохов.

294410  2010-11-02 21:03:33
Марина Ершова - Валерию Куклину
- Уважаемый Валерий Васильевич! Утратила Ваш адрес. Буду в Берлине с 4 ноября 2010 года по 6 ноября в отеле "Адлон Кемпински". Позвоните туда мне, может повидаемся?! Марина Ершова

294605  2010-11-12 21:39:55
юра
- зря и.м.заруцкий убил м.а.молчанова в1610г.ведь последний исчез в1611г.кто-то пишет убит во время мартовского восстания.но голословно.пишут-в сентябре1611г.уже мёртв.не ясно.в романе можно всё.дюма и его благородные герои.он их облагородил на бумаге.сенкевич облагородил на бумаге володыевского. а настоящего полководца богуна опустил.на бумаге.надо русским тоже своих не унижать.в 1 ополчении под москвой в 1611г.было шесть тысяч воинов.это ляпунов сообщил шведам.так у скрынникова.рубец-мосальский исчез феврале1611г.он и молчанов сторонники лжедмитриев и связаны убийством фёдора борисовича.оба умные.оценили ситуцию и решили играть против оккупантов.по новому летописцу умерли злою смертью.тайно отравлены.предлагаю в романе погубить их руками ляхов.и власьева.русские историки должны иницианировать перед руководством россии идею установки памятника вождям 1 ополчения1611г.ляпунову-50.трубецкому и заруцкому-по 30лет.они заслужили.ведь скоро 2011г.

294644  2010-11-17 13:20:11
юра.
- отчество князя василия рубца-мосальского-михайлович.а фёдоровичем звали князя василия александрова-мосальского.историки широкорад и тарас писали о рубце вместо александрова в битве на вырке1607г.надо внимательно проработать р.г.скрынникова иван болотников.скрынников и тюменцев дают отличный документальный скелет для романа.все в случае с болотниковым ограничиваются смирновым и отнимают у рубца-мосальского 4 года жизни.художественые романы можно исправлять и дополнять.историки постянно ищут и находят новые документы.этот процесс бесконечен.

295437  2011-03-02 21:36:20
Ершова-Куклину
- Уважаемый Валерий Васильевич! Прочитала продолжение 2011 года. Оно мне показалось каким-то особенным. Стилистика этой части мне ближе. И образы яснее и полнокровнее для меня. Я не очень люблю батальные полотна. А здесь яркие фигуры. Или это я вчиталась окончательно. Авторская позиция более отстраненная. И это мне симпатично. Уровень обобщения в образе Елены потрясает. И одновременно очень точная психология в этом же образе выписана тщательно, даже скрупулезно. С радостью буду ждать продолжения о Михаиле. По-прежнему доверяю Вашему слову и знанию исторических источников.

297851  2011-12-07 20:29:48
Алла Попова /avtori/popova.html
- Уважаемый Валерий Васильевич, с Днём Рождения Вас!
Здоровья Вам, добрых друзей и добрых идей, семейного благополучия, удачи и радости.

297860  2011-12-08 01:44:47
Валерий Васильевич Куклин
- Алла Олеговна, спасибо. Тут пришло от вас письмо по фэйсбуку, но я его стер, не прочитав. НЕ ЖЕЛАЮ засвечиватьяс в том сайте, я там вообще ничего ни у кого не читаю. Блажь такая у меня. Или придурь - не знаю. Мы мне по-старинке, по е-майлу, письмо напишите - я тотчас откликнусь. Или вот так. Кстати, день рождения у меня восьмого, а не седьмого. Но приятно услышать поздравления раньше. Вы ПЕРВОЙ поздравили меня. Это умиляет.

А что еще сказать в ответ, я и не знаю. Вот если бы вы сказали гадость - я бы разродился огромным письмом в ответ. Но от вас дождешься разве пакости? Вы - женщина добрая, да и бабушка, судя по всему, замечательная, Как моя жена. Она тоже все крутится вокруг внучки. Аж завидки берут. Привет Вадиму, вашим детям и внукам. Желаю вам всем здоровья, счастья и семейного благополучия. ну, и денег достаточно для жизни, совместных походов в театры и в кино. У вас еще театр Образцова окончательно не захирел? Что-то ничего не слышно о его премьерах, не бывает он и на гастроялх в Берлине. А ведь это - чудо из чудес было, порождение сугубо советской власти. Я тут купил набор кукол-перчаток по немецкому кукольному театру о Каспере. Внучка была ошеломлена. Так что начал лепку других рож,а жена стала шить платья новым куклам побольше размером - чтобы влезала моя лапа. А кулиса осталась со старого моего театра. Вот такой у меня праздник. Еще раз вам спасибо. Валерий

297869  2011-12-08 15:14:46
doctor Chazov http://vadimchazov.narod.ru
- Дорогие друзья.
Всем здоровья, улыбок и мягкой, сухой зимы на Евразийских просторах.
Театр Сергея Владимировича Образцова просто замечателен. Там открылись классы для школьников всех возрастов. Появились интересные Кукольники.
На станции метро "Воробьёвы горы" (чтобы никого не обидеть - "Ленинские горы") в стеклянных вращающихся витринах удивительная выставка кукол театра, от "Чингис Хана" до "неандертальцев".
А гастроли - гастроли будут, а у нас пока вполне прилично проходят "Пятничные вечера", без исторических аллюзий, но с чаепитием.
С поклоном, Ваш Вадим.

297870  2011-12-08 18:25:08
Курдюм
- Простите, за обширную цитату из Валентина Фалина. Впрочем, бдительный цензор в случае чего её вырежет. Итак, цитата: Предисловие:

Уважаемые скептики и просто те читатели, которые мне не поверят, я обращаюсь к Вам. Не знаю как в условиях Интернета мне доказать вам правдивость своих слов, но я клянусь, что всё, что написано ниже в моей статье чистая правда. Все диалоги воспроизведены с абсолютной точностью и с максимально возможной передачей чувств и эмоций. Я сам до сих пор не верил что такое бывает... Сам в шоке!

У меня на работе есть личный помощник. Это девочка Настя. В отличие от меня, Настя москвичка. Ей двадцать два года. Она учится на последнем курсе юридического института. Следующим летом ей писать диплом и сдавать <<госы>>. Без пяти минут дипломированный специалист.

Надо сказать, что работает Настя хорошо и меня почти не подводит. Ну так... Если только мелочи какие-нибудь.

Кроме всего прочего, Настёна является обладательницей прекрасной внешности. Рост: 167-168. Вес: примерно 62-64 кг. Волосы русые, шикарные - коса до пояса. Огромные зелёные глаза. Пухлые губки, милая улыбка. Ножки длинные и стройные. Высокая крупная и, наверняка, упругая грудь. (Не трогал если честно) Плоский животик. Осиная талия. Ну, короче, девочка <<ах!>>. Я сам себе завидую.

Поехали мы вчера с Настей к нашим партнёрам. Я у них ни разу не был, а Настя заезжала пару раз и вызвалась меня проводить. Добирались на метро. И вот, когда мы поднимались на эскалаторе наверх к выходу с Таганской кольцевой, Настя задаёт мне свой первый вопрос:

- Ой... И нафига метро так глубоко строят? Неудобно же и тяжело! Алексей Николаевич, зачем же так глубоко закапываться?

- Ну, видишь ли, Настя, - отвечаю я - у московского метро изначально было двойное назначение. Его планировалось использовать и как городской транспорт и как бомбоубежище.

Настюша недоверчиво ухмыльнулась.

- Бомбоубежище? Глупость какая! Нас что, кто-то собирается бомбить?

- Я тебе больше скажу, Москву уже бомбили...

- Кто?!

Тут, честно говоря, я немного опешил. Мне ещё подумалось: <<Прикалывается!>> Но в Настиных зелёных глазах-озёрах плескалась вся гамма чувств. Недоумение, негодование, недоверие.... Вот только иронии и сарказма там точно не было. Её мимика, как бы говорила: <<Дядя, ты гонишь!>>

- Ну как... Гм... хм... - замялся я на секунду - немцы бомбили Москву... Во время войны. Прилетали их самолёты и сбрасывали бомбы...

- Зачем!?

А, действительно. Зачем? <<Сеня, быстренько объясни товарищу, зачем Володька сбрил усы!>> Я чувствовал себя как отчим, который на третьем десятке рассказал своей дочери, что взял её из детдома... <<Па-а-па! Я что, не род-на-а-а-я-я!!!>>

А между тем Настя продолжала:

- Они нас что, уничтожить хотели?!

- Ну, как бы, да... - хе-хе, а что ещё скажешь?

- Вот сволочи!!!

- Да.... Ужжж!

Мир для Настёны неумолимо переворачивался сегодня своей другой, загадочной стороной. Надо отдать ей должное. Воспринимала она это стойко и даже делала попытки быстрее сорвать с этой неизведанной стороны завесу тайны.

- И что... все люди прятались от бомбёжек в метро?

- Ну, не все... Но многие. Кто-то тут ночевал, а кто-то постоянно находился...

- И в метро бомбы не попадали?

- Нет...

- А зачем они бомбы тогда бросали?

- Не понял....

- Ну, в смысле, вместо того, чтобы бесполезно бросать бомбы, спустились бы в метро и всех перестреляли...

Описать свой шок я всё равно не смогу. Даже пытаться не буду.

- Настя, ну они же немцы! У них наших карточек на метро не было. А там, наверху, турникеты, бабушки дежурные и менты... Их сюда не пропустили просто!

- А-а-а-а... Ну да, понятно - Настя серьёзно и рассудительно покачала своей гривой.

Нет, она что, поверила?! А кто тебя просил шутить в таких серьёзных вопросах?! Надо исправлять ситуацию! И, быстро!

- Настя, я пошутил! На самом деле немцев остановили наши на подступах к Москве и не позволили им войти в город.

Настя просветлела лицом.

- Молодцы наши, да?

- Ага - говорю - реально красавчеги!!!

- А как же тут, в метро, люди жили?

- Ну не очень, конечно, хорошо... Деревянные нары сколачивали и спали на них. Нары даже на рельсах стояли...

- Не поняла... - вскинулась Настя - а как же поезда тогда ходили?

- Ну, бомбёжки были, в основном, ночью и люди спали на рельсах, а днём нары можно было убрать и снова пустить поезда...

- Кошмар! Они что ж это, совсем с ума сошли, ночью бомбить - негодовала Настёна - это же громко! Как спать-то?!!

- Ну, это же немцы, Настя, у нас же с ними разница во времени...

- Тогда понятно...

Мы уже давно шли поверху. Обошли театр <<На Таганке>>, который для Насти был <<вон тем красным домом>> и спускались по Земляному валу в сторону Яузы. А я всё не мог поверить, что этот разговор происходит наяву. Какой ужас! Настя... В этой прекрасной головке нет ВООБЩЕ НИЧЕГО!!! Такого не может быть!

- Мы пришли! - Настя оборвала мои тягостные мысли.

- Ну, Слава Богу!

На обратном пути до метро, я старался не затрагивать в разговоре никаких серьёзных тем. Но, тем ни менее, опять нарвался...

- В следующий отпуск хочу в Прибалтику съездить - мечтала Настя.

- А куда именно?

- Ну, куда-нибудь к морю...

- Так в Литву, Эстонию или Латвию? - уточняю я вопрос.

- ???

Похоже, придётся объяснять суть вопроса детальнее.

- Ну, считается, что в Прибалтику входит три страны: Эстония, Литва, Латвия. В какую из них ты хотела поехать?

- Класс! А я думала это одна страна - Прибалтика!

Вот так вот. Одна страна. Страна <<Лимония>>, Страна - <<Прибалтика>>, <<Страна Озз>>... Какая, нафиг, разница!

- Я туда, где море есть - продолжила мысль Настя.

- Во всех трёх есть...

- Вот блин! Вот как теперь выбирать?

- Ну, не знаю...

- А вы были в Прибалтике?

- Был... В Эстонии.

- Ну и как? Визу хлопотно оформлять?

- Я был там ещё при Советском союзе... тогда мы были одной страной.

Рядом со мной повисла недоумённая пауза. Настя даже остановилась и отстала от меня. Догоняя, она почти прокричала:

- Как это <<одной страной>>?!

- Вся Прибалтика входила в СССР! Настя, неужели ты этого не знала?!

- Обалдеть! - только и смогла промолвить Настёна

Я же тем временем продолжал бомбить её чистый разум фактами:

- Щас ты вообще офигеешь! Белоруссия, Украина, Молдавия тоже входили в СССР. А ещё Киргизия и Таджикистан, Казахстан и Узбекистан. А ещё Азербайджан, Армения и Грузия!

- Грузия!? Это эти козлы, с которыми война была?!

- Они самые...

Мне уже стало интересно. А есть ли дно в этой глубине незнания? Есть ли предел на этих белых полях, которые сплошь покрывали мозги моей помощницы? Раньше я думал, что те, кто говорят о том, что молодёжь тупеет на глазах, здорово сгущают краски. Да моя Настя, это, наверное, идеальный овощ, взращенный по методике Фурсенко. Опытный образец. Прототип человека нового поколения. Да такое даже Задорнову в страшном сне присниться не могло...

- Ну, ты же знаешь, что был СССР, который потом развалился? Ты же в нём ещё родилась!

- Да, знаю... Был какой-то СССР.... Потом развалился. Ну, я же не знала, что от него столько земли отвалилось...

Не знаю, много ли ещё шокирующей информации получила бы Настя в этот день, но, к счастью, мы добрели до метро, где и расстались. Настя поехала в налоговую, а я в офис. Я ехал в метро и смотрел на людей вокруг. Множество молодых лиц. Все они младше меня всего-то лет на десять - двенадцать. Неужели они все такие же, как Настя?! Нулевое поколение. Идеальные овощи...

297871  2011-12-08 20:19:28
AVD
- Неувязочка получается. Валентин Фалин - 1926 года рождения. Не мог он смотреть на молодежь, которая "на 10-12 лет младше его" и предполагать, что это овощи. Неувязочка.

297872  2011-12-09 01:38:05
Валерий Васильевич Куклин
- К АВД

Насчет Фалина... У него такого рода "неувязочек" великая уйма. То есть фактически он почти всегда выдумывает якобы на самом деле случившиеся истории. Если это - тот Фалин, который в ЦК работал, посты занимал, то и дело по сей день из ящика умничает. Хотя есть вероятность, что его окружают именно такого рода недоделки, каковой является эта дамочка. Они ведь там - в эмпиреях - живут вне времени и вне страны, вне народа, сами по себе, судят обо всем пол собственным придумкам, которые тут же выдают за истину в первой инстанции. Типичный случай чиновничей шизофрении, так сказать.

За ссылку на "Паямть" спасибо. Я, в отличие от вас, просто пеерводу материал в дос-фйормат, а потом отпечатываю на бумагу. Большой фыайл получается, конечно, бумаги уходит много. Но - переплетешь, отложишь, книга готова, можно и знакомым, друзья дать почитать, можно самому при случае вернуться. К тому же люблю шорох бумаги под пальцами. А элекетронной книгой стал сын быловаться. Я посмотрел - ничего, читается в форнмате ПДФ колонтитутлом в 18. Только получается, что бумажная кнгига в 300 страниц там тя\нет на все 700. Тоже почему-то раздбюражает. Словом еще раз спасибо. Валерий

299180  2012-02-07 15:55:32
Ершова - Куклину
- Валерий Васильевич! Я не историк, не искусствовед, а просто читатель. Спасибо Вам за труд ощутить, осознать такую важную веху в Российской истории. Трудно сейчас обозреть весь роман, еще надо читать.

Но послевкусие осталось печальное и трепетное.

"Найди слова для своей печали, и ты полюбишь ее". (Оскар Уйальд)

Я бы перефразировала немного парадоксально, после прочтения Вашего романа: "Найди слова для своей печали, и ты полюбишь жизнь..."

Еще раз - спасибо от читателя.

299281  2012-02-10 15:23:17
Валерий Куклин
- ВСЕМ! ВСЕМ! ВСЕМ!

Меня в Интернете не раз спрашивали: зачем вы, Валерий Васильевич, так часто вступаете в споры с людьми заведомо невежественными и безнравственными? Советовали просто не обращать внимания на клинические случаи типа Лориды-Ларисы Брынзнюк-Рихтер, на примитивных завистников типа Германа Сергея Эдуардовича, на лишенного морали Нихаласа Васильевича (Айзека, Исаака, Николая) Вернера (Новикова, Асимова) и так далее. Я отмалчивался. Теперь пришла пора ответить и объясниться не только с перечисленными ничтожествами в моих глазах, но и с людьми нормальными и даже порядочными.

В принципе, я не люблю бывших советских граждан, предавших в перестройку свою страну за американскую жвачку и паленную водку с иностранными наклейками, даже презираю их, как презирал их и в советское время за всеобщее лицемерие и повальную трусость. Но судьбе было угодно подарить мне жизнь на территории, где государственным языком был русский, а меня облечь тяготой существования в качестве соответственно русского писателя. Поэтому я всю жизнь искал в людском дерьме, меня окружающем, настоящих людей, рядом с которыми мне приходилось жить. Это в науках всяких зовется мизантропией, произносясь с долей презрения. Но уж каков есть... Практически 90 процентов друзей моих предавали нашу дружбу, но наличие десяти процентов верных давало мне право почитать не всех своих сограждан негодяями и трусами. Для того, чтобы завершить сво титаническую, отнявшую у меня более тридати лет жизни, работу над романом "Великая смута" я был вынужден в период 1990-х годов принять решение о выезде за границу, то бишь в страну-убийцу моей Родины Германию, где меня вылечили от смертельной болезни и дали возможность прозябать в относительной сытости, дабы я с поставленной перед самим собой здачей справился.

Теперь роман мой завершен. Я могу сказать, что огромную, едва ли не решающую, помощь в написании оного на последнем десяилетнем этапе оказал мне сайт МГУ имени М. Ломоносова "Русский переплет" и существующий при нем "Дискуссионный клуб", где при всей нервозности атмосферы и при обилии посещаемости форума лицами агрессивными и психически нездоровыми, я встретил немало людей интеллигентных, чистых душой, умных и красивых внутренне, поддержавших меня в моем нелегком деле вольно. а порой и вопреки своему страстному желанию мне навредить. Заодно я использовал, признаюсь, "Дискуссионный Клуб" для разрешения ряда весьма важных для моего творчества и моего романа теоретических дискуссий, при анализе которых пытался отделить истинную ценность литературного слова от псевдолитературы, как таковой, заполнившей нынешний русскоязычный книжный рынок, кино-и телеэкраны. То есть в течение десяти лет я активно занимался анализом методик манипуляции обыденным сознанием масс, которые фактическии уничтожили мою Родину по имени СССР, не имещую, как я считаю, ничего общего с нынешним государством по имени РФ. Попутно выпустил две книги литературной критики о современном литературном процессе в русскоязычной среде и роман "Истинная власть", где методики манипуляции сознанием совграждан мною были обнародованы. Все эти книги стали учебниками в ряде ВУЗ-ов мира.

Для активизаии дискуссий я намеренно - через активиста русофобского движения бывших граждан СССР, ставших граданами Германии, бывшего глвного редактора республиканской комсомольской газеты Александар Фитца "перетащил" в "РП" и на "ДК" несколько его единомышленников. чтобы не быть голословным, а на их личном примере показать, что такое русскоязычная эмиграция, в том числе и литературная, какой она есть сейчас и каковой она была и во времена Набокова, Бунина и прочих беглецов из Советского Союза, внезапно признанных во время перестройки цветом и гордостью непременно русской нации. Мне думается, что своими криминального свойства и националистическими выходками и высказываниями русскоязычные эмигранты за прошедние десять лет на этих сайтах значительно изменили мнение пишущего по-русски люда об истинном лице своих предшественников. Ни Бунин, ни сотрудничвший с Гитлером Мережковский, ни многие другие не были в эмиграции собственно русскими писателями. Хотя бы потому, что не выступили в качесве литераторов в защиту СССР в 1941 гоу. Да и не написали ничего приличного, угодного мне, а не, например, Чубайсу.

Уверен, что большинство из читающих эти строки возмутятся моими словами, скажут, что наоборот - я бдто бы укрепил их мнение о том, что коммунист Шолохов, к примеру, худший писатель, чем антисоветсчик Бунин или там вялоротый Солженицин. Но. прошу поверить, философия истории развития наций, впервые оцененная и обобщенная на уровне науки великим немецким философом Гердером еще в 18 веке, говорит что прав все-таки я. Русскоязычные произведения литературы, соданные вне России, то есть в эмиграции, для того, чтобы дискредитировать русскую нацию на русском язке, обречены на забвение, ибо не могут породить великих литературных произведений изначально. Почему? Потому что они игнорируют общечеловеческие ценности и общечеловеческие проблемы по существу, существуют лишь в качестве биллетризированной публицистики низкого уровня осознания происходящих в русскоязычном обществе процессов. ВСЯ нынешняя русская литература молчит о Манежной плрщади, но уже начала кричать о шоу-парадах на площадях Болотной и на Поклонной горе. А ведь речь идет на самом деле о противостоянии какой-нибудь Рогожской заставы с Николиной горой. Никого из нынешних так называемых писателей не ужаснуло сообение о четырехкратном единоразовом повышении заработной платы сотрудникам полиции РФ. И примеров подобного рода - миллионы.

Так уж случилось, что читать по-русски следует только то, что написано о России до Октябрьской революции и в СССР. Всё написанное после прихода к власти криминального мира в 1985 голу автоматически перестает быть художественной литературой. Из всего прочитанного мною за последние 16 лет из произведений эмигрантов на русском языке я не встретил НИ ОДНОГО произведения, написанного кровью сердца и с болью за судьбу советскких народов, какие бы ничтожные они не были в период перестройки. Зато поносных слов в отношении противоположных наций встретил несчитанное множество. Исходя хотя бы из одной этой детали (а деталям равновеликим несть числа), могу с уверенностью теперь скаать, что современной зарубежноё литературы на русском языке нет и не может быть в принципе, есть лишь словесный мусор. Если таковая еще и осталась, то осталась она на территории так называемого Ближнего Зарубежья, да и то лишь в качестве вероятности, а не факта.

Никто из эмигрантов (да и в самой РФ), кроме меня в сатирическом романе "Снайпер призрака не видит", не отозвался на такое событие, как война России с Грузией, явившейся овеществлением грандиозного сдвига в сознании бывшего советского человека-интернационалиста, ставшего на сторону идеологии нацизма и пропагандистами криминаьного сознания. Практически все писатели как России, так и других стран, остались глухи к трагедии русского духа, для которого понятие "мирного сосуществования наций" было нормой, а теперь превратилось в ненормальность. И огромную роль в деле поворота мозгов нации в эту сорону сделали как раз-таки русскоязычные литераторы Дальнего Зарубежья, издававшиеся, как правило, за свой счет, но с прицелом на интерес к их творчеству не российского читателя, а западного издателя.

Потому, после зрелого размышления и осознания, что ничего более значительного, чем мой роман-хроника "Великая смута", повествущего о войне католического Запада против православной Руси, я больше вряд ли напишу, и понимания того, что без меня на самом деле в России умное и трезвое слово о состоянии страны сказать некому, все слишком заняты своими претензиями друг к другу и борьбой за кормушки, возвращаюсь на Родину. Нелегально. Потому что на Родине надо жить по велению души, а не по разрешени чиновников. Жить, чтобы бороться. А уж когда, где и как, зачем, почему и так далее - это мое личное дело.

299288  2012-02-10 19:01:22
Курдюм
- Валерий Васильевич пишет: "В принципе, я не люблю бывших советских граждан, предавших в перестройку свою страну за американскую жвачку и паленную водку с иностранными наклейками, даже презираю их, как презирал их и в советское время за всеобщее лицемерие и повальную трусость". Ну что ж, как многократно отмечалось на форуме и как он сам сообщал в Германщину Валерий Васильевич сбежал верхом на жене. Точнее, это его жена приволокла сюда силком. И обратно не выпускает.

299289  2012-02-10 19:08:12
Сергей Герман
- Курдюму.

...в Германщину Валерий Васильевич сбежал верхом на жене...

5+. Я хохотался!

299290  2012-02-10 19:41:08
Курдюм
- - Герману

Уважаемый Сергей, мой совет: плюньте на Куклина. Не тратьте на него время и силы. Ему же, то есть Куклину, совет: заканчивайте, пожалуйста, беспрестанно лгать. Можно фантазировать, можно изображать себя чудо-богатырем, но вот так бессовестно врать и оскорблять, неприлично. Вы, Валерий Васильевич, действительно можете нарваться и получить крупные неприятности. Вам это надо?

299291  2012-02-10 20:23:50
Сергей Герман
- Курдюму.

Володя, я обязательно воспользуюсь твоим советом. Я плюну Кукле в лицо.

299292  2012-02-11 02:56:38
М.П. Нет.
- Браво Валерий Васильевич! Я так и чувствовал, что вы тут экспериментируете. Германа дразните и пр. Обмельчала , конечно, русская литература! А теперь еще и вы уедете окончательно на Родину в Германию. Сдается мне, что потому и обмельчала, что подвизались в ней чаще всего совсем не русские литераторы. Не зря родилась поговорка. "Что ни еврей, то великий русский писатель"! "Чукча не читатель, Чукча писатель.!" Да и не жили долго настоящие русские писатели.Есенин.., Рубцов..., да и Пушкин.., Лермонтов... Как в том анекдоте о соревнованиях по плаванию в Освенциме: "Тяжело плавать в серной кислоте." А уж в советское время и говорить нечего... А в наше время развелось столько болтунов, что тех, кому есть, что сказать уже никто и не слушает..., да и сказать не дают. Я Вас очень хорошо понимаю... и сочувствую Вашим переживаниям!

299303  2012-02-11 15:54:01
Валерий Куклин
- Курдюму

а где же ложь в моих словах? Разве герман не САМ похвалялся тут, что п собственной инициативе отыскал в среде русских поэтов русского националиста с нацистким душком, обозвал его именем своего конкурента на диплом РП Никитой Людвигом и накатал соответствующее письмо на поэта-инвалида в Генпрокуратуру РФ? это- факт.

299319  2012-02-12 06:07:12
All http://www.liveinternet.ru/users/pogrebnojalexandroff/
- В немецком наречии слово ╚медведь╩ мёд ведающий (нем. der Bären) обозначается тем же словом, что и нести (нем. bären), звучащее как ╚бирен╩ (нем. der Bär звучит как ╚бер╩) что-то вроде ╚несун╩ и похожее на славяно-русское... ╚берун╩ (с плавающей буквой i/e), которые в свою очередь созвучны в своей первоначальной части со словом ╚бир╩ (нем. bier, англ. beer) пиво, что можно сопоставить с русским термином ╚набрался, накачен или напоен пивом╩ (╚бир-ен╩): если сравнить несущего колоду мёда медведя и изрядно подвыпившего пива мужика, то в их походке и внешнем виде можно узреть очень много общего, сообщает А.Н.Погребной-Александров в своей Занимательной этимологии.

299323  2012-02-12 09:26:52
Геннадий Абатский skalot
- Два года службы в ГСВГ, позволили пересмотреть этимологию

слова БЕРЛИН! нем. der Bär - медведь...linn- Длинный

(МЕДВЕДИЦЕ) - in ( Для женского ведь Рода )- ...lin///Нen...

Неn . Абатский... (Там А и (умлаут))

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100