TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

Поэзия,
11 августа 2011 года
    

Андрей Журкин

    

    

СТИХИ

(первая книга | вторая книга | третья книга )

 

( третья книга)

СОДЕРЖАНИЕ:

А наша жизнь похожа на шкалу.[A1]

В моей душе средь бурелома.[A2]

Я, наверно, похож на странника.[A3]

.он явился и сказал.[A4]

Я уж думал, хоть с этим отмучился.[A5]

Весь мир расщеплен на добро и зло.[A6]

МАРТОВСКИЕ ЗАРИСОВКИ

Эта долгая зима.[A7]

Ящур бродит по Европе.[A8]

На щепку щепка забралась.[A9]

Пуля[A10]

Любой поэт похож на чайник.[A11]

Вразнос, навынос и .до фени..[A12]

Иванов и мафиози[A13]

К Бабуле-Ягуле[A14]

Молоденький студент, подрабатывая контролером.[A15]

Парк юрского периода[A16]

Она была такая чудная и непосредственная.[A17]

Всё поблекнет, обесцветится.[A18]

Что ни день, то дождик.[A19]

За окошком снег.[A20]

Я вспылил, разгневался, накричал.[A21]

Я . как дерево зимой.[A22]

Забор, закат и по дороге.[A23]

Осенний лес, шуршанье листьев.[A24]

Служил гаишником Гаврила.[A25]

11-ое сентября[A26]

Умер мужик.[A27]

Иов[A28]

Интересно будет взглянуть.[A29]

Я заходил в Твой строгий храм.[A30]

И вот . ты будто бы поёшь.[A31]

Двери настежь! Обида идет.[A32]

Голяк и Спиридон[A33]

В голопузой жаркой Гане.[A34]

В полумраке летейских полей.[A35]

Сказочник[A36]

Предрассветное[A37]

Всем весенним мечтам, помышленьям.[A38]

Есть город страха.[A39]

Иван и Змей[A40]

Суслики в норах попарно живут.[A41]

Возьмем банан.[A42]

Раз тюфяк позвонил подружке.[A43]

Зима без снега, лето без дождей.[A44]

Поймать бы чудесную рыбу.[A45]

Катехизис наших дней[A46]

В морозном воздухе столицы.[A47]

Возвращение[A48]

Приглашение в Аид[A49]

На облаке[A50]

Дачный осенний этюд[A51]

Человеку любое чудо.[A52]

Отрывок[A53]

Моему приятелю[A54]

Всё, что движется напролом.[A55]

Робинзон[A56]

Арифметическая любовь[A57]

В мой гардероб бескорыстия.[A58]

Если путешествовать по водопроводной трубе.[A59]

Я давно не сочинял добрых сказок.[A60]

У Бога есть садик.[A61]

Минет липкое лето.[A62]

Отрывок[A63]

Каждый мнит, будто он . богатырь.[A64]

Черный вестник[A65]

Ангел Смерти бродил по воронкам.[A66]

Уничтожать легко.[A67]

Боязнь Бога далекого.[A68]

Перекрестный лепет листвы.[A69]

Над кюветом на березе.[A70]

Мы . русские.[A71]

Второе пришествие[A72]

Сказание о земле сибирской[A73]

Горацио[A74]

Как лыжник . выпавшему снегу.[A75]

Русалка[A76]

Разговор[A77]

Фауст[A78]

Жить, шарахаясь от боли.[A79]

Снились мне зазеркальные кошки.[A80]

Весна проливается с неба.[A81]

Из бездны[A82]

Много слов просыпалось по дороге.[A83]

Я . человек первой утренней сигареты.[A84]

Русское пьянство . это лестница в небо.[A85]

Спуститься по выщербленным ступенькам.[A86]

Проснуться . это ведь тоже наука.[A87]

Раньше были одежды шуршащие.[A88]

За ежедневной бестолковой работой.[A89]

Народ ликует, земля расседается.[A90]

Давидова плоть состарилась и одряхлела.[A91]

Чрево Анны замкнуто, плод не завязывается.[A92]

Сыновья Илии-священника[A93]

Архангел Рафаил.[A94]

Плоть . это лепет человечий.[A95]

В этом доме не держатся деньги.[A96]

К лешему смола не липнет.[A97]

Лебёдушка белая.[A98]

Живешь и морщишься от боли.[A99]

Я . маленькая ложь.[A100]

Сколько еще предстоит тебе вынести.[A101]

Слишком строгие знаки.[A102]

Губы, губы, где гуляли.[A103]

Стакан, ленивый жук, лунатик.[A104]

Это кто там рукавчики до локтей засучил.[A105]

В Измайлове на зимней ветке.[A106]

Я пересек Садовое кольцо.[A107]

Там бизнесмен вовсю гусарит.[A108]

Ласкались, грызлись, горевали.[A109]

И в творчестве живут свои химеры.[A110]

У поэтесс обманчивое тело.[A111]

Кого ты жаждешь услышать.[A112]

Комары в комарином раю.[A113]

Урчит мотор, выхлопывает дым.[A114]

Пушистый снежок сквозь пустые деревья.[A115]

Там хранятся сосуды для слез человечьих.[A116]

От океана до океана.[A117]

От поездки осталась грустиночка.[A118]

В двух словах не объяснить.[A119]

Прилетал дракон к дракону.[A120]

Сказка о старушке[A121]

А ночами разум охотится.[A122]

Зависимость Земли от Солнца.[A123]

Если я попаду на небо.[A124]

Заработал добрый молодец.[A125]

Чей ты воин? Чей слуга?..[A126]

И была странная запись в его дневнике.[A127]

Жуть наводил Иван Купала.[A128]

Вопросы задаются по эту сторону.[A129]

Сто пятен на собачьей шерсти.[A130]

Не пройтись по кремлевской стене.[A131]

В толчее да в сутолоке.[A132]

Я проснулся нынче с прапамятью.[A133]

Вот фокусник.[A134]

Есть нищета, богатство, изобилье.[A135]

Да, плечами пожимаешь.[A136]

Где твое дерзновение, шаткий ты человек.[A137]

Приглашал меня барин во хоромы.[A138]

Есть в Солнце блеск невыносимый.[A139]

Отрывок[A140]

Четвертая неделя поста на исходе.[A141]

Рыбий Бог[A142]

Удалилась Медуза в горы.[A143]

Кто они были? Молдаван и хохол.[A144]

Воробьи, вороны, голуби.[A145]

Кошка, коврик, батарея.[A146]

Ублажает ли взгляд Ваш.[A147]

Король Баварии, Людвиг такой-то.[A148]

Иаков[A149]

Я . Утро.[A150]

Я . День.[A151]

Я . Вечер.[A152]

Я . Ночь.[A153]

Раз одна узнала мышка.[A154]

Есть станция московского метро.[A155]

Умел плавать и нырять.[A156]

Взрослые навязывают детям игрушки.[A157]

Весенние деньки.[A158]

Бородатый и седой.[A159]

Ангелы . в небе.[A160]

Стансы[A161]

Я спал. И мне спалось.[A162]

Эй, слышь, Дунай замерз, Овидий.[A163]

Где твой виноградник, старина Ганс?[A164]

Кошка[A165]

Снежинка[A166]

Там каждое утро Солнце.[A167]

МОЗАИКА[A168]

НОВОГОДНИЙ ВЕЧЕР В ПАНСИОНАТЕ .РОССИЯ.[A169]


[A1] * * *

А наша жизнь похожа на шкалу

Линейки школьной из щепы фанеры.

Штрихи, полуштрихи, штришки, пробелы -

Всё это годы, месяцы, недели,

И дни, и ночи ( где пробелы - сплю ).

Но есть линейки в двадцать сантиметров

Длиной, а есть - поболее.

Есть даже свой Олимп -

Почтенный мэтр Метр.

Но это не про нас.

Подумать только, тыща миллиметров!

Куда такую прорву и зачем?

Ни в папку, ни в портфель, ни в рюкзачок

Его не уместить.

Вот только разве. хм.

Заместо трости, старческой клюки?..

Но я же школьник!

Мне пристало бегать,

Носиться по паркетным коридорам,

Толкаться у весёлых раздевалок,

Играть в снежки и пропускать уроки,

И искоса следить за той косичкой,

Что где-то там, у третьего окна.

.а глупая рука уже выводит

На расщепленной, ссохшейся линейке

Чужое и загадочное имя.

[A2] * * *

В моей душе средь бурелома

Первобытных инстинктов,

Намерений и поступков

Редко, но встречаются тихие,

Залитые солнцем, прогалины.

На них поспевает сладкая лесная ягода,

Стрекочут колченогие кузнечики

И распушаются сиреневые васильки.

А еще сюда прибегает рыжий лисёнок,

Жадно втягивает влажными ноздрями

Густой, ароматный воздух,

Лижет больную, прищемлённую лапу

И мелко вдрагивает

От далекого, злого и бестолкового,

Собачьего лая.

[A3] * * *

Я, наверно, похож на странника:

Каждый мой нежданный приход

Пробуждает в Вас добродетель

И щемящий настрой души.

..............

Странник, тих, опрятен и скромен,

Приютился в углу под иконой

И рассказывает хозяйке

О скитах и монастырях.

А наутро с горбушкой хлеба

Он отправиться в путь далекий.

Как же пахнет степной полынью

Пропылённый его рукав!

[A4] * * *

.он явился и сказал:

Слушай, а ведь ты почти созрел.

Ты уже не поешь про себя по пути на работу,

Не вспоминаешь стихи, свои и чужие;

Не перешагиваешь через моря и столетия,

Не рябишь воздух внезапной улыбкой.

И запах твой - смесь пота и табака -

Стал похож на тысячи других запахов.

Да, ты помудрел и заматерел;

Легко проходишь мимо жестокости

И нелепости этой жизни.

И - вот смех - если нужно кого-то погладить рукой,

Ты погладишь,

Потому что это безопасно и приятно.

Но тебе уже нечего при этом сказать -

Разве не так?..

[A5] * * *

Я уж думал, хоть с этим отмучился.

Наконец, не в мечтах - наяву

Научился показывать кукиши

И не взыскивать с глаз синеву.

Всё - туфта. Жизнь не стоит страдания

И сравнения с первым блином, -

За известной волной содроганий

Хищно щерится вечный облом.

Пляшут силы, мотивы и похоти;

Что сегодня вода, завтра - снег,

И петляет в полях гадкий оборотень

Под названием человек.

[A6] * * *

Весь мир расщеплен на добро и зло.

А мы? Мы - мира порожденье,

И где-то в нас безумствуют качели

Добра и зла. Но кто раскачивает их?

Ты сам? А может, ближние твои?

А может, тот, кого мы называем "дьявол"?
Мой Бог! Я знаю, что Ты есть,

Но знание без Веры

Отвратительно.

[A7] Мартовские зарисовки

1

Эта долгая зима

Без конца и без начала.

Незаметно закрома

Превратились в терминалы.

Ничего здесь не родит -

Ни душа, ни плоть, ни почва.

Вон, на веточке рябины,

Воробей - хохлат, сердит, -

Отковыривает почку.

Эти белые снега

И сплошное невезенье,

И натужное веселье

В "ящике" по воскресеньям -

Хи-хи-хи да га-га-га.

[A8]

2

Ящур бродит по Европе,

Мы вот-вот затопим "Мир";

Авиация готова

Лёд бомбить на Енисее;

В Думе снова вяло зреет

Антикабинетный вотум

( Будто бы простые люди

Будут с этого иметь!);

И в ответ на этот выпад -

Дескать, вот вам, а не вотум! -

Путин лыжи навощил

И в Хакасию уехал.

( С ним уехал чемоданчик

С обалденно красной кнопкой)

Возле школы первоклашки

В усыхающем сугробе

Раскопали пистолет -

И бабахнул страшный выстрел

Из садистского стишка.

Сколько горя, сколько смерти -

Македония, Чечня.

Сколько лживых заверений,

Что вот-вот и - потеплеет,

Посытнеет, полегчает,

В ширь попрёт и утрясётся.

А и впрямь, уж март в разгаре -

Отчего б не потеплеть?

[A9]

3

На щепку щепка забралась.

А что ей, бедной, оставалось,

Когда вокруг сплошная грязь,

А так - хоть обсушиться малость.

[A10] Пуля

Экстракт жестокого "хочу",

В оправе никелево-медной,

От тела к телу я лечу

В надежде сплющиться победно.

В моём полёте нет красот,

Зато его подчас венчает

Такой при встрече рук разлёт,

Какого в жизни не бывает.

[A11] * * *

Любой поэт похож на чайник:

В том и другом кипит вода,

Жизнь растворенную в себе уничтожая,

Самодовольно отрыгая паром

При помощи визгливого свистка.

[A12] * * *

Вразнос, навынос и "до фени" -

Вот три могучие ступени,

Толкающие нас в полет.

Тоска луны, дурман венерин,

Кровавый марсианский пот.

И лишь Меркурий, бизнес-гений,

Скользит в блаженном отдаленьи -

Уж больно близко к Солнцу: жжёт.

[A13] Иванов и мафиози

Сонет-басня

Над Ивановым мафиози насмехался:

Ты, Иванов, непроходимо туп -

Тебе бы лишь почёсывать свой пуп

И плыть по жизни, не меняя галса.

И потому на шее у тебя не галстук,

А провонявший стершийся хомут!

А ты всё причитаешь ( хлюп да хлюп ):

Я, дескать, жил, работал и старался.

Тот разговор был вечером, а утром

( Как водится, безоблачным и мудрым )

Халтура Иванову привалила -

Понадобилась свежая могила:

Наш мафиози кем-то был подставлен

И в ночь посредством галстука удавлен.

[A14] К Бабуле-Ягуле

Сонет игриво-сказочный

.И вот тропа нас вывела к избушке.

Чернел над разнотравьем срез венца,

И кошка лапою ленивою с крыльца

Качала одуванчиков макушки.

Мы крикнули: Эй, где твоя старушка?

Мы принесли ей хлеба и сальца,

Полфунта сахарку, два крашеных яйца

И завитую пышную ватрушку;

А вот монисто и отрез на платье,

Бычки, одновременно в банке и томате,

Румяна, тушь для сморщенной красы

И ступа новая. Насилу дотащили.

В ответ ленивица мурлыкнула в усы:

А мышку вы, случай, с собой не прихватили?

[A15] * * *

Молоденький студент, подрабатывая контролёром,

Ущучил меня в автобусе. пьяного, безбилетного.

Я ему десять рублей безропотно отдал,

Чтоб было бедняге на что

после лекций в "Макдональдс" зайти.

[A16] Парк юрского периода

сонет

Мы сели отдохнуть на хвост дракона.

Приятель вскрыл забористый "Памир".

Нас окружал нелепый древний мир,

Где всё мертво: от звёзд до электрона.

Наш проводник - известнейший ученый -

Неловкий, как расхлябанный шарнир,

Уж извлекал из сумки транспортир,

Чего-то шепелявя исступленно.

О выскребыш из дохлой ДНК

Спресованного смертью антрацита!

Тебя воссоздала не творчества рука,

Но дух сомнения, пытливый и сердитый.

И если здесь не потушить окурок,

Ты зачадишь огнем трухлявых чурок.

[A17] * * *

Она была такая чудная и непосредственная:

Выпила две рюмки водки, закатила глаза,

Прилегла на тахту и томно промолвила:

Почитай мне что-нибудь из метаметафористов.

[A18] * * *

Владимиру Хлумову

Всё поблекнет, обесцветится,

Заболеет и заструпится,

Истомится и состарится,

Скрючится, ослепнет, сморщится

И развеется безжалостно,

И исчезнет навсегдатушки.

Тут бы нам всплеснуть ручонками

И обрадованно крякнути:

Наконец-то, мол, свершилося

То, о чем так долго грезилось!

Но - увы! - уж кочевряжется

Что-то новое, нескладное,

Глупое, несовершенное,

С незнакомым цветом-запахом,

С неизвестным назначением.

Хочешь, нет ли, а приходиться

Вновь копаться и разгадывать.

[A19] * * *

Что ни день, то дождик

Над моей Москвой:

А с телеэкрана -

Катастрофный вой.

Со всего-то мира

Телетайпный зуд:

Вертолёты бьются,

Оползни ползут;

Ураганы, смерчи;

Там взорвали дом.

И паромы тонут

Не порожняком.

А на заднем плане

Бравый идиот

Потные ладошки

Сладострастно трёт.

Вот соревнование -

Материал подать:

Что за удовольствие

Горе смаковать?..

Есть судьба и случай,

И от той возни,

Где любой за эксперта,

Боже, сохрани!

[A20] * * *

За окошком снег,

На коленях - кошка.

Милый человек,

Отдохни немножко.

Иглы посчитай

На корявом кактусе,

Или помечтай

О копчёном палтусе

Жирен и лоснящ

Палтусиный хрящ.

Как куснёшь его:

Э, брат, ты того.

[A21] * * *

Я вспылил, разгневался, накричал.

Он ощетинился, защищаясь от обвинений.

Ну и что?

Каждый из нас по-прежнему ничего не знал

Ни об истинном положении вещей,

Ни о дьявольских кознях,

ни о Божественном

откровении.

А потом мы разошлись,

каждый по своим делам,

Унося в душе прогорклое семя обиды.

Так бывает: вроде, возводишь храм,

А на поверку - вертеп бесстыдный.

[A22] * * *

Я - как дерево зимой:

Заснул в снегу, забыл шуршанье листьев,

Почти не пью, и соки загустели -

В них бродят сны и вяло пузырятся.

И солнце косится с пологого бугра -

Его лошадка слабосильна;

Чуть-чуть взбредёт на небо, оглянётся .

Вокруг ни травки, ни былинки.

Вздохнёт и под гору уныло потрусит.

А я стою. прислушиваюсь к корням.

[A23] * * *

Забор, закат и по дороге

Бредёт хмельной абориген.

В нём всё устало: руки, ноги,

Ботинки, майка и ремень.

Спроси его: пахал ли, сеял?

Мотнёт заросшей головой:

Какое там - уже неделю

Тропинки не найдёт домой.

И тот жестоко ошибётся,

Кто вздумает язвить над ним.

Он - жив, он тень даёт под солнцем,

Он помнит слово "магазин".

Судить легко, судить отрадно,

Судить - не во поле пахать.

Русь и убога, и нарядна,

Но где и в чём - не разобрать!

[A24] * * *

Осенний лес, шуршанье листьев,

Прозрачность вод, сребристость рос,

Разгул ветров и легкость мысли,

Когда не хочется всерьёз

Воспринимать серьёзность жизни.

Ты - лёгок, сух, вот-вот умрёшь,

Рассыпешься, истаешь светом;

Мышонком юрким ушмыгнёшь

В нору под дёрн.

И будет ветер

До ночи в роще ликовать,

Трепать задрёманные ветви,

Листву к порханью призывать:

"Ура! Он - умер! Как привольно!

Отбросьте страх, забудьте стыд!

Ведь под стопой самодовольной

Уже ничто не зашуршит!"

[A25] * * *

Служил гаишником Гаврила:

И денег у Гаврилы было,

Когда с дежурства приходил -

Фуражку аж на бок кренило

(Он их в фуражке хоронил),

Но вот беда - Гаврила пил.

В часы, свободные от службы,

Не ведал ласк, не ведал дружбы;

Никто Гаврилу не любил:

Вот потому-то он и пил.

[A26] 11-ое сентября

Три тысячи душ в обломках

Недоумевают,

Почему так душно?..

Им обещали что-то светлое и умиротворённое,

А тут - хлопья пепла, гарь и жгучее пламя.

Похоже на ад.

Надо вспомнить, что умерли,

И покинуть Землю.

Можно слепиться в шар,

В ослепительно белое солнце;

Можно собраться в гигантскую птицу,

Взмахнуть живыми крыльями,

Печально закурлыкать,

Чуть-чуть покружить над Нью-Йорком

И растаять в золотых облаках заката:

Там, где нет ни поворотов, ни перекрёстков,

Сидит под раскидистым небесным деревом

Кудрявый мальчуган и играет на свирели.

А над его головой в прозрачной листве

Снуют мириады разноцветных птиц

И на тысячи голосов звенят:

О Аллах! О Иисус! О Иегова!

[A27] * * *

Умер мужик.

И закрутилось

Веретено забот.

От профсоюза попёрла милость:

Венки, автотранспорт, гроб.

Беспечность зеркал задёрнули шторой -

Такой невесёлый китч.

По телеграфам и телефонам

Был брошен призывный клич.

И все три дня, как родня сбиралась

Взглянуть на телесный хлам,

Душа мужика по квартире скиталась,

По верхним её углам.

И было ей слышать немного странно:

Средь всхлипов "кормилец наш!"

Упрямо плыли слова-туманы -

"квартира", "дача", "гараж".

Агент похоронный мероприятье

Оценивает не спеша,

И как скорбит в его рукопожатье

Сочувственная душа!

У лестниц на небо свои пролёты,

Гостированная ступень, -

И вот в оконные переплёты

Прощальный щурится день.

Пыхтит в голове унылой колонны

Автобус - потомок дрог,

Над тощей рощицей подмосковной

Приветный вьётся дымок.

Последняя очередь за каталкой,

Томительный зуд минут.

А в выси кружат беззаботные галки -

Парят, не сеют, не жнут.

Для крематория люб покойник

(Обряд грубоват и прост),

И вот - материй тонких сторонник

Свободен, летит до звёзд.

[A28] Иов

Он проклял день рожденья своего

и ночь зачатья.

Он возроптал на Время.

Каким-то внутренним чутьём почуял,

Что именно оно упрёка заслужило:

Где есть оно, где ток свой совершает,

Там есть и берега, тоскливые и злые.

Тоскливые хотя бы потому,

что к ним нельзя вернуться,

А злые: что вот тянутся и тянутся,

И нет конца им!

О Господи! Так где ж плотина Смерти,

Таинственный прыжок из мига

в вечность?

Ужель его не заслужил?

[A29] * * *

Интересно будет взглянуть,

Когда мы перед Ним предстанем -

Наших душ безбрежная муть,

Будет ли она еще с нами?

Оправдательное нытьё:

Не видал, не слыхал, не ведал.

Боже, вот оно, сердце моё -

Как потрескалось.

[A30] * * *

Я заходил в Твой строгий храм

И удивлялся беспорядку,

Царившему в проёмах ниш,

Загромождению проходов

Меж стройных мраморных колонн:

Но - более всего - нелепому соседству

Предметов, столь различных и враждебных меж собой,

Что, озирая их, в душе сомнение росло:

А храм ли это?

Но там, под сводами,

В клубах раскованных пылинок

Звучал орган.

Зачем, зачем я запрокинул голову?

Назад уже дороги не найти.

[A31] * * *

И вот - ты будто бы поёшь,

Качаешься, плывёшь, летишь,

В пещере сказочной живёшь,

Где музыку ласкает тишь,

Где свод бездонен и высок,

Где каждый звук, сорвавшись с губ,

Безумным увлекаем танцем,

Не хочет возвращаться эхом:

И если есть на свете Бог,

Для звуков сыщется приют -

Над ними Время и Пространство

Не разразятся жутким смехом!

[A32] * * *

Двери настежь! Обида идёт:

Взор подёрнут дурной поволокой.

Тонкогубый слагается рот

В ледяной иероглиф упрёка.

И на сворке, как тысяча псин,

Тошнотворным клубком увлекаем,

Ворох фактов, "разов" и причин,

Оглашенных заливистым лаем.

[A33] Голяк и Спиридон

Однажды Спиридон

В разгар июльской жатвы

Переступил сухой закон.

А ведь давал, каналья, клятвы

Не брать и капли в рот,

Покуда с нивы не свезёт последний сноп.

Какое там! Пустое.

Запил, соколик, так,

Что против прежнего, пожалуй, будет вдвое;

И вот в кармане нашего героя

Остался вскорости один Голяк:

(Заметьте, не пятак)

Голяк жучила был холодный, склизький;

Надменен и тщеслав как сноб английский;

Но Спиридоша наш, в похмельном мандраже

К галлюцинациям привыкнувший уже,

И Голяку был рад.

Обнял за плечи и сказал: Послушай, брат!

Ты, говорят, большущий трезвенник у нас,

А значит, эконом;

И, может быть, тебе ведом

В кармане потаенный паз

С недоучтенным мной рублём.

Ведь посуди, коль прячется такой,

Тебе нет вида на постой.

Голяк наморщил лоб гармошкой,

Чего-то там смекнул

И, криво усмехнувшись, протянул

Хозяину засаленую трёшку.

-------------

Прошла страда, на бывшей ниве злак

Пернатыми друзьями поклевался,

А ушлый и рассчетливый Голяк

У Спиридона зимовать остался.

[A34] * * *

В голопузой жаркой Гане

Объявился слон-вандал.

Он слонялся по саванне,

Баобабы объедал.

Баобабы возмущались:

Столько в тропиках травы!

Но слону они казались

Слаще мёда и халвы.

И сказали баобабы:

Эдак нас он всех сожрёт!

Провести нам, братцы, надо

Общий баобабий слёт.

Соберемся на собранье,

В словопреньях пошумим

И вандаловы деянья

Баобабно заклеймим!

Только вот загвоздка, братцы:

Где назначить этот слёт?

Каждый предлагал собраться

Только там, где он растёт.

Так тянули одеяло

По различным адресам,

Что его совсем не стало

(На клочочки разорвало) -

Всяк теперь спасайся сам.

Попугаи истощали,

Их призывы разнося;

Слон по-прежнему вандалил,

Оголяя всё и вся.

Чуть светает, уж спросонок

Щерит бивневый оскал;

Даже малый баобёнок

Жалости не пробуждал.

А нажравшись, он на спину

Опрокинуться любил;

Под обглоданной купиной

Томно хоботом водил.

Из-за дикого расклада

Одноблюдного меню

Вымирали баобабы,

Засыхали на корню.

Спутник пролетал над Ганой,

Шарил в поисках ракет, -

Только нет ракет в саванне,

Да и баобабов нет.

[A35] * * *

Марианне Орловой

В полумраке летейских полей

Сладковатый дурман асфоделей.

Страх живет в человеческом теле

С колотушкой ночною своей.

Но лишь стоит шагнуть за пределы

Этих жил, сухожилий, костей, -

Изумлённо воскликнет душа:

Где оно, боязливое тело?

Где темница свободы моей?

Смерть, поверьте, совсем не страшна -

Страшно то, что предшествует ей!

[A36] Сказочник

Оле Горпенко

Плащ с серебристыми звездами

И красный, набекрень, берет -

Так много лет он рядом с нами

Блаженно щурился на свет.

Любил пахучие герани,

Бездомных кошек обожал;

В бетонной стенке мирозданья

Он потайной глазок сыскал.

И нам, без устали и лени,

Глаголил, вечно натощак,

Что все предметы и явленья

ТАМ выглядят совсем не так!

Что ТАМ никто не умирает,

Никто не плачет по ночам,

Не сердится, не обижает,

Не лается - в чудесном ТАМ.

А мы, коряво усмехаясь,

Вертели пальцем: мол, того.

И только дети не смущались

И жадно слушали его.

[A37] Предрассветное

Что это? Сон? Виденье? Небыль?

А может, время тороплю.

Плыву в ладье, смотрю на небо,

И, кажется, его люблю.

Хоть нет гнезда для гордой мачты,

Зато есть славный взмах весла;

И, кажется, сулит удачу

Вон та туманная земля.

Светла береговая отмель,

И нарастает птичий хор,

И пусть меня никто не ждёт там,

Приветный не дымит костёр,

Я не спеша ладью причалю

(Песок под днищем заскрипит), -

Последний всплеск волны печальной

Мой смутный облик поглотит.

Прощай, ладья! Твой крепкий остов

Изъест солёная вода.

И я . сквозь ветви, скалы, воздух .

Иду неведомо куда.

[A38] * * *

Всем весенним мечтам, помышленьям

Осень - скользкий, коварный карниз.

Все поступки, дела, прегрешенья

Свалишь в кучу: окажется - жизнь.

В кружевах листопадного глянца

Как она неказиста на вид:

Ворох рвани, огрызки квитанций

И осколок бутылки торчит.

Льют дожди на унылую массу,

Словно в землю стараясь умять,

Будто некому больше в пространстве

Нездоровую дрожь унимать.

Это было в четверг и во вторник,

В позапрошлом и прошлом году;

Лихорадочно дёргался дворник

У машины в ближайшем ряду,

Ветер гнул молодые березки

И трепал транспарант голубой;

Он стоял на сыром перекрестке

И не знал, попадёт ли домой.

[A39] * * *

Есть город страха: в нем живут,

Скуля о близкой смерти.

Есть город жизни: в нем живут,

Не думая о смерти.

И город страха обнесен

Высокими стенами,

А город жизни окружен

Лесами и полями.

И в первом городе весь год

Куют мечи и латы,

И ждут того, кто нападет

На город их богатый.

А во втором - немыслим труд

Без песен и мечтаний;

Хлеба румяные пекут

И ткут цветные ткани.

Бывает так, что город-страх

Возносится безмерно

И кичится обильем плах

На площадях и скверах.

Бывает так, что жизни град

Вдруг съёжится внезапно;

Узором ткани не горят

И тает хлебный запах.

Колоду случая в руках

Господь перетасует:

И вновь страшится город-страх,

И город-жизнь ликует.

[A40] Иван и Змей

(лубочный сонет)

Здорово, Змей! Здорово Ваня!

Какие трудности, дружок?

Да вот, пришел взимать должок

С того, кто белый свет поганит.

Погодь, Ванюш, не горячись,

А чем же я вам насолил?

Бездымн, безогнен и бескрыл,

На брюхе ползаю всю жисть.

Ха, крылья можно прицепить.

Дурак ты, Ваня! Вот за это,

За гнусные твои наветы

Тебя я враз укорочу!

Эй, Змей! Ты что? Хорош душить:

Я пошутил. И я. шучу.

[A41] * * *

Суслики в норах попарно живут,

Поочередно на стрёме стоят,

Флору степную нещадно грызут,

Пестуют малых суслят.

Если ж иной замечтается вдруг,

Глядя на нежный восход, -

Из поднебесья коварный беркут

Вмиг на него упадёт.

Суслики! Небо хотя и просторно,

И лучезарно бывает порой,

Не покидайте уютные норы,

Не обольщайтесь бесплодной мечтой!

[A42] * * *

Возьмем банан:

Он тот еще продукт:

Не ягода, не овощ и не фрукт -

Сам по себе. А ведь когда-то

Он пересёк Атлантику, экватор,

И слышал как ругаются матросы,

Как в гамаках храпят хмельные боссы,

Как корабельные попискивают крысы

И как на камбузе гремят пустые миски;

Железный скрежет якорной цепи

И много что еще.

Но ты его купил,

Очистил, съел, прислушался к утробе

И так сказал себе:

-Конечно, он съедобен,

Но - где Атлантика, экватор и Гольфстрим,

Матросы, боссы, радостный дельфин?..

Фигня всё это - вырос он на грядке

В какой-нибудь Калуге или Вятке.

[A43] * * *

Раз тюфяк позвонил подружке,

Пуховой атласной подушке.

Распалясь понятным желанием,

Сговорился с ней о свидании.

Собираться начал заранее -

Дней за пять или шесть приблизительно,

Потому что был он медлительный.

Он бродил по пустой квартире,

Застревал у окна, в сортире;

Над кипящим топтался чайником,

Аппетит заглушая пряником;

А потом, проходя прихожую,

Натолкнулся на чью-то рожу и

Не на шутку вдруг испугался,

Но очухался, догадался -

Это ж сам он в зерцале мутном

Отразился худым, разутым,

Старым, выцветшим и невзбитым,

Пыльным, жёваным и небритым,

Жалким, тряпочным, необразованным,

Отродясь никем не целованным,

Простодушным, тупым, наивным

И ни капельки не эксклюзивном -

Ни мобильника, ни машины;

Профиль сморщенный, не орлиный.

И сказал он себе невзрачному:

- Поздно, братец, переиначивать!

Знать, судьба моя тюфяковая -

Горемычная, бестолковая!

И амурные обстоятельства

Лишний повод для издевательства!

Полежу-ка я на диване,

Покумекаю о мирозданье;

Проведу-ка я дезинфекцию -

Керосина введу инъекцию.

А подушка пускай другого

Ищет - свежего, молодого.

[A44] * * *

Зима без снега, лето без дождей,

Любовь без радости, мечта без опьяненья;

Ушат брутально-криминальных новостей

И безголосое безудержное пенье.

А впрочем, с неба так же льётся свет

И кошка караулит подоконник,

И из больницы выписан сосед -

Рыбак со стажем, добрый алкоголик.

Он обещал мне выточить десяток поплавков,

А это значит - есть за что цепляться,

И этот мир не так уж бестолков,

И стоит жить, писать стихи, влюбляться.

[A45] * * *

Поймать бы чудесную рыбу,

Чтоб вместо простой чешуи

Монеты её облепляли -

Доллары, динары, рубли.

Возьмешь её нежно за жабры,

Над тазиком раз тряханёшь,

И звонко по синей эмали

Зазвякает денежный дождь.

И вновь в трёхлитровую банку

Её погружаешь скорей,

И щедро её угощаешь

Щепоткой живых мотылей.

И не было б глупых вопросов, -

Мол, что ты еще пожелал?

Она бы, как рыба, молчала,

А я бы ей воду менял.

[A46] Катехизис наших дней

Андрею Миленину

Сподручней греться у костра,

Поток одолевать на лодке;

Быть мастаком стрельбы с бедра

И, как Джеймс Бонд, от пуль увёртким.

Как славно, обозначив цель,

К ней приближаться поэтапно,

А совесть уложить в постель,

Чтоб не скулила о попятном.

Мир, как нестиранный носок,

До омерзения брутален.

Любой твой жест, прищур, кивок

Всегда кого-нибудь да ранит.

А если что-то засвербит,

Вдруг ненароком застыдится,

Защемит, вздрогнет, заскулит,

Не по-хорошему приснится;

Вдруг всхлипнет жалость изнутри,

Собою станешь недоволен.

Тогда пора звонить в .03. -

Ты, братец, не на шутку болен!

[A47] * * *

В морозном воздухе столицы,

В хитросплетении ветвей

Снуют вертлявые синицы,

Клюя остатки алой пиццы

С худых рябиновых кистей.

Собака, устремляя морду,

Природный вспоминает нюх.

Следит за рысканьем бесплодным

Хозяин - тоже несвободный

В старинной связке этих двух.

Увы, но большего не выжать

Из воскресенья за окном.

Где санки? Где коньки и лыжи?

Где голосистый наш мальчишник?

Где я с обветренным лицом?

Нет ничего. И лишь напротив

К стеклу холодному приник -

Почти невидим и бесплотен,

Небрит, одет не по погоде -

Неразговорчивый двойник.

[A48] Возвращение

Итак, прошли века. Он возвращался

На шарик бело-голубой.

В нём весь последний год жила

Единственная мысль: Домой!

Домой. к бетонным автострадам,

К пробежкам в парке по утрам,

К шипяще-жгучей кока-коле,

К бурлящим залам, стадионам,

К девчонкам стройным, голоногим,

Что по-кошачьи спинки выгибают

Не только лишь у стойки бара.

А о проделанной работе он не думал -

Ведь там, в бездонном омуте Вселенной,

Он так и не столкнулся

Ни с чем похожем.

[A49] Приглашение в Аид

Бормотание Сивиллы.

Золотая ветвь Энея -

Страшный пропуск в царство мёртвых.

Предъяви его Харону,

И безжалостный старик,

Усмехнувшись (мол, видали

И других, брат, до тебя!),

Крикнет хрипло и сурово

Мертвецам нетерпеливым:

Цыц, вы, тени! Ну-ка, дружно

Отвалить от челнока!

Нынче я переправляю

Дорогого экскурсанта;

Он без очереди жаждет

Посетить обитель слёз.

Да, живой он, но не будем

Мы завидовать ему -

Стоит лишь в глаза чумные

Заглянуть и в них увидеть

Неприкрашенную цену

За пустое любопытство.

Лучше бы ты, братец, помер!

[A50] На облаке

1 ангел (кивая на Землю)

Брат, мне наскучило сверху внимать

Жалобам, воплям, стенаньям.

Я хочу жить среди них, помогать

И разделять их страданья.

2 ангел

Разная участь, поверь мне, для нас

В смертной юдоли таится -

Что человеческий радует глаз,

Наш заставляет слезиться.

Будешь ты снизу на небо смотреть

Жадным, тоскующим оком;

Будешь страдать и, страдая, стареть,

И будет тебе одиноко.

Будешь в поступках сумбурных своих

Самонадеян, отчаян.

Будешь живым среди тысяч живых

И - всё равно - неприкаян!

Тут наша радость и наша любовь

Тесных не знают сосудов,

Там - полутёплая алая кровь

Землю кропит безрассудно.

Будешь, несчастный, молить об одном,

Долгими маясь ночами,

Чтоб благодатный безжалостный сон

Не ворошил твою память!

Чашу земную испив, в синеву

К братьям твоим возвратишься.

Грешную жизнь вспоминая свою,

Горько же ты прослезишься!

1 ангел

Верю, всё будет, как ты рассказал:

Слёзы, грехи и утраты.

Брат мой, а я ведь тебя разгадал -

Там же и ты был когда-то!

[A51] Дачный осенний этюд

Жалобно кошка мяучит,

Жалобно петли скрипят;

Дождик из серенькой тучи

Моет заброшенный сад.

Из обезлюдевшей кухни

Сладким не тянет дымком;

Мокнут забытые туфли

Под почерневшим крыльцом.

И переполнена бочка

Праздной холодной водой,

На сторону скособочена -

Лопнет, бедняга, зимой.

Дальним гудком электричка

О расписанье поёт,

Только никто по привычке

Не ускоряет свой ход.

Лишь в переплётах оконных

Стёкла в ответ дребезжат,

И с нежилою истомой

Петли калитки скрипят.

[A52] * * *

Человеку любое чудо

Только б за уши притянуть -

Дескать, тайна жива, покуда

Не разгадана её суть.

Вот, легки на разгадки скорые,

Возбуждённо срываемся с мест.

Опаучить квартиру приборами

И прищучить злой полтергейст!

И бубним: мол, в любой аномалии

Нераскрытый дремлет закон;

И почти все точки расставили

С мироточием у икон.

Правда, есть одна незадача,

Так, неясности смутной гран.

Почему-то иконы плачут

Перед тем, как заплакать нам.

Пожинаем полупобеды

И всю жизнь на бобах сидим.

Китеж-град возносится в небо,

А мы тупо в воду глядим.

[A53] Отрывок

В излучинах моей любви

Присутствует уступчивость ландшафту.

Поверхность мира вспучена грехами.

Я каждый день на что-то натыкаюсь

И слышу торжествующий смешок:

Ага, не ожидал? Мол, всё надеешься

Беспечным самотёком

Без неусыпной вахты у руля,

Любуясь звёздами, закатом и восходом,

Не комплексуя, рано или поздно,

Достигнуть океана счастья

И с глупым ласковым журчаньем

В нём раствориться? Не-ет.

Сначала нас минуй, пофыркай, побурли,

Да полижи бетонные устои,

Вдохни-ка запахи зловонной жижи,

Забудь прозрачность, свежесть, чистоту.

Что, не нраву? Отклоняешь русло?

Ну что ж, виляй, юли, но - только знай и помни,

Что окромя твоей блаженной лужи,

Еще есть топь Стигийского болота.

[A54] Моему приятелю

Черкнёт болид по небосводу,

Взалкав искристый суицид;

Учуют кости непогоду,

Украсится коростой стыд.

Не прошибёшь уже и пушкой

Угрюмый нутряной острог;

У сохранившихся отдушин

Самодовольный зверь залёг.

Ты без малейшего смущенья

Смакуешь видеоразврат,

И тащищься от ощущенья,

Что кто-то в чём-то виноват.

[A55] * * *

Всё, что движется напролом -

Самолёт, паровоз, машина -

Не сравнится с вороньим хвостом,

Из гнезда торчащим картинно.

Что от них? Дешёвый угар,

Головная боль и тошнота.

А в ликующе-хриплом .карр!.

Одуряющий кайф улёта!

.Ах, как ветер поёт - послушай!

Ах, как с туч сочатся дожди!

Там, внизу, в поднебесных лужах

Мой пернатый собрат кружит.

В час рассвета и в час заката

Я ныряю в дивный пожар!

Всё во мне так легко, крылато,

Так паряще. ну просто - КАРР!!!.

[A56] Робинзон

Над островом плыло облако.

На острове жил Робинзон.

Питался морскими водорослями

И плёл из лиан шезлонг.

От пищи такой его пучило:

Икал, потел, задыхался.

В движеньях жила неуверенность,

И шезлонг не выплетался.

Всякий раз получалась какая-то несуразица -

Нечто, очень похожее на морского ежа;

И черта-с-два об чём замечтаешься,

На таком шезлонге лежа.

А мечтать Робинзону просто необходимо -

О Манчестере, о кабаке, о Сусанне.

Чтобы не впасть в уныние

И не повеситься на лиане.

Ведь тогда получится, что вся жизнь насмарку;

Все жаркие дни и звёздные ночи,

Все кораблекрушения, надежды, мытарства.

А именно этого он не хочет.

[A57] Арифметическая любовь

А любит Б, а С здесь не при чём.

А так невзрачно, мелко и ничтожно,

Что даже возведенье в степень

Его скорей унизит, чем возвысит.

Но Б немножко глуповато:

Оно согласно на любое приращенье -

Ведь А на шляпку можно прицепить и красоваться.

С - сквалыга с четырьмя нулями -

Издалека следит за их сложеньем

И ухмыляется над жалкой простотой:

Вот дурни! Разве им понять,

Насколько слаще умножать?!

[A58] * * *

В мой гардероб бескорыстия

Меха б пушистого, лисьего.

А то, как на дар разохочешься,

Всю жизнь предлагаешь носки.

И ладно бы, ноские, прочные,

Резиночкой отороченные.

Мои ж увидать - обхохочешься,

(Пойти и напиться с тоски.)

[A59] * * *

Если путешествовать по водопроводной трубе,

То непременно наглотаешься хлора.

Только не путайте, пожалуйста, хлор с хлорофиллом:

Первое - это нечто обеззараживающее,

То есть убивающее мелкую вредную жизнь;

А второе. о, это нечто прекрасное,

Элегантно присущее ряске, планктону.

Но я не об этом, я - о скитаньях по трубам.

Путешествовать лучше в холодной воде,

В водолазном костюме, с хронометром и аквалангом.

Из оружия советую выбрать штык-нож и гарпун китобойный -

Это на случай нежданно-негаданной встречи

С монстром каким-нибудь (много их плавает там).

Да, не забудьте ещё прихватить в жилконторе

Схему районного водоразбора

С ясной символикой мест закольцовок, задвижек.

Схему советую сверить с рассказом сантехника дяди Володи -

Дядя Володя в процессе обслуги, ремонта

Многое в ней на свой творческий лад переладил.

И не скупитесь воздать ему щедрою мерой -

Полный налейте стакан с непочатой бутылки!

Сами ж допейте остаток и в плаванье смело пускайтесь!

[A60] * * *

Я давно не сочинял добрых сказок.

Я давно не бывал на Луне.

Я давно не гладил по вихрастой макушке

Прохладный утренний ветерок.

Я давно не разговаривал с зайцем,

Не расспрашивал его о лесных новостях,

О жестоких охотниках и надоедливых дятлах,

О сладких кочерыжках и шуршащей листве.

Я давно не перекраивал мир

(Затупились чудо-ножницы, запропали куда-то.),

Я давно не сочинял звонких песен -

Будто волшебный гейзер растерял свою силу:

Пузырьки заблудившися звуков глухо лопаются в груди.

Я давно не спал под звёздами -

В душистом сене, раскинув руки.

Я давно не растворялся в реке,

Не нырял под коряги,

Не оплетался с головы до пят

Прохладными водорослями.

Всё это я не совершал очень давно.

А спроси: почему?

Усмехнусь и пожму плечами.

[A61] * * *

Андрею Лазученкову

У Бога есть садик, и в нём растут

Диковинные цветы;

Благоухают, друг к дружке льнут

И с Господом все на .ты..

Растут без грядок и глупых клумб,

А - где захотел, там и вырос.

Никто не рыхлит комковатый грунт,

Никто не косит на силос.

Ни гнутых подпорок под плёночный ад,

Ни вытоптанных тропинок;

В упругих бутонах пыльцой пылят

Рои нарядных тычинок.

А в каждой тычинке - огромный мир,

Вселенная, мирозданье.

Спирали галактик, воронки дыр,

Бесчисленных звёзд мерцанье.

На стебле тонком и золотом

Качается наша квартира.

А тут вот набычишься над столом,

Жуёшь макароны с сыром.

[A62] * * *

Минет липкое лето,

Канет хлипкая осень,

Истомлённое тело

Передышки запросит.

С каждым вечером вечер

Как изюм разбухает,

В загорелых плечах

Угольки остывают.

Бесполезно унынье

Опечаленной плоти,

Коль родная земля

Лик от Солнца воротит.

Спите, дети России.

В вашем сне серебристом

Струйки летнего ливня

Барабанят по листьям,

В тополях зарождается

Пуховая пурга,

И медовой испариной

Дышат луга.

[A63] Отрывок

Безверие - тяжёлый грех,

Пусть и разбавленный на всех.

И как бы нам не рисовали

Скольженье духа по спирали,

Мол, с каждой новой сменой вех

Он устремляется наверх -

Мы все на опыте узнали,

Что этот .верх. в сыром подвале.

Ау, заоблачные братья!

Сквозь зарешёченную фортку,

Хрипя простуженною глоткой,

Перемешав мольбу с проклятьем,

Для храбрости хлебнувши водки,

Отбросив жалкие увёртки,

О прутья кровеня запястья,

Мы тянем руки для объятья.

Но по нелепому стеченью

Немилосердных обстоятельств

И пошлых, мелких обязательств

Нас посещает дух смиренья

Лишь в сновиденье.

[A64] * * *

Каждый мнит, будто он - богатырь;

Каждый рад раскорячиться вширь.

Так над косным объёмом кувшина

Насмехается мыльный пузырь.

Мол, я - радужен, легок, летуч;

Без натуги ширяю средь туч,

И с обширным моим кругозором

Спорит, разве что, солнечный луч.

Да, парит. Только вот - отчего

Пустота распирает его?

И любое соприкосновенье

Отрицает его естество?..

А кувшин, если он не забыт

И об стенку в сердцах не разбит,

Вина, воды, приправы и зёрна -

Всё вмещает, хранит и дарит.

[A65] Черный вестник

Был город как город и вдруг его

Посетил великий колдун.

Как все колдуны, был нелюдим,

Высокомерен, угрюм.

Плащ следы заметал в пыли;

Нахохленный капюшон;

В глазницах ворочались угли глаз;

Брёл, будто приплясывал, он.

Народ таращился на него

С балконов, из подворотен;

Мамаши детей загоняли в дома,

Осенялись крестом Господним.

Он брёл, на шушукающую толпу

Не обращая вниманья;

Вдруг замер, как вкопанный, возле угла

Одноэтажного зданья.

Толпа подтянулась, вытянув шею -

Что он высмотрел там, под ногами?

В сточной канаве валялись две крысы

С разбухшими животами.

- Увы, вам, люди! - Прошамкал колдун. -

Сквозь толщу каменных стен,

Сквозь ваше довольство, беспечность и смех

Я чую пепел и тлен!

Умолк, запахнулся и дальше побрёл.

Толпа расступилась, нема.

А в щель занавески ревнивым взором

Его провожала чума.

[A66] * * *

Ангел смерти бродил по воронкам

Средь обугленных полутел;

Вдруг заметил - у танка, в сторонке,

Уцелевший солдатик сидел.

Он опёрся о землю рукой

И незряче смотрел пред собой,

А в ушах громыхал тишиной

Бесконечный, безжалостный бой.

Над героем измученным сжалясь,

Ангел тихо повеял крылом,

И солдатик заснул, улыбаясь,

Благодатным, непомнящим сном.

[A67] * * *

Уничтожать легко.

Какой мудрец с какого перепоя

Сей постулат изрёк?

Осталось лишь присовокупить,

Что обидеть муху - раз плюнуть.

А он подумал, сколько сил и нервов

Затратить нужно, чтоб создать

Всего одну лишь атомную бомбу?

Пускай Корею спросит или Пакистан,

Иль полистает мемуары Гровса

(ну да, проект Манхеттен).

И он поймёт тогда, что зло

Отнюдь не сорная трава,

Что для него необходимы

Хозяйский глаз, умение и труд,

Потуги разума и душ горенье.

Другое дело, какова природа

Этого горенья.

Что-что, а Богом тут не пахнет.

[A68] * * *

Боязнь Бога далёкого.

Неприятие Бога близкого.

Оттого-то и счастье наше прогорлкое,

Шероховатое, глупое, склизкое.

Это не счастье, а какой-то обмылок,

Вечно упрыгивающий, как лягушка.

Чуть распахнёшься - душа простыла,

А запахнёшься - противно, душно.

Иной раз хочется кого-нибудь выпестовать,

Предупредить об опасностях, обозначить вехи.

Как будто наши непредсказуемые прыть и стать

Возможно упорядочить в человеке!

В каждом из нас еще кто-то шевелится;

То притаится, то ёрзает, мается.

И бывают минуты, когда вдруг верится.

И так верится, что почти сбывается.

[A69] * * *

Перекрёстный лепет листвы,

Лоскутки голубого неба,

Кочки, мхи, окопные рвы,

Муравейники у подножий.

На корявеньких деревцах,

Что посеяны на болоте,

Серебрится седой лишайник.

Не болото, а смех один!

Можешь целый день пробродить,

На любой клочок наступая,

И не разу оно не чавкнет,

Не захлюпает, не утянет.

Сушь. Порхают сухие бабочки

И растут сухие грибы.

[A70] * * *

Над кюветом на берёзе

Птах на ветке задержался,

И глядит недоумённо

На гудящий автобан.

То посмотрит правой зенкой,

То посмотрит левой зенкой,

То бочком, то приседая.

Ну не врубится никак!

Не лягушки, не стрекозы,

Не жучки, не паучки -

Разноцветные стремглавки,

От кого-то удирая,

Мчат неведомо куда.

И поди тут, догадайся.

[A71] * * *

Мы - русские.

Мы жизнь земную

Стараемся быстрей прожить.

В нас велико пренебреженье

К цепочке рода.

Но вот что вызывает изумленье -

Неслыханные щедрость и любовь.

Вот вымрем мы -

И кто вас пожалеет?

[A72] Второе пришествие

Мы живём в предпоследнее время.

Власть уже не в состоянии обманывать,

Будто бы она не лишена любви к человеку.

Человек же смутно, наощупь, полуосознанно

Начинает догадываться,

Что любить способен только человек.

Это зёрнышко прорастёт и вымахает до неба,

Человек вкусит от него и скажет:

Я больше не нуждаюсь во власти,

Но - как мне с ней поступить?

А власть ощетинится и засучит рукава.

Кто дотрагивается до тела,

Тот убеждается и в своей телесности;

Кто припадает к любви,

Тот приобщается к Богу.

Вот и выходит, что без Судии

Здесь ничего не разрешится.

[A73] Сказание о земле сибирской

( новая редакция )

Была земля как земля,

И резвились на ней соболя.

Но явились невесть откуда чародеи нефти и газа

И подозрительно принюхались к болотным миазмам,

И сказали себе: Эге, да тут бизнесом пахнет!

Пора, пора этой девственницей овладевать, пока она дрыхнет!

И погрузили в неё свои жаднососущие трубы,

И нарядили подруг своих в соболиные шубы,

И стали жить-поживать, печали не зная,

По мобильной связи звоня да на самолётах летая.

[A74] Горацио

Нет, если ты мне друг, то ты на время

Поступишься блаженством. Подыши

Ещё трудами мира и поведай

Про жизнь мою.

Шекспир .Гамлет.

Ты не даёшь испить вина.

Ты просишь, чтобы я повременил

С блаженством. чтобы обо всём

Поведал людям.

Все мрачные дела, водоворот судьбы,

Беспомощность попыток уклониться

От предначертанного свыше.

О Гамлет, Гамлет!

Призраку сродни,

Его неуязвимости, твои метанья.

В твоей тоске мерещилось подчас,

Как искупленье предваряет грех.

А я?.. Я - вечно молод, вечно зритель.

И обречён рассказывать другим

То, что я сам не пережил.

[A75] * * *

Как лыжник - выпавшему снегу,

Рыбак - высокому давленью,

Я благодарен человеку,

Его метаньям, шебуршенью.

Капризная, чудная птица

С растормошённым опереньем,

С мечтой уютно угнездиться,

С безумной тягой воспаренья.

Какой раздрай в существованье!

Какой распыл весёлых сил!

Лишь он в себе соединил

Бунтарство плоти, горечь знанья,

Чесотку рук, их опусканье.

И детский лепет оправданья:

Я - жил, грешил, страдал, любил.

[A76] Русалка

1

- Светло тебе, милая?

- Светло, Боженька.

- Так отчего же ты плачешь?

- Светло, Боженька.

- И думка у тебя нехорошая.

- Светло, Боженька.

- Сынок-то твой уже среди ангелов.

- Светло, Боженька.

- По небу как мотылёк порхает.

- Светло, Боженька.

- О тебе радуется.

- Светло, Боженька.

- А ты к мельнице собралась.

- Светло, Боженька.

- Ох, и как бы не разминуться тебе с ним.

2

Волны с пенными гребешками

С влажным прихлюпом

Размывают глинистый берег.

Перекинут через реку мост невидимый.

Кто в добром уме и здравии,

Нипочём тот мост не заметит;

Пройдёт мимо как ни в чём не бывало,

Полюбуется на луга заливные,

На звенящего жаворонка прищурится

И подумает: хорошо на белом свете жить!

А мост невидимо парит над водой -

Ждёт того, кому уже не до жаворонка,

Не до лугов заливных,

Не до света белого.

3

Сестрицы-русалочки, вы слышали?

Новенькая среди нас появилась,

И такая чудная, не девушка -

Бродит по песочку речному,

Сыночка своего ищет.

И пробует, глупая, заплакать,

Как будто слёзы с водой не смешиваются!

И зачем с моста нужно было?

Коли любишь плакать, ходи себе по бережку,

Пока не выплачешься.

[A77] Разговор

- Всё очень просто: было нечто зыбкое -

Существовало тихо, незаметно;

Не морщилось, не трескалось и даже не чесалось.

Ни прыщика, ни шрама, ни рельефа,

Ни радости, ни робкого сомненья -

Стоймя оно или плашмя?

Одно лишь было несомненным,

Что где-то рядышком, с ладошкой под щекой,

Блаженно улыбаясь,

Спал всемогущий Бог.

- Стоп! Это проходили.

Проснулся, потянулся, животворно дунул,

Или икнул. и - заклубилась жизнь.

Но где же тот первоначальный импульс?

Та вспышка Самости, что предваряет

Любое творчество?..

Ведь мог и не икнуть, не дунуть.

- Позвольте мне. Не знаю, к месту ль.

Мне тут представилось, что Бог

Когда-то заглянул в Себя и вдруг увидел

Смешную беспокойную частицу -

Она куда-то явно торопилась.

- Кто ты, малютка? - Улыбнулся Бог.

- Я? Бог! - Ответила частица.

- Гм, а куда спешишь Ты?

- На встречу с Богом, - Богу отвечает.

- А встреча где? - Туда смотри -

Вон, видишь, заклубилось.

- Ну что ж, малышка, в добрый путь!

И передай привет, как доберёшься.

[A78] Фауст

(эпилог на небесах)

Бог

Ну как прошёл эксперимент?

Мефистофель

Опять облом.

Он осознал себя всего лишь человеком.

Я думаю, Отец, пора прикрыть лавчонку.

Бог

Ты вновь торопишься.

А как же с проблесками быть?

Он так порой напоминал тебя, меня.

Мефистофель

Весь мир проблёскивает тем же,

Но - толку-то?..

Бог

Вот, всё вы ждёте толк,

И судите, на разум полагаясь.

А чуть споткнётесь, то - мольбы, упрёки:

Мол, где Ты там, Всевышний Судия?

Кто-кто, а ты-то уж прекрасно знаешь:

Я не сужу и ни о чём не спорю.

Мефистофель

Любовь?..

Бог

Любовь.

[A79] * * *

Жить, шарахаясь от боли.

Вот она откуда - прыть.

Не наскучило ль, соколик,

Полуправду говорить?

Что слова? Ошмётки пены

Из бродильного нутра.

Липки, мыльны и мгновенны,

Лживо-зыбки, как .вчера..

В них по горло, как в трясине,

То ли вязну, то ль тону.

Сердце, ты стучишь?.. не стынешь?..

Причитаешь?.. Не пойму.

[A80] * * *

Снились мне зазеркальные кошки

С затуманенными глазами.

Кошки ложками ели окрошку

И потряхивали усами.

И посматривали с укоризной

В зеркала на тутошних кошек -

Дескать, как же так можно в жизни

Променять на мышей окрошку?

[A81] * * *

Весна проливается с неба.

Лето вырастает из почвы.

Осень приносится ветром.

И лишь зима ждёт-пождёт,

Когда забудут закрыть холодильник.

[A82] Из бездны

Мы - легион тех духов, что восстали

И, в наказанье, изгнаны с небес.

Но кроме нас ещё есть существа

С такой же неспокойною душою;

В них дремлет бунт и закипают страсти,

И, так же как и мы, они не в силах

Словами описать, чего хотят.

Они живут, как будто огрызаясь

На мир, на жизнь, на самоё себя.

И, вместе с тем, они несчастней нас.

Что мы? Мы падали вслепую -

Нам не было дано предвидеть,

Чем всё окончится. Для них же

Весь страшный опыт нашего паденья

Как на ладони.

О, сосуд скудельный из костей и мяса!

Ведь ты не в состоянии прожить и дня,

Чтоб не состариться!

И что ж, ты изобрёл забаву -

По жёрдочке над пропастью ходить;

Жестикулировать, изображать паяца,

Вертеть многосмышлённой головой

И изрекать, на небо указуя:

Там, дескать, Свет и Бог, а под ногами -

Царство Дьявола и Тьмы.

И волен выбирать я!

Глупец, когда ты выбираешь счастье,

Разве это - счастье?

Когда идёшь на муки,

Что можешь знать о них?

Спроси Спасителя.

[A83] * * *

Много слов просыпалось по дороге.

Слышишь шуршание за спиной?

То - бесплодное трение пустых оболочек.

А ведь когда-то мечталось о шуме лесов.

[A84] * * *

Я - человек первой утренней сигареты.

Успокоение моё опережает ближайший стресс

Примерно на три часа.

Маятник дня раскачивается,

Пачка моя пустеет,

Непережитые стрессы прессуются

В серенький невзрачный брикет

И откладываются на .потом..

И всё было бы чудесно,

Если б не проблема утилизации.

[A85] * * *

Русское пьянство - это лестница в небо.

Без перил, без батутных сеток

Над сквозящим пролётом.

Чем выше, тем крупнее дрожь в коленях,

Тем реже попутчики,

И на землю глядеть тоскливо.

[A86] * * *

Спуститься по выщербленным ступенькам

В катакомбы своей греховной сути

И попытаться найти

заблудившегося мальчика-Бога.

Он, может быть, еще не отчаялся,

Не погрузился в немую тоску,

Не раскаялся в кровном родстве с тобой.

И . если повезёт, если встретишься с ним еще до смерти

(конечно, своей - ведь Боги не умирают) .

Не будь многословным,

Не утомляй утомлённого,

А лучше просто скажи: Здравствуй!

Вот я и пришёл за Тобой.

[A87] * * *

Проснуться . это ведь тоже наука:

Своевременно, щадяще для ближних, без стука;

С жаждой совершить что-нибудь хорошее,

Придать лоску грядущему прошлому.

И тут, главное, не запутаться,

Не соваться палкой в колесо жизни;

Время от времени отряхиваться

от паутины тутошней

(отряхивание здесь сродни профилактической клизме).

И прошагать, высоким и статным,

до солнечного отбоя,

Упрямо одолевая трясины, ущелья и седловины;

И где-то там, у самой последней, толстовской, койки

Вдруг . с удивлением . ощутить в себе

необрезанную пуповину.

[A88] * * *

Раньше были одежды шуршащие,

А теперь сплошь одежды трескучие,

Раньше баба была работящая,

А теперь лишь от случая к случаю.

Раньше в космос летали Гагарины,

Люд ломился на матчи футбольные,

А теперь перед сном только .жареное.,

Криминальное, самодовольное.

Раньше я жизнерадостным живчиком

Был готов на любые дерзания,

А теперь, умудрён аналитикой,

Все колдобины чую заранее.

Мир в надтреснутом зеркале вечности

Бестолково размазан во времени:

От пухлявых лодыжек младенческих

До проплешины дряхлого темени.

И мерцает мне звёздочка бледная,

Неизменно одна-одинёшенька:

Где-то там, в зазеркалье неведомом,

Наконец-то я буду целёхонькой.

[A89] * * *

За ежедневной, бестолковой работой

Незаметно окукливаешься и восковеешь;

Всё реже вспоминаешь, зачем ты и кто ты,

Опустошаешься и духовно преешь.

Впрочем, это нудит во мне угрюмая зрелость.

Стуча по коленкам дипломатом с житейским опытом,

И . что бы там не маячило и не пелось .

На всё у неё одна бубнилка: уж больно хлопотно.

[A90] * * *

Народ ликует, земля расседается .

То в Израиле Соломон воцаряется.

Адония в ужасе уцепился за рога жертвенника

И взывает к милости престолонаследника.

А тот ему: не лги, не злоумышляй, не опечаливай;

Поцелуй царскую ручку, да и проваливай.

( 2 книга царств )

[A91] * * *

Давидова плоть состарилась и одряхлела,

Кровушка по жилам еле-еле струится.

И верные слуги для согрева царского тела

Привели прекрасную Ависагу . девицу.

Прекрасная Ависага ухаживала за царём

как за малым дитятей .

Обмывала, пеленала его,

согревала на ложе.

И Давид льнул к ней,

как к ласковой матери.

И последние дни его

были с первыми схожи.

( 2 книга царств )

[A92] * * *

Чрево Анны замкнуто, плод не завязывается.

Ждёт Господь от Анны слова особенного .

Слова не громкого, не языком выболтанного,

Но из измаявшейся души светлой бабочкой излетевшего.

( 1 книга царств )

[A93] Сыновья Илии-священника

Ох и ручонки-то у них загребущие!

И темны они, как все власть имущие!

Вперёд Господа жертву пробуют,

Озабочены лишь своею утробою;

Со блудницами якшаются,

Никого не стесняются.

А когда им пальцем указываешь вверх,

Корчит несчастных бесноватый смех.

( 1 книга царств )

[A94] * * *

Архангел Рафаил

К Товиту приходил

И говорил ему:

- Твою рассеют тьму

За то, что в жизни сей

Ты к Господу взывал,

К Ваалу и Тельцу

Свой взор не обращал;

Хранил завет отцов,

Благочестивым был,

И бедных мертвецов

Достойно хоронил.

А сыну твоему

Да дарует Господь

Цвет сада Своего .

Прекрасной Сары плоть.

Семь умерло мужей,

Невесты не познав,

Истлело семь серпов,

Не потревожив трав.

Ты сына не кори

Задержкою в пути .

Он две недели жнёт

Пахучие цветы.

Но с молодой женой

Он скоро будет к вам,

И с ним Господь пошлёт

Целительный бальзам!

( Книга Товита )

[A95] * * *

Плоть . это лепет человечий

О грустном и тревожном .здесь..

Полжизни расправляешь плечи,

Лелеешь призрачную спесь.

Года идут и нагибаться

Уже бездумно не рискнёшь,

И горько восклицаешь: Братцы!

Где он, наш славный выпендрёж?

Где свежесть гибких сочленений,

Не знающих усталость ног,

Дыхалка где, сердцебиенье,

Бурлящий в жилах кровоток?

Увы, но всё . зашелушилось,

Размазалось и растряслось,

Отликовало, откружилось,

Отпраздновалось, отбылось.

И вот, свободна от замашек,

Не отвлекаясь, без помех,

Душа в застиранной рубашке

Заворожено смотрит вверх.

[A96] * * *

В этом доме не держатся деньги .

Все двери и форточки настежь.

Но зато в этом доме что-то весело тренькает

И мотивчик звучит, похожий на счастье.

Здесь на час оттаивает угрюмый, неловкий,

И не хочется ему уходить .

Будто тихо гладят его по головке

И обещают вечно любить.

[A97] * * *

К лешему смола не липнет,

И крапива не стрекает,

А дубовые копытца

Отродясь не промокают.

День-деньской, как угорелый,

По чащобе он шныряет .

Ест орехи, мухоморы

И пеньки свои считает.

Если же где-то ненароком

Грибника он повстречает,

Сам себя заклятьем жутким

В пень трухлявый превращает!

И пока в древесном виде

Его сущность щеголяет,

Он к количеству пеньков

Единицу прибавляет.

А потом, расколдовавшись,

Вкруг растерянно взирает.

- Где пенёк недостающий?

Возмущенно вопрошает.

И в неслыханном коварстве

Грибника подозревает.

[A98] * * *

Лебёдушка белая,

Что ты в городе делала?

- За лето пушок нарастила,

В Москву прикатила.

По улицам хожу, не стесняюсь .

Всем в глаза бросаюсь!

Всяк мужик, хоть и скромен на вид,

Ущипнуть за бочок норовит!

За неполные две недели

Вон как пёрышки поредели!

А где гузка,

там вообще пусто.

Всё повыщипано!

[A99] * * *

Живёшь и морщишься от боли,

И силишься любить .

В противовес людскому горю

Должно же что-то быть.

Какая тяжесть в слове .нужен..

Для дома, для семьи.

Всё это топчется снаружи,

А песня льётся изнутри.

Всё человечество страдает

За первородный грех,

И всё ж душа не принимает:

За что . огулом . всех?

Господь, Ты волен к нашей бездне

Любовью снизойти.

Молю, пусть буду я . последний,

Всех остальных . прости.

[A100] * * *

Я . маленькая ложь.

Меня колотит дрожь.

Я . щупла, худосочна,

С коротеньким росточком.

Малютку пожалей .

Погладь и обогрей,

А я за доброту

Окрепну, подрасту.

Ну что ты сторонишься?

Запачкаться боишься?

А-а, побежал к другой .

Ядрёной, налитой.

Её уже взрастили,

Всему-то научили,

Завили напоследок.

С ней можно так и эдак.

Вон как хвостом вертит!

А кто ж меня взрастит?

[A101] * * *

Сколько еще предстоит тебе вынести?

Ох и послал Бог такую жену!

Каждую ночь срывается с привязи,

Пальцы ломает, скулит на Луну.

Каждую ночь свою жизнь горемычную

Всю развенчает и разворошит.

Утром проснёшься и всё как обычно .

Спящей красавицей рядом лежит.

[A102] * * *

.слишком строгие знаки .

Где-то рядом кроется глупость.

Где богатство, там . страх,

А где бедность, там всхлипы разума.

Трещите морозы! Дубите кожу лица!

А ты, кожа, терпи и мужай!

В самоутверждении есть что-то нехорошее.

( ага, ретушировать скудное содержание .

дескать, вот мы какие!

А по сути, даже котёнка боятся из дома выпустить)

Память любит вышивание крестиком:

Дана калька, вот и шуруй иголкой,

И . обязательно . пяльцы, как рамка к портрету.

Неужели эти тёплые волны

Не нашептали тебе хоть одну сказку Индийского океана?..

Распятие . это когда мучительно, но . отстали,

А вот когда мелкими гвоздочками,

Да неглубоко, да к ним ещё ниточки,

Да время от времени подёргивают.

Тоже мучительно, но зато живёшь.

В чистом поле . полынья,

И вырываются из неё языки огненные.

А Иван коня поворотить не может .

Подъезжает тихо, зачарованно.

На родной Руси во лесах-лугах

Тропки сходятся и расходятся;

С кем ещё вчера не разлей вода .

Нынче друг на друга охотишься.

Я куда-то шёл. я за кем-то плыл.

Я зачем-то жил. дожил до смерти.

Переполнен он возмущением .

Не осталось уголка для страдания,

И страдают за него посторонние.

Салон автомобиля . уже изоляция:

Хочешь, рожи строй, хошь, руками размахивай.

А как покинешь его, немного шалеешь

От очередного соприкосновения с миром.

Если сгорел утюг, копи на новый,

И нечего всё на Путина сваливать!

Коли решился делать добро, думай о хорошем .

Может быть, у тебя получится.

Каждая звезда светит всем сразу .

Чем не оправдание неба над головой?

Развелась, почитай, отмучилась:

Разневестилась . вся на блюдечке.

А жених-то был из Америки;

И было в этой связи что-то ущербное .

То она спросонья, то он невыспавшись.

Тихо-тихо в лесу предутреннем .

Туристический слёт закончился.

[A103] * * *

Губы, губы, где гуляли?

И кого вы целовали?

Никого не целовали?

Ну, тогда, чего лакали?..

[A104] * * *

Стакан, ленивый жук, лунатик,

Солянка, штопаный носок,

Маяк, на рейде дряхлый катер,

Луна, меж сосен костерок;

Залётный гость, щенок на сворке,

Подъезд, замок без язычка,

Лопух на солнечном пригорке,

Грейпфрут, рубаха, алыча;

Жест бестолковый без досады,

Бракоразводное письмо,

Садовник шлёпает по саду,

Старушка, пёс, веретено;

Лукавость ласкового мая,

Крылатость ласточки, шмеля,

Матёрый хряк, тропа лесная,

Квакушки, лужа, колея;

На нераскаченных качелях

Нераспакованный пакет,

Туфта, семь пятниц на неделе,

Седьмой десяток . счастья нет;

На небе . тихо, дремлют звёзды,

Вот-вот закроют ресторан,

Не спится, за окном . морозно,

Ирак, Кавказ, Афганистан.

[A105] * * *

Это кто там рукавчики до локтей засучил,

На гадюку змеюкую отважно уставичась?

А змеюка гадюкая, изгибаясь чешуйчато,

Под пенёк уползла, даже свиста не вышипнув.

[A106] * * *

В Измайлове на зимней ветке

Пел песню бодрый воробей,

По школам разбредались детки .

Был третий вторник января.

Шёл идиот, махал руками,

Всему на свете улыбался,

Ушанка хлопала ушами .

Он удалялся от метро.

Над парком солнышко вставало,

Лучами трогало деревья,

И хоть ничуть не согревало,

Деревьям было хорошо.

Я шёл с лечебного сеанса

И думал о грядущем лете,

Лелея призрачные шансы .

Большого карпа изловить.

Ау, росистые рассветы!

Ау, прохладные закаты!

Ау, я сам в .рязани. где-то.

Не докричаться в январе.

[A107] * * *

Я пересёк Садовое кольцо

И сам себе сказал: будь осторожен .

Держись витрин и вывесок,

А во дворы старайся не глядеть,

А то ещё увидишь пацанов,

Играющих в снежки.

Тогда одно из двух:

Машина времени и вправду существует,

И можно в прошлое попасть случайно.

А впрочем, вероятнее второе .

Что ты заболеваешь и тебе

Пора к врачу (возможно, к психиатру).

Да-да, придти и, не смущаясь, рассказать:

Я видел детство там, где нет детей,

И мне немного страшно.

Доктор, помогите.

[A108] * * *

Там бизнесмен вовсю гусарит,

Пьёт подогретое саке;

Там разведёнка кашу варит

На разведенном молоке;

В метро там библию читают,

Губами тихо шевеля;

Там летом клумбы расцветают

И плодоносят тополя;

Там формула людского счастья

Уже разгадана на треть,

Там может Фауст в одночасье

На тридцать лет помолодеть;

Там ветер с лодж неостеклённых

Ворует нижнее бельё;

Там в сериалах утомлённых

Так долго любят, ё-моё.

Там, если вознестись на башню,

Такие видятся края!

Град древний, чудный, бесшабашный.

Там я живу. живу там я.

[A109] * * *

Ласкались, грызлись, горевали,

Роились в общей круговерти,

Но . если б мы не умирали,

То что бы знали мы о смерти?!

[A110] * * *

И в творчестве живут свои химеры:

Бурлишь, творишь и самому тревожно.

И лишь когда познаешь чувство меры,

Тогда поймёшь, что всё . возможно.

[A111] * * *

У поэтесс обманчивое тело,

И вроде бы всё то же обещает.

И вдруг загрезит об иных пределах,

Загадочно в стихи переползает.

[A112] * * *

Кого ты жаждешь услышать?

К кому ты хочешь примкнуть?

Какую жалкую нишу

Хочешь собой заткнуть?

Есть трепет и есть товары.

Есть солнышка тёплый луч.

Есть джинн и для джинна . тара,

Заклятье, перстень, сургуч.

[A113] * * *

Комары в комарином раю

Непременно должны просветлиться .

Позабыть кровожадность свою,

.Аллилуйя. петь научиться.

[A114] * * *

Урчит мотор, выхлопывает дым

И предвкушает дальнюю поездку.

Хозяин будет в стёкла наблюдать

Мелькающий пейзаж и смазанные лица,

А он прислушиваться будет

К урчанию попутных колымаг

И перефыркиваться с ними при обгонах.

Да, вот такая железячья жизнь.

[A115] * * *

Пушистый снежок сквозь пустые деревья,

Пушистая масса серой каркуши,

Гулкое хлопанье уличной двери .

Строй мирозданья ничто не нарушит.

Всё в нём находит уютную нишу,

Скромно выпячивается, сосуществует,

В срок вылупляется, в срок исчезает

И почему-то о вечном тоскует.

[A116] * * *

Там хранятся сосуды для слёз человечьих

Всех племён и народов, всех эпох и историй.

Только странно строение этих сосудов:

И объём, вроде, замкнут и всплеска не слышно.

[A117] * * *

От океана до океана

Гуляли по Азии три урагана.

Один ураган в стратосферу взвивался .

Соприкосновенья с землёю чурался.

Жонглировал зондами как погремушками,

Терзал перепонки трещаньем наушников,

И часто на небе, зарёй подпалённым,

Распластывался горбоносым драконом.

Второй ураган был суровей и проще .

Любил колобродить в дубравах и рощах,

В крутящийся пляс измочаленных веток

Подчас приправлял барахло человека.

Крошились заборы и крыши летали,

И в мире людей умножались печали.

А третий, себе на уме и проныра,

Ничуть не прельщался физическим миром.

Он рыскал по душам, будил самомненье,

Подначивал души к великим свершеньям.

Он смешивал с бездной бездонное небо,

Алхимничал вволю над каменным хлебом,

Бубнил о всесилье над жалкой природой,

Людское .хочу. освящая свободой.

Во все закоулки души воспалённой,

Клубясь, расползается дым полигона.

И бродишь вслепую, лукавое мыслишь,

И на паутинке над пропастью виснешь;

И сердце порой цепенеет от боли,

И хлюпает грузно в трясину застолий.

И пьяным наречьем талдычишь упрямо:

Плевал я на смерчи и все ураганы!

А после в метро засыпаешь убогий.

О маетность наша!.. о небо!.. о Боги!..

[A118] * * *

От поездки осталась грустиночка.

Зарастают быльём тропиночки,

И метёлки тихо качаются,

Голоса родных удаляются.

За окном темнота летящая,

Перестуки колёс саднящие.

Всё когда-то пройдёт, успокоится,

Перемелется, перемолется,

В предрассветном тумане скроется.

[A119] * * *

В двух словах не объяснить,

Соловьём не насвистать.

Если выпало любить,

Это - Божья благодать.

Вожделеет естество

Жаркое, постельное.

Только вот томит его

Нечто запредельное.

И во мне живёт Адам,

И грешит, и кается;

И пред вечным .Аз воздам.

С Евой сочетается.

[A120] * * *

Прилетал дракон к дракону,

Хриплым клёкотом утробным

На охоту приглашал.

Дескать, там, внизу, в долинах,

Год на редкость плодородный,

Кравы добро потучнели,

Овны славно налились.

Отвечал дракон дракону:

- Мне сегодня неохота

На охоту выходить.

Я хочу в саду зелёном

Прополоть укропа грядку,

Срезать усики клубники,

Куст жасмина унавозить,

Гусениц с него собрать.

Хоть один день милосердья,

Ласки, любящего взгляда,

Мягкой мудрости, томленья.

Хоть один день да зачтётся

Огнедышащей душе!

[A121] Сказка о старушке

Жила-была старушка.

У ней была кубышка.

Старушка в ней копила

Недобрые мыслишки.

Из всех людей на свете

Одну себя любила,

И часто на старушку

Затменье находило.

Ей скажут: С добрым утром!

Она в ответ . ни слова;

Лишь губы поджимает

И косится сурово.

И все-то у старушки

Во всём-то виноваты .

Так край чужого блюдца

Всегда чуть-чуть щербатый.

Да, за людьми водилось

И доброе, и злое.

И каждый волен помнить

Одно или другое.

Старушка выбирала

И прятала в кубышку

Несвежее, измятое,

Нечистое бельишко.

Пришел за нею ангел,

Прошелестел крылами.

- Пойдём туда, где люди

Живут за облаками.

Старушка растерялась,

Скукожилась, как мышка,

И робко попросила .

С собою взять кубышку.

Нет, - усмехнулся Ангел,-

В эфире золотистом

Пожитков не приемлют

Недобрых и нечистых.

Обиделась старушка,

Губу свою поджала,

Посланнику небес

На двери указала.

А тот повёл крылами

И тихо растворился,

И тут же на пороге

Рогатый черт явился.

[A122] * * *

.а ночами разум охотится.

Не смущаясь своей воинственностью,

Настигает истины квёлые,

Осторожно хребет им надламывает,

Чтоб внезапно не встрепенулись .

Стрекача из ягдташа не дали.

.А на рассвете разум блаженствует.

Никого ни о чём не спрашивает.

Не стесняясь, сладко позёвывает,

На обои сонно помаргивая.

[A123] * * *

Зависимость Земли от Солнца.

А за окном холодный дождь апрельский.

Тепла ещё никто не заслужил.

И почки, обозначив зелень,

Вдруг испугались и застыли

В тревожной нерешительности.

Лишь трава

Упрямо лезет из земли

И палисадники заполоняет.

И наступает странная пора

Смешения зелёного ковра

И чёрных голых веток.

[A124] * * *

Если я попаду на небо,

Первым делом забуду о числах.

Если ж вдруг мне о них напомнят .

Ну хотя б загибанием пальца .

Сокрушённо вздохну: не небо.

[A125] * * *

Заработал добрый молодец

В малом бизнесе деньги немалые -

Построил себе на малой родине

Дачу белокаменну,

Обнёс её заборчиком бетонным,

Увенчал тот заборчик венчиком

Да из колючей той из проволоки да со гвоздочками,

Да развёл по периметру

Псов породистых да с ошейниками,

Да нанял он охранников справных,

Непьющих да с мобильной связью надёжною.

И хорошо так стало на душе у добра молодца .

Есть, дескать, теперь и у него своя недвижимость,

И что хошь теперь с ней можно поделывать:

Хошь в залог под ссуду долгосрочную,

Хошь в завещание включай, хошь в дарственную.

Вот, еще одна цель в жизни достигнута,

А сколько их ещё не достигнутых!

Ничего, он пока не выдохся;

Не занимать ему ни сил, ни сметливости;

И, дай Бог, он со всеми справится:

И с душой, и с братвой, и с налогами.

[A126] * * *

Андрею Лазученкову

Чей ты воин? Чей слуга?

Перспективы, гаммы, рамы.

Это . Брейгеля снега,

Это . на кусочке льда

Бой хоккейных великанов,

Это - виснут провода

В переулочках туманных.

И над этой жизнью странной

Ещё теплится упрямо

Одинокая звезда.

[A127] * * *

.и была странная запись в его дневнике:

.ходил в лес изучать трепет листвы..

Человек, он и с динозаврами уживётся,

И с подветренной стороны подкрадываться научится,

И ямы-ловушки гигантские выроет.

Хороший дядька, а из него ненависть прёт:

Дескать, всё растащили и продали,

Вновь Россию-матушку изнасиловали,

И народ вымирает, себя не познавши.

Реальность реальности рознь:

Поп с аббатом по-разному руками помавают,

И для того надгробье полируется,

Кто ещё при жизни лоснился.

Жила-была лопасть пропеллера

С интересным пространственным решением.

Жизнь рассыпается на шарики повседневности,

И сцепляет эти шарики лишь клейкая слюнка сна.

Ещё один бзик человеческий .

Стараться быть хуже самого себя.

О этот вечный нарыв неполноценности!

То не злые вороги столичный бизнес подтачивают,

То поблекшая звезда мэра закатывается.

Пыль . перхоть бытия.

В одном котле угрюмость, озаренье.

Загадочная страница русского эпоса:

Зэк один, головастый и вдумчивый,

Приспособил бензопилу .Дружба. к полёту по небу.

Ночь безлунная, овчарки по периметру бегают,

Прожектора бараки ощупывают,

А ты летишь себе по небу,

Свободный ветер вдыхаешь,

Икар телогреечный.

[A128] * * *

Жуть наводил Иван Купала .

Избушка по небу летала.

От жарких звёзд дымилась крыша,

Бескрылые пищали мыши,

И в перекошенном окошке

Металась бешеная кошка.

В лесу трещало и стонало,

И что-то вспыхивало ало.

Под полукрики-полупенье

Косматые кружились тени:

Визжали, ухали, кривлялись,

Потом друг в друга превращались,

И, выветрив угар веселья,

Ныряли в камни и в деревья.

Так нечисть праздник проводила,

Избушка по небу кружила.

Река туманами клубилась,

И ночь безвременьем томилась.

[A129] * * *

Вопросы задаются по эту сторону,

А ответы на них лежат по другую.

А они, знай, своё талдычат:

Дескать, прелесть духовная.

Одиночество . оборотная сторона соборности;

Когда замечаешь его в глазах другого человека,

Немножко теплей становится.

Новогодняя ёлка как модель Вселенной:

Шары . планеты, звёзды, игрушки - созвездия,

Млечные пути лохматые.

И чем дольше глядишь .

Что-то щемящее в душу вливается.

Оторвите её от экрана,

Суньте в руки букетик понюхать -

Ей представится поле с ромашками,

На минуту похорошеет.

Есть Китай и Средняя Азия,

Украина есть и Молдавия,

Есть Кавказ, Сибирь, Белоруссия,

Есть Москва и Кремль с Красной площадью.

В универмаге представительный мужчина

Хотел из банкомата получить наличку,

А банкомат вдруг взял да и сломался.

- У, сволочь! . Прорычал мужчина.

Когда выветрится из тебя всё весёлое,

Станешь чужд, безучастен и сумрачен,

Запрокинь повыше головушку

И прислушайся к звёздам мерцающим.

Не важно, что мы в жизни ищем,

Не важно, что мы в ней находим,

А важно то, что есть Гольфстримы,

Бермуды и метеориты

У каждого в своей душе.

[A130] * * *

Сто пятен на собачьей шерсти

Хозяин вывел погулять.

Сто пятен тут же оживились

И стали по двору носиться.

Хозяин с мёрзлой сигаретой

Следил за их перемещеньем

И, чтоб вконец не расшалились,

Слегка покрикивал на них.

[A131] * * *

Не пройтись по кремлёвской стене,

Не приветствовать Замоскворечье .

Сердце Родины в каменном сне

Замуровано нами навечно.

О, когда б в этих мёртвых краях

Вновь живущее зашевелилось!
Улыбалось, летало б во снах,

Заблуждалось, влюблялось, плодилось.

Но Москва-реке вспять не бежать,

Мертвецы не восстанут из пепла.

Надо . жить, управлять, охранять,

Чтоб росло, громоздилось и крепло!

[A132] * * *

Володе Бородкину

1

В толчее да в сутолоке,

В спешке и пыхтении

Мы живём как куколки .

До поры до времени.

Солнышко пригреет ли,

Иль земля накренится .

В заскорузлом теле

Что-то вдруг засветится.

А потом . как выпорхнет!

Защебечет радостно

И без вдохов-выдыхов .

Шасть за чудо-радугу!

Куколка ж отжившая

Крючится, ссыхается

И в природе-матушке

Снова растворяется.

2

Ты думаешь, это . время?

Я думаю, это . ветер,

Который сквозит повсюду,

Безжалостно выдувая

Всё лишнее и поблекшее,

Лукавое и отцветшее.

И, может, наступит. время?..

Не время, нет . состоянье,

Когда ты сольёшься с ветром,

И ветер богаче станет

Ещё одним дерзновеньем,

Мечтою невыразимой,

Любовью неутолённой.

[A133] * * *

Я нынче проснулся с прапамятью:

Хвощи, динозавры, Гондвана.

Брожу меж разлапистых папоротников,

Жую что-то вроде бананов.

И так мне тоскливо и трепетно!

И лапы мои неуклюжи.

И чую я всей захребетностью,

Что я никому тут не нужен!

[A134] * * *

Вот фокусник - еще одна причуда мирозданья .

Без сожаления кромсает на кусочки

Бечёвки, деньги и газеты,

И даже девушек . смеющихся, кудрявых .

Пилой двуручной . пополам.

Но кротких кроликов из чёрного цилиндра

За уши вынимает только целиком!

[A135] * * *

Есть нищета, богатство, изобилье.

При первых двух живёт распределение,

И существует жажда власти.

Точнее, благоденствует.

Но вот представим,

что научный наш технический прогресс

Достиг того, что человек из ничего .

Из воздуха, из пыли, из эфира .

Вдруг научился делать бутерброд.

Причём не где там в цехах, на производстве,

А непосредственно . когда и где захочет.

Да-да, любой лентяй и лежебока

Способен будет, не вставая с ложа,

Себя взбодрить любым напитком.

Тут, ясный пень, распределению . каюк.

И что же, вся махина власти

Тогда начнёт работать вхолостую?

Но не спешите окунаться в эйфорию .

Не всё так просто, ибо жажда власти

Имеет целью только человека;

На внешний мир ей, в общем, наплевать.

И, честно говоря, в душе гнездится ужас .

Каких плодов тогда

нам ждать тогда от жажды власти?

[A136] * * *

Да, плечами пожимаешь,

Юность хорохорится.

От того, что понимаешь,

Легче не становится.

Потому что сам когда-то

Бунтовал отчаянно,

Головой мотал лохматой,

Из дому отчаливал.

[A137] * * *

Где твоё дерзновение, шаткий ты человек?

Замыслил в птицу превратиться,

а лишний раз пощёлкать клювом боишься.

Взгляни на любого волшебника .

Как он замкнут, мудр и растерян!

И во все стороны от него

тянутся трещины и провалы,

И любовь его попряталась по пещерам,

И никого не окутывает.

А тебе стоит лишь звонко прощёлкать:

Я . не волшебник, я . птица!

И все трещины и провалы

превратятся в рельеф,

И жар твоего сердца станет доступен многим,

И воскликнет дитя,

широко раскрыв глазёнки:

Мама, я видел второе солнышко!

[A138] * * *

Приглашал меня барин во хоромы,

А как же я пойду туда - необутая?

Я ж там пятками весь паркет исцарапаю.

Нет, уж коли ему об чём замечталося,

Пусть уж лучше сам приходит на сенничек,

Как погаснет за речкой зорька алая,

Как зальётся во черемухе соловушка.

[A139] * * *

Есть в Солнце блеск невыносимый .

Недобрый вестник слепоты,

Но в прозябанье торопливом

К нему так тянутся цветы!

Потоки блеска претворяя

В благоуханье лепестков,

Спешат, друг друга обгоняют

И вытесняют с бугорков.

Идёшь по лугу, будто по лесу,

(Мельканье бабочек, стрекоз.)

И рвёшь силки вьюнковой поросли,

И щуришься от ярких рос.

А Солнце по спине гуляет

Махровым жгучим помелом,

Как будто растопить желает .

Нешуточно и целиком.

[A140] Отрывок

.он смешен с детством и поэтому смешон,

А я всевиденьем проклятым наделён

И обречён юлить, темнить, и лгать.

И это означает . помогать.

Ведь в правде есть невыносимый гнёт.

Бумага . стерпит, человек . умрёт.

[A141] * * *

Четвёртая неделя поста на исходе.

Мокро, туманно в весенней природе.

Кашель и насморк, и прочие хворости

Знать не хотят возрожденья и бодрости .

Точат и точат усталую плоть.

Только на все их подвохи, коварства

Есть медицина, режим и лекарства,

Духа смиренье, семья и Господь.

[A142] Рыбий Бог

.а в руках у Него золотая пешня .

Он идёт по замёрзшему озеру:

Колет лёд,

Дарит рыбам хмельной кислород,

Пританцовывает по-весеннему.

[A143] * * *

Удалилась Медуза в горы,

Утомил её дар проклятый,

Ряд безжалостных превращений

С одинаковым результатом.

А в горах, где и так всё . камень

И пушистый искристый саван,

Можно просто побыть горной девой,

Одиночеством наслаждаясь.

Но однажды она забылась

И спустилась к альпийскому лугу .

Там ей встретился старый горец

( Собирал корешки и травы ).

Он ни капельки не удивился,

Не смутился, не испугался;

Посмотрел на неё и молча

В знак привета кивнул головой.

И Медуза спросила старца:

- Кто ты, смертный? Ты невозбранно

Смотришь в очи каменной смерти.

Ты не видишь клубок змеиный,

Расползающийся по плечам?

Он ответил: Ведь ты . с вершины,

И все змеи твои уснули,

И кудрей твоих водопады

Украшают и греют шею.

А в глазах твоих . небо, звёзды,

Дымка утреннего рассвета.

И, прости, я просто не вижу

То, что Смертью ты назвала.

[A144] * * *

Кто они были? Молдаван и хохол?
Летели обнявшись или порознь?

Падали молча или кричали

Общесоюзное "А-а-а!"?..

Рядом, в бытовке, лежат их вещи:

Бритвы, мобильники, магнитофоны,

Квитанции штрафов и переводов,

И стопка истрёпанных детективов.

Приедет комиссия, разберётся,

Кто виноват, почему упали...

Пешком на семнадцатый взлезет этаж...

А там - такой простор на Москва-реку!

Такие виды, такие дали!

И - ветер, ветер, до дури свободный...

[A145] * * *

Воробьи, вороны, голуби,

Кошки, крысы и собаки...

Им любые "измы" по фигу,

Лишь бы не было осады.

До чего ж они живучие,

Городские и оседлые,

С человеком жить приучены,

Жизнь расцвечивая бледную.

А сотри их грубым ластиком,

И Москва - унылый улей...

Если кто-то к тебе ластится,

Значит, ты ещё не умер...

[A146] * * *

Кошкаоврик,батарея,конецформыначалоформы
Томное зевание,
Потягушки, лапка-веер,
За ухом чесание...
Носом в собственное брюхо
Сонно зарывается;
Даже блохи разомлели -
Изредка кусаются...

[A147] * * *

конецформыначалоформы- Ублажает ли взгляд Ваш
голубь, клюющий семечки?
Жмёт плечами, прихлёбывая пиво:
- Не знаю, наверное...
- А как Вы относитесь к телебашне,
струящей эфир?
- А чё, это клёво ... футбол, фабрика звёзд,
криминал...
- А где бы Вы хотели отдохнуть этим летом:
в Крыму или на Кипре?
- Конечно, на Кипре...
А вообще-то, на родину тянет, в Тамбов...

[A148] * * *

конецформыначалоформыКороль Баварии, Людвиг такой-то,
Выстроил замок в отрогах Альп.
Милости просим, эльфы и гномы,
Феи и кобольды, в гости к нам!

В ветхой избушке на курьих ножках,
Сквозь Белоруссию, Чехию, Польшу,
Не зная ни слова по южно-немецки,
Припёрлась на праздник Баба-Яга.

Вышел герольд с золотой фанфарой,
Три раза надменно в неё продудел,
И тут только старая догадалась,
Что здесь никто её не приглашал.

Трясясь от злости, достала ступу,
Избушку-дуру столкнула в пропасть
И
, прошипев напоследок проклятье,
Смешалась с ветром, дождём и тучей.

А в замке весёлый пляс разгорался,
Гремели литавры , звенели стаканы,
И пьяное эхо бесцеремонно
Б
удило окрест уснувшие горы.

И перед рассветом горы проснулись,
И ощутили клеймо проклятья,
И содрогнулись, стряхнуть пытаясь,
И поглотили весёлый замок...

[A149] Иаков

Он видел лестницу в небо,

Он под утро боролся с Богом,

Он хитрил с ближайшими родственниками

И сам страдал от хитрости тестя...

И плодил он себе подобных,

От служанок и жён, не задумываясь...

И не знал, что его припишут

К праотцам...

О верблюды, козы и овцы!

О великая тайна спариванья!

Богоизбранность иудея,

Первородство,

Рахиль,

источник...

[A150] * * *

Я - Утро. Лёгкими перстами

Я массажирую виски.

Я воду подаю в стакане,

Гашу ночные огоньки.

Я всех на всё благословляю:

Рули, греби, твори, дерзай!

Но я плодов не собираю,

И, если что, не осуждай!

[A151] * * *

Я - День. Над всем самодовлею.

Я - скальпель, рана и бинты.

Леплю, ваяю, как умею,

И препарирую мечты.

Могу ужасным быть и добрым,

Торжественным и проходным.

Меня боготворит биограф.

Я - всё. Всё остальное - дым...

[A152] * * *

Я - Вечер. Хмарь, усталость, мнимость.

И - возлежанье на тахте.

Во мне присутствует терпимость

К уродству, злу и красоте.

Вином безволье приглушая

(Воркуй, взволнованно дыши...),

Я, если что и пожинаю,

То - мимолётно, без души...

[A153] * * *

Я - Ночь. Я - ведьма, дня изнанка.

Я - страхи маленьких детей,

И я - бесстыжая вакханка

В неутолимости своей.

Меня боятся и алкают,

Бренчат, танцуют и поют...

Финал один: все засыпают,

А им всё кажется - живут...

[A154] * * *

Раз одна узнала мышка,

Что у кошек есть подмышки,

И если их пощекотать,

Кошки будут хохотать.

А когда хохочут кошки,

Кошек слушать очень тошно;

Люди уши затыкают,

С криком кошек выгоняют.

А когда их выгоняют,

Мышь как барыня гуляет

По кладовкам, по террасам -

Ест печенье и колбасы,

Сыр, селёдку, крупы, пиццу -

Всё, что пахнет и крошится...

И, наевшись до отвала,

Возвращается в подвалы,

Важно хвостиком виляя -

Полноценная, живая...

Хорошо, вздыхает мышка,

Что у кошек есть подмышки

Только вот загвоздка, братцы .

Как же мне до них добраться?!

[A155] * * *

Есть станция московского метро...

Все поезда её минуют.

Она, забытая, дрейфует под столицей

И мрамором нехоженым лоснится...

К ней рельсы не успели проложить,

А почему, теперь уже не вспомнить:

То ль вождь скончался, то ли началась

Какая-то там перестройка...

[A156] * * *

Умел плавать и нырять,

Камыш шевелил;

Умел бредить и мечтать,

Девушек любил.

Под лукавою луной

Струнами бренчал,

И нахлынувшей волной

Нёбо остужал.

А потом всё пронеслось,

Истончилось, выветрилось;

И жилось уж как моглось .

С ужимками да вывертами.

Спаивал печаль-тоску,

Душу бередил.

Да в иссохшую реку

Сколько не входи.

..........

А по полю осеннему

Ветерок гуляет,

Старик в недоумении:

Треплет ли, ласкает ли.

[A157] * * *

Взрослые навязывают детям игрушки .

Символы скудные внешнего мира.

Дети . довольны. Творят бессознательно

Сказки и мифы, себя ублажая.

С миром суровым живут разобщено,

Их же одёргивают и окликают.

Двойственность эта . проклятье взросленья.

Что изберешь ты и что ты отринешь?

Выбор . безжалостен, жертвы . мучительны,

Счастье . немыслимо. Где благодать?..

[A158] * * *

Весенние деньки

Недолго бередили,

Охрипли соловьи

И в Индию свалили.

Когда-то там бродил

Наш прародитель-арий;

Наг и беспечен был,

Как русский пролетарий.

Что за бредовый план -

Вдруг со двора податься?

На немцев и славян,

И прочих расспыляться.

Есть руки, ноги, пах,

Есть женщины, мужчины,

И есть тоска в глазах

У немца, славянина.

Найти б хоть одного,

Не меченого горем,

Да где найдешь его?

Скорее, выпьешь море.

Живём и не живём,

Томленье продолжается;

И море пьем и пьем,

И море не кончается.

[A159] * * *

Бородатый и седой,

Он теперь идет домой.

Он с утра к ларьку ходил,

Пиво светлое там пил.

Не один пил . с корешами,

С мужиками, пацанами,

Пил с хохлом и молдаваном,

Пил с татариным гортанным,

Пил с сантехником, шофером,

Бомжем и карманным вором.

Пили, крякали, икали,

Друг у друга занимали;

О футболе говорили,

Абрамовича костили,

Вспоминали . эх да ах .

О советстких временах.

Небо солнцем озарялось,

В забубённых прояснялось;

Дрожь переплавлялась в прыть .

Можно было дальше жить.

[A160] * * *

Ангелы . в небе. Мы . на земле.

Каждый своё бытие изживает.

Встретишь крылатого в грязном подъезде .

Изумленье и жалость лишь вызывает.

А если, непрошенный, шмыгнёшь в облака,

У виска покрутят лазурным пальцем:

Вот, дескать, чудик! Ни крыльев, ни нимба.

А всё туда же . за небо цепляется.

[A161] Стансы

Не спрашивай: доколь?

Источен плод, но . зреет.

Пройдет и эта боль,

И небо прояснеет.

По камням мостовой

Гремит твоя повозка.

Домой, домой, домой!

К лесам, к полям, к березкам.

Всё, что надыбал ты .

Движимо, недвижимо .

Короста суеты,

Проделки злого джина.

На брюхе проползли

Корявый путь к свободе.

Гляди, с лица Земли

Последний снег уходит.

Как воздыхает он

О белизне и хрусте!

И край наш наречен

Дождливым захолустьем.

И что тебе до драк

Бездушных монополий?

Хоть в мраморе кабак,

А всё . кабак, не боле.

А ты себя блюди,

В туманное не суйся,

Чтоб всё, что впереди,

Не учащало пульса.

Есть влажный говорок

Ручья в зеленой чаще,

И есть на небе Бог .

Тоскующий, скорбящий.

И взор Его всегда

Подёрнут синью зыбкой,

Украшены уста

Прощающей улыбкой.

[A162] * * *

Я спал. И мне спалось.

И снилось неземное.

Я зрел, как прервалось

Вращенье мировое.

Орган веселых сил

Безмолвьем захлестнуло,

И щебет птах застыл

На полвершка от клюва.

И Солнце в синеву

Безучастно впивалось,

Далекое .ау.

Далеким оставалось.

И мотылек застрял

Над пламенем в бессилье,

И жар не обжигал

Распахнутые крылья;

И рыбная братва

Под отраженной синью

Застыла навсегда

В застывшем вазелине...

И ранний желтый лист,

Что с дерева сорвался,

Вдруг в воздухе повис,

Как будто растерялся.

Куда ему лететь?

Зачем кружить и падать?

Застыл глагол .хотеть.,

Застыло слово .надо..

И средь немых могил

Былого прозябанья

Лишь человек бродил

С тоской воспоминаний.

Растерян, удручен,

В походке . шаткость, вялость.

И что б не тронул он,

Всё прахом рассыпалось.

И в прахе имена

Бесследно исчезали,

И он сходил с ума,

И слезы застилали

Потухший взор его.

И к небу он взмолился,

А в Небе . никого.

И сон мой длился, длился.

[A163] * * *

Эй, слышь, Дунай замёрз, Овидий!

Меч перекуй на звонкие коньки.

В последний раз терпенья наберись,

Дряхлеющее тело научи скользить,

Отталкиваться и не падать.

И ты поймешь, родник метаморфоз

Еще не затянуло бурым илом.

Как хорошо, просторно и легко!

Холодный воздух ноздри обжигает,

И в ярком солнце под тобой сверкает

Лёд . скорбная элегия волны.

[A164]

* * *

Где твой виноградник, старина Ганс?

Волны Рейна затопили его.

Средь подвязанных лоз

Скользят серебристые форели

И срывают жадными губами

Янтарь твоих виноградин.

[A165]

Кошка

Текучий комок разноцветных шерстинок

Тихо прокрался по спинке кровати,

Перелетев на гладильную доску,

В дырочки тюля глядит зачарованно.

[A166]

Снежинка

Снежинка с облака свалилась

И на ворону опустилась.

Ворона крыльями взмахнула .

Снежинку на небо вернула.

[A167]

* * *

Там каждое утро Солнце,

Очнувшись, срывает цепи;

Сиянием слепит стражу,

Огнем расплавляет запоры.

Выкатывается на колеснице

В озябшее стылое небо,

И звезд колючие льдинки

На алом куполе тают,

И скатываются на землю

Капельками росы.

А Солнце, расхохотавшись,

Снопом лучей разгораясь,

Нахлёстывает по крупам

Крылатых своих скакунов.

И ноздри их пышат жаром,

И жар земли достигает,

И всё живое стремится

Укрыться в прохладную тень.

Тем временем, Ночь в пещере,

Проснувшись, ругает стражу,

Сосуды швыряет на пол,

Саму себя распекает

За страстность свою и слабость,

И глупую бабью мечту

О приручении Солнца.

А после, смахнувши слёзы,

Садится за стан ткать полог,

Сверкающий новыми звёздами,

Отороченный новыми зорями,

Распаляющий новым желанием.

[A168]

Мозаика

1

Когда я глуп и бессловесен,

Я любуюсь небом,

И хочется надеяться,

Что это мне когда-нибудь зачтется.

2

(ВЕРГИЛИЙ - ДАНТЕ)

Лишь об одном прошу: не шаркай!

Звук человеческого шага

Привносит дополнительную боль

В страдания и без того ужасные.

И, право, было б лучше .

Тебе разуться.

3

Там в людях гасли отраженья.

И звёзды, волны, горы, ветер

Растерянно взирали друг на друга,

Последним мучаясь вопросом:

К чему они?

А человек,

Собой одним любуясь,

Не замечал, как тихо исчезают

Звёзды, волны, горы, ветер.

4

А в спорах избегай амбиций,

Дурные силы не тревожь .

Не дай Бог, Истина родится,

Где сиську ей тогда найдешь?

5

(ПОСЛЕ БОЯ)

Живые празднуют победу,

А мертвых покидает страх.

В их опрокинутых глазах

Меняется природа неба.

6

В исходных данных есть ошибка:

Не тот кивок, не та улыбка,

И от рассеянного "здрассте"

Скукоживается лютик счастья.

7

Итак, весна. Коты токуют.

К бордюрам ластятся ручьи.

8

Опять придёт Ерошка

С наганом и гармошкой,

И выгребет всю картошку .

Ему плевать, что её немножко.

9

Кто лучше орла ощущает

Бездонность, безбрежность неба?

Но вот в чем дело . летает

Он только ради обеда.

10

Он шел на дно,

как плоская речная галька,

Раскачиваясь с шаткой амплитудой,

Иной раз снова забирая вверх,

Но с каждым разом

глубже

погружаясь.

11

Кирпич ползёт по скату крыши.

Давай не будем ухмыляться .

Он, может, прогуляться вышел

Или - не только прогуляться.

12

Для человека мысли об одиночестве,

Что для кота - валерьянка.

Как он только не изламывается, не кренделится,

Чего только не вымурлыкивает!

13

.разъять человека на составляющие,

Идентифицировать, обозвать,

Объяснить прошлое и обусловить будущее.

А потом накатить ему стакан водки

И с любопытством понаблюдать,

Как всё это смешивается и топорщится.

14

Он приходил и приносил,

Ласкался, трепетно любил,

До утра рядышком лежал,

Потом куда-то уходил

И ничего не оставлял.

15

Когда творит, Он не кричит:

Всё это - Я, всё это - Я!

В глухом предчувствии обид

Его ломает и знобит

От тошной пены бытия.

16

О, я уже чую под нутрией кудри.

Взглядом уже распахнул пальто.

Так кончается целомудрие

И начинается черт-те что!

17

Вот и сарафанная

Матушка-Россия!

Яйца деревянные,

Храмы расписные.

18

Ты видел на шоссе размазанную жизнь?

Что раньше было кошкой, курицей, собакой.

И близится, вприпрыжку, вороньё

С прозекторским неумолимым клювом.

19

На нём природа отдыхает:

Он - глуп и этого не знает.

20

А молодость полна весёлой прыти:

Шумит, бежит к соитью от соитья.

21

Все наши здешние мученья .

К иной любви приготовленья.

[A169]

Новогодний вечер в пансионате .Россия.

Хор

Тучные нивы, луга заливные,

Матушка-Волга и батюшка-лес!

Славься, кормилица наша - Россия,

Под одуряющим сводом небес!

Массовик-затейник

В нашем пансионате

Все люди - братья,

Все женщины - сестры,

Все шутки - остры!

Немолодая кокетка

О, я давно не шоколадка .

Скорей, измятая закладка,

Что встречается порой

В энциклопедии мужской.

Немолодой кокет

Так ведь и я уже не лютик .

Скорее, застарелый трутень,

Приложение к столу.

Вот, опять ищу пчелу.

Вместе

Как на елке на зеленой

Повстречались две вороны .

Посмотрели на друга

И свалились от испуга!

Хор

Грудой томятся плоды наливные!

Что ни прилавок, то - деликатес.

Славься, бездонница наша - Россия,

Под одуряющим сводом небес!

Економист

Сегодня можно сказать без всякого ухарства

О позитивных сдвигах нашего государства.

Ведь я давно говорил: чем больше нулей,

Тем жизнь безобразней и пропасть ширей.

Глобист

Есть мысль заветная в народе.

Что год грядущий нам готовит.

Там Рыбы хороводы водят.

Там Тигры к Овнам льнут с любовью.

Поэт (полупьяный)

Душ наших бедных

бледные лучики

Шарят на.бум

по царству тьмы.

И если есть по-латыни термин

"человек м.чимый",

То это - мы.

Политик

Да что говорить? Вы же видели .

На встрече противных сторон

Вопрос не решен положительно.

Увы, не решен.

Призывник

Не хочу я в армию,

где бьют и убивают,

Где строй,

дисциплина,

официрьё,

старики.

И вообще, чего я хочу . не знаю.

Жизнь . мура.

Все . дураки.

Старый рабочий

Жизнь катилась легко, ненатужно.

Пили неделями и работали дружно.

Сантехкабины для строек ваяли

И унитазы из них воровали.

Второй рабочий

Во рту - сушь,

В башке - глушь,

В кармане - шиш,

А ты говоришь...

Пессимист

От заката до рассвета

Я грущу над винегретом.

Рюмку водки пропущу,

Закушу и вновь грущу.

Российский флаг

Я - триколор, куда уж проще?

Я только ветру подневолен.

Попробуйте меня на ощупь:

Я - государствен, и не боле.

Почетный строитель

Где-нибудь в глуши тверских болот

Пешеход увидит небоскрёб...

Это будет означать, что там . столица.

Трудно ему будет заблудиться!

Опять глобист

Там хмурый Марс Венерой бредит,

Окрас меняя без конца.

Там злой соперник жарко дышит

В затылок Первого лица.

Оптимист

Надо топать помаленьку!

(Пусть сначала налегке)

Килька - первая ступенька

К ослепительной икре!

Тамада

Чтоб вождь дорогой наш любил людей,

Был весел, румян, беспечален,

И разливался как соловей,

Которого не поймали!

Народный артист

Робей и трепещи, тиран презренный!

Вот-вот на царство изберется

Другой тиран .

Ужо достанется тебе!

Публицист

Обнесли человека, обидели,

Недодали много чего...

Лишь слащавенькое телевидение

Во всю прыть развлекает его.

Хор

Вдруг распахнулись пространства иные,

Шустрый проснулся в людях интерес.

Славься, закромница наша - Россия,

Под одуряющим сводом небес!

Журналист

Нас волнуют угрозы

Из чеченской столицы,

Да судьба спиртовозов

На российско-грузинской границе,

Да шахтерских бригад

Трудовые победы,

Где спускаются в ад,

А взлетают на небо.

Товарищ из глубинки

В нашей тмутаракани

С каждым днем всё туманней.

Омрачают рассветы

Долги по бюджету,

И снижает потенцию

Блокада интеллигенции.

Челнок

Своё мы перетрусили!

Возьми деньжат побольше и

По братской Белоруссии

Да в сказочную Польшу!

Поэт (на . пьяный)

Над страной плывут облака.

По стране протекает река.

Отражаются в реке облака

И страна балдеет слегка.

Хор

Тучные нивы, луга заливные,

Матушка-Волга и батюшка-лес!

Славься, кормилица наша - Россия,

Под одуряющим сводом небес!

Проголосуйте
за это произведение


Rambler's Top100