TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Рассказы, 5 января 2010

Антонина Шнайдер-Стремякова

СТАРИКИ

(рассказ-притча)

Вечная тема?.. Ну, конечно, любовь! О ней писали, пишут и будут писать, только притча эта о любви тех, о ком мало пишут, - Стариках.

Они познакомились в пожар Октября, пережили реформу Столыпина, коллективизацию, раскулачивание и стервозную пору поиска "врагов народа". Калейдоскоп их памяти был расцвечен веком, нещадно стрелявшим кровью: Октябрь, Гражданская война, Советско-Финляндская, Первая и Вторая мировые.

Над лихом Первой мировой Старик не задумывался - всего четырнадцать ему было; вольницу гражданской, когда свой шёл на своего, не разделял; в ноябре-декабре 1939-го "вкусил" он мощь и силу линии Маннергейма. Победили... А как было не победить - от водки не только пьянели, но и смелели-зверели. Великая Отечественная отоварила двумя ранениями, но выжил; теперь сознательно материл Гитлера, несознательно - всех остальных: и "прелесть" фашистского плена познал, и "воспитательную" силу Гулага... Вспоминая, облегчал память. Слушая его рассказы, Старуха вздыхала, поддакивала и жалела по-женски...

Так пролетали дни, годы, десятилетия. Все страхи мужа, или почти все, она знала уже наизусть и иногда, перехватив инициативу, продолжала его же истории:

- Вышел, как кикимора болотный. Упал. Лежу. От усталости глаза слипаются. Вдруг кто-то навалился и - давай душить. Не помню, как из-за голенища финку вынул, не помню, как в брюхо ему всадил. Пришёл в себя - он, бездыханный, на мне, а я в крови, - и, прикрыв ладошкой рот, озорно спрашивала. - Ничего не перепутала?

В другой раз хохотнула:

- Хорошо, "немец" оказался своим, - и, глядя в родные, всё ещё по-молодому живые глаза, щегольнула начитанностью. - Ещё бы: "Приятно русскому с русским обняться"!

Вспоминая Гулаг, Cтарик по обыкновению плакал:

- Добро бы чужие! За что, скажи, унижали-мучили? Знаешь, в какой обувке на лесоповал в морозы водили?

- Знаю! - взбунтовалась однажды она. - Надоел! Как дочь кулака, я не меньше пережила!

- В моей шкуре с часок побывала б - посмотрел бы, как заговорила...

- Сколько можно - всё про одно да про одно, всё о себе да о себе! А мне с вечно голодными ребятишками лучше, что ли, в чуть тёплой землянке жилось? Нам, может, только в одном было легче - не бомбили и не стреляли, а в другом и потяжелей бывало.

Он обиделся и замолчал. В такие минуты она обычно пряла или вязала, он просматривал газеты - телевизором не увлекались.

Однажды она смотрела в окно. Увидела, как он со старушкой из соседнего подъезда шёл из магазина и из ревности решила проверить, будет ли ему без неё плохо. Шаги приближались к этажу. Раздумывая, куда схорониться, она лихорадочно осматривала углы 18-квадратной "хрущёвки". И в последнюю секунду смекнула - засунула ноги в валенки и прикрылась висящими в коридоре пальто.

Обычно она встречала его у порога. В этот раз её не было. Он аукнул и прошёл в кухню. Не найдя её там, заглянул в комнату, на балкон, в туалет.

- И куда она запропастилась? - от его горестного тона живот её беззвучно заколыхался.

Старик выложил продукты, вышел в зал, нажал на кнопку "ящика". С расстройства, однако, ничего не виделось и не слышалось, и он отключил его. Посидел-подождал. Боясь, что не обошлось без "скорой", спустился во двор.

Раззадоренная Старуха ящерицей выскользнула из укрытия и, крадучись, принялась следить с балкона. У подъезда он растерянно пожаловался соседу, что потерял свою "рыбоньку" - мужик, пожимая плечами, вытаращил глаза, и Старик, ничего не выяснив, поспешил в подъезд.

Слыша, как торопливо-тяжёло он поднимался, Старуха поспешила в свой закуток, а встревоженный Старик, закрыв дверь, начал названивать детям - телефоны не отвечали.

- И куда она, Господи, запропастилась? - почти простонал он.

Ей стало его так жалко, что захотелось покинуть закуток, но она крепилась - если выйдет, в другой раз не поиграет. Он прошёл на балкон и сверху начал выискивать среди прохожих...

Игра теряла смысл. Старуха вынула ноги из валенок, зашла в кухню и загремела кастрюлями. Прислушавшись, он поспешил на знакомые звуки и, как в детской игре "тю-тю", когда взрослые закрывают и открывают руками лицо, обнаружил свою всё ещё стройную и гладколицую коротышку. Она виновато потянулась к его могучим, родным плечам, он пригнулся, и они, словно молодые, поцеловались. Старуха гладила серебристую, не по годам красивую голову, убеждала, что никуда не выходила, и он, ощущая тугую шишку седых волос, как ни странно, поверил.

Практиковала она такие игры не часто, но - всё же!.. Они веселили и вносили разнообразие в отношения, однако Старику не терпелось раскрыть секрет "тайника".

Не обнаружив её в очередной раз, он улыбнулся и начал искать: обследовал два шифоньера - новый в комнате и старый в коридоре, - низ вместительного серванта, заглянул под высокую железную кровать с туго пружинящей сеткой. Безрезультатно обследовал постель. Скребя седой затылок в нескольких от неё сантиметрах, недоумевал: "Не иголка же!" Слыша это, она едва, как резиновый шарик, не лопнула. Раздумывая, где ещё поискать, он вяло смотрел на валенки под одеждой.

И вдруг!..

Он отдёрнул шубейку и - застыл: с озорством широко раскрытых карих глаз лицо Старухи было необычайно молодым, несмотря на зажатый ладонью рот, что переходил в раздутые щёки-пузыри. Зайдясь колокольчиком, она, словно сдаваясь в плен, подняла руки и бросилась ему на шею. Этот голос эхом отозвался в душе и вернул ему на какое-то время молодость.

К восьмидесяти Старуха начала сдавать, особенно беспокоила тугоухость: дети раздражались и переходили на крик. Конец этим крикам положила она сама - во время застолья без видимых переходов как-то вспомнила:

- Не помнишь, Ваня, как звали соседку Кузьмиху?

Стоя спиной, он тихо ответил:

- Матрёна.

- А лет ей сколько было, когда утонула?

- По-моему, семьдесят.

- Выходит, моложе нас была, а мне такой древней казалась!

Дети переглянулись: может, мать притворяется?

- Привыкла. Не только артикуляцию губ, даже тембр голоса различает, - негромко рассудил один из зятьёв.

- Точно, когда вы кричите, я ещё больше глохну.

В восемьдесят пять она перестала выходить на улицу, и Старику приходилось теперь не только закупать продукты, но и помогать в уборке, приготовлении еды и стирке. Иногда он задерживался. Тогда ей казалось, что если через минуту-другую он не придёт, она помрёт. Однажды, и впрямь, едва не померла - ожила, как только услыхала за дверью знакомые шаги.

По её подсказкам и присмотром Старик готовил еду. Она вытирала пыль, сортировала бельё и бросала его в машинку с ручным отжимом, - он крутил ручку, полоскал и вывешивал. Потом, сидя, всё выглаживала: любила, чтоб вещи были, как магазинные, - без единой морщинки.

Однажды зашла к ним старшая дочь, и между Стариками само собою возник разговор о смерти: умирать последним никто не хотел.

- Что будем делать, - спросила дочь, - если мать умрёт?

- Она не умрёт.

- Как это?

- Я не дам.

- И всё же?

- Сказал - не умрёт! - раздражённо крикнул он. - Сначала умру я.

- Будто знаешь.

- Знаю! Пока живу я, она не умрёт. А после - что ж, пусть уходит.

- Мистика, - протянула дочь.

К девяноста Старуха совсем слегла - он поднимал и кормил её, поил настоем разных трав, заставлял двигаться. Заехали к ним как-то сыновья. Вид измученного и уставшего отца обеспокоил их, и старший вызвал для матери "скорую":

- Отдохнёшь, пока она в больнице оклемается.

Старик загрустил на второй уже день.

- Другой бы порадовался, отдохнул. На вот, пирожки, - ворчала дочь.

- Не хочу - аппетита нет.

- С таким настроем ты раньше её ноги протянешь.

- Ну и ладно! Кому и зачем я - словом обмолвиться не с кем.

- Возьми себя в руки - ты нам здоровым нужен! Завтра опять забегу, пока...

Недели через две сын привёз мать, и Старики, будто из вечности, рванулись друг к другу:

- Манечка!

- Ванечка!

Словно боясь, что материальное превратится в мираж, обнимались, отстранялись, молча разглядывались и снова обнимались. Их ожившие и оттого помолодевшие, несмотря на слёзы, глаза выдавали такую любовь-привязанность, что по телу сына пробежала трогательная волна.

В марте исполнялось им два века на двоих. Незадолго до юбилея Старик попал в больницу. Дети не отходили от матери, жившей в ожидании. Она дождалась; глядя, с каким усилием санитары вносили гроб с застывшим телом, размышляла, что он отпустил её, чтобы встретиться в другом измерении и никогда больше не разлучаться.

Вкус и волю к земной жизни она черпала в воспоминаниях. Их будильник, игра в прятки, проработал всего один месяц.

Апрель 2006

 




Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
291252  2010-01-06 19:30:51
Алла Попова /avtori/popova.html
- Дорогая Антонина Адольфовна с новой публикацией Вас!
Хороший рассказ. И с чувством, и отточено всё, проработано с любовью и мастерством. Спасибо.
Вот только вступление историческое, на мой взгляд, живой рассказ портит. Небрежность какая-то в хронологии во-первых, и слишком бросается в глаза Ваше личное отношение к событиям столетней давности во-вторых. Ну не любите Вы Ленина и революцию, и не любИте, можно про это отдельно написать. А жизненной истории героев, по-моему, это ничего не прибавляет. Итак ясно, что люди за сто лет много пережили и ЧТО они пережили можно догадаться. А это вступление слишком учительское, разве что для малых детей и то, пожалуй, их собьёт с толку.

Но в целом очень хорошо. Проголосовала с удовольствием. Удачи Вам!

291264  2010-01-07 01:27:43
В. Эйснер
- Хороший рассказ, Антонина Адолбфовна. Добрый и заставлят о многом задуматься. Я голосовал. Неточность в начале надо бы исправить: реформы Столыпина были до революции.

291273  2010-01-07 02:36:51
Антонина Ш-С
- Дорогая Аллочка, глубоко признательна за внимание. А насчёт предыстории жизни Стариков, тут, на мой взгляд, не может быть однозначного мнения. А Вам спасибо я абзацы по-другому теперь расположила, кое-где слова переставила-заменила.

Дорогой Владимир, Спасибо. Вы правы.

╚Они познакомились в пожар Октября. Калейдоскоп их памяти был расцвечен веком, нещадно стрелявшим кровью: реформы Столыпина, Октябрь, Гражданская война, коллективизация, раскулачивание, стервозное время ╚врагов народа╩, Советско-Финляндская война, Первая и Вторая мировые.

Над лихом Первой мировой войны Старик не задумывался всего-то четырнадцать было ему.

Вольницу гражданской, когда свой шёл на своего, не разделял.

В ноябре-декабре 1939-го ╚вкусил╩ он мощь и силу линии Маннергейма. Победили... А как было не победить от водки не только пьянели, но и смелели-зверели.

Великая Отечественная отоварила Старика двумя ранениями. Выжил. И теперь сознательно материл он Гитлера, несознательно всех остальных: познал и ╚прелесть╩ фашистского плена, и ╚воспитательную╩ силу Гулага...

Вспоминая, он облегчал память. Слушая, Старуха вздыхала, поддакивала и по-женски его жалела...╩

291314  2010-01-07 23:56:21
ignatyugin
- Моим "старикам" скопировал. Им точно, как и мне , понравится.А начало я, как опытный читатель, "пробежал". Начала получаются не у всех "монстров" от литературы. Спасибо!

291344  2010-01-09 14:38:54
Антонина Ш-С
- Благодарю Вас, Юрий. Надеюсь, что ╚спасибо╩ не за то, что ╚начАла получаются не у всех "монстров"...

291353  2010-01-10 01:02:45
ignatyugin
- Конечно же , Антонина, Вы Мастер! Просто Вас покритиковали за нестыковку начала с "вещью", а я попытался успокоить. С детства заставляю себя читать " начала". Зато "по делу" у Вас написано весело и правдиво.

291354  2010-01-10 01:55:21
Антонина Ш-С
- Такая благожелательная ╚критика╩, Юрий, служит лишь на пользу я не в обиде. Напротив благодарна. Немножко подработала начало, и теперь, думаю, всё окей. А Вам признательна за добрые чувства, как и Алле с Владимиром тоже.

291361  2010-01-10 15:33:57
читатели
- Уважаемая А.Шнайдер, старайтесь писать так, чтобы не приходилось оправдываться, что вы делаете со стабильностью, достойной лучшего применения. Люди приходят сюда за настоящей литературой, а не за тем, чтобы наблюдать, как вылавливаются блохи из небрежных опусов уровня школьных сочинений.

291362  2010-01-10 16:56:00
Антонина Ш-С
- Господин читатель, возможно, к вам и следовало прислушаться, если бы у вас было имя. И даже если бы стояло "Иванов", это ничего бы не изменило - достойные не прячутся...

291395  2010-01-13 19:02:27
Марина Ершова- Антонине Адольфовне
- Дорогая Антонина Адольфовна! Согласна с Аллой, если проберешься через банальное вступление, то найдешь золотой червонец Вашего рассказа. Я пробралась. Мне сейчас интересно, как же жить в старости? Разве можно там вообще жить, любить, испытывать счастье? Вы очень убедительно отвечаете рассказом, что можно. Было бы только умение видеть и чувствовать другого, не быть эгоистом. Так что поздравляю Вас с публикацией, нужной и важной, надеюсь, не только мне. Марина

291403  2010-01-14 00:40:28
Антонина Ш-С
- Это новогодний сюрприз, Марина, твоё появление и твой отклик. Я тронута.

Вступления обычно банальны и скучны. А как в маленькой притче о любви показать, что между Стариками бывали и конфликты? Я решила так.

Интернет-литература, не знающая практически ни корректуры, ни редактуры, хороша тем, что даёт возможность авторам кое-что исправить до появления на бумаге. Теперь у меня ╚не пережили╩, а ╚помнили╩ кровавое воскресенье, реформу Столыпина и т.д.

С Новым Годом, Мариночка!

291404  2010-01-14 02:02:40
Бузни Евгений Николаевич
- С Новым Годом Вас, Антонина Адольфовна! И с новой публикацией!

Хочу заметить, что при обсуждении многими людьми одного произведения часто получается, как в Басне Михалкова "Слон живописец", где Слон, учтя все советы и пожелания друзей, просмотревших его картину, написал новый пейзаж, который звери дружно назвали ералашем. Эта опасность для всех авторов, слушающих критику многих. Каждый, в конечном счёте, пишет, как может и как чувствует. На всех реагировать - потерять своё лицо. Однако и не слушать критику тоже, мне кажется, нельзя. Многие большие писатели стали таковыми, прислушиваясь к своему редактору. Но это преамбула. Мне всё-таки хочется сказать по поводу Вашего рассказа.

Вообще любая краткая литературная форма требует особой чёткости и отточенности. Нет смысла по-моему, в короткий рассказ стараться вставить все свои мысли. Если рассказ о переживаниях любящих друг друга стариков, о том, как они боятся, что другой уйдёт из жизни раньше, а это очень типично и трогательно, то этому главному и следует подчинять всё, не вмешивая сюда политику, международные отношения, грибы, которыми можно отравиться, но не имеющие отношения к теме и т.д. Это отвлекает. Или, если уж писать об этом, то, скажем в середине рассказа, в качестве горестных размышлений, которые вплетаются логично, последовательно, не отрывая от основной темы, а лишь дополняя её. Например, старик ищет спрятавшуюся жену, и его охватывает холод от возможной потери, холод, которого он не испытывал даже тогда, когда сидел в лагере для военнопленных и т.д. То есть, начни Вы рассказ с загадочной фразы "Обычно она встречала его у порога", и всё заиграло бы по другому. А так получилось, что начало рассказа не имеет никакого отношения к последующему, потому многие читатели и проскальзывали по нему, пытаясь добраться до сути, и оно им не пришлось по душе. Я с ними согласен. Впрочем, надеюсь, Вы помните, с чего я начал свои впечатления? Спасибо за вторую часть рассказа.

С уважением

Евг. Бузни

291406  2010-01-14 07:41:35
Александр Шпак http://wolgadeutsche.net/index.php
- Написано интересно и читается легко. А с вступлением никакой проблемы не заметил. Скорее всего, проблема с "началом" у тех, кто не в теме.

291420  2010-01-15 11:19:57
Виктор Сиротин
- Здравствуйте, Антонина! С интересом прочёл Ваш рассказ. Кто-то сказал: "Человеческие развалины самое печальнее зрелище". В Вашем рассказе "развалины" не столь уж печальны. Они наполнены смыслом и интересом к жизни - пусть и прошлой. Правда, иной раз Вы прибавлете им излишней резвости, как-то - "старуха ящерицей выскользнула"... Думаю, что ящерица не самое удачное животное для сравнения :). "Стервозная пора" - мелковато, если имеется ввиду эпоха. Стервы бывают - домашние, "кухонные", интернетные, и т. д. Извините за критику. Но я, теперича, критик. Журнал "Наш современник" всего лишь за одну статью дал мне "приз" лучший критик года или что-то в этом роде. Не серчайте, с уважением, Виктор Сиротин.

291422  2010-01-15 14:16:27
А. Ш-С
- Спасибо, Виктор, за ╚рисовальную критику╩. Удач Вам! А Старики, случается, бывают, и резвые В моём доме живёт бабулька с 1910 г. р, а бегает шустрее меня. Может, оттого, что бабулька из СССР...

291463  2010-01-19 13:37:12
Юрий
- Очень хороший рассказ.

291467  2010-01-19 18:40:03
А. Ш-С
- Спасибо, Юрий, на добром слове.

291800  2010-02-11 21:53:39
Хартманн
- Очень хороший рассказ с глубоким философским смыслом.

291807  2010-02-12 18:31:43
А. Ш-С
- Спасибо, Хартманн, за внимание.

291879  2010-02-17 16:17:39
Наталья Костюк
- Антонина, подкупает Ваш ровный, монолитный, тон повествования. Очень профессионально. И интересно. Спасибо за добрые слова!

291880  2010-02-17 21:24:10
А. Ш-С
- И Вам, Наталья, спасибо.

292452  2010-04-04 18:47:54
leonid sevelev
- Я прочитал все, что написала Антонина Адольфовна, что называется взахлеб и нахожусь под большим впечатлением от её рассказов. Читается очень легко и с большим интересом.Спасибо ВАМ большое за ваш талант и нелегкий писательский труд. Леонид Шевелев.

292456  2010-04-04 21:35:14
Антонина Шнайдер-Стремякова
- Уважаемый Леонид Шевелёв, я тронута. Спасибо.

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100