TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 

Михаил Стародуб

 

 

СДЕЛКА

 

пьеса в 2 действиях

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Действующие лица:

1.         АННА ВАСИЛЬЕВНА КОЗЛОВА

 

2. БАРАНОВА

 

3.     ЛЕРА

 

4.     ТУЖИК

 

5.     ПЕРЕПЕЛКИНА

 

6.     НАСТЯ

 

7.     ТРЫНЦ

 

8.     ДМИТРИЙ СЕРГЕЕВИЧ КОЗЛОВ (ДИМОН)

 

9.     ПОЛКОВНИК

 

10. КОМАНДА ПОЛКОВНИКА (люди в камуфляже)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Просторная комната предбанника. Двери в парилку и в душевую. Шкаф с комплектом посуды, шкафчики для одежды, стулья, тренажеры. В углу -- несколько кресел, журнальный столик, на нем -- самовар. Под потолком -- плакат с надписью "Бодаевск -- город будущего". Из соседнего помещения доносятся возгласы:

.       Блин горелый! Ой, мамочки! Ё‑моё! Помоги мне, эй! Помоги же!

(пауза)

 

БАРАНОВА -- (она полуодета, видимо, перед тем, как отправиться в парилку) Что? Неужели, пожар? Так я и думала. С моим счастьем вылезать из дома -- безумие. Тем более, являться в такое публичное место, как центральная городская баня. (Начинает одеваться. Слышны отчаянные возгласы из парилки, что-то с грохотом падает) Что и требовалось доказать. Может быть, даже террористический акт. Или потолок обвалился. (Взяв оставшиеся вещи в руки, она готова убежать полуодетой, подходит к входной двери. Здесь задерживается. Ей интересно.)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (выскакивает из парилки голая и очень злая, на ходу прикрывая интимные места полотенцем) Блин горелый! Где администрация этого шалмана? (Барановой) Что таращишься, дева?

БАРАНОВА -- Неужели пожар?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Хуже!

БАРАНОВА -- О-о! Террористический акт?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Еще хуже. Холодную воду отключили.

(из двери парилки высовывается АННА ВАСИЛЬЕВНА)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Горячую воду отключили тоже.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Блин горелый!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Представьте себе... (скрывается за дверью)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Ты, вот что, дева, смотайся в администрацию. Скажи, если не дадут воду... (задумывается)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (появляясь из двери парилки) Мы подадим на них в суд.

(пропадает за дверью)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Мы их как слепых котят передушим. Вот этими, плохо вымытыми руками. (Скрывается за дверью)

БАРАНОВА -- Какой ужас! (подходит к двери) Эй, послушайте, можно Вас?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Что?

БАРАНОВА -- Сначала упомянуть "слепых котят", а потом -- про суд? Или наоборот? В какой последовательности передавать пожелания?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Идиотка!

БАРАНОВА -- При чем здесь это? То есть, мне нужна определенность, а не бессмысленные оскорбления.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (проходя в предбанник, в руках у нее банные принадлежности) Можете передать наши пожелания в любой последовательности. Но, по возможности, корректно.

(Баранова уходит. Одновременно, в предбаннике появляются полуодетые ТУЖИК и ЛЕРА)

ТУЖИК -- Облом!

ЛЕРА -- Мрак. (Поеживается) Не случилось передышки, подруга. Что у тебя с собой?

ТУЖИК -- Чипсы.

ЛЕРА -- Давай. А то, я чувствую, скоро меня "коротить" начнет. (Хрустит чипсами. В последующих сценах -- с набитым ртом)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (в полуоткрытую дверь) Эй! Здесь какая-то дева в обмороке от впечатлений!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (Тужику и Лере) Что же вы стоите? Нужно немедленно помочь! Поторопитесь, пожалуйста!

(Тужик, Лера и Перепелкина выводят под руки Настю. Она в сознании, разве, ноги идут трудно)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Возьмите у стены кресло и передвиньте его сюда. Посадите девушку. У кого-нибудь из вас есть минеральная вода?

ТУЖИК -- Пиво Клинское. Баночное.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Отпадает.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Чай с травами. Но из термоса, горячий.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Ни в коем случае.

ТУЖИК -- Облом.

ЛЕРА -- Мрак.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- В таком случае минеральная вода есть у меня. Там, в шкафчике. Можете взять.

(Подойдя к шкафчику, Тужик достает бутылку минералки, открывает крышку. Передает воду Насте. Одновременно входит Баранова)

БАРАНОВА -- Воду дадут в течение получаса. Администрация приносит извинения.

НАСТЯ -- (всем) Спасибо!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Значит, подождем, ничего страшного.

БАРАНОВА -- В Бодаевске всегда так. Только и дел, что ожидать чего-нибудь очередного, обещанного мэром и депутатами...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Я бы на вашем месте воздержалась от необоснованных обобщений.

БАРАНОВА -- (кивает на плакат) Вон, даже лозунг придумали: "Бодаевск -- город будущего". Так, что у нас все в будущем, горячая вода, низкие цены за квартплату, пенсии, бесплатное жилье...

ТУЖИК -- Где это, Бодаевск?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (иронично) Город в средней полосе России. Место, где мы с вами сейчас находимся.

ЛЕРА -- Клево.

ТУЖИК -- Прикольненько.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Что же это вы, голубушки, не ориентируетесь в пространстве! А во времени? Который год на дворе, помните?

ЛЕРА -- (прикидываясь) Тысячелетие назову, точно.

ТУЖИК -- Смотри, промахнешься.

ЛЕРА -- Не боись.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- У вас с головой все в порядке?

ЛЕРА -- К сожалению.

ТУЖИК -- Да вы не пугайтесь. Мы выскочили из поезда на первой остановке, которая подвернулась. Проветриться, на народ поглазеть. Проще, сбежали. Кто ж знал, что это случится в городе будущего -- Бодаевске!

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Явились на народ поглазеть? Как в кино что ли?

ЛЕРА -- Как в зоопарке.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Сбежали?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- И первым делом отправились в городскую баню?

ТУЖИК -- Представьте себе! Прикольненько...

ЛЕРА -- Клево. (Серьезно) Иногда хочется срочно умыться. А то жить тошно. (Прикидываясь) А в городе Бодаевске, как раз перебои с водой. Смешно! (Перепелкиной) Ну, расскажите, Бодаевцы, как вы тут, в средней полосе России живете, чем дышите?
ПЕРЕПЕЛКИНА -- Не могу удовлетворить твоего любопытства. Я в этом зоопарке, тоже зверь приезжий.

ЛЕРА -- Есть кто из местных? (громко икает)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Что за тон? Как вы разговариваете со старшими?

ТУЖИК -- Извините! Моя подруга временно неадекватна...

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Обкурена, говоря проще.

ЛЕРА -- А тот, кто старше -- раньше подохнет. Из местных‑то есть кто?

БАРАНОВА -- Я из местных. Но если вы хотите выяснить в какую из городских служб обратиться, чтобы пожаловаться на отсутствие воды, скажу откровенно: жаловаться в Бодаевске некому. Власти не существует. То есть, она существует, конечно, где-то и что-то делает. Но в основном сама по себе и очень неявно.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Какая чепуха! Вы пробовали жаловаться? За кого вы голосовали на выборах?

БАРАНОВА -- За вас, Анна Васильевна! Вы -- наш депутат очередного созыва.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (иронично) Какая честь для окружающих масс! Оказаться в бане рядом с народным избранником...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (не замечая иронии) Что ж, дорогие сограждане, давайте знакомиться. (Подходит к шкафчику, достает несколько визитных карточек, раздает их) Меня зовут...

ЛЕРА -- Депутатша! Здесь, в бане.

ТУЖИК -- Мрак. Я всегда думала: политики кучкуются исключительно в телевизоре. А они могут встретиться везде. Как изюм в булочке.

ЛЕРА -- Ну-ка, ответь, депутатша, вы, это, почему своему народу воду перекрыли?! И не только в Бодаевске, между прочим!

НАСТЯ -- Воду отключили из-за меня. Это знак. Не стоило приходить сюда.

БАРАНОВА -- Понимаю! С моим счастьем тоже лучше не высовываться.

НАСТЯ -- Я пыталась избавиться от ребенка. Говорят, если как следует попариться...

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Сегодня есть вполне цивилизованные и простые средства, чтобы стимулировать выкидыш.

НАСТЯ -- Но эти средства... как бы сказать, не так естественны. Они, если угодно, более определенны. Получается, что ты очевидно убиваешь своего ребенка.

БАРАНОВА -- А в парилке убиваешь его менее очевидно?

НАСТЯ -- Здесь ты, вроде, как чересчур сильно попарился и, естественно, ребенок не смог родиться. Вокруг оказалось слишком жарко, для того, чтобы зачать...

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Что за игры с самим собой! Отговорки, которые не убеждают.

НАСТЯ -- То-то и оно! Вот я и решила: будь, как будет. Пойду, а там, что Бог пошлет.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- И Всемогущий Господь отключил воду? Так, что ли?

ТУЖИК -- Нормально. А мы-то за что страдаем?

НАСТЯ -- Уж, извините...

БАРАНОВА -- Вы не любите детей? Быть не может!

НАСТЯ -- Люблю, пожалуй. Просто еще не время. Хочется для себя пожить.

ЛЕРА -- Смотри сюда! (Пауза, все смотрят) Я живу для себя. Нравится? Да ты, смотри, не стесняйся ...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (смеется) Кому же вы можете понравиться, голубушка? Разве такой же оторве.

ТУЖИК -- Факт.

ЛЕРА -- (смеется в ответ) Со мной -- дело ясное. А с тобой? Оценишь себя, депутатша? Ты у нас, можешь понравиться?

ТУЖИК -- Ну-ка, без стеснения, реально?!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Становится забавно. С вашего разрешения, вернемся к этой теме позже.

ТУЖИК -- Слабо ей, реально, без стеснения!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Хорошо. Отвечаю без стеснения, реально: время от времени я позволяю нравиться себе самой. В этом между нами разница. Вы, оторвы, себя презираете. Вы устали от себя, друг от друга, от жизни. Я -- умею себя уважать.

(Пауза. Лера и Тужик пытаются осмыслить сказанное. Возможны невнятные реплики: "Депутатша приложила", "С пафосом задвинула, нормально", "Не подставляйся" и пр.)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Поговорим об уважении позже.

БАРАНОВА -- Когда?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- После первой рюмки. (А.В. подходит к шкафчику достает несколько пакетов) В конце концов, если судьба свела нас сегодня вместе таким оригинальным способом, почему бы ни посидеть за одним столом? Это будет весьма экзотично. Так сказать, в стиле происходящего.

БАРАНОВА -- Как это?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Почему бы ни пригласить всех выпить за мое здоровье? Каждому человеку нужно здоровье. И немного удачи.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Вы ищите экзотики?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- С некоторых пор. Представьте, наступает время оглядеться.

ЛЕРА -- Помирать, что ли собралась, депутатша?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Разве что‑нибудь заметно?

ТУЖИК -- К сожалению, нет.

ЛЕРА -- А жаль!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (Лере и Тужику) Сегодня мой день Рожденья, неадекватные девочки! (остальным) Предлагаю отметить это. Помогите накрыть стол. Поставьте кресла в ряд. Передвиньте тренажер. Разберите стулья. В одном из пакетов -- есть разовая скатерть и салфетки.

(Распоряжения А.В. немедленно выполняются. В перестановке участвуют все кроме Насти)

БАРАНОВА -- (Насте) А что думает отец будущего ребенка?

НАСТЯ -- Димон? Изо всех сил пытается думать в другую сторону.

БАРАНОВА -- Нечего сказать, хорош, Димон! Как же так?

НАСТЯ -- Он считает, в таких случаях, мужское дело -- сторона. Я изначально должна была поберечься, обо всем подумать заранее. Пришлось сказать, куда я иду и зачем.

БАРАНОВА -- А он?

НАСТЯ -- Пожал плечами. Не понял о чем речь. Кажется, у него есть дела поважнее.

ТУЖИК -- Стоит ли вообще сегодня в России рожать детей?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Таких, как Вы?

ЛЕРА -- Таких, как мы не стоит, конечно. Сегодня рожать детей имеет смысл исключительно, вам подобных!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Не возражаю.

ЛЕРА -- Однако, когда простаки и наивные вымрут, и все будут одной породы, вашей, скоро возникнет вопросик: кому вы будете мозги полоскать? За чей счет жить, в мире населенном исключительно ловкачами и дармоедами?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Остается надеяться, что на мой век хватит неадекватных простаков. Прошу всех за стол. (Все рассаживаются) Почему вино не открыто?

БАРАНОВА -- Не вижу штопора. У кого есть штопор?

ТУЖИК -- У противоположного пола.

ЛЕРА -- Хреново без мужиков. Бутылки вина не откроешь.

ТУЖИК -- Не говоря уже обо всем остальном. Без мужиков -- голяк.

(Из-за дверей слышится мужской голос. Это Трынц.)

ТРЫНЦ -- Миллион извинений! Девочки, у вас, на женской половине, вода есть?

ЛЕРА -- И не только вода! Заходи, мужик, не стесняйся. Но с условием.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (Лере) Ваша бесцеремонность неслыханна. Кажется, не встречала ничего подобного.

ТРЫНЦ -- (он появляется закутанным в простыню) Какое условие? (оглядевшись) Мать честная, хорошо устроились!

ЛЕРА -- (А.В.) Бесцеремонность, да. Вот и мой папа-олигарх так считает.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Неужели у вас где‑то есть папа? Трудно себе представить его лицо.

ЛЕРА -- (смеется. А.В.)Да, ведь ты с ним знакома, депутатша! Сто пудов!

ТУЖИК -- Увянь, подруга, жалеть будешь! Не светись без дела.

ЛЕРА -- (Трынцу) Найдешь штопор, мужик, плеснем в стакан.

ТРЫНЦ -- Сию секунду! (исчезает)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Знакома? С вашим отцом? Я? Какой вздор!

ТРЫНЦ -- (демонстрируя штопор, который появился в его руках, кажется, из воздуха) Трынц! Трынц! И готово, заказ выполнен.

БАРАНОВА -- Давайте... (начинает с трудом открывать бутылку)

ТРЫНЦ -- Позвольте мне! (пристроившись к столу, ловко открывает бутылки) Прошу подставлять посуду, я разливаю. Предлагаю поднять первый тост за... Интересно, по какому поводу сегодняшнее веселье? Хотите, угадаю?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Ваше лицо мне знакомо.

ТРЫНЦ -- Вы мне тоже сразу понравились.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Разве я говорила, что вы... что мне...

ТРЫНЦ -- Ощущаю внутренний импульс. Характерный и на удивление взаимный.

БАРАНОВА -- Сегодня день Рожденья...

ТРЫНЦ -- Прошу вас, больше ни слова! Я проинтуичу. В соответствии с принципом синхронности, события, происходящие в данный момент, связаны информацией самого этого момента. Ощущаю недвусмысленное указание на вынужденные перемены и душевные расстройства одного из нас... впрочем, поправка! Расстройства и перемены... (оглядывается, с удивлением) имеют место у двух присутствующих...

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Где я видела ваше лицо?

ТРЫНЦ -- Невероятно! Всех присутствующих в большей или меньшей степени ожидают перемены! Все они душевно огорчены!

БАРАНОВА -- Еще бы, ведь воду‑то в бане отключили!

ТРЫНЦ -- А теперь, внимание, я интуичу... Трынц! Трынц! С днем рожденья, Анна Васильевна, уважаемый депутат! (общее удивление) Мы поднимаем бокалы за вас! Что вам пожелать?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Того же, что и себе. Только честно, от души.

ЛЕРА -- Это может оказаться не очень приятным, если честно желать того же, что себе.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- В самом деле? Не слишком ли много вы о себе воображаете?

ТРЫНЦ -- Итак, мы желаем вам здоровья, любви и счастья! (пьет) Трынц!

(все выпивают, начинают закусывать)

ЛЕРА -- Я, пожалуй, буду называть вас Трынц.

ТРЫНЦ -- Славное имя.

ТУЖИК -- Ништяк!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Как-то сразу, в голову ударило. Прошу прощения, за три дня я спала не больше пяти часов. Не случилось заснуть. Думала, вспоминала.

БАРАНОВА -- А меня алкоголь не берет. Глупо тратить на меня горячительные напитки.

ТУЖИК -- Попробуйте травку. Или что-нибудь покруче.

БАРАНОВА -- Ни в коем случае!

НАСТЯ -- Вот странно: сегодня, как никогда хочется напиться! Хотя в моем положении надо бы сдерживаться.

ЛЕРА -- Родишь неполноценного. Такого, как... некоторые...(смотрит на А.В.)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Похожего на вас?

ТУЖИК -- А по мне, пей! Будь, что будет.

ТРЫНЦ -- Второй тост! За тех, кто дорог имениннице. За родных и близких, за... позвольте, я проинтуичу. Трынц! Трынц! Однако... как же так?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Да, выпить не за что, я сирота. Воспитанница детского дома.

НАСТЯ -- Рядом с вами никого-никого?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- В моем возрасте и при моем положении, деточка, вокруг -- не протолкнуться. Но выпить за кого-то конкретного затруднительно. Кажется, в профессиональном театре есть такой термин: "публичное одиночество".

НАСТЯ -- Вы... прошу прощения, замужем?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- И что же?

ТРЫНЦ -- Поднимем бокалы за вашего мужа...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Дмитрий Сергеевич сейчас далеко. В Столице.

ТРЫНЦ -- За Дмитрия Сергеевича, который в этот знаменательный день сердцем и мыслями с нами. Который, может быть, даже, на удивление близко... Трынц! Трынц! (оглядывается) Смею утверждать, ваш муж, некоторым образом, -- в двух шагах, где‑то уже почти здесь.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (поднимает рюмку) Надеюсь, вы ошибаетесь.

(все выпивают, начинают закусывать)

БАРАНОВА -- Давайте устроим застольные игры и конкурсы! Давайте играть...

ТРЫНЦ -- В рифмы. Я предлагаю строчку. Тот, кто предложит строчку в рифму -- выпивает призовую рюмку. Внимание... (наливает рюмку) Даю строчку...

ЛЕРА -- Трынц! Трынц!

ТРЫНЦ -- "Если хочешь быть китайцем..."

(все думают)

ЛЕРА -- Идиотская затея.

БАРАНОВА -- "Щурь глаза и улыбайся"!

ТРЫНЦ -- Принято! (общие аплодисменты)

ЛЕРА -- Тоже мне, рифма: "китайцем" -- "улыбайцем"... Некачественно.

ТРЫНЦ -- Для первого раза принято! (вручает приз) Не придирайтесь.

ТУЖИК -- "Если хочешь быть китайцем -- красишь желтой краской яйца"!

ЛЕРА -- Ну! Это по делу.

ТРЫНЦ -- Поздно, девочки, приз вручен. Даю вторую строчку...

ЛЕРА -- Нечестно!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Разумеется, нечестно, милая, как и во всех аналогичных творческих затеях.

БАРАНОВА -- (выпивает рюмку) Не волнуйтесь, алкоголь меня не берет.

ТРЫНЦ -- Итак, вторая строчка: "Неожиданно и вдруг..."

ТУЖИК -- "Наступил большой пук-пук"!

ТРЫНЦ -- Фи, "пук-пук" не эстетично. Я вас, пожалуй, дисквалифицирую.

ЛЕРА -- Какого черта!?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- "Неожиданно и вдруг -- сердце прыгает тук-тук"!

ТРЫНЦ -- Браво! Принято! (аплодисменты) Получите призовую рюмку!

ЛЕРА -- Почему это большой пук-пук неэстетичен? Он вполне может быть мажорным пуком. И в меру деликатным!

ТРЫНЦ -- Переходим к следующему конкурсу... Ваш протест жюри не принимает.

ТУЖИК -- "Ваш протест жюри не принимает, потому, что ни хрена не понимает"!

ЛЕРА -- Так его, Тужик! Молодцом!

ТУЖИК -- Рифмовать -- в кайф. Дайте еще строчку, Трынц! Оказывается, мне нравится такое дело.

ТРЫНЦ -- Остановитесь, дорогая, конкурс закончен.

ТУЖИК -- "Я от любви изнемогаю, остановитесь дорогая".

ЛЕРА -- (хохочет) Заклинило девушку, блин горелый!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Не смешно.

ТРЫНЦ -- Да вы у нас начали изъясняться в рифму! Прошу обратить внимание, сударыни: только что на наших глазах родился поэт.

ТУЖИК -- Честно?

ТРЫНЦ -- Только оно не приносит особенного счастья. Поэт -- это диагноз старинной и неизлечимой болезни.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Банальная шутка. Поэт -- это диагноз, милиционер -- диагноз, политик -- диагноз...

БАРАНОВА -- (с очередной рюмкой в руках, она, кажется, не очень трезва) "Диагноз"? Это так сексуально!

ТРЫНЦ -- Предлагаю тост за поэзию, которая сближает!

БАРАНОВА -- И за диагноз! Который... (затрудняется) Который...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Может быть, вам уже достаточно?

БАРАНОВА -- Увы. Горячительные напитки на меня не действуют.

ЛЕРА -- А что на вас действует?

БАРАНОВА -- (смущенно) Ну... мужской взгляд, к примеру. В меру несдержанный. Романтичный.

ТУЖИК -- И часто такие встречаются?

БАРАНОВА -- Сколько угодно. На прошлой неделе в электричке подсел ко мне эффектный мужчина. Вы, говорит, женщина античная. Формы, у вас какие роскошные. В наше время такое уже не встретишь.

ЛЕРА -- Антиквариат!

БАРАНОВА -- Если бы на войну идти, я бы за такую женщину пошел, говорит. И все пытался купить мне мороженое. А я отказалась. Если бы мог, говорит, всю жизнь стоял перед вами на коленях. А я почему-то отвечаю: уже, мол, есть, кому стоять передо мной на коленях.

НАСТЯ -- А он?

БАРАНОВА -- Что ж, говорит, кому-то повезло. Скрипнул зубами и ушел.

НАСТЯ -- А мой Димон -- старше на 20 лет. Человек более опытный. Государственный служащий с высшим гуманитарным образованием. С ним спокойно.

ТУЖИК -- В два раза старше? Не слабо!

НАСТЯ -- Между прочим, до меня ничего подобного у него не было. В чувственном смысле.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- И вы в это верите?

НАСТЯ -- Мы договорились не лгать. И не притворяться друг перед другом. Что бы между нами не произошло.

(Общий смешок, впрочем, скорее сочувственный)

НАСТЯ -- Нет, правда, договорились и держим слово. Иначе уйдет что-то очень дорогое. Самое главное. Ради чего, собственно, стоит жить.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- А чем же ваши сверстники, молодые люди вам не по нраву?

НАСТЯ -- Сверстники предсказуемы. Ты знаешь, как они будут себя вести, что станут говорить, делать.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- И что же?

НАСТЯ -- Хвалиться. Красоваться. Что есть силы демонстрировать себя и выламываться.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- А более опытному Димону, с высшим гуманитарным образованием, надо полагать, такое не свойственно?

НАСТЯ -- Он не боится выглядеть слабым. Даже беспомощным. Разумеется, иногда, время от времени. Он свободен в своих проявлениях. Это позволяет мне, в свою очередь, чувствовать себя свободной. Конечно, его возраст сразу заметен: животик, небольшая плешка. Но это умиляет. Главное, нам хорошо.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Что ж, хотелось бы посмотреть на такую идиллию.

БАРАНОВА -- Хоть краем глаза!

ЛЕРА -- Вы обещали развлекаловку, Трынц!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Надо ли думать, что откровения сверстницы Вас не волнуют?

ЛЕРА -- Больше половины моих подруг подставляются сорокалетним мужикам, а то и тем, кому за пятьдесят. Наслушалась и насмотрелась, во! Вы обещали развлекаловку, Трынц. Новенькую.

ТРЫНЦ -- Как на счет танцев?

ЛЕРА -- А музон?

ТРЫНЦ -- Соорудим, было бы желание.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Из воздуха, света и мыльных пузырей?

ТРЫНЦ -- Примерно так. Оркестр Body percussion ("Боди перкашн") -- предполагает наличие желания и азарта. Каждый -- сам себе инструмент. (Лере) Ударные! (задает ритм, одновременно, демонстрируя) Бф! Бф!

ЛЕРА -- Бф! Бф!

ТРЫНЦ -- Чудесно! (Тужику) Что-нибудь из духовых... (запевает "знойное" танго без слов. Тужик подхватывает) Изумительно! (Перепелкиной) Вы -- скрипочка... (демонстрирует)

НАСТЯ -- Когда-то я играла на рояле. (Включается, исполняя свою партию)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- А я?

ТРЫНЦ -- Именинница имеет право выбирать. Хотите... (предлагает варианты) Или... (еще варианты)

БАРАНОВА -- Пожалуй, я тоже буду ударными. Бф! Бф! Это так сексуально.

ТРЫНЦ -- Итак, сударыни, Body percussion! Прошу!

(Какое‑то время Трынц -- за дирижера. Потом танцует поочередно с А.В., Настей, Барановой, Лерой и Тужиком. Последняя -- Перепелкина. Кажется, с ней он танцует с особенным удовольствием и более всех).

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Вспомнила! Я видела ваше лицо на афише. Там, в холле гостиницы.

БАРАНОВА -- И на рекламных транспарантах. Весь город увешан портретами. Нечего сказать, похож. Одно лицо.

ТРЫНЦ -- (в руках невероятным образом появились одна за другой яркие афиши) Вот эти? (Раздает их присутствующим) Разумеется, вы не ошиблись, сударыни!

(Все разглядывают афиши)

БАРАНОВА -- (читает) "Диагностика ауры, установка на удачу, энергетическая чистка, нейтрализация врагов". Очень практичные у вас предложения.

ТУЖИК -- Так вы артист?

ТРЫНЦ -- По мере надобности, сударыня. В каком-то смысле и артист тоже.

ТУЖИК -- Чувствуешь сразу.

БАРАНОВА -- (читает) "Работа в особо сложных условиях". Это как?

ТРЫНЦ -- В ситуациях безнадежных.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Неужели?

ТРЫНЦ -- С гарантией.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- И что же, выписываете гарантийную квитанцию?

ТРЫНЦ -- Даю честное слово.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- У честных слов -- девальвация. Сотрясать воздух научились все. Сегодня это много не стоит.

ТРЫНЦ -- Это всегда стоит одинаково. Если слово честное, цена не меняется.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Вы-то мне и нужны! То есть, ваша помощь, конечно.

ТРЫНЦ -- Заказ принят.

БАРАНОВА -- Я тоже, прошу вас!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Надеюсь, именинница имеет право на первоочередность? Или, может быть, такое право предоставляет депутатский мандат?

ТРЫНЦ -- Сожалею, заказ уже принят. (Перепелкиной) Позвольте, я проинтуичу. Трынц! Трынц! Вы приехали в этот город по делам фирмы.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Пытаюсь открыть филиал.

НАСТЯ -- А мне не нужна ничья помощь.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Кто это может знать наверняка? (Перепелкиной) С фирмами и филиалами -- это ко мне. Не смотря на всеобщую девальвацию, мое слово и до сих пор кое-что значит. Как депутат я имею вес в городе Бодаевске.

ТРЫНЦ -- В самом деле! Ваше слово кое-что значило, будем иметь ввиду. Вы имели вес в городе Бодаевске, как же, как же... (Перепелкиной) Позвольте заглянуть в ваши мысли?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Неужели это возможно?

ТРЫНЦ -- Отойдем в сторону, прошу вас. Дайте руку. Коррекция судьбы -- процесс интимный.

БАРАНОВА -- Процесс, это так сексуально!

ТРЫНЦ -- Не более чем "диагноз".

ТУЖИК -- Закончилась развлекаловка? Жаль...

ТРЫНЦ -- Ни в коем случае! Следующий номер нашей программы не нуждается в объявлении. Но требует соответствующего музыкального сопровождения. (Запевает цирковой марш) Не ощущаю должной поддержки, сударыни...(Лера, Тужик, и Настя подхватывают, присоединяется Баранова и, позже всех, А.В.) Благодарю! (Подойдя к двери, Трынц широко распахивает ее. За дверью топчется фигура) Прошу!

ГОЛОС -- Что вы хотите этим сказать?

ТРЫНЦ -- Ваш выход!

ГОЛОС -- В каком смысле?

ТРЫНЦ -- Входите, прошу вас. Смелее, друг мой!

ГОЛОС -- Как-то не очень удобно. Отделение бани -- женское.

ТРЫНЦ -- Сударыни, помогите господину, встречайте аплодисментами!

(Общие аплодисменты. Уходит Трынц под руку с Перепелкиной. Появляется Димон с букетом цветов в руках. Это лысоватый мужчина, который намного старше присутствующих. Но, если с А.В. он смотрится, как старший брат, то рядом с Настей он выглядит как родитель)

НАСТЯ -- (бросаясь к вошедшему) Димон!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (отходит в сторону, негромко) Митя!

ДИМОН -- Все-таки я нашел тебя. Вычислил. Хоть в этом повезло напоследок. (Кивает на накрытый стол, не замечая А.В.) Что здесь происходит?

НАСТЯ -- День Рожденья.

ДИМОН -- В бане?

БАРАНОВА -- Представьте себе, отключили воду. А тут, как раз, выяснилось, что между нами -- именинница...

ДИМОН -- (глядя на Настю, говорит через силу, речь замедленна) Так вот, значит, я вычислил, а потом нашел тебя.

НАСТЯ -- Спасибо за цветы. Как раз к случаю.

ДИМОН -- (с удивлением смотрит на цветы в собственных руках) Цветы? Извини, но цветы не для тебя.

НАСТЯ -- А для кого? Ты выпил?

ДИМОН -- Нет. Хочешь, дыхну? (Несколько раз энергично выдыхает)

НАСТЯ -- Тогда, может быть, налить тебе вина?

ДИМОН -- Не хочется туманить мозги. Сознание должно оставаться ясным.

НАСТЯ -- Что-то случилось? Для кого эти цветы? Что происходит, Димон?!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Не смей называть Дмитрия Сергеевича Димоном, потаскуха! Отойди от него!

ЛЕРА -- Не слабый наметился сюжетик!

ТУЖИК -- Да уж, что и говорить...

(Лера, Тужик и Баранова деликатно отходят в сторону, располагаясь в креслах. Здесь, вполне неделикатно они наблюдают происходящее, как смотрят захватывающий кинофильм. Может быть, в руках у Тужика пакет с поп корном, из которого черпают поочередно)

ДИМОН -- (подходит к А.В.) Она не потаскуха, Аня.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (отвешивает ему звонкую пощечину) Вот как?!

НАСТЯ -- (бросается к Димону, пытается обнять) Тебе больно, Димон?!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Не называй его птичьим именем!

ДИМОН -- (протягивает цветы) Вспомнил: цветы для тебя, Аня.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (принимает букет) И что же?

НАСТЯ -- Эта женщина -- твоя жена? Ты принес ей цветы?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Именно так, соблазненная и покинутая девушка! Я -- жена сукиного сына, по имени Дмитрий Сергеевич. В нежные минуты я называю его Митенька, Митюшок. В интимные моменты -- Тюша. Вас это не устраивает?

НАСТЯ -- Тюша! Какая пошлость... В интимные моменты... (плачет)

ДИМОН -- (обнимает Настю) В самом деле. Должен признаться, звучит достаточно нелепо: Митюшок, Тюша. Несколько слащаво.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Что ты хочешь этим сказать, и как смеешь жить двойной жизнью? Прекрати обниматься, в самом деле, на это больно смотреть! (в свою очередь начинает хлюпать носом, но держится)

ДИМОН -- Во‑первых, мне не стыдно. Во-вторых, у нас с Настей были прекрасные минуты, сравнимые, разве... (продолжая обнимать Настю, тянется погладить по щеке А.В. и, как это ни странно, она позволяет это) сравнимые, пожалуй, с нашим первым августом. Помнишь, Аня? Почти абсолютное счастье.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Ты можешь вспоминать это время? Ты позволяешь себе с чем-то его сравнивать? Какой чудовищный цинизм!

ДИМОН -- В третьих, это не имеет значения. Теперь ничто особенно не имеет значения.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (устало и безнадежно) Значит, ты все уже знаешь? Что ж, плохо дело, Митенька.

ДИМОН -- (про свое) Как ты была прекрасна, тогда, в нашем августе!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Прекрати! (о своем) Итак, ты был в больнице? Говорил с врачами?

НАСТЯ -- (пытаясь освободиться) Перестань, наконец, обнимать меня, "Тюша"! И пойми: я не собираюсь делить отца моего будущего ребенка с посторонней женщиной!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Так этот ребенок ... вот оно что! Он -- твой.

НАСТЯ -- (с вызовом) Я бы хотела девочку. Нежную кроху. Пухленькую. С аккуратными ладошками, и каждый пальчик -- такой миниатюрный, тонко исполненный. Пусть будет похожа на отца изгибом бровей и длинными ресницами. А губы -- яркие, как у мамы.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Пусть... будет похожа...(начинает плакать) Дайте кто‑нибудь носовой платок!

ДИМОН -- Сию минуту... (Ищет в карманах платок, не находит. Достает и выкладывает на стол последовательно: тощий бумажник, мятый запечатанный конверт, пистолет, игровую фишку) Надо же! (Про фишку) Сохранилась каким‑то чудом. Вот, нашел, наконец... (протягивает платок)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (вытирает глаза) Спасибо за заботу о посторонней женщине.

ДИМОН -- Не уверен, что этот ребенок будет счастлив. Нужен ли он вообще? Что его ждет? Безотцовщина? Нищета?

АННА ВАСИЛЬЕВНА и НАСТЯ -- (вместе) Безотцовщина?!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Ты не смеешь рассуждать настолько цинично! (Замечает пистолет) Откуда здесь оружие? Зачем оно? (Берет в руки пистолет)

НАСТЯ -- Предательство. Не могу поверить. (Замечает конверт) Письмо? На чье имя? (Берет конверт)

ДИМОН -- Пистолет я купил на рынке.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- На каком?

ДИМОН -- На центральном, бодаевском, конечно.

ЛЕРА -- (подходит) Дрянной шпалер. Старенький "макаров".

ТУЖИК -- Ствол-то, небось, в розыске, "паленый". Сколько отдал?

ДИМОН -- Сколько просили. 300 баксов. (Про Леру и Тужика) Кто это, Аня?

ТУЖИК -- Вас обманули.

ЛЕРА -- За 300 монет можно ствол с глушаком купить. Или штук 5 гранат. "РГДэшек".

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Это неадекватные дети. Они здесь случайно.

НАСТЯ -- (в руках у нее распечатанный конверт) О! Быть не может, Димон! "В смерти моей прошу никого не винить"?!

(Пауза. Раздается щелчок. Это Димон передернул затвор пистолета. Лера и Тужик отходят в сторону. Настя и А.В., объединенные происходящим, почти обнимаются)

БАРАНОВА -- (ей плохо) Моя грудь разорвется. Не выдержит эмоциональной перегрузки. Сейчас я умру от переживаний. Убьете вы себя, наконец, или нет? Стреляйтесь, же! Ну?!

(Баранова зажимает уши. Общее движение)

Все разом кричат:

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (Барановой) Прекратите провокацию!

ЛЕРА -- А поговорить?

ТУЖИК -- Погоди стреляться, мужик, эй!

НАСТЯ -- Не делай этого, Димон! Остановись!

(Пауза. Димон растерян)

ЛЕРА -- А если поговорить, мужик? Объясниться?

ДИМОН -- Конечно. Да. Объясняюсь. Пока ты была в больнице на исследовании, я, Аня, занялся не своим делом ...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Оплодотворил молоденькую девушку?

ДИМОН -- ...Я занялся коммерцией. Взял у частных лиц и в государственном банке ссуды под квартиру...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Ты заложил нашу квартиру?

ДИМОН -- Вместе с имуществом. И дачу тоже. Чтобы иметь первоначальный капитал. Ведь это просто: дешево купить, чтобы потом продать с минимальной наценкой. Доход образуется за счет прибавочной стоимости, Помнишь, как об этом пишет Маркс?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Я невнимательно читала Маркса.

ДИМОН -- Напрасно. Изложено очевидно и доходчиво. Правда, несколько длинновато...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Тебя "кинули"? На какую сумму?

ДИМОН -- На сто пятьдесят тысяч долларов.

БАРАНОВА -- Такие деньги! Остается стреляться, друг мой. Нет, такие деньги, с ума сойти!

ДИМОН -- А еще нужно платить банку очередные проценты на ссуду.

ТУЖИК -- (Лере) Вот, подруга, как народ на глубинке умеет многообразно себя развлечь.

ЛЕРА -- По нескольким пунктам.

ДИМОН -- А еще...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Хватит! Неужели могло произойти еще что-нибудь?

ДИМОН -- Я встретил Перкина. Помнишь его? Он -- мой одноклассник, который работает крупье в игорном доме.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Ты отправился в игорный дом?

ДИМОН -- "Как опытный крупье, -- говорит Перкин, -- я организую желающим солидный выигрыш в моем казино. За разумный "откат".

БАРАНОВА -- Откат? Это...

ЛЕРА -- Это то, что так сексуально!

БАРАНОВА -- В самом деле? Вы так считаете?

ЛЕРА -- Так считаете вы. (Димону) Да ведь в любом провинциальном казино, без приличной охраны хрен кто позволит унести с собой больше десяточки! Напоят везунчика, заставят играть дальше, по башке стукнут...

ТУЖИК -- Вычислят и вернут свое на улице, в подъезде или в собственной квартире.

ДИМОН -- Как только я начал выигрывать, Перкина заменил другой крупье.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Ну? Продолжай!

ДИМОН -- Все. Трудно поверить, но в этой жизни у меня осталось два дела (А.В.): поздравить тебя с днем Рожденья. (Насте) И, может быть, еще раз ощутить твою ладонь.

ЛЕРА -- Абзац! (Запевает траурный марш)

НАСТЯ -- Зачем же смеяться над чужой бедой?

ЛЕРА -- А за тем, что смешно. Надо ли понимать, что сейчас у нас на глазах этот господин вышибет себе мозги? Или исполнит дыру между ребер? Из-за стопочки зеленых купюр? Мужчина? Отец твоего ребенка? Интересно, чем он ребенка исполнил, пальцем? Да тебя, мужик, кастрировать надо, чтобы человечью породу не портил.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Сейчас же замолчите! Вы провоцируете Дмитрия Сергеевича на непредсказуемые действия...

ДИМОН -- Нет, почему же, пусть говорит. Интересно послушать. Напоследок.

ЛЕРА -- (в ярости) На какой-такой "последок", барашек! Слабо тебе застрелиться, ты у нас сто лет проживешь... (пытается отобрать пистолет. Раздается выстрел. Впрочем, Лера одним точным ударом уже "уложила" Димона на пол)

ЛЕРА -- Сработала страшилка, смотри-ка!

ТУЖИК -- Налейте дураку пол стакана водки...

БАРАНОВА -- (с рюмкой в руке) "Неожиданно и вдруг наступил большой "пук-пук". (Выпивает)

(Свет гаснет, общие возгласы)

 

 

 

 

 

 

Конец первого действия

 

 

 

 

 

 

 

 

Диалог ТРЫНЦ -- ПЕРЕПЕЛКИНА:

 

ТРЫНЦ -- Дайте левую руку. Именно левую. Говорят, что если кто‑то из профессионалов рассматривает вашу правую ладонь, вы отдаете ему свое счастье.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (протягивает правую ладонь) Возьмите...

ТРЫНЦ -- Отдаете счастье? (П. кивает) Воздержусь пока. (Про левую руку)

Какое у вас изящное запястье ... совсем детское.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Форма запястья имеет влияние на судьбу? В моем случае это хорошо или плохо? Пожалуйста, не стесняйтесь. Говорите откровенно.

ТРЫНЦ -- В вашем случае -- чрезвычайно трогательно. Хочется защитить и

согреть.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Это было бы вполне уместным. Здесь тепло, а меня отчего-то дрожь пробирает. Да и от защиты я бы не отказалась. Только...

ТРЫНЦ -- Что?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Какими способами мы будем меня защищать?

ТРЫНЦ -- Как это делается? Надо ли понимать, что в вашей жизни защитники не встречались?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Проинтуичьте.

ТРЫНЦ -- Стыдно сказать, но рядом с вами, интуиция...

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Неужели глохнет?

ТРЫНЦ -- Отступает. Не позволяет себе рассматривать, что было и что будет.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Очень жаль. Почему бы?

ТРЫНЦ -- Должен признать, такое впервые в моей практике. Предмет изучения мне не безразличен. Кажется, ваша судьба слишком волнует меня. ПЕРЕПЕЛКИНА -- Как это понимать?

ТРЫНЦ -- Как честное признание.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- В чем?

ТРЫНЦ -- В полной профессиональной беспомощности. Я смущен и, кажется, недееспособен.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Что происходит в таких случаях?

ТРЫНЦ -- Предлагают руку и сердце.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- И что же... Руку предлагают... правую?

ТРЫНЦ -- (протягивает раскрытую ладонь) Не вижу другого выхода. ПЕРЕПЕЛКИНА -- Так сразу? Разве это возможно?

ТРЫНЦ -- Нет. Это небывальщина. Редкий случай. Судьба.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Художественный фильм про любовь?

ТРЫНЦ-- Сказка.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Вот странно, мы знаем друг друга не больше часа.

ТРЫНЦ -- В самом деле? Действительно, странно. Я убежден, что подробно

изучал губами кожицу вашего плеча.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Может быть, так и происходило. В каком-нибудь из сладких снов. Или в мечтах.

ТРЫНЦ -- Во всяком случае, я вполне представляю, что будет, если

дотронуться рукой здесь... (показывает, не касаясь) и здесь. ПЕРЕПЕЛКИНА -- (берет его руки) А еще здесь и здесь.

(Объятие)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Насколько представления о кожице плеча соответствуют

действительности? То есть, насколько мечты оказались истинны?

ТРЫНЦ -- Увы. Предчувствие -- бледная тень того, что находишь на самом

деле -- здесь и здесь.

(Объятие)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Действие второе

 

 

 

 

 

Помещение предбанника в темноте. Появляются одетый Трынц и полуодетая Перепелкина со свечами.

 

БАРАНОВА (она пьяна) -- Штормит! И, кажется, свет отключили.

(Пауза)

ДИМОН -- Свет? Я-то испугался, думал, это у меня сердце лопнуло.

НАСТЯ -- А на самом деле сердце лопнуло у меня. Как больно...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (горько) Что вы знаете о действительной боли?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Блин горелый! Администрация бани приносит извинения. Проблемы на местной подстанции. Обещают по возможности скоро разобраться. Надеюсь, быстрее, чем с водой...

ЛЕРА -- Осталось, разве, принести извинения и перекрыть нам кислород.

БАРАНОВА -- Разобраться обещают? Крутые? Сплошные разборки кругом! С чего бы?

ТРЫНЦ -- (расставляя несколько свечей) Трынц! Трынц! Поверьте, в живом огне есть своеобразное очарование. И большая доля магии.

БАРАНОВА -- Свет отключили, сердца полопались, появился живой огонь.

ТУЖИК -- "Появился живой огонь, ты ладошкой его не тронь".

ТРЫНЦ -- Как лирический поэт, вы стремительно прогрессируете.

НАСТЯ -- Про "пук-пук", было точней. Злободневней. (Берет свечу, ищет отлетевший в сторону пистолет. Вместе с ней ищет А.В. В свою очередь, Димон, запалив зажигалку, тоже участвует в поисках)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- У каждого свой вкус на рифмы. (Со свечой в руке подходит к одному из шкафчиков, достает вещи) Мужчины отвернитесь, я переоденусь.

БАРАНОВА -- Решили сбежать из нашего зоопарка? Неужели?

ТРЫНЦ -- Можете нас поздравить, Женечка Перепелкина согласилась стать моей женой.

ЛЕРА -- Браво, маэстро! Какой блестящий результат коррекции судьбы!

ТУЖИК -- В сложных условиях Бодаевска.

БАРАНОВА -- Не люблю навязываться, но Женечка Перепелкина, это из нас кто?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (счастливо смеется) Это из нас я. Представьте, вот, решили пожениться.

БАРАНОВА -- Тили-тили тесто!

ТРЫНЦ -- Жених и невеста предлагают по этому поводу выпить шампанского! На посошок! (В руках у него -- возникает "из ниоткуда" поднос с бокалами.)

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (оглянувшись на тех, кто ищет) Что-нибудь потерялось?

ЛЕРА -- Страшилка.

ТРЫНЦ -- Я проинтуичу... Трынц! Трынц! То, что вы ищите -- находится у одного из вас. (Обходит всех, раздавая бокалы.)

(На какое-то время присутствующие располагаются двумя группами: А.В., Настя, Димон (они оглядывают друг друга, пытаясь угадать у кого пистолет); и Лера, Тужик, Перепелкина, Трынц. Расстояние и полумрак позволяют группам ощущать себя отдельно. Баранова -- в единственном числе -- в центре сценической композиции)

БАРАНОВА -- Ох, как штормит! Не беспокойтесь, спиртное -- бодрит, действует на меня исключительно положительным образом.

ТРЫНЦ -- Позвольте, небольшой тост на прощанье! Когда встречаешься со счастьем, о возможности которого даже не подозревал за всю предыдущую серенькую жизнь, глупо подбирать слова, чтобы как‑то с собой разобраться...

БАРАНОВА -- Чрезвычайно трогательно. Хочется любоваться и завидовать.

ТРЫНЦ -- Случилось вполне необъяснимое чудо, и это очень приблизительная версия того, что произошло с двумя до сегодняшнего дня незнакомыми людьми...

БАРАНОВА -- Такая редкость...

ЛЕРА -- Сравнимая, разве с оргазмом! Кажется, вы изо всех сил пытаетесь в чем-то убедить нас и, прежде всего, самого себя, Трынц. В чем?

ПЕРЕПЕЛКИНА -- (подходит, обнимает Трынца) Пожалуйста, не мудри. Я тебя люблю, и этого довольно.

НАСТЯ -- (Димону) Именно так. Люблю тебя, твое лицо, мысли. Даже воздух вокруг тебя люблю.

ДИМОН -- Разве такое возможно -- любить мысли или воздух?

НАСТЯ -- Только такое и возможно!

БАРАНОВА -- (всхлипнув от впечатлений) От чего больше толстеют, Трынц, от одиночества или от несбывшихся надежд?

ТРЫНЦ -- От счастья.

БАРАНОВА -- Не может быть! Вы ошибаетесь. Почему же с моим счастьем -- здесь и здесь -- наросло столько плоти?

ТРЫНЦ -- Значит, в вашей жизни не все потеряно. Много, чего ждет впереди.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- А мне врачи дают жизни -- не больше месяца. Какая несправедливость! Скоро умру.

ЛЕРА -- От одиночества или от несбыточных надежд?

ДИМОН -- Не больше месяца? Как? (пауза, Димон переживает услышанное. Впрочем, его занимает собственная судьба) Смерть -- несправедливость, согласен. Однако я‑то уйду первым. В глазах темнеет, как страшно! Трудно представить: мы ушли, а вокруг ничего не изменилось. Продолжается без нас. Здесь, там, в прочих местах.

НАСТЯ -- Не надо так говорить! Что‑нибудь придумаем, вот увидишь!

БАРАНОВА -- (о своем) То есть, вы считаете, потеряно не все? С моим счастьем и в моем возрасте?

ТРЫНЦ -- Поверьте, все еще только начинается!

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Во всяком случае, у нас.

ТРЫНЦ -- Чего желаю и всем присутствующим. (Обнимает Перепелкину)

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (Димону) Обними меня. В последний раз.

НАСТЯ -- Не делай этого!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Прочие могут отвернуться и деликатно не смотреть. Если не хватает жалости к более слабому.

НАСТЯ -- Это кто же здесь более слабый?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- У вас есть шанс на будущее. У меня его нет. А из прошлого, к сожалению, ничего не ухватишь. Обними меня...

НАСТЯ -- Не делай этого!

ТРЫНЦ -- Ну, нам пора. До свидания!

ЛЕРА -- Исполните на прощанье что‑нибудь эффектное... Чтобы осталось в памяти.

ТРЫНЦ -- Трынц! Трынц!

(Зажигается свет, Лера, Тужик, Баранова и Перепелкина аплодируют, исполняют на голоса свадебный марш. Трынц раскланивается, уходит вместе с Перепелкиной)

ТУЖИК -- Может быть, нам тоже пора? Сказать честно, поднадоел местный балаган.

ЛЕРА -- Есть идея...

БАРАНОВА -- (Димону) Позвольте поговорить с вами строго конфиденциально? Тет‑а-тет?

(Баранова и Димон отходят)

ЛЕРА -- (подойдя к Насте) Ты мне ребенка, я -- полторашку сотни зеленых на оплату долгов его отца.

НАСТЯ -- Как это? То есть, в каком смысле?

ЛЕРА -- В самом прямом. Отдай ребенка мне.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Чтобы сменять его на стакан маковой соломки? Или продать в клинику на запчасти?

ЛЕРА -- Я -- пустышка. Не могу родить. После того, как однокласснички накрыли меня одеялом и по одному прошлись, врачи перестарались. Выскребли до горла.

(в стороне Баранова и Димон)

БАРАНОВА -- Прошу прощения, вынуждена быть откровенной: ведь вы точно застрелитесь?

ДИМОН -- Ничего другого в моем положении, кажется, не остается.

БАРАНОВА -- В таком случае, не могу ли я просить об одолжении?

ДИМОН -- Смелее. Не стесняйтесь.

БАРАНОВА -- Отложите самоубийство. Побудьте какое‑то время моим мужчиной. Сделайте мне ребенка. У вас это, видимо, неплохо получается.

 

ТУЖИК -- (Лере) Ну, если бы умела, прослезилась, честное слово! Тебя, блин, подруга, выпусти в народ! Прошлый раз детскому дому постельное белье от Версаче заказала. Перед этим казацкому хутору -- пара танков Т.-62 в подарок обломилось.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Пара танков? И что же?

ТУЖИК -- Вернули. Неделю казачки баловались, с хутора на хутор разъезжали. Пахать на них собирались. Отобрали опричники. Налетели, вернули хозяину на склад. Даже гарантийный срок не успел кончиться.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Откуда такие серьезные деньги?

ЛЕРА -- Это деньги несерьезные. Папа‑олигарх выдает на шпильки.

 

ДИМОН -- (растеряно) Разве я механизм? То есть, извините, совсем нет времени. Что я говорю!? Вы с ума сошли!

БАРАНОВА -- А ведь, как мужчина, вы мне понравились, с первого взгляда. Тюша...

ДИМОН -- Сожалею, но... как бы точнее сказать ... вы не в моем вкусе.

БАРАНОВА -- (надвигается) Плевать! Не люблю навязываться, но мое чувство выше условностей.

 

ТУЖИК -- (Лере) А то, помнится, еще цыганскому табору на субботу-воскресенье ансамбль скрипачей Большого театра за счет папы-олигарха презентовали. Но это так, по мелочам. Значит, опять приспичило? С чужими долгами будем расплачиваться? Ну, флаг тебе в руки!

ЛЕРА -- Не заводись. Мне нужен ребенок. А долгов здесь всего-ничего, полторашка сотни...

ТУЖИК -- (срываясь на А.В.) Что, депутатша, гляделки распахнула? Такие вот игры у богатеньких. Да ты у нас, кажется, помирать собралась? Мри, самое время. У кремлевской стены похоронят. Хотя там уже все занято, аншлаг. (А.В. плохо с сердцем)

ЛЕРА -- Отлипни от депутатши, подруга!

ТУЖИК -- Боишься, раньше времени кондрашка хватит? И придется на похороны раскошеливаться?

НАСТЯ -- (помогая А.В.) Замолчите сейчас же, ваш цинизм -- отвратителен!

ДИМОН -- (в стороне) Боюсь, ничем не смогу вам помочь!

НАСТЯ -- (Лере) Ваше предложение с ребенком не для меня. Сожалею.

ДИМОН -- (в стороне) Мне вас искренне жаль, поверьте, но...

НАСТЯ -- (Лере) У моего ребенка уже есть мать. И, надеюсь, останется отец.

ДИМОН -- Как бы точнее сказать... в общем, буду откровенен: как женщина вы не вдохновляете. Даже наоборот. М-м-м... не очень-то располагаете. С головы до ног.

БАРАНОВА -- Ведь помрешь без толку, зря совсем! Что ж не решиться на доброе дело? На совсем коротенькое, раз и готово? А я не обижу, скучно не покажется...

ДИМОН -- Нет, не могу. Физически. Природа не сработает.

БАРАНОВА -- Природа не сработает? (Достает пистолет) Ничтожество... Застрелю!

(Димон убегает)

БАРАНОВА -- Стой! Ведь ты смерти искал? Вот она я, стой! Куда же ты, а, Тюша? Или раздумал помирать?

ДИМОН -- (забившись в угол) Одно дело, когда сам, а другое, вот, так... (Пытается преодолеть страх) Работают рефлексы. (Вдруг, на удивление спокойно) Стреляйте.

БАРАНОВА -- (не опуская пистолет, свободной рукой вытирает слезы) Люблю плакать. Слезы приносят такое облегчение.

ТУЖИК -- Абзац. Крыша у девушки поехала. (Делает движение в сторону Барановой)

БАРАНОВА -- (жестикулируя пистолетом) Постарайтесь не двигаться, а то в глазах плывет... плохо вижу... (Все застывают на местах. Незаметно для прочих появляется Полковник и его люди, одетые в камуфляж) Когда я смотрю в зеркало, понимаю: шансов на приличного мужика у меня нет. Что же остается делать? Конечно, пустить слезу. Говорят, что через глазные железы организм освобождается от всякой дряни. В моем ее -- столько!

ПОЛКОВНИК -- Странно. У меня обычно дерьмо валится из других мест.

(Баранова поворачивается на голос, один из людей Полковника легко обезоруживает ее)

ПОЛКОВНИК -- А‑я-яй, нехорошо. Приходится барышень из очередной "экстремухи" вытаскивать. (Лере) Надеюсь, имен не называли? (пауза) Ну? Эти люди... в счастливом неведении? Не представляют, как им повезло с компанией? (пауза) Они в безопасности?

ТУЖИК -- Все путем.

ПОЛКОВНИК -- (игнорируя Тужика) Пусть ответит хозяйка. Можно особо народ не стращать? Потом не придется выковыривать по одному, чтобы выправить ситуацию? (Пауза) Хорошо оттянулись, девочки. В кошки-мышки поиграли, в прятки. Пора возвращаться, вертолетик жужжит у входа. Батюшка нервничают. (Достает мобильный телефон) Изволите сказать ему пару слов? (Пауза) Как вам будет угодно. Может быть, все‑таки для впечатления выставить местную публику лицом к стене? Или уложить на пол? А то потом, вроде, и вспомнить барышням будет нечего.

ЛЕРА -- Давно не пил чужой кровушки, холуй!

(Тужик смеется, пауза)

ПОЛКОВНИК -- Что‑то новое! Даже интересно. А за холуя -- можно пониже тощей спины схлопотать.

ЛЕРА -- Слабо тебе. Испугаешься батюшки.

ПОЛКОВНИК -- Так ведь он не узнает. Ты у нас -- душа совестливая.

ЛЕРА -- Проверь.

ПОЛКОВНИК -- Почему бы и нет!

ЛЕРА -- Смотри, получишь расчет, холуй. Пойдешь машины охранять на частной стоянке. Или ночным сторожем в Сбербанк.

ПОЛКОВНИК -- Ладно. При случае сочтемся. Прошу на выход, мадемуазель!

ТУЖИК -- Извини, полковник, не успели попариться. Воду отключили.

ПОЛКОВНИК -- Дома попаритесь.

ЛЕРА -- Придется опричникам подождать. Там, возле вертолетика.

ПОЛКОВНИК -- Не надейся. (Подходит к Димону) Заметь, хозяйка, тебя, -- и пальцем не трогаю. (Ударяет Димона. Тот валится на пол)

ПОЛКОВНИК -- Прошу на выход! (Лера молчит, Полковник подходит к Тужику)

ЛЕРА -- Извини, подруга.

ТУЖИК -- У холуя сдали нервы, он кусаться начал первым.

ПОЛКОВНИК -- Ого, бунт на корабле! Согласись, дразниться следует по чину. (Отпускает звонкую пощечину) На выход, хозяйка! (Подходить к А.В.)

ЛЕРА -- Здесь можешь не стесняться. Это -- народный избранник, депутат. Правда, еще и безнадежно больная женщина. Врежь, от всей холуйской души.

ПОЛКОВНИК -- В следующий раз. (Не тронув А.В., Полковник подходит к Насте)

ЛЕРА -- На всякий случай: девочка беременна.

ПОЛКОВНИК -- Очень жаль, но что делать...

ЛЕРА -- Ну, ты еще более мерзкая тварь, чем можно себе вообразить!

ПОЛКОВНИК -- Ошибка! В городе Бодаевске развлекаешься ты. Сбежала из двухэтажного особнячка и гадишь от скуки. Сегодня здесь, завтра -- в другом месте. Я делаю грязную работу. Без особого удовольствия. Моя задача -- вернуть батюшке заблудшую кроху и по возможности зачистить загаженную территорию. Освободи поляну, и сразу все кончится. Никто никого не будет мучить. (Подходит к Насте)

ЛЕРА -- Тронешь и ее?

ПОЛКОВНИК -- Именно ее. Потому, что на этот раз, я угадал. Кажется, тебе не безразлично.

ЛЕРА -- Лады, я согласна возвратиться к батюшке. Извини, полковник, на два слова... (Отходят в сторону)

ДИМОН -- Это возмутительно! Это... это...

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (держится за сердце) Отчего‑то жмет в груди! И умирать, как не хочется...

НАСТЯ -- (гладит Димона по щеке) Тебе очень больно?

ДИМОН -- Мне унизительно.

БАРАНОВА -- Ну, и где же в городе Бодаевске органы правопорядка? Почему бездействуют? Чем вы это объясните, народный избранник?

(В стороне Лера -- Полковник)

ЛЕРА -- С чего бы говорить со мной таким тоном?

ПОЛКОВНИК -- Виноват.

ЛЕРА -- Думаешь, мужик, переспавший со мной, получает право дерзить? Не ты первый, не ты, надеюсь, последний, самцам счет не веду. Ты -- обслуга, лакей. Разовый, как жвачка или презерватив с усами. Как прокладка.

ПОЛКОВНИК -- Перейдем к сути, хозяйка.

ЛЕРА -- Намечается сделка.

ПОЛКОВНИК -- Врешь, небось.

НАСТЯ -- Представь, мне предложили (кивает на Леру) продать будущего ребенка. Нашу нежную девочку. Пухленькую. С аккуратными ладошками, и каждый пальчик -- такой миниатюрный, тонко исполненный.

ДИМОН -- Новые русские вандалы. Подлецы. Беспредельщики. Продать ребенка?

ТУЖИК -- За хорошую цену: сто пятьдесят тысяч баксов. Чтобы было чем расплатиться с вашими долгами.

НАСТЯ -- Девочка вырастет похожей на отца изгибом бровей и длинными ресницами. А губы будут -- яркие, как у мамы.

ДИМОН -- Ну, разумеется! Только...

НАСТЯ -- Что?

ДИМОН -- Деньги вперед. Мы принимаем предложение. Продать его сейчас же... то есть, через положенное число месяцев. Деньги -- с учетом НДС, в течение трех дней -- на счет, а еще лучше, наличными.

ЛЕРА -- Хочу заказать младенца, Сама, как ты догадываешься, исполнить этого не могу. Даже при поддержке элитных подразделений армии и флота.

ПОЛКОВНИК -- Закажи его от народной артистки. Или от топ-модели. Армия и флот примут участие. С большим энтузиазмом.

ЛЕРА -- Соображалка не работает! Здорового младенца нужно искать на глубинке. Где-нибудь в средней полосе России. В экологически чистом месте. В Бодаевске.

ПОЛКОВНИК -- Смотри, не просчитайся: последние 100 лет в России нехватка всего и вся. Народ жрет не пойми что, а главное, не пойми что и без всякой меры -- пьет.

 

ДИМОН -- (в восторге) Для себя мы исполним дубль. По мере надобности, сделаем столько детей, сколько необходимо. Надо -- футбольную команду!

НАСТЯ -- Как ты можешь, Димон!?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Оказалось, что Димон может. (Димону) Вот странно, такая слабость нападает, как будто ты... взял с собой часть моей жизненной силы.

ДИМОН -- Зачем? (смеется) Мне своего хватает, судьба здоровьем не обидела. (Серьезно) Очень жаль, но с некоторых пор, это -- твои проблемы, Аня.

БАРАНОВА -- У кого-то -- всего хватает... ножки, грудь, аккуратная попочка, а у другого, -- кочережки, безразмерная жопень, пара прыщиков здесь и здесь. Почему?

ДИМОН -- Главное -- сохранить жизнь. Это стратегически важно. И намного перспективней. Очень своевременно поступило предложение.

ТУЖИК -- Раскатал губы-то на чужие хрусты!

ДИМОН -- Может быть, здесь кому-то не терпится посмотреть, как приличный человек вышибает себе мозги в критической ситуации?

 

ПОЛКОВНИК -- Сделаю-ка я тебе подарок.

ЛЕРА -- Неужели?

ПОЛКОВНИК -- В качестве извинения. Для спокойствия души. Знаешь, как мы тебя в бегах вычисляем? И, заметь, всегда в ситуации критической, на грани конфликта.

ЛЕРА -- Ну-ка, ну-ка! Каждый раз хочется об этом спросить. Одежка на нас случайная, мобильники -- остались в купе поезда. Электронных клопов понаставил?

ПОЛКОВНИК -- Твоя подружка закладывает. Отмашку дает.

ЛЕРА -- Пургу гонишь. (Смеется) Сдаешь агента, полковник? Ты? Ну, завернул!

ПОЛКОВНИК -- Во-первых, не люблю стукачей. Хотя, конечно, пользуюсь. Во-вторых, дерзит, девочка. Да и ненадежна, в смысле -- может сорваться, преподнести любой сюрприз. В том числе -- тебе.

ЛЕРА -- Продолжай.

ПОЛКОВНИК -- Денег ищет. Любых. А кто один раз свою хозяйку продал, нам не компания. Тот уже с червоточинкой.

 

НАСТЯ -- Я не отдам своего ребенка.

ДИМОН -- О чем мы говорим! Разве ты забыла, зачем пришла сюда? Считай, настолько хорошо попарилась, что живое существо, как бы, даже и не родилось. Мы передаем в чужие руки то, от чего сознательно отказались. Передаем ничто, пустоту. За нее, между прочим, предлагают большие деньги. Согласись, отказываться неразумно.

НАСТЯ -- Однажды я уже согласилась, и пришла сюда, чтобы убить. Нашу дочь. К счастью, этого не случилось. Теперь ты уговариваешь продать ее? По-твоему, "продать" лучше чем "убить"? Гуманней или выгодней?

ДИМОН -- Пожалуйста, не драматизируй! Что за слова -- "убить", "продать"... (морщится) Уши вянут. Предполагается нормальная сделка, устраивающая обе стороны. У одной стороны -- денег девать некуда, у другой -- фонтан жизнеспособной спермы, приносящий здоровый приплод. Не забывай, этот ребенок еще и мой. Он общий.

НАСТЯ -- Однажды тебе предложат продать меня. Это будет сделка, устраивающая обе стороны. С хорошей оплатой.

ДИМОН -- Не говори так, милая. Я не заслужил этого. (Пытается обнять Настю, она отстраняется) Между прочим, наш ребенок немало приобретает. Богатых родителей, перспективы. К сожалению, должен признаться, настолько обеспеченную жизнь мы предоставить ему не сможем никогда. (Пауза) И еще... Кажется, ты предаешь меня. Не оставляешь выхода, кроме...

НАСТЯ -- Но почему, Димон! Ты должен деньги? Возьмем кредит, поднимем всех, будем с утра и до ночи работать. Ты сказал, что тебя обманули, "кинули", любой суд это учтет.

ДИМОН -- За исключением Российского. Да и не будет суда. Кто-то из кредиторов поставит меня "на счетчик" и все равно убьет. Только -- неторопливо, мучительно и гадко.

НАСТЯ -- Просто ты ищешь легких денег. Ждешь, что они свалятся с неба. Сами по себе.

ДИМОН -- Не надо читать мораль, девочка! Я -- старше, опытней. Знаю: столько денег честным трудом не заработать. Ловчить с утра и до ночи, "вламывать" на долги? Для чего же мне такая жизнь, скажи, пожалуйста? Честней продать, то, что у тебя покупают.

ЛЕРА -- (она и Полковник давно прислушиваются к разговору) Я могу предоставить беспроцентную ссуду. Отдадите в течение пяти лет.

ДИМОН -- Но разве... Означает ли это, что вы раздумали купить... Что предполагаемая сделка... Что ожидаемый ребенок чем-либо вас не устраивает?

ЛЕРА -- Уж больно мерзок папаша. Боюсь, будущему ребенку -- достанется дурная наследственность.

ДИМОН -- Напрасные опасения. У меня -- высшее образование. Правда, гуманитарное. Сегодня это считается непрактичным. Но времена меняются. Впрочем, не буду никого уговаривать. Хотя, не исключено, что потом вы очень пожалеете. На свете нет ничего дороже человеческой жизни. Она -- бесценна. Тем более, когда речь идет о ребенке.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Опомнись, Дмитрий Сергеевич!

ДИМОН -- Простите, у меня непорядок с головой. (Его ведет в сторону) И с жизненной силой. Но как же так? Все складывалось настолько удачно, и вдруг... такой поворот событий... (Насте) Ну, сентиментальная моралистка? Ты довольна? Был шанс, невероятный, фантастический, единственный в своем роде. Теперь шанса нет. Рожай, плоди нищету. (Пародируя Настю) Нежная девочка! Изгиб бровей! Яркие губки! Будет на что полюбоваться на проспектах города будущего -- Бодаевска!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (обнимая Настю) Ничего, ничего, милая. Все не так страшно. У отца твоего ребенка -- истерика. Такое случается с чуткими натурами. Мужчины с гуманитарным образованием иногда могут быть не очень храбрыми.

ДИМОН -- (Тужику) "Наступил большой пук-пук", да и только! Как вы изволили декламировать.

ТУЖИК -- Кажется, зоопарк закрывается. Наконец-то. Рвем когти, подруга? Уходим отсюда?

ЛЕРА -- Ухожу я. Ты, пожалуй, можешь и задержаться. Поглазеть на козлиц и козликов

ТУЖИК -- За что, хозяйка?

ЛЕРА -- Полковник не любит стукачей.

ТУЖИК -- Брешет он, как всегда! Пусть докажет.

ЛЕРА -- Проще -- разбежаться. Терпеть не могу разборок, ты меня знаешь.

ТУЖИК -- Я тебя знаю. Так проще тебе. А мне?

ЛЕРА -- Все равно это случится. Днем раньше, днем позже...

ТУЖИК -- Но почему?

ЛЕРА -- Слишком тужишься, Тужик. Шестеришь, без меры. (Полковнику) У тебя с собой мелочь есть?

ПОЛКОВНИК -- Тысчонка гринов, не больше.

ЛЕРА -- (передает деньги Тужику) На обратную дорогу. (Насте и Димону) Завтра мои люди найдут вас. С документами на беспроцентную ссуду.

ПОЛКОВНИК -- (вынув обойму, оставляет разряженный пистолет на столе) Возвращаю ствол. Нам чужого не требуется.

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- (подходит к Полковнику с визитной карточкой) Я -- Анна Васильевна Козлова.

ПОЛКОВНИК -- И что же?

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Форма вежливости. У меня -- день Рожденья, не хотите ли выпить за это? Вы и ваши люди?

ЛЕРА -- Слабо тебе?

(Будто из другого мира появляются счастливые Трынц и Перепелкина)

ТРЫНЦ -- Женечка Перепелкина просит прокатить ее на вертолете. Она уверена, что я -- волшебник.

ПЕРЕПЕЛКИНА -- А разве это не так?

ТРЫНЦ -- Происходящее сказочно само по себе. Когда волшебник счастлив, чудеса не складываются. Отступают. Моя репутация... помогите ее сохранить!

ПЕРЕПЕЛКИНА -- Всего один круг над городом. Я загадала: если желание исполнится...

ЛЕРА -- Что тогда?

ТРЫНЦ -- Этого нельзя произносить вслух. Загаданное не исполнится.

БАРАНОВА -- Я тоже! Тоже, пожалуй, загадала! Можно и мне на вертолете? В облака, под синее небо!

АННА ВАСИЛЬЕВНА -- Идея и в самом деле прекрасная! Как именинница и депутат, прошу вас, полковник ... так хочется взлететь. Пока еще остается время.

НАСТЯ -- Вот странно! Мне тоже хотелось бы полетать.

ДИМОН -- Сумасшедший дом. Бодаевский птичник. Гнездо.

ТУЖИК -- Прокатит на вертушке? Вот этот, долбак в камуфляже? Вас? Ну, да, ждите больше!

ДИМОН -- Кто-нибудь отдает себе отчет, сколько может стоить такая прогулка?

ЛЕРА -- Горючее -- за мой счет.

ТУЖИК -- Повела правой рукой -- поплыли лебеди. Повела левой -- лебеди взлетели. Давай, тряхни папенькиной мошной, в очередной раз не стесняйся!

ЛЕРА -- Ну?

ПОЛКОВНИК -- (Лере) Кажется, ты очень хочешь устроить народу катания на вертушке. Почему?

ЛЕРА -- Боюсь произнести вслух. Загаданное не исполнится.

ПОЛКОВНИК -- Лады. Будь по‑твоему. (Всем) Объявляется посадка. Прошу! (указывает в сторону двери)

(Одевшись, выходят на улицу все, кроме Димона и Тужика. Пауза. Шум моторов вертолета, возгласы восторга, потом, звук льющейся воды)

ДИМОН -- (вспомнив про пистолет, берет его. Достает из кармана запасную обойму) Наконец-то -- обещанная вода. (Кричит) Ау! Там, в облаках, слышите меня?! Воду дали! Слышите? Эй! Наконец-то!

(Шум винтов вертолета. Тужик и Димон вслушиваются)

 

 

 

Конец второго действия

 

 

Диалог ДИМОН -- ТУЖИК:

 

 

ДИМОН -- (прицеливаясь в сторону вертолета, имитирует выстрелы) Пу! Пу! Вдарю, сейчас, по бензобакам...

ТУЖИК -- Из "макарова"? По бензобакам? Дохлый номер, мужик. Разве, целить в пилота. Или бить при посадке, наверняка, метров с пятнадцати. Всю обойму -- в открытую дверь.

 

(Шум винтов вертолета)

 

ДИМОН -- (прислушивается) Можно и при посадке. Метров с пятнадцати? ТУЖИК -- (прислушивается) Не больше. Вертушка укомплектована дополнительным бензобаком ярко желтого цвета. Не перепутаешь.

ДИМОН -- Пу! Пу! И нет тебя, винтокрылая птица... объект промысла и охоты... (начинает смеяться)

ТУЖИК -- (подхватывает смех) Давай, завали ее!

ДИМОН -- Феникс! Птица счастья и вечной молодости...

ТУЖИК -- (неприличный жест) "Пеникс"! Чужого счастья и чужой молодости птица! А еще -- секса. Такой винтокрылый "пеникс"! У которого вместо носа...ха-ха!

ДИМОН -- Вместо клюва... у позвоночных этого вида, прошу заметить, -- клюв... (пытается вставить обойму, не может от смеха) клювчик...

ТУЖИК -- А у этой птицы "позвоночного вида" на месте клювчика -- пенис! А под ногами... (подражая Барановой) Это так сексуально!

ДИМОН -- Под лапками! (Демонстрирует) У пернатых -- лапки, прошу заметить...

ТУЖИК -- Нет возражений, пусть. Там, между птичьими лапками... ну, что там такое болтается? С трех раз, мужик, сообразишь?

ДИМОН -- Яйца? Неужели?

ТУЖИК -- Прикольненько, да. Отстрели их.

 

(Берет у него из рук пистолет, вставляет обойму, возвращает оружие Димону)

 

ДИМОН -- Это птица молодости и счастья? "Пеникс"?

ТУЖИК -- И секса!

ДИМОН -- Летучий винтокрылый член? Не согласен. Что за эгоизм?

ТУЖИК -- Мечта всех женщин! Весенняя!

ДИМОН -- Возражаю.

ТУЖИК -- А еще у птицы счастья должна быть улыбка счастья.

ДИМОН -- (пытается представить) Какой ужас! Где? То есть, в каком же это месте? Ведь у нее, там, вместо клювчика... Нет!

ТУЖИК -- И все, кому улыбнется птица -- немедленно хотят любви. Кони, мужики, петухи и верблюды. Даже столетние старички, хватают своих столетних бабушек, задирают им юбки... (подходит к Димону, кладет его руки себе на плечи). Начинается всеобщий трах-тарарах!

ДИМОН -- Ничего себе картинка...

(Шум винтов вертолета, который, кажется, заходит на посадку)

 

ТУЖИК -- Будешь гасить вертушку? Слабо тебе?

ДИМОН -- А у кого из старичков уже не осталось своей бабушки? Кто не смог сохранить ее?

ТУЖИК -- Обходятся молодыми!

ДИМОН -- И никто из молодых не возражает?

ТУЖИК -- (имея в виду вертолет) Займись делом, папаша...

ДИМОН -- (имея в виду молодых, которые "не возражают") Какой разврат! (пытается обнять Тужика, она отстраняется. Шум винтов вертолета)

ТУЖИК -- Отлипни, время упустишь! Стреляй, наконец, ты, балабол...

(Идет занавес или гасится свет. С пистолетом в руках Димон направляется к входной двери. Впрочем, медлит, отступает, опять топчется у выхода)

ДИМОН -- (несколько не в себе) "Пеникс"? Птица? Улыбается? Возражаю. То есть, я, конечно, хотел сказать, может быть! Пусть! В таких случаях, говоря научно, "закипает кровь". В массовом порядке происходит воспроизведение вида. Желающие исполняют акт продолжения рода. Конца края этому не видно, ага? Люди станут, наконец, счастливы? Решится множество проблем? В стране закончится демографический кризис? Дети начнут рождаться, как на заказ, умные, богатенькие, красавцы. С аккуратными ладошками, и каждый пальчик -- такой миниатюрный, тонко исполненный...






Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
276698  2007-08-21 23:47:16
Валерий Куклин
- Вниманию всех.

Хорошая пьеса. Замечательная пьеса Михаила Стародуба. Знаю ее уже два года как, а только что выставил он ее на обозрение. Заранее сообщаю всем, что пьеса выиграла конкурс и готовится к постановке в Москве. прочитайте ее пожалуйста.

Валерий

276816  2007-08-27 16:48:27
Смертин К.В.
- Прочитал пьесу, очень ярко, удачно, свежо. Работы автора подкупают особым, неповторимым взглядом, отсутствием штампов и приспособленческих приемов, что часто встречается в наши дни в "штучках" современных борзописцев. Жаль, что очень удачная "Пьеса для Анны и рояля" М. Стародуба так и не была нигде поставлена. Может быть режиссерам, любящим показать на сцене только себя, блеск в пьесах Стародуба авторских мыслей просто мешает самовыразиться? Успеха автору и слова благодарности "Русскому переплету" и его отцам-основателям, умеющим видеть гораздо дальше стандартно принятой "точки зрения"!

276887  2007-08-29 09:03:35
В. Эйснер
- Уважаемый Михаил! Пьеса очень глянулась своей современностью и бойкими, жизненными диалогами. А вот "Стекляшки" одолел лишь до половины. Мне показалось, что этот текст слишком умный для моего понимания

Но всё же голосовал за оба текста. Если читатель не дорос, то автор ни при чём. Желаю успехов в творчестве. В. Э.

278146  2007-11-27 15:46:03
LOM /avtori/lyubimov.html
- Многие актуальные и важные вопросы подняты автором. И это, безусловно, сильная сторона этой работы. Тому свидетельствует реплика в сторону новой элиты:

Однако, когда простаки и наивные вымрут, и все будут одной породы, вашей, скоро возникнет вопросик: кому вы будете мозги полоскать? За чей счет жить, в мире населенном исключительно ловкачами и дармоедами?

Много ╚узелков╩ завязано талантливым автором, много скрытых ходов, видна структура пьесы, ее метафоричность, неплохое владение диалогом. Но, дабы не захвалить, замечу, что на мой непросвещенный, субъективный взгляд, сочувствовать тут особенно некому, смеяться не над чем, пугаться нечего Разве что бездушия

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100