TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 

Валерий Шашин

 

ПОДЖИГАТЕЛЬ

Пьеса в двух действиях,
с героями, появляющимися по ходу действия

 

 

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Действие происходит в комнате, которую можно назвать гостиной. В ней ≈ обычная мебель, окно и две двери: одна ≈ в прихожую, другая ≈ в спальню.

Сцена освещается, и перед нами сервированный на двоих стол, украшенный вазой с живыми цветами.

Звонит телефон. Елена в домашнем халатике вбегает с мусорным ведром в комнату, снимает трубку.

ЕЛЕНА. Алло!.. Ну где ты пропадаешь? Что?! Как это не приедешь? Виталик объявился? О, Господи! Да ладно, ладно, можешь не оправдываться, тебя теперь из постели трактором не вытянешь. Да не обижаюсь я! Все, чао, подруга дорогая, отдыхай! (Опускает трубку, смотрит на стол.) Посидели, значит... Тьфу!.. (Подхватывает ведро и уходит на лестничную клетку, где грохочет мусоропроводом.)

В это время в гостиную входит мужчина с кейсом. Это КРАМОВ. Судя по всему, он попал сюда впервые. С интересом осмотревшись и даже кое-что потрогав, он спокойно усаживается в кресло и с нескрываемым удовольствием наблюдает как минутой спустя вошедшая ЕЛЕНА начинает снимать халат.

ЕЛЕНА (вдруг замечая КРАМОВА и обмирая от ужаса). Ой!..

КРАМОВ. Ничего, ничего... продолжайте, пожалуйста. (Почтительно поднимается из кресла.) Вы такая красивая!

ЕЛЕНА (запахивая халат и с ужасом отступая). Вы кто?!

КРАМОВ (кланяясь). Крамов Вадим Борисович. Можно ≈ просто Вадик.

ЕЛЕНА. Как... как вы сюда попали?

КРАМОВ. Дверь была открыта...

ЕЛЕНА. Погодите┘ (Переводя дух.) Это я вас встретила?.. На лестничной площадке?

КРАМОВ. После таких встреч и рождаются строки┘ (декламирует) "я помню чудное мгновенье"┘

ЕЛЕНА (перебивая). Значит, вы ≈ к нам?

КРАМОВ. Теперь-то уж только к вам! Если не возражаете, конечно.

ЕЛЕНА. Боже праведный! Как же вы меня напугали! Я ведь чуть не умерла со страху. Вы, что, ненормальный? Разве так можно? А если бы вас вот так, а?

КРАМОВ. Я вас напугал?

ЕЛЕНА. Не то слово! Снимаю халат и вдруг...

КРАМОВ. Это было так прекрасно...

ЕЛЕНА. Прекрасно?!

КРАМОВ. Восхитительно просто!

ЕЛЕНА. Вы ≈ сумасшедший? Или вы так шутите?

КРАМОВ. Шутить, к сожалению, не умею, не обучен. А на вашем месте я бы вообще ходил голым. Хотя бы летом.

ЕЛЕНА. Нет, вы точно ненормальный...

КРАМОВ. А вы такая красивая! Можно (показывает на вазу с цветами) я подарю эти цветы вам. И вообще: считайте отныне, что все цветы мира я бросил к вашим ногам. (Выхватывает из вазы букет и припадает на колено.) Согласны?

ЕЛЕНА (принимая цветы). Боже мой!.. Встаньте!..

КРАМОВ. Только, если назовете свое имя. Как вас зовут, как?!

ЕЛЕНА. Елена... Елена Сергеевна... Еланина...

КРАМОВ. Чудесно! Елена, Леночка, Элен!.. Прекрасное имя! Мне оно безумно нравится. (Встает.) Вы, конечно, любовника ждете?

ЕЛЕНА. Какого еще любовника? С чего вы взяли?

КРАМОВ. Стол накрыт на двоих, бокалы ждут шампанского┘

ЕЛЕНА. Ну и что? Я подругу жду (Вставляет цветы в вазу.), хотели поужинать┘

КРАМОВ. Чудесное намерение. Подруга хорошенькая?

ЕЛЕНА. Хорошеньк... Слушаете, какое это имеет значение? Она не придет!

КРАМОВ. Значит, мы будем одни?! Замечательно! (Доверительно.) Ах, Елена Сергеевна, Леночка, Элен, у многих людей имеется ум, красота и даже таланты! У меня же этого нет ничего ≈ не удостоен! Но у меня есть ма-а-ленькая способность ≈ интуиция! А она, как известно, вещь постоянная. О! (Принюхивается. Радостно.) Горим!

ЕЛЕНА. Ой! Мясо сгорело! (Убегает.)

КРАМОВ, потирая руки, прохаживается по комнате, заглядывает в спальню и скрывается за ее дверью.

ЕЛЕНА (входя). А вы, собственно?.. Эй, вы где? Где вы? Эй! Вы слышите?..

КРАМОВ (выходя). А у вас там приуютненько, в спаленке. Так и тянет, извините за выражение, на постельке понежиться.

ЕЛЕНА. Вы, собственно, по какому делу? Вы к кому?

КРАМОВ. Да я уж докладывал: к вам!

ЕЛЕНА. Ко мне?! Но я вас не знаю. Что вам нужно?

КРАМОВ. Во-вторых, мы уже познакомились, а во-первых, вы мне очень понравились.

ЕЛЕНА. Что, значит, понравилась? Когда?!

КРАМОВ. Давеча. На лестничном марше. Вы, пардон, изволили мусор выносить в ведерочке┘

ЕЛЕНА. Мусор? Ах да... И все?!

КРАМОВ. А много ли нужно для любви с первого взгляда?

ЕЛЕНА. Я не понимаю... Вы, что, увидели меня на лестнице и вошли в квартиру? Вы это, что ли, хотите сказать?!

КРАМОВ. Совершенно точно, это.

ЕЛЕНА. Но ведь это невозможно.

КРАМОВ. Прошу прошения, ≈ не понял?..

ЕЛЕНА (отчаянно). Так не поступают!

КРАМОВ. Ну!.. По всякому поступают. Вы разве за уличные знакомства?

ЕЛЕНА. Я?! Нет, разумеется!

КРАМОВ. Представьте я тоже. Совершенно не мыслю, как это можно остановить на улице незнакомую даму, заговорить с ней? Иное дело прийти в дом, представиться, познакомиться┘

ЕЛЕНА. Но я не хочу знакомиться! У меня муж есть┘ Митя!..

КРАМОВ. А у меня жена ≈ Мотя! Я не шучу. Она на данный момент она в отпуску пребывает. А ваш, извините, супружник где обретается?

ЕЛЕНА. Он? В Еланино. Это местечко такое┘ Дом! Загородный. Но это не имеет никакого значения. Вы зачем пришли? Вы, может быть, жулик? Я соседей позову, милицию┘ Вы кто?..

КРАМОВ. Лично я верю каждому вашему слову. (Выставляет палец.) Каждому! А вот почему вы мне не доверяете, я решительно не понимаю. Я вас хоть раз обманул?

ЕЛЕНА. Нет┘ Но же я вас не знаю!

КРАМОВ. Вот именно. И уже сомневаетесь. Нехорошо.

ЕЛЕНА. Но┘

КРАМОВ. К вам ведь не грабитель зашел, не насильник, а влюбленный. Понимаете влюбленный! Ну, что тут удивительного? Ну, увидел вас человек! влюбился! Вошел! Что же теперь делать? Ну, возьмите в спальне ружье, ≈ оно у вас там, на ковре красуется, ≈ и шлепните меня как заурядного бандюгана. (Рвет на груди рубашку.) На, стреляй!

ЕЛЕНА (пятясь). Ну что вы!.. Я, конечно, понимаю... Но, согласитесь, все это немного странно┘

КРАМОВ. Согласен! Но терпеть-то больше невмоготу! Надо ведь что-то предпринимать! Какие-то совместные усилия! Доколе нас будут душить придуманные условности? Грех, стыд, совесть?! Да к черту их надоели, опротивели! Да здравствует истинная свобода отношений! Европа, Америка, уже давно освободились от этих вековых пут. Там лечь в постель все равно, что чашку кофе выпить или, я не знаю, лакомство какое съесть. И правильно! Что мы уставились на секс как на блуд? Это же удовольствие! Самое большое! Громадное! Основополагающее! Нет, я не призываю всех спать вповал, но почему мы должны отказывать себе в удовольствии? Почему?! На каком, скажите, законном основании? Кому от этого будет хуже? Мне? Вам? Парламенту? Народу?!

ЕЛЕНА. Я, я... Я не знаю!..

КРАМОВ. Вам мешают вериги условностей! Они губят в вас самое сокровенное, самое женское!.. Сбросьте их!.. И вы расцветете как... амурская вишня! Ведь это же чепуха, что вы не хотите ходить голой. Вы очень хотите, страстно, и знаете об этом лучше меня... Ну зачем вашему роскошному телу эта глупая тряпка? Что вам скрывать и что она может скрыть? Опытный взор все равно обнажит вас до последнего волосика. Вы такая красивая!.. (Приближается к Елене.)

ЕЛЕНА (отступая). Не подходите!.. Я закричу!..

КРАМОВ (наступая). Давайте вести себя по-европейски. Это же удовольствие. Громадное!..

ЕЛЕНА (в страхе). Митя! Митя! А-а!..

КРАМОВ (останавливаясь). Думаете, это оригинально? Ну давайте и я заору: Мотя! Мотя! И к чему мы с вами придем? А все воспитание наше дурацкое! Сначала нужно о жизни поговорить, о литературе. Что ж, я не против┘ Пушкина читали? Вот уж кто, бывало, резал напрямую┘ (Встает в поэтическую позу, декламирует.) "Я вас хочу! Чего же боле?" Улавливаете? По-нашески, по-деловому!..

ЕЛЕНА (двигаясь к спальне). У Пушкина не так┘ Там нет этого┘

КРАМОВ. Как это нет? Я Пушкина с детства знаю!..

ЕЛЕНА. Хорошо, хорошо┘ Только мне┘ Я переоденусь, ладно┘

КРАМОВ. Ладно. Я, если не возражаете, тоже (расстегивает пиджак) слегка┘

ЕЛЕНА ойкает и скрывается за дверью спальни.

КРАМОВ вешает пиджак на спинку стула, подходит к двери и прикладывается к замочной скважине. В ту самую секунду, когда он берется за дверную ручку, входит ДМИТРИЙ.

КРАМОВ. Вы не представляете, как вы вовремя! (Стучит в дверь.) Елена Сергеевна, к нам пришли!

ЕЛЕНА (из спальни). Я не понимаю... Еще пришли? Кто?

КРАМОВ. Что-нибудь одно из двух или муж, или любовник! (ДМИТРИЮ.) Вы, гражданин, кем будете?

ДМИТРИЙ. Я┘ А вы кто такой?

КРАМОВ. Э-э! (Грозит пальцем.) Я первый спросил.

ДМИТРИЙ. Что, черт возьми, здесь происходит? Елена! (Направляется к спальне.)

КРАМОВ. Приятель?! (ДМИТРИЙ останавливается.) Дама не вполне одета.

ДМИТРИЙ. Да? Даже так?!

КРАМОВ. Ну, вы, надеюсь, понимаете┘ переодевается (потупляет глаза), к ужину┘

ДМИТРИЙ (медленно). Спасибо, что предупредили.

КРАМОВ. Мы, вообще-то, тут подружку поджидаем. Хорошенькую! Может, присоединитесь к нашему междусобойчику?

ДМИТРИЙ. Междусобойчику? Обязательно присоединюсь, обязательно!

КРАМОВ (ликующе). Ура! Значит, вы ≈ не муж! (ЕЛЕНЕ за дверь.) Леночка, не бойтесь, это не муж! (ДМИТРИЮ.) Люблю сговорчивых. (Обходит вокруг него.) Вы такой высокий, красивый, умный! В детстве я хотел быть похожим на вас. Однако, увы... не сподобился! ( Дверь в спальню осторожно открывается, выглядывает ЕЛЕНА.) А вот и наша Элен!.. Елена Прекрасная, причина троянской бойни!

ЕЛЕНА. Митя?! (Облегченно.) Боже мой, это ты! (Встревожено.) Что-нибудь случилось?

ДМИТРИЙ. Я полагаю, об этом уместнее спросить тебя. Впрочем, пожалуй, не стоит. Все и без того ясно.

ЕЛЕНА. Я сейчас все объясню┘

КРАМОВ. Бесполезно.

Елена. Почему? (ДМИТРИЮ, показывая на КРАМОВА.) Представляешь, этот человек┘

КРАМОВ. Я, то есть┘

ЕЛЕНА. Пришел к нам в дом┘

ДМИТРИЙ. О, Господи! Я почему-то был уверен, что со мной этого не произойдет. Никогда. (ЕЛЕНЕ.) Избавь, пожалуйста. Мне наперед известно, что ты скажешь. В подобных случаях все лгут одинаково. (КРАМОВУ.) Вы ведь познакомились случайно, не так ли? И между вами еще ничего не было. Так?

КРАМОВ (восторженно). Вы ≈ прозорливец?!

ДМИТРИЙ. Увы. Прозорливцы не оказываются в столь глупых положениях.

ЕЛЕНА. Ты все неправильно понял! Я сейчас все объясню!

ДМИТРИЙ. Только придумай что-нибудь оригинальное.

ЕЛЕНА. Ничего оригинального нет, мы, действительно, познакомились случайно.

ДМИТРИЙ. Все ясно! (Поднимает руку, медленно, с трудом.) Два часа! Даю тебе два часа. Надеюсь, этого времени хватит, чтобы ты собрала вещи и оставила этот дом навсегда. (Крамову, направляясь к выходу.) Рад был познакомиться, приятель!

КРАМОВ. Взаимно. Счастливого пути!

ДМИТРИЙ (останавливается). Вы, кажется, издеваетесь?!

КРАМОВ (поспешно). Ни в коем случае! (Угодливо.) Это вам только кажется.

ЕЛЕНА (ДМИТРИЮ). Выслушай же меня!

КРАМОВ. Бесполезно.

ЕЛЕНА. А вы не перебивайте! Чего вы вмешиваетесь?

КРАМОВ. Я не вмешиваюсь┘ Я констатирую┘ Он же у вас деспот, домостроевец ≈ сразу видно.

ДМИТРИЙ. Только не надо, не надо, дурака из меня строить! Эта история, как Париж, стара. (КРАМОВУ.) А вы можете не беспокоиться, ≈ к вам я претензий не имею.

КРАМОВ. Вот спасибо-то! А можно узнать, почему?

ДМИТРИЙ. Если женщина не захочет, она не создаст повода даже для знакомства.

КРАМОВ. А красота разве не повод?

ДМИТРИЙ. Красота вызывает восхищение, восторг, уважение, она не может быть распутной. Распутна не красота, а те женщины, которые используют свои внешние данные как приманку для соблазна мужчины.

КРАМОВ. По вашей морали выходит, что все женщины распутны.

ДМИТРИЙ. Я этого не говорил.

КРАМОВ. Ну как же! Мне лично еще не приходилось встречать особ женского пола, которые не пытались бы приукрасить свою внешность. Бомжихи и те, знаете ли, пудрятся.

ДМИТРИЙ. У нас с вами разные понятия о красоте.

КРАМОВ. Не скажите. Ведь на Елене Сергеевне наши вкусы совпали.

ДМИТРИЙ. Опять издеваетесь?!

КРАМОВ. Вам это опять только кажется.

ДМИТРИЙ. Впрочем, на этот раз вы, пожалуй, правы: шлюха понятие общее.

ЕЛЕНА. Ты это обо мне?

КРАМОВ (примирительно). Не принимайте к сердцу. Это они с горяча, не подумавши, брякнули.

ДМИТРИЙ. Впрочем, если у вас серьезные чувства друг к другу, то прощу пардону. Настоящей любви я не стану мешать никогда.

КРАМОВ. А ненастоящей?

ДМИТРИЙ. Тем более! За сим, счастливо оставаться, приятель! (Направляется к выходу.)

КРАМОВ. Мы уже прощались.

ДМИТРИЙ. Что?

КРАМОВ. До свиданьица, говорю, до свиданьица!

ЕЛЕНА. Ты меня никогда не любил, никогда!

ДМИТРИЙ. Я не любил?!

ЕЛЕНА. Ты!

ДМИТРИЙ. Я?!

ЕЛЕНА. Кем я для тебя была?! Наложницей?! Кухаркой?! Провинциальной дурехой?! Которую ты уже одним тем осчастливил, что в Москву вывез, на свою фамилию записал! Еланин! (Передразнивает.) Еланиных это не достойно, у Еланиных так не принято, Еланиным это не к лицу! А сам-то ты Еланин?!

КРАМОВ. Вот именно?!

ДМИТРИЙ. Что ты хочешь этим сказать?

ЕЛЕНА. А то! Все твое хваленое благородство, принципы всякие ≈ только поза. Причем поза пошлая, пустая!

ДМИТРИЙ. Да как ты смеешь?!.

ЕЛЕНА. А ты?! Ты смеешь?! Смеешь?!

ДМИТРИЙ. Я, кажется, не давал тебе повода┘

ЕЛЕНА. А я? Я тебе давала?!

ДМИТРИЙ (показывая на КРАМОВА). Прости, а это как называется?

КРАМОВ. Извините, впопыхах не удалось представиться ≈ Крамов Вадим Борисович, прошу любить и жаловать.

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Хочешь что-нибудь добавить?

ЕЛЕНА. Ничего я не хочу!

ДМИТРИЙ (язвительно). Даже на море?

ЕЛЕНА. Вот оно что... Море! А я-то все думаю: в чем дело? Оказывается, ≈ море!

КРАМОВ. Море ≈ это замечательно! (ДМИТРИЮ.) Пардон, вы не любите море?

ДМИТРИЙ. Оставьте меня в покое!

КРАМОВ. А я, грешным делом, люблю. Целый день валяться на песке, есть дыни, а вечером...

ДМИТРИЙ. Мужиков соблазнять.

КРАМОВ. Ага! (Спохватывается.) Каких еще мужиков? Я, извините-подвиньтесь, не по этой части.

ЕЛЕНА. Это он обо мне, по моей части! Я, видите ли, этим летом на море имела глупость попроситься.

КРАМОВ. Какая же это глупость?

ЕЛЕНА. Так уж мы считаем! Каждый год запирает меня в Еланине и думает, что я там отдыхаю в его трухлявом гнездышке. А я там вкалываю с утра до вечера и чувствую, что гнию сама!

КРАМОВ. Бедняжечка!

ДМИТРИЙ. Стало быть, ты ≈ несчастлива? Так?

КРАМОВ. А вы сомневались? (Испуганно зажимает рот.) Ради Бога, простите... Нечаянно вырвалось.

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Молчишь? Ну что ж, даже если ты была несчастлива со мной, то и это, не скрою, весьма прискорбное для меня обстоятельство, не дает тебе право на мое прощение.

КРАМОВ. Браво! Вот это по-нашенски, по-дворянски! Вот это врезал, так врезал. Браво!

ЕЛЕНА. Право на прощение?! Мне? Ты думаешь, ты имеешь право прощать? Даже не выслушав меня, не разобравшись? Надутый индюк! Ничтожество! (Решительно.) Ну хорошо же! (КРАМОВУ.) Вадик! Сбросим маски. Подойди ко мне, родной, подойди! (КРАМОВ, опасливо оглядываясь на ДМИТРИЯ, подходит.) Ближе, ближе. (Притягивает его к себе.) Вот так. А теперь, обними меня. Ну, крепче, крепче! Ой, как хорошо!

КРАМОВ (ДМИТРИЮ). Вот бабы! Что хотят, то с нами и делают, верно?

ЕЛЕНА. А теперь скажи ему все!

КРАМОВ. С удовольствием, ласточка моя! Что сказать?

ЕЛЕНА. Скажи ему, что мы ≈ любовники!

КРАМОВ. Да это и так теперь видно.

ЕЛЕНА. Нет, ты скажи.

КРАМОВ. Хорошо. (ДМИТРИЮ.) Мы ≈ любовники!

ЕЛЕНА. Вот! А теперь скажи, что нам очень хорошо вместе.

КРАМОВ. А можно от себя добавить?

ЕЛЕНА. Валяй!

КРАМОВ. Нам очень хорошо вместе! Но будет еще лучше!

ЕЛЕНА. Молодец, Вадик. Дай-ка теперь я тебя чмокну. (Чмокает КРАМОВА в щеку.) Ах, как сладко!

ДМИТРИЙ. Ты мне отвратительна. (Указывает на дверь.) Вон из моего дома. Вон!

ЕЛЕНА. Счас! Только переобуюсь!

ДМИТРИЙ. Вон, я сказал, вон!

КРАМОВ. Что такое "вон"? Всероссийское общество недоумков?

ДМИТРИЙ. Ты!.. (Насилу сдержавшись.) Прекратите лучше водевильничать. Серьезно предупреждаю.

КРАМОВ. Ой, как мы испугались! (Прижимается к ЕЛЕНЕ.)

ДМИТРИЙ. Серьезно, говорю!..

КРАМОВ. А ежели серьезно (отпускает ЕЛЕНУ), то имею честь заявить, что водевиль-то у нас, как вы изволили выразиться, с вашего же почину. И роль вы себе в нем, осмелюсь заметить, отвели весьма жалкую. Что может быть нелепее фигуры одураченного мужа? Ведь супружеская измена страшна лишь тому, кому, прошу пардону, рога наставили, а для всех прочих она, попросту говоря, очень даже и смешна. И совершенно правильно! Подумаешь, горе какое?! Да будь здесь зрители, они бы над вами потешались, дружочек, ответственно заявляю.

ДМИТРИЙ. А вы, оказывается, негодяй! (Наступает на КРАМОВА. Тот прячется за ЕЛЕНУ.)

ЕЛЕНА. Он правду говорит!

КРАМОВ. Может, милицию вызвать? Уж больно грозен!

ЕЛЕНА. Сами справимся.

ДМИТРИЙ. Проваливайте отсюда, проваливайте! (Отходит.)

ЕЛЕНА. Эх ты! Еще муж называется! Первому встречному жену свою отдает! Из дома гонит! (Наступает на ДМИТРИЯ.) Гонишь меня, да, гонишь? Прекрасно, муженек, прекрасно! А я и сама уйду. Я не против! (КРАМОВУ.) Не хотите ли пригласить женщину к себе? У вас жена, как вы сказали, кажется, в отпуске?

КРАМОВ. В отпуске, отпуске! Я уже давно намеревался ее куда подальше наладить. (ДМИТРИЮ.) Между нами говоря, я ей тоже, супружнице-то своей, не очень-то доверяю. Слаба, как говорится, на┘ ну на это самое, как говорится┘

ДМИТРИЙ. Убирайтесь к черту! Вон!

ЕЛЕНА. Не ори! Сами уйдем. (КРАМОВУ.) Пойдем, Вадик! (ДМИТРИЮ.) А ты еще ≈ пожалеешь! (Идет к выходу.)

КРАМОВ. Одну минутку, сударыня!.. Вы, кажется, забыли?..

ЕЛЕНА. Что забыла?

КРАМОВ. У меня ведь дело к вашему мужу, муженьку┘ Очень важное.

ЕЛЕНА. Дело?! Так вы к нам по делу пришли?

КРАМОВ. Ну а як же? Стал бы я вас понапрасну тревожить.

ЕЛЕНА. Глупо все как вышло, пшло! (Крамову.) Извините, за этот┘ бардак! (Направляется к спальне.)

КРАМОВ. Между прочим, оно вас тоже касается.

ЕЛЕНА. Меня?

КРАМОВ. Разумеется. Ведь муж и жена... (Усмехается.) Очень смешно. Сейчас скаламбурю: муж (Указывает на ДМИТРИЯ.), жена (Указывает на ЕЛЕНУ.) и (Показывает на себя.) одна сатана! Очень смешно, верно?

ДМИТРИЙ. Совсем не смешно.

КРАМОВ. Не будьте бякой. Смешно! Но суть дела не в этом. Суть в том, что я, дорогие мои, увы, не любовник.

ДМИТРИЙ. А вот это смешно!

КРАМОВ. Я ≈ поджигатель.

ДМИТРИЙ. А я ≈ огнетушитель!

КРАМОВ. Не похож. (Официально.) Вы ≈ Дмитрий Александрович Еланин. Член союза архитекторов. Характер нервный, деспотический. Женат. В порочащих связях замечены не были. (Поднимает многозначительно палец.) Пока!

ДМИТРИЙ. Что вы несете? И кто вы такой, черт вас возьми?

КРАМОВ. Докладываю еще раз ≈ поджигатель.

ДМИТРИЙ. Это мы уже слышали. Ну и что?

КРАМОВ. Как что? Спичечкой чирк ≈ и все!

ДМИТРИЙ. Что все?

КРАМОВ. Все! Все ваши проблемы решены. Их больше не существует. Понятно?

ДМИТРИЙ. Какие проблемы? (ЕЛЕНЕ.) Он о чем?

ЕЛЕНА. Оставь меня!

КРАМОВ. Какие проблемы?! (ЕЛЕНЕ.) Им ли спрашивать? (ДМИТРИЮ.) Может, у вас и загородного дома не имеется? Нет? Тогда так и скажите. Зачем зря время тратить?

ДМИТРИЙ. Бред какой-то! Поджигатель?! (КРАМОВУ.) Вы, что, предлагаете сжечь Еланино?

КРАМОВ (ЕЛЕНЕ ликующе). Он первый об этом сказал, запомните!

ЕЛЕНА. Ничего не понимаю┘ Сжечь Еланино? Зачем?

КРАМОВ. Оно же вам не нравится. Трухлявое, говорите, гниет┘ вместе с вами┘

ЕЛЕНА. Трухлявое┘ гниет┘ но сжечь┘ Как это?..

КРАМОВ. Да очень просто: спичечкой чирк! ≈ и вся недолга.

ДМИТРИЙ. А может, тогда и Москву запалим с четырех концов?

КРАМОВ. Заманчивое предложение. Только вы уверены, что у Москвы четыре конца?

ДМИТРИЙ. А сколько же?

КРАМОВ. Не увиливайте от ответа, Дмитрий Александрович. Шашель ≈ дело нешуточное!

ДМИТРИЙ. Шашель? Какой шашель?

КРАМОВ. Известно какой. Тот самый, что дома точит. Да и не только дома. В крымскую войну, например, "появился шашель, который просверливал патронные ящики и даже самы пули". Словарь Владимира Ивановича Даля, если не верите.

ДМИТРИЙ. Да кто вы такой, черт побери?!

КРАМОВ. Ну сколько же можно? Я уж осип докладывать ≈ поджигатель! Собственной персоной. Профессия пожарный вас, надеюсь, не удивляет?

ДМИТРИЙ. Никак не врублюсь. Вы из санэпидем надзора?

КРАМОВ. Разумеется, дорогой вы мой! Мы все из санэпидем надзора такие. Приходим вечером, обязательно с цветами, с коньячком, яблоками из собственного сада. (Все это КРАМОВ вытаскивает из кейса.) У нас такая традиция, сервис на высшем уровне.

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Ты что-нибудь понимаешь?

ЕЛЕНА. Я не желаю с тобой разговаривать.

КРАМОВ (ЕЛЕНЕ). Разделяю и целиком поддерживаю ваше справедливое негодование. Я бы тоже ни за что не стал бы с ним разговаривать после учиненного им возмутительнейшего, на мой взгляд, скандала. Но бизнес ≈ прежде всего. (ДМИТРИЮ.) Вам бы извиниться перед женой-то, Дмитрий Александрович за оскорбительные подозрения. Она ведь, голубка, не виновата, что я в ваше отсутствие зашел.

ДМИТРИЙ. А что же вы сразу не сказали, что по делу? Я бы┘ Впрочем... (Подходит к ЕЛЕНЕ, берет ее за руки.) Елка, прости!

КРАМОВ. Елка! Как поэтично! Мне бы и в голову не пришло обозвать женщину елкой. Ну там березой или липой, куда ни шло┘

ДМИТРИЙ. Помолчите, пожалуйста! (Пытаясь заглянуть в глаза ЕЛЕНЕ.) Я свинья. Вел себя безобразно, дико. Прости, если можешь, прости!

ЕЛЕНА. Даже не выслушал┘

ДМИТРИЙ. Не выслушал! Во мне возмутилось все, то есть помутилось┘ Я же не ожидал┘

КРАМОВ. Ангельского терпения женщина, ангельского! (Доверительно.) Я вам больше скажу: редкая птица долетит до средины Днепра, редкая женщина устоит перед Крамовым. Что вы так смотрите? Думаете, вы один такой неотразимый?

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Он, что, приставал к тебе?

ЕЛЕНА (всхлипывает, отворачивается).

КРАМОВ. Фи, как грубо. Ну, приударил слегка, так, на всякий пожарный... А вдруг обломится?

ДМИТРИЙ. Вы поразительный тип... наглый и в тоже время жалкий.

КРАМОВ. Со стороны, конечно, виднее. Но перед женой извиняться следует как положено. Так что, ежели захотите на колени пасть, не стесняйтесь, я выйду куда-нибудь недалече. (Усаживается в кресло.) Продолжайте, пожалуйста, продолжайте!

ДМИТРИЙ (оглядываясь на КРАМОВА). Ну, я дурак, дурак! Ну, прости меня, Елка!.. Слышишь?

КРАМОВ. На колени, деспот, на колени!

ДМИТРИЙ. Елка! (Оглядывается на КРАМОВА.) Нет, так я не могу! Ну что вы тут сидите, что?

КРАМОВ. Может быть, отужинаем? У Елены Сергеевны так вкусно давеча пахло┘

ЕЛЕНА. Да, да, конечно┘ Я сейчас┘ приготовлю. (Уходит на кухню.)

КРАМОВ (провожая ее взглядом). Красавица наша, ласточка┘ (ДМИТРИЮ.) Летите же за ней, счастливчик! Догоните, верните ее себе и никогда уж больше не отпускайте! Она у вас удивительная женщина ≈ чистая, светлая! Если уж ей не верить, то кому?

ДМИТРИЙ. Вы так считаете?

КРАМОВ. Что за вопрос? Убежден!

ДМИТРИЙ. Спасибо вам! (С чувством протягивает КРАМОВУ руку.) И простите меня тоже!

КРАМОВ. Уже простил! (Пылко обнимает ДМИТРИЯ и отталкивает от себя.) Ступайте же от меня, негодник!

ДМИТРИЙ. Спасибо! (Уходит.)

КРАМОВ усаживается в кресло и, пока ЕЛЕНА с ДМИТРИЕМ накрывают на стол, возможно, играет на гитаре.

ЕЛЕНА. Прошу!..

КРАМОВ (оглядывая стол). Мы ≈ в восхищении! (ДМИТРИЮ.) Повезло вам с хозяйкой, повезло, не притворяйтесь.

ДМИТРИЙ. Я не притворяюсь.

КРАМОВ. Помидоры просто блеск!

ЕЛЕНА. Это из дома, из Астрахани. Папа выращивает. Яблочный сорт.

КРАМОВ. Так вы у нас астраханочка! Замечательно! (Поет.) "Не видала ты подарка от донского казака".

ЕЛЕНА. Вы хорошо поете.

КРАМОВ. Это не я, душа поет при виде такого великолепия.

ЕЛЕНА. Ну какое там великолепие. Но все равно, спасибо.

КРАМОВ. Я ведь тоже садовник. Не верите? Эти вот яблочки с моего любимого дерева. (Берет яблоко, подает ЕЛЕНЕ.) Вкусите, не пожалеете.

ЕЛЕНА. Обязательно вкушу. (Надкусывает яблоко и зажмуривается от удовольствия.)

КРАМОВ (испытующе). Вку-у-сна?!

ДМИТРИЙ. Шашель!

КРАМОВ. Что такое?

ДМИТРИЙ. Вы сказали: в доме поселился шашель. Мне об этом ничего неизвестно.

КРАМОВ. Известно, известно.

ДМИТРИЙ. Что вы хотите этим сказать?

ЕЛЕНА. Что сказал, ≈ в доме появился шашель.

КРАМОВ. Мудрейшая из женщин! (Целует руку.)

ДМИТРИЙ (волнуясь). Я только что из Еланина и ничего не видел!

КРАМОВ. Так он же махонький шашель-то. (Показывает ЕЛЕНЕ.) Вот такусенький! Прыг! (Делает вид, что упустил шашеля на ЕЛЕНУ.) И нету.

ЕЛЕНА. Ах! (Отшатывается.) Зачем вы меня так пугаете всякой дрянью?

ДМИТРИЙ. И вчера ничего не видел и позавчера!..

КРАМОВ (целуя руку ЕЛЕНЕ). Счастливые червей не наблюдают.

ДМИТРИЙ. Прекратите паясничать! Я серьезно. Откуда вам это известно?

КРАМОВ (берет салфетку). Было бы, однако, странно, если бы я пришел к вам с бухты-барахты. Я, разумеется, все исследовал и, заверяю вас, самым тщательным и добросовестным образом. Диагноз мой таков (прикладывает салфетку к губам): дом спасти невозможно.

ДМИТРИЙ. Что? Что вы сказали? Я не расслышал.

КРАМОВ. Все вы расслышали, не притворяйтесь. Но так и быть, для вас повторюсь дважды: кранты вашему трухлявому дому. Ферштейн?

ДМИТРИЙ. И что же делать?

КРАМОВ. Сжечь! Или, на худой конец, продать. Но много за него не дадут, предупреждаю.

ДМИТРИЙ. Продать?! (Спустя мгновение, торжественно и облегченно.) Понял! Вы ≈ покупатель!

КРАМОВ. Покупатель?

ДМИТРИЙ. Господи! Как же я сразу-то не дотумкал, дундук недотумкнутый?

ЕЛЕНА. Что за выражения, Митя?

ДМИТРИЙ (с жаром). Ну, конечно! Вам приглянулся наш дом, вы навели справки, возможно, даже осмотрели┘ Нет, нет, я не в претензии, ваше право┘ И потом, мне скрывать нечего, хотя бы и шашель┘ Кстати, сознайтесь, про шашеля вы нарочно придумали?

КРАМОВ. Чтобы цену сбить, да?

ДМИТРИЙ. А разве не так?

КРАМОВ. Ох и хитрый-митрий! (Смеется, грозит пальцем.) За кого вы меня принимаете, а?

ДМИТРИЙ. Это не важно! Я хочу сказать, этот дом все равно не продается, ни при каких обстоятельствах. Понимаете, ни при каких!

КРАМОВ. А при форс-мажорных?

ДМИТРИЙ. Ни при каких!

ЕЛЕНА. Это семейная реликвия┘ Дворянское гнездо, в своем роде┘ Его еще Митин прадедушка начал строить.

ДМИТРИЙ. В тысяча девятьсот тринадцатом году, после пожара.

КРАМОВ (зевая). Как интересно!

ЕЛЕНА. Потом он ушел на войну и погиб. Дом достраивали сыновья┘

ДМИТРИЙ. Это было делом чести.

ЕЛЕНА. В гражданскую войну старший брат погиб┘

КРАМОВ. На чьей стороне?

ЕЛЕНА (испуганно оглядывается на ДМИТРИЯ). на┘

ДМИТРИЙ (скрещивая на груди руки). На нашей!

КРАМОВ. Это похвально. (ЕЛЕНЕ.) Продолжайте!

ЕЛЕНА. И Митин дедушка с двумя семьями на руках сумел сохранить Еланино. Словом, история.

ДМИТРИЙ. Ты не сказала о кладбище!

ЕЛЕНА. Ах, да! Извини... Получалось так, что все Еланины умирали в этом доме. Их привозили раненными, и они умирали. И Митин папа там умер. Ну, не раненный, конечно┘

ДМИТРИЙ. И мама.

ЕЛЕНА. Вот.

КРАМОВ. Замечательная история! Но и место, доложу я вам, уж очень завидное. Элитное, можно сказать, местечко!

ДМИТРИЙ. Так что продать этот дом я не могу, не имею морального права.

КРАМОВ. За это не переживайте, ≈ шашель освободит вас от моральной обузы.

ДМИТРИЙ. В каком смысле?

КРАМОВ. В натуральном! Скушает ваш домишко и не поперхнется. Аам! И нету, ни вашего дома, ни моральной обузы ≈ одна сплошная свобода.

ДМИТРИЙ. Не скушает, не допущу! Да, если потребуется, я каждую щелочку самолично замажу, прошпаклюю, проскипидарю!.. В конце концов: кто сильнее червь или человек?

КРАМОВ. Червь, конечно. В конкретном, разумеется, случае. Про пули забыли?

ДМИТРИЙ. Про какие еще пули?

КРАМОВ. Помните (поднимает палец): "просверливал патронные ящики и даже самы пули". Свинцовые, между прочим! Владимир Иванович Даль врать не станет.

ДМИТРИЙ. Все равно не продам! И не нужно меня уговаривать! Я все прекрасно понимаю, но поймите и вы ≈ дом не продается! И все! Кончено про это! Ужинаем!

КРАМОВ. Успокойтесь.

ЕЛЕНА. Митя!

ДМИТРИЙ. Не нужно меня успокаивать! Я абсолютно спокоен, абсолютно. (КРАМОВУ.) Да знаете ли вы, что такое продать Еланино?!

ЕЛЕНА. Ну все, разошелся.

ДМИТРИЙ. Не перебивай! Продать ≈ это равносильно предать! Память предков своих предать, память рода! И вы хотите, чтобы я, Дмитрий Еланин, это сделал? Не бывать этому! Никогда!

КРАМОВ. Браво! Вот что значит дворянская кровь! Браво! Голубчик, можно я вас поцелую. (Обнимает и целует ДМИТРИЯ.) Пусть лучше этот дом рассыплется на ваших глазах! А все одно ≈ красиво! Предлагаю выпить за это! Прозит!

ДМИТРИЙ. Не рассыплется. (Отстраняясь от КРАМОВА.) Слушайте, почему вы все время ерничаете?

КРАМОВ. А черт его знает! Наверное, наследственность дурная. Вы вот, например, все время пафосничаете. Но вам это даже и идет, пафосный вы наш!

ДМИТРИЙ. Я не пафосничаю. Я просто пытаюсь объяснить, почему этот дом не продается. И, если приведенные выше мотивы вам непонятны, то мне вас искренне жаль. Я ясно выражаюсь?

КРАМОВ. Предельно. Только кто вам сказал, что я ≈ покупатель?

ДМИТРИЙ. А кто же вы?

КРАМОВ. В сотый раз докладываю ≈ поджигатель.

ДМИТРИЙ. Ага! Так мы вам и поверили.

КРАМОВ. Смешной вы, право. Ну-ну, не вскидывайтесь, я же без обид. Поверьте, я вам горячо сочувствую. Разве ж не досадно, что именно ≈ простите, чуть было не сказал в царствие Дмитрия Еланина, его родовое гнездо рушится? И от чего?! От какой-то ничтожности червячной! Тьфу, пакость! Поневоле взвоешь. Но с другой стороны, целые государства, империи развалились, и ничего, живут люди, те же греки, например, египтяне. Да что далеко ходить-то? Союз наш нерушимый в одночасье гикнулся. А можно и еще ближе пример подыскать. Возьмем хоть меня, бедолагу. Господа! Вы-то, может быть, и дворяне, но я-то с головой из деревни, где все того-с, с навозом-с! И вот спросите меня, грешного: где, мол, Вадик, деревушка твоя родная? И я вам отвечу: ох, не спрашивайте вы меня, люди добрые, не тревожьте мое сердце кипучее, то не вороги заморские, не жиды пархатые, а свои же братаны руссястые порешили мою Березовку родную в одночасье, и где прежде песни пел, на гармонь играл, шумит теперь море искусственное, море Цимлянское. Вот так-то, ваше благородие!

ДМИТРИЙ. Это вы мне?

КРАМОВ. А кому же? Думаете, если я не голубых кровей, так мне избы батянькиной не жалко?

ДМИТРИЙ. Да ничего я такого не думаю. Что за глупости?

КРАМОВ. А что же вы издеваетесь (передразнивает): не имею морального права?! Вы лучше скажите честно: если в дом ваш молния саданет, что делать станете, ась?!

ДМИТРИЙ. Ничего не стану. Что же тут станешь?.. Страховку получу, наверное...

КРАМОВ. Вот мы и добрались до главного!

ДМИТРИЙ. До какого еще главного?

КРАМОВ. На сколько, бишь, домишко-то ваш застрахован? Не слышу, ась?..

ДМИТРИЙ. При чем тут это? Застрахован!..

КРАМОВ. А притом, что и совесть перед предками чиста ≈ как же, стихийное бедствие! ≈ и денежки немалые в кармане! Разве не так?

ДМИТРИЙ. Да что так-то, я не понимаю?

КРАМОВ. Все вы отлично понимаете. (ЕЛЕНЕ.) Они, дворяне, любят простачками прикидываться. Ах вишневый сад, чайки белые! (ДМИТРИЮ.) Думаете, я за просто так стараться буду? Не надейтесь!

ДМИТРИЙ. Бред какой-то! Кошмар! (ЕЛЕНЕ.) Ты что-нибудь понимаешь?

ЕЛЕНА. Все понимаю.

ДМИТРИЙ. Да? А я что-то ни черта не понимаю.

ЕЛЕНА. Что ж тут не понятного? Вадим Борисович сжигает дома, старые, никому ненужные. (КРАМОВУ.) Ведь так?

КРАМОВ. Именно!

ЕЛЕНА. Ну вот. И тем самым избавляет хозяев от излишних хлопот. Ведь после пожара остается ровное место, пепелище. Огонь ≈ это ведь чисто и быстро. Правда, Вадим Борисович?

КРАМОВ. Гениально! И быстро, и чисто! Беру этот девиз на вооружение. Конгениально! И быстро, и чисто! Елена Сергеевна, не побоюсь вашего мужа, но я, кажется, близок к тому, чтобы влюбиться в вас окончательно и бесповоротно. Позвольте, ручку! Гениально!

ДМИТРИЙ. Так у вас, что ли, бизнес такой, услуга?

КРАМОВ. Ну, конечно, маленький бизнес-услуга.

ДМИТРИЙ. И сколько же вы берете за этот свой бизнес?

КРАМОВ. Ага! Загорелся! Десять процентов.

ДМИТРИЙ. Ничего я не загорелся. Десять процентов от чего?

КРАМОВ (добродушно). От суммы страховки, балда.

ДМИТРИЙ. От балды и слышу. (Что-то подсчитав.) Круто, однако, будет.

КРАМОВ. Нормально будет, в самый раз.

ДМИТРИЙ. А я говорю, круто. Впрочем┘

ЕЛЕНА. А на сколько наш дом застрахован? Я и не знаю.

КРАМОВ. Негоже, Дмитрий Александрович, от жены тайны иметь.

ДМИТРИЙ. Я и не имею. Ты просто не интересовалась никогда┘ На сто тридцать тысяч.

ЕЛЕНА. Долларов?!

КРАМОВ. Калмыцких тугриков. (ДМИТРИЮ.) Могли бы и подороже застраховаться.

ДМИТРИЙ. А взносы вы за меня платить будете?

ЕЛЕНА. Мы еще и взносы платим за эту развалюху?

КРАМОВ. А як же? И немалые!

ЕЛЕНА. За эту рухлядь?

ДМИТРИЙ. За Еланино!

ЕЛЕНА. Да ладно тебе, не цепляйся. Сто тридцать тысяч┘ А сколько же интересно Зотовы получили? (КРАМОВУ.) У них прошлым летом дом сгорел, так они нынешним уже новый справили. Представляете?

КРАМОВ. А я о чем говорю? Лихие ребята!

ДМИТРИЙ. Вы их знаете?!

КРАМОВ. Зотовых? Вы меня прямо удивляете.

ДМИТРИЙ. Фантастика! Так, может, это вы у них поработали?

КРАМОВ. При этих словах герой потупился и скромно промолчал.

ДМИТРИЙ. Невероятно┘ Так вы в самом деле того ≈ поджигатель?

КРАМОВ. Ох, и сложный у вас муженек, Елена Сергеевна!

ЕЛЕНА. Прямо, пенек какой-то беспонятливый! Еще раз переспроси для верности!

КРАМОВ. Так его, дорогая, так. Пора ему мозги прочистить, ≈ заржавели.

ДМИТРИЙ. Но это же незаконно!

КРАМОВ. Что вы имеете в виду?

ДМИТРИЙ. То, чем вы занимаетесь.

КРАМОВ. А чем я занимаюсь?

ДМИТРИЙ. Тем, чем у Зотовых.

КРАМОВ. У каких Зотовых? Зотовых каких-то приплели! Не знаю я никаких Зотовых!

ДМИТРИЙ. Ой, ой, ой! Только не надо притворяться!

КРАМОВ (ЕЛЕНЕ). Что это с ним? Я не понимаю.

ЕЛЕНА. Не знаю.

КРАМОВ. Ну и пусть и себе пошумит, а вы разрешите пальчик, просто так, ради невинного удовольствия┘ (Тянется к руке.)

ДМИТРИЙ. Не смейте прикасаться к моей жене!

КРАМОВ. Да будет вам.

ДМИТРИЙ. Отстаньте, говорю! (Оттаскивает КРАМОВА.) Елка, как тебе не стыдно, в самом деле? Что ты ему позволяешь?

ЕЛЕНА. А что такого? И почему ты меня кричишь?

ДМИТРИЙ. Ты ≈ дура!

КРАМОВ (укоризненно). Дмитрий Александрович!..

ДМИТРИЙ. Извините. (Теряется окончательно, орет.) Как ты не понимаешь, этот человек ≈ преступник!

ЕЛЕНА. А ты хам!

КРАМОВ. Абсолютно точное определение.

ДМИТРИЙ. Что? В моем доме? Вон отсюда!

КРАМОВ. Опять вон пошел! Ну все, на этот раз уйдем без промедления. (Хватает ЕЛЕНУ за руку, тащит за собой.)

ДМИТРИЙ. Куда?! (Хватает ЕЛЕНУ за другую руку.)

КРАМОВ. Отпустите женщину, хулиган!

ДМИТРИЙ. Она вам не женщина!

КРАМОВ. Да? А кто же она, по-вашему?

ДМИТРИЙ. Моя жена!

ЕЛЕНА. Вы меня разорвете! Больно же! Ой!..

КРАМОВ отпускает ее руку. Теряя равновесие, ЕЛЕНА валится на мужа, оба падают.

КРАМОВ (наклоняясь к ним, совершенно спокойно). Стало быть, вы отказываетесь от моих услуг?

ДМИТРИЙ. А вы как думали?

КРАМОВ. Я думал иначе, думал, взвесит человек, поймет. Это ведь опасно, когда человек своей выгоды не разумеет. Уверяю вас, голубчик, опасно!

ДМИТРИЙ. Не смейте называть меня голубчиком! И не угрожайте!

ЕЛЕНА (ДМИТРИЮ). Может быть, позволишь встать? (КРАМОВУ.) Дайте хоть вы руку!

КРАМОВ. С удовольствием! (Поет.) Если муж вдруг объелся груш┘" (Одним рывком ставит ЕЛЕНУ на ноги, притягивает к себе и начинает, напевая, водить танго.) Утомленное солнце тихо в море спускалось... (и т д.).

ЕЛЕНА. А вы хорошо танцуете.

КРАМОВ. Порам пам там! (Эффектно заканчивает танец, припадает на колено, целует даме ручку.) Божественная вы наша, синеокая!

ЕЛЕНА (игриво). Перестаньте!..

КРАМОВ (лобызая ручку). Королева!

ДМИТРИЙ (поднимаясь). Честное слово, не понимаю, что мне мешает сдать вас в милицию?

КРАМОВ. Про это уж давно известно. Вы, дорогой мой Дмитрий Александрович, заражены застарелой болезнью под названием порядочность. Это не смертельная болезнь, но весьма опасная. Подлецам и негодяям она очень даже на руку. Рассудите сами, кто в этой жизни страдает? Исключительно мы, порядочные люди.

ДМИТРИЙ. Издеваешься? Хорошо, посмотрим!.. (Направляется к телефону.)

ЕЛЕНА. Что ты собираешься делать?

КРАМОВ. По всей видимости, звонить в милицию. Дмитрий Александрович, у меня прекрасная свежая идея. А что если всем порядочным людям взять да позвонить в милицию? Вот так вот ≈ дзынь! ≈ один звонок, и зла на Руси не осталось! Совсем!

ДМИТРИЙ. Прекрасная идея. Сейчас я ее испробую.

ЕЛЕНА (загораживая телефон). Ты с ума сошел?

ДМИТРИЙ. Пожалуйста, не мешай. (Листает книжку.) Где тут у нас участковый?

ЕЛЕНА. Это же глупо!

КРАМОВ. Вне всяких сомнений! Но пусть участковый сам об этом Дмитрию Александровичу и скажет. Нам он все одно не поверит.

ДМИТРИЙ. Скажет, скажет... А, вот, нашел... (Набирает номер.) Занято, черт!

КРАМОВ. Работы у органов и без того много, а тут еще вы добавить собираетесь. Кстати, вы раньше на них не работали?

ДМИТРИЙ. Что вы хотите сказать?

КРАМОВ. С КГБ не сотрудничали?

ДМИТРИЙ. Думаете, я ≈ стукач?

КРАМОВ. Вообще-то, хватка у вас имеется. Но подготовка явна не та. Ну, вот что вы, к примеру, собираетесь сказать участковому?

ДМИТРИЙ. Не ваше дело. Я скажу ему все.

КРАМОВ. Похвальное намерение. А поточнее можно? Что ≈ все, пафосный вы наш? Доказательства у вас имеются?

ДМИТРИЙ. Не беспокойтесь, вами займутся и доказательства появятся.

КРАМОВ. Святая простота! С чего же это вдруг займутся? На каком, позвольте спросить, основании? На основании ваших показаний? Так вот, ответственно предупреждаю: я попрошу их запротоколировать и подам на вас в суд, за клевету!

ДМИТРИЙ. На меня?

КРАМОВ. А на кого же? Суду я скажу, что пришел к вашей жене на свидание, и вы нас застукали. Дело житейское┘ Пришлось изворачиваться┘ Вот я и придумал всю эту невероятную белиберду с поджигателем. Что вы говорите? Не слышу! Что?! Ась?!.

ДМИТРИЙ. Уходите. Я вас очень прошу ≈ уходите.

КРАМОВ. Вот вы уже и осерчали. Это же я просто так, для иллюстрации моих демократических возможностей. И потом, я не виноват, вы первый начали. Я верно говорю, Елена Сергеевна?

ЕЛЕНА. Ну и вечерок!

КРАМОВ. А мне он, представьте, нравиться. Давненько не отдыхал, среди таких приятных людей. И знаете что, хоть дело и не сладилось, а я душевно рад нашему знакомству. Вы не поверите с какой, извините дрянью рода человеческого, приходится сталкиваться. Ведь специфика моего дела такова, что никаких бумажных договоров, все под честное слово. А что ≈ слово? Звук пустой, как сказал поэт! Но приходится верить. И вот иной раз стоишь в сторонке, смотришь как объект полыхает, как млодцы-пожарные дружно с шлангами бегают, как им зеваки досужие мешают ≈ душа радуется. И вдруг, как горящим бревном по голове, ≈ бац! А ведь станут, сукины дети, хозяева эти гребанные, от обязательств своих открещиваться, мол, знать ничего не знаем, сгорел дом и сгорел, какие еще с нас, погорельцев, десять процентов? И так горько, так обидно сделается, что за все твое добро да черной неблагодарностью!.. Нет, все-таки хорошо, что нас, порядочных людей, еще не всех на мыло перевели. (Поднимает фужер.) За нас, за порядочных! Прозит!

ДМИТРИЙ. Вы и себя к их числу относите?

КРАМОВ. Хотелось бы. Но не всегда получается. Приходится иногда и врать, и лукавить, и изворачиваться. А вам разве нет?

ДМИТРИЙ. Что нет?

КРАМОВ. Да ведь тоже, небось, рыльце в пушок опускать приходится? Ну, не по крупному, конечно, где уж вам┘

ДМИТРИЙ. Я дома не поджигаю!

КРАМОВ. Я тоже вдов и сирот не обираю.

ДМИТРИЙ. Вы ≈ преступник!

КРАМОВ. А вы ≈ неудачник! И хотя громоотвод у вас на крыше сломан, с молнией вам без меня не повезет! Так и знайте.

ЕЛЕНА. Он у нас уже какой год сломан.

КРАМОВ. А я о чем говорю? (Показывает на ДМИТРИЯ.) Неудачник!

ДМИТРИЙ. Я громоотвод не ломал.

КРАМОВ. Но и не чинили! Хотя могли бы. Это я к чему? К примеру! Я ведь тоже, если вдуматься ≈ типичный неудачник. Мне, по моим способностям, может, судьбами народов ворочать предназначено, однако, увы, не повезло, не сподобился. Перекрыли мне пути в дипломатию прародители мои, кулацкие выродки. Теперь уже все, поздно, разве только с президентством еще повезет. Кстати, вы на президента баллотироваться не собираетесь? Зря. Вы такой высокий, красивый, умный┘ А я, думаю, баллотирнуться разочек. Будь что будет, однова живем!

ДМИТРИЙ. А не боитесь?

КРАМОВ. Боюсь. Но и за Русь-матушку постоять хочется!

ДМИТРИЙ. Да я не об этом┘ Если поймают вас, как поджигателя?..

КРАМОВ. Вот вы о чем. Поймать-то, конечно, могут, отчего не поймать? Дело не шибко хитрое, преступников переловить. Однако, ма-а-ленький вопросик: кто, скажите на милость, ловить станет, ежели все кругом довольные и претензиев, заметьте, никаких и ни у кого нет? Ась?

ДМИТРИЙ. А Госстрах? Или Росно, к примеру?

КРАМОВ. А вот за это не извольте беспокоиться. Фирма веников не вяжет, фирма пряники печет. Дело поставлено на строго научную основу, технология отлажена, поэтому проколы и накладки полностью исключены, тем более, что и в страховых компаниях тоже трудятся бывшие советские люди, которым, как известно, хозяйского добра не жалко. Так что все будет исполнено в наилучшем виде, причем под строжайшим надзором пожарных.

ДМИТРИЙ. Пожарных?!

КРАМОВ. А вы как думали? Без пожарных нельзя, техника безопасности не дозволяет. Объекты чаще всего сухонькие, как зачнут полыхать, не остановишь. Вот и приходиться пожарных подключать.

ЕЛЕНА. А как вы их подключаете?

КРАМОВ. Да очень просто. Звоню по телефону, подделанным, разумеется, голосом: Алье, алье! Это ноль один? Прекрасно. А мы горим уже, спасайте! А по правде сказать, еще ни дымка, ни пламени, только-только схватываться начинает. И смех, и грех, право слово.

ДМИТРИЙ. Выходит, вам пожарные помогают дома жечь?

КРАМОВ. Воистину так! Без них спичку бы не зажег, ≈ руку на отсечение, вообще бы без огня жил, как пещерный человек. Потому что, по моему глубочайшему убеждению, стихийный или плохо подготовленный пожар ≈ есть величайшее бедствие, тогда как умело организованное возгорание ≈ несомненное благо. Как у Зотовых, например. Так что соглашайтесь, Дмитрий Александрович, исполним все как надо, и быстро и чисто! Гениальные слова! Дайте ручку!

ЕЛЕНА. Не дам! (Смеясь.) Мне, между прочим, гонорар положен.

КРАМОВ. Я положу, положу!

ЕЛЕНА. Да? Посмотрим. (Что-то забирает со стола, выходит.)

КРАМОВ. Вот с женой вам, Дмитрий Александрович, на редкость повезло. Небось, долго обхаживали?

ДМИТРИЙ. Вообще не обхаживал, взял да женился.

КРАМОВ. Я и говорю ≈ повезло. А мне вот нет. И груба, и некрасива... А уж кочевряжилась как до замужества, вспомнить тошно. Эх, да что говорить, давайте лучше выпьем!

ДМИТРИЙ. Зачем же брали такую?

КРАМОВ. А кто ж для меня хорошую-то припас?

ДМИТРИЙ (не удержавшись, смеется).

ЕЛЕНА (входя). Что это с ним?

КРАМОВ. Это они над моей неудавшейся личной жизнью потешаться изволят.

ДМИТРИЙ (давясь от смеха). Ой, не могу!

ЕЛЕНА. Безобразие! Митя! Вы его извините, Вадим Борисович.

КРАМОВ. Ничего, ничего, лишь бы здоровенькие были. Я бы тоже вовсю заливался, имея в женах такую красавицу как вы.

ЕЛЕНА. Вы меня уж совсем захвалили, даже неловко. Митя, перестань же наконец, или выйди!

ДМИТРИЙ. Извините┘ (Вроде успокаивается, но, взглянув на КРАМОВА, вновь фыркает и выходит.)

ЕЛЕНА. Это правда, что вы несчастливы? Что-то не верится.

КРАМОВ. Совершенно несчастлив. Но с тех пор как увидел вас, я уже так не думаю.

ЕЛЕНА. Вы ужасный комплиментщик. Я вас даже немножко боюсь.

КРАМОВ. Меня? (Обнимает ЕЛЕНУ и пытается поцеловать.)

ЕЛЕНА (уклоняясь). Это еще что такое? Вы что?

КРАМОВ. Разве я не заслужил награды?

ЕЛЕНА. За что?

КРАМОВ. Вот те раз! Я же спас вашу семейную жизнь. Как только я увидел вашего мужа, я тотчас же понял, что он не поверит ни одному вашему слову. Он же у вас типичный домостроевец, деспот, варвар! Разве он поймет, что вы нужны и другим, что одному вас любить мало?

ЕЛЕНА. Так вы не поджигатель?

КРАМОВ. Тысячный раз вам твержу: я влюбленный, влюбленный, влюбленный!

ЕЛЕНА. Как?.. Значит, вы все придумали? С поджигательством?..

КРАМОВ. Ну, конечно! И гениально придумал, надо заметить. Разве не так?

ЕЛЕНА. К сожалению.

КРАМОВ. К сожалению? Почему?

ЕЛЕНА. Вы нарисовали такую замечательную картину ≈ сто тридцать тысяч долларов, новый дом, машина...

КРАМОВ. Я ничего такого не рисовал.

ЕЛЕНА. Разве? А кто сказал: спичкой чирк! ≈ и все проблемы решены?

КРАМОВ. Всех проблем решить невозможно, даже если банк грабануть. И потом, не в деньгах счастье, Елена Сергеевна.

ЕЛЕНА. Вам легко говорить, вы, наверное, богаты.

КРАМОВ. О! Для того, чтобы стать богатым, нужно очень много денег.

ЕЛЕНА. Значит, они вам бы не помешали?

КРАМОВ. Кто? Деньги?

ЕЛЕНА. Которые получил бы поджигатель?

КРАМОВ. Вы это серьезно? (Медленно.) Потрясающая женщина! (Кивает на дверь.) А он?

ЕЛЕНА. Мы должны уговорить его. Помогите мне! Вместе мы справимся, он не выдержит! Ведь не дурак же он! Помогите!

КРАМОВ. Кажется, мы станем неплохими партнерами. Вы понимаете, о чем я говорю? (Берет ЕЛЕНУ за плечи.)

ЕЛЕНА. Он идет! (Отходит.)

КРАМОВ (как бы продолжая разговор). Я его спрашиваю: вы хотите поправить свою жизнь или нет? Хочу, отвечает, но боюсь. Представляете?

ЕЛЕНА. Слизняк!

КРАМОВ. Интеллигенция.

ДМИТРИЙ. Вы это о ком?

КРАМОВ. Да был тут у меня один клиент. Я ему говорю: ну, чего вы боитесь, я ведь все беру на себя. Вам только и нужно, что коробок спичек мне подарить. (ДМИТРИЮ.) Это у меня традиция такая, спички обязательно клиент дарит.

ДМИТРИЙ. Да? Это так обязательно?

КРАМОВ. Всенепременнейше! Иначе дело не выгорит.

ДМИТРИЙ. Вы, я смотрю, в своем роде артист.

КРАМОВ. В своей профессии кое-чего стою, это правда.

ДМИТРИЙ. Хороша профессия ≈ дома поджигать.

КРАМОВ. Всякая профессия хороша, ежели хорошо кормит.

ДМИТРИЙ. Даже основанная на лжи и обмане?

КРАМОВ. Вот те раз! Это кого же я, по-вашему, обманываю?

ДМИТРИЙ. Не знаю уж кого. Хотя бы государство.

КРАМОВ (приставив ладонь к уху). Что? Кого?

ДМИТРИЙ. Государство.

КРАМОВ. Ах, государство. Понятно. А вы его видели?

ДМИТРИЙ. Кого?

КРАМОВ. Государство. На кого оно больше похоже ≈ на проворовавшихся министров или на пьяных бомжей?

ДМИТРИЙ. Нам с вами бесполезно разговаривать.

КРАМОВ. Отчего же?

ДМИТРИЙ. Ваши ценности измеряются колбасой┘

КРАМОВ. А ваши?

ЕЛЕНА. Наши ≈ ее отсутствием.

ДМИТРИЙ. Перестань! (Показывает на стол.) В конце концов, это все ≈ излишества.

ЕЛЕНА. Которые ты требуешь каждый день.

ДМИТРИЙ. Я могу спокойно обходиться.

КРАМОВ. О, да, да, дух ≈ превыше всего! Но иногда ведь и кушать хочется?

ЕЛЕНА. Нам не хочется, мы без всякого аппетита кушаем.

КРАМОВ. Что-то я не заметил. Во всяком случае, черной икоркой Дмитрий Александрович не пренебрегли. Почитай самолично всю и скушали.

ЕЛЕНА. Это он машинально.

ДМИТРИЙ. Ты меня попрекаешь?

ЕЛЕНА. Ну что ты, милый, на здоровье! Только, если бы не мои родители, мы бы с тобой голыми ходили. Голыми!

КРАМОВ. Ай яй яй! Не стыдно стариков-то обирать, интеллигент недорезанный?

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Ты это серьезно?

ЕЛЕНА. Ну если тебе это показалось шуткой┘

КРАМОВ. А что, мне понравилось, очень даже милая. (Всхохатывает.)

ДМИТРИЙ. Все. С меня довольно. (Показывает КРАМОВУ на дверь.) Убирайтесь!

КРАМОВ. Как? Мы же еще не договорились?!

ДМИТРИЙ. Не о чем нам с вами договариваться. Убирайтесь!

КРАМОВ. Что ж, спасибо за хлеб, за соль, было чрезвычайно приятно познакомиться. (Целует ЕЛЕНЕ руку, собирается уходить.)

ЕЛЕНА. Погодите! (ДМИТРИЮ.) Пойми, этот шанс упускать нельзя! Ни в коем случае!..

ДМИТРИЙ. Какой шанс? Ты о чем?

ЕЛЕНА. Не притворяйся. Ты меня прекрасно понимаешь.

ДМИТРИЙ. Не понимаю. И не хочу понимать! И все, хватит об этом, я устал.

КРАМОВ. Вот вы и добрались до самого главного.

ДМИТРИЙ. До какого еще главного?

КРАМОВ. Шашель... он не устает. Точит себе и точит. Круглые сутки, без устали и роздыху.

ДМИТРИЙ. Это не ваша забота.

КРАМОВ. На этот раз вы абсолютно правы ≈ не моя.

ЕЛЕНА. Нужно все хорошенько взвесить. Что мы теряем?

КРАМОВ. Старый дом.

ЕЛЕНА. Который все равно разваливается. А что приобретаем взамен?

КРАМОВ. У меня пальцев на руке не хватит, чтобы перечислить... Ребята, да у вас такая жизнь начнется, что помирать не надо!

ЕЛЕНА. Решайся, Митя, решайся!

ДМИТРИЙ. Ты шутишь, конечно?

КРАМОВ. Кто же с огнем-то шутит, Дмитрий Александрович?

ДМИТРИЙ. Я не с вами разговариваю!

КРАМОВ. А я с вами! Мужик ты или не мужик? Тьфу! Хотя бы бабу свою постыдился.

ДМИТРИЙ. Вы, вы!..

ЕЛЕНА. Другого выхода у нас нет, Митя.

ДМИТРИЙ (стонет). Мм-уу!..

КРАМОВ. Чегой-то он? Прямо как рожать собирается.

ДМИТРИЙ. Нет! Не могу! Слышите? Не могу! Нет!

ЕЛЕНА. А что ты вообще-то можешь?

КРАМОВ. Икорку кушать? Рябчиков? Ананасы?

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Но это же нехорошо, это же преступление! Как ты не понимаешь?!

КРАМОВ. Вы, Дмитрий Александрович, как оперный певец с ножом в желудке, тянете свою арию до конца. Воровство, преступление! Вы оглянитесь вокруг, как Радищев. Кто нынче честно живет? Только те, кому воровать негде и нечего. А так все воруют, хоть по щепотке, но крадут. И вся разница лишь в том, что одним надо детей прокормить малых, а другим любовниц в меха вырядить!

ДМИТРИЙ. Пусть так, но я не хочу. Слышите, вы?! Не хочу!

КРАМОВ. А вы не фыркайте. Праведник нашелся, последний из могикан!

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Скажи ему, чтобы он ушел! Я тебя очень прошу!

ЕЛЕНА. Разве он не прав?

ДМИТРИЙ. Ну как ты можешь, как?

ЕЛЕНА. Я все могу, а вот что можешь ты?

ДМИТРИЙ. Это же Еланино, понимаешь, Еланино!

ЕЛЕНА. Разваливается твое Еланино. Сам говоришь, на ремонт нужны деньги. Где ты их возьмешь? У Господа Бога попросишь?

КРАМОВ. Не даст. Ответственно заявляю. Кстати! Забыл о самом главном. Фирма "Феникс", естественно, в лице вашего покорного слуги, гарантирует в случае надобности полное обеспечение строительными материалами по самым льготным расценкам. Так что, ежели возникнет желание возродиться из пепла, фирма "Феникс" к вашим услугам ≈ возрождайтесь! Тем более что в вашем случае это может быть настоящим ренессансом. Вы же ≈ архитектор! Что вам стоит сделать чертежи и построить по ним, пусть небольшое, но подлинное Еланино?! А? Какова мысль? Ну не молодец ли я после этого?

ЕЛЕНА. Великолепная мысль! Вы просто прелесть что за поджигатель! Митя! Представляешь ≈ возрожденное Еланино! Ну что ты молчишь?

КРАМОВ. Как рыба в керосине.

ДМИТРИЙ. Я когда-то многого хотел. Во мне было столько сил, желаний┘ Я их так полно чувствовал, что даже на секунду не сомневался в своем высочайшем предназначении. В каком? Это было абсолютно неважно. Главное ≈ в высочайшем! Удивительно, но эту веру поддерживали во мне все: семья, школа, институт, государство. И я свято верил, что достигну предназначенных высот без унизительных усилий, без подлости и обмана, безо лжи и лицемерия. Мне было все обещано. Больше того, меня учили, что добиваться житейских благ постыдно и глупо, нужно просто жить честно, и тогда все придет и образуется само собой. Останется лишь протянуть руку и взять. (Протягивает руку.)

КРАМОВ. Разве так руку протягивают? Вот как надо (показывает): хап! ≈ и готово!

ЕЛЕНА. А иногда и ладошкой кверху подержать требуется. Вот так (ходит как нищенка): подайте христарадия!

КРАМОВ (вторя ей). Подайте копеечку, подайте копеечку! (Грубо.) Бог подаст!

ЕЛЕНА (ДМИТРИЮ). А ты не можешь так, тебе порода твоя еланинская мешает.

ДМИТРИЙ. Причем тут порода! Просто противно.

КРАМОВ. Пратив-на! Вона как заговорил! А за счет ее стариков-родителей тебе жить не противно?

ДМИТРИЙ. Я не живу за их счет, не живу!

КРАМОВ. Свежо преданьеце...

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Почему ты молчишь?

ЕЛЕНА. Я слушаю.

КРАМОВ. Вы сами ≈ как шашель! Трутень ≈ вот вы кто!

ДМИТРИЙ. Что? Ну это уж слишком! Что вы от меня хотите, а?

КРАМОВ. Маленького, коротенького "да" и ничего больше.

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Неужели ты хочешь, чтобы я воровал, крал, грабил. Ты этого хочешь? Этого?!

ЕЛЕНА. Я жить хочу, Митя, понимаешь, жить!

КРАМОВ. Сильно сказано! И главное, чрезвычайно свежо! (ДМИТРИЮ.) А не могешь жену достойно содержать, извини-подвинься, на такую-то кралю охотнички завсегда найдутся.

ДМИТРИЙ. Да?

КРАМОВ. Уж будьте покойны, ваше превосходительство.

ЕЛЕНА. Решайся, Митя. Или я сама сожгу Еланино. Сама!

КРАМОВ. Браво! Вот это характер! (ДМИТРИЮ.) Не вам чета. Ну?! Что мы как оцепенели, прямо застыли как в ожидании? Ну? Вам и делать-то ничего не нужно, только выдохнуть "да" и покраснеть как девочке. Ну? Алиби я вам обеспечу железное, а остальное ≈ не ваша забота. Презентуете мне коробочку спичек, и, как, говорится, адью, из искры возгорится пламя┘ И полыхнет ваше Еланино голубым жертвенным огнем! Ах, как я это исполню ≈ высший класс!

ЕЛЕНА. Соглашайся, Митя, соглашайся!

КРАМОВ. Дмитрий Александрович, ну, встряхнитесь же вы наконец! Почувствуйте себя мужиком, личностью. Мы ведь сами кузнецы своего счастья. Ваша жизнь ≈ в ваших руках. Ну? Смелее! Ну? По рукам, что ли? Да? Да? Ну?.. (Тянет к ДМИТРИЮ руку, ДМИТРИЙ подает свою.) Давно бы так. Уф! Взмок я с вами. Елена Сергеевна, поздравляю, ваш муж нынче не объелся груш.

ДМИТРИЙ. Я ведь, кажется, не сказал "да".

КРАМОВ. Что?! А что же вы сказали?

ДМИТРИЙ. До свиданьице, я вам говорю, до свиданьице. (Ведет КРАМОВА к двери.) Было очень интересно познакомиться. (Выпроваживает за дверь, подходит к столу, наливает рюмку коньяка, разглядывает содержимое на свет и выпивает. ЕЛЕНЕ.) Очень неплохой коньяк доложу я тебе. Ты, кажется, хочешь что-то сказать, дорогая?

ЕЛЕНА. Посуду будешь мыть ты, дорогой! (Идет мимо ДМИТРИЯ в спальню.)

ДМИТРИЙ (останавливает ЕЛЕНУ за локоть и насильно разворачивает к себе). Дура! Я сам сожгу Еланино. Слышишь?! Сам!!!

Затемнение.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Квартира Еланиных. В ней ничего не изменилось, разве что появились несколько картонных коробок, набитых всякой всячиной как при переезде. ЕЛЕНА гладит утюгом вещи и укладывает в чемодан, другой, уже собранный, стоит на полу. Входит ДМИТРИЙ, в руке у него портфель, который он вызывающе небрежно швыряет на пол.

ЕЛЕНА (не оборачиваясь). Нельзя ли потише.

ДМИТРИЙ. Да ты посмотри!.. (Подхватывает портфель, шагает к столу и вытряхивает прямо в чемодан, поверх уложенных вещей, пачки денег. На какое-то время они завораживают и ДМИТРИЯ и ЕЛЕНУ. Затем ЕЛЕНА опять начинает гладить.) Знаешь здесь сколько? Всего-навсего пятьдесят тысяч.

ЕЛЕНА. Убери, пожалуйста. Они мне мешают.

ДМИТРИЙ. Мешают? Ну ты даешь! (Принимается складывать пачки.) Ты же никогда столько не видела. Я их нарочно для тебя принес, чтобы ты посмотрела. Смотри!

ЕЛЕНА. Я уже посмотрела.

ДМИТРИЙ. Всего только пятьдесят тысяч. А представляешь, если все принести? Это же будет целая гора! Куча! (Двигает деньги к ЕЛЕНЕ.) Возьми с собой. Сколько хочешь возьми!

ЕЛЕНА. Спасибо. У меня есть.

ДМИТРИЙ. Да что там у тебя есть?! Бери!

ЕЛЕНА. Дыши, пожалуйста, в сторону.

ДМИТРИЙ. Что?!

ЕЛЕНА. От тебя воняет.

ДМИТРИЙ. Воняет? (Дует себе в ладонь, нюхает.) Это между прочим "Наполеоном" воняет.

ЕЛЕНА. Прикажешь понимать как двусмысленность?

ДМИТРИЙ. Что? (Польщено.) Да нет, конечно. (Обнимает ЕЛЕНУ.)

ЕЛЕНА (презрительно). Что?! (Продолжает гладить.)

ДМИТРИЙ Елка, ну, перестань дуться! Это же глупо. Глупо и, в конце концов, оскорбительно.

ЕЛЕНА. Не дыши на меня. Я же просила.

ДМИТРИЙ. Извини. (Отходит.) Нет, в принципе, ты правильно решила с Астраханью. Тебе необходимо отдохнуть, набраться сил. У родителей тебе будет лучше. Поезжай!

ЕЛЕНА. Ты, кажется, не веришь, что я не вернусь.

ДМИТРИЙ. Конечно, не верю. Иначе ни за что тебя бы не отпустил. (Хочет подойти к ЕЛЕНЕ, обнять.)

ЕЛЕНА. Не подходи! (ДМИТРИЙ останавливается.) А знаешь, почему не веришь? Думаешь, куда она теперь от этих денег денется. Поэтому и приволок их сюда. Скажешь, не так?

ДМИТРИЙ. Конечно, не так. Что за глупости?

ЕЛЕНА. Не глупости. Меня теперь не обманешь. Я теперь такая зрячая стала, хоть глаза коли. Думаешь, не вижу как ты от радости светишься? Как сияешь весь изнутри? Ну, скажи честно: рад?

ДМИТРИЙ. Если честно, я действительно рад. А почему бы мне, собственно, и не радоваться!

ЕЛЕНА. Еще бы! Такое дело сварганил. Всех вокруг пальца обвел. И меня дуру... (Всхлипывает.)

ДМИТРИЙ. Прошу тебя, успокойся. Тебе нельзя волноваться.

ЕЛЕНА. Можно. Мне теперь все можно.

ДМИТРИЙ. Что ты этим хочешь сказать?

В квартиру звонят, ДМИТРИЙ вздрагивает.

ЕЛЕНА. Вот так ты будешь вздрагивать всю оставшуюся жизнь.

ДМИТРИЙ (поспешно сгребая в портфель деньги). С чего ты взяла? Я вовсе даже и не вздрагиваю. (Под аккомпанемент непрерывных звонков ищет, куда бы деть портфель, скрывается в спальне и выходит уже без него.) А вдруг за мной следили? В сбербанке? Там один тип был подозрительный и женщина тоже?..

ЕЛЕНА (пугаясь). Ой, Митя! Не открывай!

ДМИТРИЙ. Спокойно, спокойно! Тебе нельзя волноваться. Так! Бери телефон и ступай в спальню. В случае чего звони в милицию. И зачем только я их взял? Зачем?! (Стучит себя по голове и идет к двери. ЕЛЕНА скрывается с аппаратом в спальне.) Кто там?

ГОЛОС. Полиция нравов. Открывайте!

ДМИТРИЙ открывает дверь. Входит улыбающийся КРАМОВ. В одной руке у него букет, в другой ≈ бутылка шампанского.

КРАМОВ. Извините за глупую шутку. Узнаете? Крамов Вадим Борисович. Ну, здравствуйте, здравствуйте, дорогой вы мой! (Заключает ДМИТРИЯ в объятия, целует.) Вы не представляете как я рад вас видеть! А Елена Сергеевна дома? Где же она?

ДМИТРИЙ. Она ≈ там... в спальне.

КРАМОВ. А-а! Понимаю, понимаю┘ То-то видок у вас всклокоченный. (Решительно.) Знаете что? Идите и продолжайте! (Подталкивает ДМИТРИЯ к спальне.) Я подожду, мне не к спеху.

ЕЛЕНА (выглядывая из спальни). Это вы?

КРАМОВ (на немецкий манер). Я, я! Натурлих! (Подходит к Елене.) Божественная! Вы не представляете как я счастлив вас видеть! Разрешите ручку? Щечку! Лобик! Носик!..

ЕЛЕНА. Это уже слишком.

КРАМОВ. Понимаю ваше негодование. Прервать любовные игры ≈ это все равно как неожиданно штанишки сдернуть. Помните, в детстве? Бывало подкрадешься и ≈ раз! Что вы конфузитесь? Мы же взрослые люди. И потом: что может быть естественнее любви?

ЕЛЕНА. Я не понимаю┘ О чем вы?

КРАМОВ. Да ладно, ладно!.. (ДМИТРИЮ.) Аж зарделась вся от смущения!

ДМИТРИЙ. Умерьте свои фантазии, прошу вас. Мы ничем таким не занимались.

КРАМОВ. О! О! О! Впрочем, в прерванной любви есть своя сладость. Но что такое? У вас чемоданное настроение? Отправляетесь в круиз? Ясно, что заграницу. Но куда?

ЕЛЕНА. В Астрахань.

КРАМОВ. И прекрасно! И не огорчайтесь! Что там за границей для русского человека хорошего? Уверяю, ничего нет. В Астрахани гораздо лучше. (Поет.) "Волга-матушка река, не видала ты подарка от донского казака"┘ А помидоры?! Да вы ж меня ими угощали┘ Кланяйтесь, непременно кланяйтесь вашему батюшке! А я вот свою родную "Ольховку" уже, наверное, и не увижу никогда. Ума не приложу, как она там под водой? Придется, видимо, аквалангом обзавестись, чтоб нырнуть вдругорядь. А что делать? Замучила ностальгия, спасу нет! (Показывает на бутылку шампанского.) В морозилку бы сунуть. Я, честно говоря, предпочитаю охлажденное. А вы?

ДМИТРИЙ. А я ≈ кипяченное.

КРАМОВ. Но это же невкусно! Впрочем, пардон, может, вы ≈ извращенец?

ДМИТРИЙ. Что?!

КРАМОВ. Я говорю: у каждого свои вкусы. Воля ваша, вскипятите себе полбутылки. В кастрюльке. Я не возражаю.

ДМИТРИЙ. Так! Вы зачем пришли? Что вам на этот раз угодно?

КРАМОВ. А вы будто бы и не догадываетесь? (Грозит пальцем.) Ох и хитрый-митрий! Еланино-то ваше сгорело!

ДМИТРИЙ. Да что вы говорите? Не может быть!

КРАМОВ. И я бы не поверил, если бы собственными глазами не увидал. Сгорело, уверяю вас. По окрестным деревням пепел летит, гарью пахнет, а во дворе вашем вместо дворянских хором, извиняюсь, остов обугленный на пепелище. Так что не могу не поздравить, ≈ славно дельце выгорело, славно. И позвольте от всей, так сказать души┘ (Раскрывает объятья и шагает к ДМИТРИЮ.)

ДМИТРИЙ (уворачивась). Порядочные люди с такими вещами не поздравляют.

КРАМОВ. Ну не ханжите, не ханжите, я этого не люблю!

ДМИТРИЙ. Плевать я хотел на то, что вы любите! Не подходите!

КРАМОВ (ему в тон). Не то зашибу! Что за бурлацкие манеры, Дмитрий Александрович? Прямо моветон какой-то. (ЕЛЕНЕ.) Вы не находите?

ЕЛЕНА. Нахожу.

КРАМОВ (ДМИТРИЮ). Скромнее надо быть, проще.

ДМИТРИЙ. Знаете что? Только не надо меня учить. Договорились?

КРАМОВ. У меня и в мыслях не было учить вас! Я, если хотите, наоборот, твердо и бесповоротно решил последовать вашему примеру. Раньше как-то рука не поднималась, а теперь все ≈ при первом же удобном случае пускаю свою родную "Осиновку" под огонь! И не отговаривайте! Подловлю момент, когда все мужское поголовье на сенокос укатит, и подпущу красного петушка. Гори оно все красным пламенем! Ну, пострадает какая-нибудь древняя старуха или даже две ≈ велика ли потеря? Зато поутру мужики прискачут, получат страховки и айда на пепелище новые избы рубить. По нонешним-то временам, да при моих-то связях очень даже цивильную деревеньку поставить можно.

ДМИТРИЙ. Ваша деревня ≈ под водой. Сами сказали, затоплена.

КРАМОВ. Ну не вся же. У нас деревня на высокой горе стояла. Низы, как водится, затонули, а верхи в аккурат торчат. Что им верхам-то сделается?

ДМИТРИЙ. Вас слушать ≈ все равно как┘ Словом, забирайте вы лучше свою бутылку и шагом марш в родную деревню. Аквалангом и спичками по дороге обзаведетесь. (Подталкивает КРАМОВА к двери.) Шагом марш, шагом марш!

КРАМОВ. Ну за что вы меня опять гоните, неблагодарный вы человек? Елена Сергеевна, пощадите!

ЕЛЕНА. Дмитрий! Что ты себе позволяешь?

ДМИТРИЙ. Ты хочешь, чтобы он остался?

КРАМОВ (сложив на груди руки). Умоляю!

ЕЛЕНА. Не обращайте на него внимания, Вадим Борисович, он коньяку напился и хамит. Я очень рада вашему приходу, и с удовольствием выпью с вами шампанского.

КРАМОВ. Огромное спасибо! (ДМИТРИЮ.) Что, съели?! Слабо против жены-то выступить? Вот так-то! Кстати, можете и вы с нами лакирнуться, я ≈ не жадный!

ДМИТРИЙ. Что?!

КРАМОВ. Коньячок, говорю, шампанским лакирнуть. Не пробовали? Ну что вы? Святое дело! Только вот охладить бы┘

ДМИТРИЙ. Черт знает что такое!

ЕЛЕНА. Не чертыхайся. (КРАМОВУ.) Обязательно охладим! (Забирает бутылку и уходит.)

КРАМОВ. Потрясающая женщина. Царица! Долго обхаживали?

ДМИТРИЙ. Вы уже спрашивали прошлый раз.

КРАМОВ. А может, вы мне в прошлый раз солгали! Я же не знаю┘

ДМИТРИЙ. Была нужда┘ врать вам. (Язвительно.) Ну, а ваша супружница как поживает?

КРАМОВ. Прекрасно, как и всегда. Недавно вот опять мне изменила, стерва.

ДМИТРИЙ. Что, что?!

КРАМОВ. Ну я ей тоже когда-нибудь такие рога наставлю!

ДМИТРИЙ (фыркает со смеху и отворачивается к окну). Простите.

КРАМОВ (отрывисто). Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Что? Вы что-то сказали?

КРАМОВ. Кто? Я? Ничего.

ДМИТРИЙ. Извините. (Отворачивается.)

КРАМОВ. Деньги давай!

ДМИТРИЙ. А? Что?!

КРАМОВ. Что?

ДМИТРИЙ. Вы опять ничего не говорили?

КРАМОВ. Помилуйте, я молчу как рыба об лед. А что было слышно, если не секрет?

ДМИТРИЙ. Да так, ничего особенного. (Отворачивается к окну, с напряжением ждет.)

КРАМОВ. Ден...

ДМИТРИЙ. Ага!

КРАМОВ. Денек, говорю, нынче расчудесный.

ДМИТРИЙ. Вы не это хотели сказать!

КРАМОВ (с интересом). А что же? (Не дождавшись ответа.) Вы меня пугаете прямо. Что с вами? Галлюцинации? Ну-ка, покажите язык?

ДМИТРИЙ (высовывая язык и убирая). Ну что вы придуриваетесь?

КРАМОВ. Не волнуйтесь, все и так ясно.

ДМИТРИЙ. Что вам ясно?

КРАМОВ. Я, конечно, не врач, за точность диагноза не ручаюсь, но при беглом осмотре, так сказать, навскидку┘ В ушах не звенит? Мальчиков кровавых не видите?

ДМИТРИЙ. Да пошли вы к черту! (С негодованием отворачивается.)

КРАМОВ. Как прикажете. Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Ну вот вы и попались!

КРАМОВ. Помилуйте! С чем?

ДМИТРИЙ. С поличными! Я четко слышал, это вы сказали: деньги давай!

КРАМОВ. Если так, то отпираться бесполезно.

ДМИТРИЙ. И что сие означает?

КРАМОВ. Что именно?

ДМИТРИЙ. Вот это вот, "деньги давай!"

КРАМОВ. Это ≈ психвоз.

ДМИТРИЙ. Что еще за психвоз?

Входит ЕЛЕНА с закусками на подносе.

КРАМОВ. Божественно! Какова хозяюшка, а!

ЕЛЕНА. Как поживаете, Вадим Борисович?

КРАМОВ. Так же как и весь русский народ. С надеждой на светлое будущее. Которое вот-вот нагрянет.

ЕЛЕНА. Нагрянет ли?

КРАМОВ. Непременно нагрянет. Задержка ведь только в названии.

ЕЛЕНА. Как это так?

КРАМОВ. Назовут наш строй супер развитым демократизмом и снова заживем лучше некуда.

ЕЛЕНА. Уж поскорее назвали бы.

КРАМОВ. Правительство над этим работает неустанно. (ДМИТРИЮ.) Я правильно рассуждаю?

ДМИТРИЙ. Что это значит, я вас спрашиваю?

КРАМОВ. Простите┘ вы про что?

ДМИТРИЙ. Психвоз!

КРАМОВ. А-а это... Не обращайте внимания.

ДМИТРИЙ. И все-таки?.. Я требую объяснений!

КРАМОВ. Даже не знаю как сказать... Это меня один деятель научил┘ Ты, говорит, когда что-нибудь надо, не проси, а психовоздействуй, то есть свои импульсы не явно, а скрытно посылай. Так, говорит, вернее будет. Вот я с тех пор и импульсирую изо всех сил.

ЕЛЕНА (хлопоча у стола). Мы сейчас все импульсируем.

ДМИТРИЙ. Денег просите?

КРАМОВ. Ага, деньженок┘ в несколько тыщенок.

ДМИТРИЙ. И дают?

КРАМОВ. Один раз уже дали┘ пять рублей. Пошутили, конечно, однако и на том спасибо. Много чего серьезного с шуток начинается. Вот и вы, я гляжу, улыбаться изволите.

ДМИТРИЙ. Развеселили вы меня, вот улыбаюсь. Пожалуй, так и быть, выпью с вами шампанского, лакирнусь, как вы говорите.

КРАМОВ. Снизошли все-таки┘ Спасибочки┘

ЕЛЕНА. Да не унижайтесь вы перед ним. (Уходит.)

КРАМОВ. Что это она, вроде, сердита на вас?

ДМИТРИЙ. Пустяки. (Оглядывает стол.) Так! Сколько раз говорил ≈ начинают накрывать стол с приборов! (Подходит к шкафу, начинает доставать приборы.)

КРАМОВ. Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Да будет вам. А впрочем, (роется в кармане) вот вам для почину червончик!

КРАМОВ (забирая деньги). Действует психвоз, действует! Причем ≈ по нарастающей!

ДМИТРИЙ. Вы, видно, всерьез поверили в эту чепуху.

КРАМОВ. Как же не верить?! (Показывает деньги.) Результат налицо! Но покамест в малых дозах.

ЕЛЕНА (входя с бутылкой шампанского). Все готово. Можно открывать.

КРАМОВ. Если позволите, это сделаю я. (Забирает бутылку.) У меня к этому тяга, призвание... Откровенно говоря, официант из меня вышел бы гениальный┘ Но чего нет, того нет.

ЕЛЕНА. А кем вы работаете? Если не секрет, конечно?

КРАМОВ. Какие могут быть секреты от вас. Я, ребята, главный космический конструктор.

ЕЛЕНА. Да ну вас!..

КРАМОВ. Не серчайте. Оп! (Откупоривает бутылку, разливает по фужерам, напевая на мотив "Песенки кавалергарда" из кинофильма "Звезда пленительного счастья".) Течет шампанское рекою, и нам не пить его нельзя┘ (Поднимает фужер.) Друзья мои! Разрешите провозгласить тост. Он родился во мне в тот самый момент, когда я увидел, что ваше родовое гнездо под названием...

ЕЛЕНА. Вадим Борисович!

КРАМОВ. Да! Что такое?

ЕЛЕНА. Простите, что перебила, но, если вы за сожженное Еланино, то я пить не буду.

КРАМОВ. Вот те раз! Почему?

ЕЛЕНА. Долго рассказывать.

ДМИТРИЙ. Она считает, что Еланино сжег я.

КРАМОВ. Так ведь именно за это я и предлагаю выпить. Красиво сработано, эффектно, лихо!

ДМИТРИЙ. Я не поджигал.

КРАМОВ. А вот это правильно, так и держитесь. Родной матери, отцу родному, а главное ≈ Елена Сергеевна, надеюсь, не обессудит ≈ жене родной не признавайтесь. Они ведь жены какие? Подластятся, стервы, все выведают, а потом сами же и настучат в одночасье. Так что это вы правильно решили: никому не сознавайтесь, стойте на своем, как монумент, не поджигал, дескать, и баста! А в случае чего: доказательства, мол, у вас имеются? Нет? Ну и пошли тогда к едрене фене!

ДМИТРИЙ. Вот вы первый и идите!

КРАМОВ. Замечательно! Только сторожй надо, сторожй! И взглядом бы полыхнуть! Вы все-таки теперь не прежний мямля-фуфля, а молодец, орел, победитель!

ДМИТРИЙ. Слушайте, вы!..

КРАМОВ. Так, так, так! Уже лучшее получается. (ЕЛЕНЕ.) А ведь это мы его на подвиг вдохновили.

ЕЛЕНА. Может, переменим тему?

КРАМОВ. Ну полно вам, полно. Понимаю, перенервничали, переволновались, но ведь все кончилось. И не просто, замечу, кончилось, а самым что ни на есть благополучнейшим образом. Сбылась, можно сказать, вековая мечта пролетариата ≈ и деньги взяты и светлое будущее впереди! Теперь у вас будет все: и автомобиль, и мягкая мебель. Ну, разумеется, кое-чего пока не будет. Морской прогулочной яхты, например, или собственного острова. Но ведь Дмитрий Александрович на достигнутом не остановится, он наверняка дальше пойдет. Глядишь, и конкурентом моим станет, а там и вовсе вытеснит меня с рынка.

ДМИТРИЙ. Невыносимый человек. Ну что вы несете, что?

КРАМОВ. Это я так, к слову. Конкуренции я не боюсь, на наш век работы всем хватит. Я вот давеча оглянулся окрест, и сердце мое исполнилось страданием ≈ это сколько же деревень нуждается в обновлении, сколько памятников культуры рушится от нехватки средств, сколько родовых имений пропадает? Так что не горюйте ≈ без работы не останемся.

ЕЛЕНА. Перестаньте! Надоело!

КРАМОВ. Я не понимаю, что происходит: праздник у нас или не праздник?! (ДМИТРИЮ.) Вы страховку получили?

ДМИТРИЙ. Полу... Слушайте: какое вам дело, а?

КРАМОВ. Значит, получил. (ЕЛЕНЕ.) Ну, что вам еще нужно?

ЕЛЕНА. Мне ничего не нужно!

КРАМОВ (ДМИТРИЮ). Нет, более неблагодарного народа, чем женщины, я в своей жизни не встречал. Все им не так, все им мало! Только в мужчинах и находишь истинное понимание. Честное слово, иной раз прямо жалеть начинаешь, что не той ориентации. Как хорошо было бы со своим же братом┘ (Тянется к ДМИТРИЮ.) Разрешите, я вас поцелую, так сказать, от всей души, как коллега коллегу┘

ДМИТРИЙ. Вы с ума сошли! (Вскакивает.) Не поджигал я, не поджигал!

КРАМОВ. Вот сейчас очень убедительно получилось, поздравляю.

ДМИТРИЙ. Да катитесь вы к чертям собачьим со своими поздравлениями! Последний раз вам говорю, не поджигал! Понятно?

КРАМОВ. Что ж вы так орете-то? Среди своих можно и потише. И потом я вам охотно верю. Только┘ Еланино-то┘ оно ведь того┘ сгорело?

ДМИТРИЙ. Ну сгорело!

КРАМОВ. И вам это не кажется странным?

ДМИТРИЙ. Нет. Что тут странного? Мало ли домов горит?

КРАМОВ. Так-то оно так, однако, я не поджигал, вы не поджигали, а оно ≈ фырк! ≈ и нету. (Смотрит на ЕЛЕНУ.)

ЕЛЕНА. Что вы на меня смотрите?

КРАМОВ. А шерше ля фам? Очень любопытная версия, очень! (ДМИТРИЮ.) Вы не находите?

ЕЛЕНА. Вам, что, делать нечего?

КРАМОВ. Вы меня извините, Елена Сергеевна, но эту версию необходимо отработать, хотя бы для порядка. (ДМИТРИЮ.) Придется нам это взять на себя, ибо только мы, мужчины, способны отделить ложь от правды, женщины этой способности лишены начисто. Судите сами ≈ моя жена. Я ей говорю ≈ вы, конечно, понимаете в какие минуты ≈ красавица, мол, умница, золотце. И что вы думаете? Моя кикимора всему этому верит! Представляете?! (ЕЛЕНЕ.) У вас, извиняюсь, алиби есть?

ЕЛЕНА. Подите вы к черту!

КРАМОВ (ДМИТРИЮ). Женщины удивительно хитрый народ. Они никогда вам не ответят напрямую, даже если вы подловите их на явном факте. Запомните: факты и точные даты женщины не признают вообще, ≈ они их оскорбляют. (ЕЛЕНЕ.) Так где вы находились в час пожара, голубушка?

ЕЛЕНА. Вы с ума сошли, да?!

КРАМОВ (ДМИТРИЮ). Видите! Типично женский ответ. Разрешите продолжать, товарищ полковник?

ДМИТРИЙ. Продолжайте, продолжайте, это интересно.

ЕЛЕНА. Интересно? Тебе интересно?!

ДМИТРИЙ. Ты даже не представляешь как. Тем паче, что в день пожара ты действительно дома не ночевала.

КРАМОВ. Замечательно! А где вы, голубушка, изволили ночевать, где?

ЕЛЕНА. В гнезде! Голубок! (ДМИТРИЮ.) А ты, ты!..

КРАМОВ (бьет рукой по столу). Встать, когда говорите с офицером! (ДМИТРИЙ и ЕЛЕНА впадают в оцепенение. КРАМОВ вскакивает и, прижимая руку к сердцу, раскланивается.) Простите великодушно. Забылся. Думал, что на службе┘ Виноват┘ И как это я?.. (Ласково.) Продолжим?.. Так где же вы изволили почивать в ночь пожара?

ЕЛЕНА (растерянно). У подруги┘

КРАМОВ. У подруги... Хорошее алиби, редкое┘ Она еще, надеюсь, жива?

ЕЛЕНА. Кто?

КРАМОВ. Ваша подруга. Вы можете вызвать ее сюда? Сейчас, немедленно?! Ну?! В глаза глядеть, в глаза!

ЕЛЕНА. Митя?..

ДМИТРИЙ. Оставьте ее, Вадим Борисович┘ Вы опять увлеклись┘ (ЕЛЕНЕ.) Теперь ты, надеюсь, понимаешь, как это отвратительно, когда тебе не верят?

КРАМОВ. Замечательно! (Вскакивает с фужером в руке.) Предлагаю тост за веру! Ну? Друзья мои! Уж за веру-то сам Бог велел┘

ДМИТРИЙ. Я не против┘

КРАМОВ. Елена Сергеевна, мы вам верим! В конце концов, замужняя женщина в ночь пожара может ночевать, где угодно. (ДМИТРИЮ.) Это вы здорово придумали с подругой.

ДМИТРИЙ. Ничего я не придумывал!

КРАМОВ. Ну, значит, Елена Сергеевна, сама озаботилась.

ЕЛЕНА. Как это все гадко, низко!

КРАМОВ. Не понял! Что именно?

ЕЛЕНА (ДМИТРИЮ). Неужели ты этого не понимаешь?

ДМИТРИЙ. Ты ведь сама настояла, чтобы (Кивает на КРАМОВА.) Вадим Борисович остался.

ЕЛЕНА. Я не о нем.

КРАМОВ. Друзья мои! Я провозгласил тост┘ За веру! (Чокается с ДМИТРИЕМ, тянется фужером к ЕЛЕНЕ.)

ДМИТРИЙ (глядя как ЕЛЕНА подносит бокал ко рту). Тебе же нельзя.

КРАМОВ. Почему нельзя? А-а! Понимаю, понимаю┘ Во мне комочек новой жизни зреет┘ Дети ≈ это замечательно! У меня у самого двое. Сын, правда, в тюрьме сидит, шалопай этакий, а дочка ≈ в лагере. В скаутском, пока.

ЕЛЕНА. За веру так за веру! (Не чокаясь, выпивает фужер.) А теперь слушайте мой тост. (КРАМОВУ.) Наливайте!

КРАМОВ. С удовольствием! Глоток шампанского еще ни одной беременной не повредил. (Наполняет фужер.)

ДМИТРИЙ. Елка, хватит!

ЕЛЕНА. Предлагаю тост за поджигателя! Пусть он будет счастлив, если сможет!

КРАМОВ. Прекрасный тост! (ДМИТРИЮ.) За вас!

ДМИТРИЙ. Почему за меня? За вас!

Оба смотрят на ЕЛЕНУ.

ЕЛЕНА. За поджигателя Еланина! (Опустошает фужер.)

КРАМОВ. Ну вот, я же говорил, за вас. Даже по фамильно назвали. Между прочим, хорошо звучит ≈ поджигатель Еланин!

ДМИТРИЙ. В тысячный раз вам говорю ≈ я не поджигал.

ЕЛЕНА (КРАМОВУ). Как вы сказали ≈ родной жене не признаваться? (Смеется, протягивает фужер.) Угощайте даму.

КРАМОВ. Вы пьяненькая ≈ прямо очаровашка!

ЕЛЕНА. Да? А что ж вы тогда на меня орали: в глаза смотреть, в глаза!

КРАМОВ. Увлекся малость. А потом у вас глаза, как омут ≈ бултых! ≈ и с головой.

ЕЛЕНА. Вы ≈ хитрый, но вы мне нравитесь. А вот он ≈ нет.

ДМИТРИЙ. Прекрати! Ты ведешь себя как вокзальная шлюшка. Дай сюда! (Пытается отобрать фужер.)

ЕЛЕНА. Пошел к черту! Командир нашелся!

ДМИТРИЙ. Ты, что, таким способом хочешь избавиться от ребенка?

ЕЛЕНА. У тебя не спросилась! (КРАМОВУ.) Давай выпьем, Вадик!

КРАМОВ. С вами ≈ хоть целое море. (ДМИТРИЮ.) А вы не огорчайтесь, в случае чего, абортируется. (ЕЛЕНЕ.) Вы на каком месяце?

ДМИТРИЙ. Прекрати я говорю!

ЕЛЕНА. Хочу и пью! Ясно? Указчик нашелся. (Подносит фужер ко рту, но ДМИТРИЙ бьет ее по руке, вино расплескивается.) С ума сошел, да?!

ДМИТРИЙ. Это ты сошла. Соображаешь, что делаешь?!

ЕЛЕНА. Он меня упрекает. Подумать только, он меня упрекает! Да кто ты такой? Ты, который родительский дом сжег, над женой своей надругался!..

ДМИТРИЙ. Замолчи, слышишь?! Замолчи!

ЕЛЕНА. Ты мне рот не затыкай. Ты мне его тогда заткнуть был должен, когда я на коленях перед тобой ползала, когда Господом Богом нашим единственным заклинала тебя отказаться и не жечь Еланино. Помнишь?! Клятву свою помнишь?! Ты лежал такой тихий-тихий, светлый-светлый┘ Говорил ≈ жить нужно честно. Боже, какой необыкновенной музыкой звучали во мне эти простые, ясные слова! Жить нужно честно. Я повторяла их про себя и думала: что же мы, люди? Как же мы зарождаем новую жизнь? Хотим ли мы тех, кто еще не родился? Думаем ли о них? И не потому ли так много вокруг уродливых и несчастных, что зачинались они в каждодневных грехах, среди скомканных простыней, по воле необузданной похоти. Ведь это же плохо, что человек зарождается случайно. Ведь надо же очень сильно его хотеть и думать о нем всечасно, с самого еще доначала, думать и очищать себя для восприятия его жизни. И тогда будут рождаться удивительные люди. Чистые, умные, добрые! И я захотела сына! И я зачала. Он возник во мне сразу. Отважный и сильный. Добрый и справедливый. Могущественный и нежный. И он был похож на тебя, Митя, на тебя... (Плачет.)

ДМИТРИЙ. Почему был? Он и сейчас в тебе, наш сын.

ЕЛЕНА. Теперь я не знаю, кто во мне. Ты обманул меня, Митя, нас обманул!..

ДМИТРИЙ. Нет! Родная моя, милая! Это неправда! Я не знаю как тебе доказать, но это неправда! Клянусь!

ЕЛЕНА. Не надо, Митя. Теперь все понятно: той ночью ты меня пожалел, успокоил, и сейчас хочешь┘ Только не надо этого, не надо больше┘

ДМИТРИЙ. Боже мой! Я не знаю как доказать, но ты не права, Елка, не права!

ЕЛЕНА. Я лицо твое помню, глаза, голос┘ когда ты о пожаре сказал. О, какое у тебя лицо было!..

КРАМОВ. Удивительно, что ему с таким лицом страховку выдали. Но суть не в этом. (ЕЛЕНЕ.) Ваши доводы, сударыня, абсолютно нелепы. Во-первых, наверняка родится девочка. Так уж завсегда бывает, наоборот. Во-вторых, если даже и мальчик, то по нынешним временам он в такого стервеца вымахать может, что в пору прямо сейчас превентивные меры принимать. В третьих, ваша теория и все такое прочее ≈ откровенная чушь. Кто же, скажите на милость, во время энтого дела о детках думает? Это уж опосля решают: избавляться или оставлять? Или сразу алименты требовать? Ну и, наконец, последнее: разве так уж важно кто поджег Еланино? Я, он, вы? Важно, что оно сгорело и что пожаро-следственная экспертиза ≈ а это, уверяю вас, очень серьезный орган ≈никакого злого умысла не обнаружила. Я правильно говорю, Дмитрий Александрович?

ДМИТРИЙ. Причина пожара не установлена.

КРАМОВ. Вот чему нужно мысленно и вслух аплодировать. Чистая работа! Опытом не поделитесь?

ДМИТРИЙ. Ну что вы за человек?!

КРАМОВ. Молчу, молчу! Мне просто, как профессионалу, интересно┘

ДМИТРИЙ. Я, кажется, русским языком говорю, не поджигал. Понятно? Не поджигал!

КРАМОВ. Я, конечно, не Станиславский, но я вам охотно верю. Один только ма-а-ленький вопросик можно?

ДМИТРИЙ. Пожалуйста. С удовольствием отвечу на все ваши маленькие и большие вопросики. Спрашивайте!

КРАМОВ. Психвозили сильно?

ДМИТРИЙ. Что вы имеете в виду?

КРАМОВ. Ну, импульсировали мощно?

ДМИТРИЙ. Ну что за вздор вы городите, несносный вы человек?!

КРАМОВ. Не обижайтесь, а лучше припомните: никому мысленно не приказывали, поди, мол, и сожги Еланино? Нет? Очень странно. Что, вообще о поджоге не думали? И даже вещички заранее не перевозили?

ДМИТРИЙ. Перевозил! И о поджоге думал! И даже громоотвод не починил! Но не поджигал, понимаете, не поджигал!

КРАМОВ. Стоп! Суду все ясно. Это ≈ психвоз! И не разубеждайте меня ≈ его работа. (Елене, показывая на ДМИТРИЯ.) Да от него, верно, такие импульсы отскакивали, что весь дачный поселок мог бы запросто вспыхнуть. (Возбужденно ходит.) Нет, действует психвоз, действует! У вас! А меня почему-то нет. (Отрывисто.) Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Вы меня потрясаете. Вам, что, деньги нужны? Могу одолжить. Сколько?

КРАМОВ. Сущие пустяки. Только не одолжить, а заплатить.

ДМИТРИЙ. Заплатить? За что?

КРАМОВ. Вы меня умиляете. Хотя бы за идею. Правда, она у меня не такая, за которую миллионы людей готовы жизнью своей жертвовать, но ведь это для вас и лучше, ≈ отдадите денежку, и свободны. Что вы так смотрите? Всякая идея чего-нибудь да стоит. А вы не знали? Ну, мой дорогой, так нельзя, прежде чем красть, необходимо хотя бы приблизительно выяснить ≈ сколько вам это может стоить, в годах или в деньгах. Иначе в такой впросак угодить можно┘ Один мой знакомец шагающий экскаватор по случаю спер. Казалось бы, очень нужная вещица, однако пока пристроил, в такие расходы вошел, что впредь с дуру воровать зарекся.

ДМИТРИЙ. Но я не крал вашу идею. Хотел воспользоваться, не отрицаю, но не воспользовался!

КРАМОВ. Но ведь Еланино сгорело?

ДМИТРИЙ. Сгорело.

КРАМОВ. Значит, моя идея сработала?

ДМИТРИЙ. Господи! Ну причем тут ваша идея? Дом сгорел случайно. Поймите ≈ случайно!

КРАМОВ. Вы об этом женке своей расскажите. Случайно, милостивый государь, дома не горят! Это ≈ во-первых, а во-вторых, ведь моя идея ≈ не случайна. Больше того, она очень даже зажигательная идея. Разве не так?

ДМИТРИЙ. Согласен! Но причем тут я?

КРАМОВ. Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Вот вам, а не деньги! (Показывает кукиш.)

КРАМОВ (ЕЛЕНЕ). Зачем он меня расстраивает, а?

ЕЛЕНА. Изолгались все, излживились┘ Никому верить нельзя, никому!

КРАМОВ. Слышите? Хоть жену свою беременную постыдитесь┘.

ДМИТРИЙ. Нечего мне стыдиться! И вообще, почему я должен доказывать, что я не верблюд?

КРАМОВ. Этого доказывать не нужно, верблюд ≈ животное благородное.

ДМИТРИЙ. Что? Что вы этим хотите сказать?

КРАМОВ. Вот вызовут вас к прокурору, тогда поймете.

ДМИТРИЙ. К прокурору? Зачем?

КРАМОВ. А вы рассчитываете на мое молчание? Напрасно. Как порядочный гражданин, я расскажу все и даже больше того.

ДМИТРИЙ. Что, значит, все? Нечего вам рассказывать!

КРАМОВ. Увы, мой друг, и отнюдь! Так что, сушите сухарики.

ДМИТРИЙ. Бросьте! Не запугаете. У вас доказательства имеются? Вот то-то и оно. А я попрошу запротоколировать все ваши показания и подам на вас в суд. За клевету!

КРАМОВ. Браво! Великолепный ответ! Слегка припахивает плагиатом, но автор не в претензии. Слушайте! Отчего бы вам не записаться ко мне в ученики? Мальчуган вы способный, а в зарплате я уж не обижу.

ДМИТРИЙ. Вам еще не надоело паясничать?

КРАМОВ. Значит, отказываетесь? Жаль. Есть у меня, братцы, заветная мечта ≈ расширить дело. А что? Набрать десятка два-три смекалистых ребятишек да и обучить бы одних на поджигателей, других ≈ на страховых агентов. Пусть себе по России-матушке ходят┘ Одни страхуют, другие поджигают┘ Это сколько же деревень обновить было бы можно! (Вздыхает.) А что касается доказательств, то, вы правы, к прокурору без доказательств не ходят┘ И я не пойду без оных.

ДМИТРИЙ. Вот так-то лучше.

КРАМОВ. А с доказательствами пойду!

ДМИТРИЙ. С какими?

КРАМОВ. Естественно, с неопровержимыми. Вам их тоже предъявить, или на слово поверите?

ДМИТРИЙ. Какой же идиот вам на слово поверит?

КРАМОВ. Таким доказательствам даже такой как вы поверит. (Достает из кармана диктофон, нажимает кнопку, звучит рок. Пританцовывая.) Я просто тащусь от этой вещицы┘ (Танцует перед ЕЛЕНОЙ.) Называется "Ничего не бойся, дорогая".

ЕЛЕНА. Прекратите этот балаган!

Музыка обрывается.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ. Митя, скажи мне: ты твердо решил поджечь Еланино?

ГОЛОС ДМИТРИЯ. У меня нет другого выхода, дом разваливается на глазах. Ты же знаешь ≈ шашель┘

КРАМОВ. Про шашель-то вы загнули, Дмитрий Александрович, не было никакого шашеля, это я его для пущего антуража выдумал.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ. Но ведь это опасно! Тебя ведь в тюрьму посадят!

ГОЛОС ДМИТРИЯ. Не посадят! Я все продумал. Сначала загорится электропроводка ≈ так часто бывает ≈ от нее вспыхнут обои┘ я их нарочно надорву┘ Огонь поползет по стенам, охватит потолки и, когда вырвется наружу, остановить его будет невозможно.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ. Мне страшно, Митя, страшно!

Врывается все та же музыка.

КРАМОВ (начиная пританцовывать). А, кассетка, а?! Прокурор будет в полном восторге.

ЕЛЕНА. Негодяй! Какой же вы негодяй!

КРАМОВ. Миль пардон, мадам. Бабки на стол, и вся музыка ваша! При имеющихся доказательствах отдаю недорого, всего за десять процентов. Соглашайтесь, Дмитрий Александрович, не прогадаете.

ДМИТРИЙ. Откуда это у вас?

КРАМОВ. Вы имеете в виду запись? (Вынимает кассету, кладет на стол.) К глубокому сожалению, ответить на ваш правомочный вопрос не могу ≈ сие есть служебная тайна.

ДМИТРИЙ. Вы подлый шантажист!.. Вы, как наглый вор, влезли в квартиру, установили диктофон, посягнули!..

КРАМОВ. Посягнул! Не отрицаю. А что прикажите делать? Смотреть как честно заработанные денежки в ваш карман уплывают? Не пройдет! Справедливость ≈ превыше всего!

ДМИТРИЙ. Справедливость?!

КРАМОВ. Конечно. Вы же первый затеяли нечестную игру, присвоили мою идею, прогнали меня вон, а сами┘ Так что, извините, дорогой, но я вам просто не позволил выиграть, вот и все.

ДМИТРИЙ. Хорошо. Я дам вам деньги, дам┘ (Идет в спальню.) Сейчас вы все получите сполна, по полным заслугам! (Скрывается за дверью.)

КРАМОВ (ЕЛЕНЕ). Ну не будьте бякой, не обижайтесь!..

ЕЛЕНА. Подлец! Негодяй! Ничтожество!

КРАМОВ. Ну зачем же так? Хотите все эти деньги я потрачу на вас? Поедем на Багамы, будем валяться на песке, кушать дыни┘

ДМИТРИЙ (с ружьем в руках). Руки вверх, сволочь!

КРАМОВ (с готовностью вскидывая руки). Не понял? Это вы мне?

ДМИТРИЙ. Сейчас поймешь. Встать, гадина! Ну?! (КРАМОВ вскакивает.) Три шага назад!

КРАМОВ (оглядываясь). Виноват, здесь трех, наверное, не будет. Ну хорошо, хорошо, я попробую┘ (Пятится.) Один, два, два с половиной, ≈ уперся.

ДМИТРИЙ. Стоять! (Сбрасывает со стола кассету и наступает на нее ногой.)

КРАМОВ. Что вы делаете?! (Бросается вперед.) Там же ≈ Пугачева с Киркоровым!..

ДМИТРИЙ. Стоять! (Вскидывает ружье.) По стене размажу!

КРАМОВ. Пощадите! (Падает на колени.)

ДМИТРИЙ. Боишься, гад!

КРАМОВ. Трепещу! Ружье в руках интеллигента ≈ что может быть страшнее? Да опустите же вы, ради всего святого, стволы! Ведь громыхнут ≈ хлопот не оберемся.

ДМИТРИЙ. Ну, кто выиграл, кто?

КРАМОВ. Вы! Признаю прямо и безоговорочно. Разрешите с колен подняться? (ДМИТРИЙ отводит ружье.) Уф, даже в пот бросило. Ну и Дмитрий Александрович ≈ не ожидал┘ Прямо ковбой техасский! (Лезет в карман, вынимает платок и еще одну кассету.) О! Еще одна завалялась совершенно случайно. Отдать? (Протягивает ДМИТРИЮ.) Берите, берите! У меня дома еще есть, контрольная┘

ДМИТРИЙ. Ну, сволочь!.. (Вскидывает ружье.)

КРАМОВ. Бах! (Стреляет пальцем.) Извини, приятель, но мой кольт заговорил первым. (Дует в ствол.)

ДМИТРИЙ. Скотина! (Отшвыривает ружье и идет с кулаками на КРАМОВА.) Защищайся, сволочь!

КРАМОВ. К сожалению, не умею, не научился. (Отводит назад руки и вытягивает шею.) А вы бейте, Дмитрий Александрович, не стесняйтесь. Бейте прямо в лицо, в глаза, губы. Я потерплю. Бейте.

ДМИТРИЙ. Ничтожество! (Отворачивается от КРАМОВА, и в тот же момент КРАМОВ нападает на него сзади, захватывая рукой шею и валя на спину.) Ах ты так?!.

КРАМОВ (удерживая ДМИТРИЯ). Извините, Дмитрий Александрович, но этот приемчик у меня с детства отработан. Главное, кислород перекрыть, а там и до полного удушения недалече. Не надо рыпаться, себе же дороже будет. (Сдавливает шею, ДМИТРИЙ хрипит.) Вот видите, как это делается.

ЕЛЕНА (с ружьем в руках). Отпустите его, или я вас стукну!

КРАМОВ. И вы с ружьем? Ну и семейка! А не боитесь, что хуже будет?

ЕЛЕНА. Угрожаете? Хотите и меня шантажировать? Вот вам! (Бьет КРАМОВА в спину, тот отклоняется, и удар приходится ему в голову. КРАМОВ валится на пол.)

ДМИТРИЙ (не сразу). Куда ты его?

ЕЛЕНА. Кажется, в голову попало. (Роняет ружье, закрывает лицо руками.)

ДМИТРИЙ (склоняясь над КРАМОВЫМ). Вадим Борисович? Вадим Борисович?..

ЕЛЕНА. Что с ним?

ДМИТРИЙ. Не знаю. (Опускается на колени, прикладывается ухом к груди КРАМОВА.) Вроде дышит.

КРАМОВ. Как хорошо, что я не умер. (Отпрянувшему ДМИТРИЮ.) Деньги давай!

ЕЛЕНА (кричит). Отдай ему деньги, отдай!

КРАМОВ. Разумное слово и слышать приятно. (Садится, ощупывает голову.) Шишка! (ДМИТРИЮ.) Как думаете, больничный дадут?

ЕЛЕНА. Он же не отстанет. Будет ходить каждый день и просить.

КРАМОВ. Деньги давай!

ЕЛЕНА. Ты же видишь, что это за человек! Отдай, отдай ты ему эти проклятые деньги!

КРАМОВ. Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Пока не скажешь, как ты пробрался в мой дом, как сделал запись, ничего не получишь, ни копейки!

КРАМОВ. Вы меня ставите в затруднительное положение. Откровенно говоря, лучше бы вам этого не знать.

ДМИТРИЙ. За меня не беспокойтесь!

КРАМОВ. Это государственная тайна. Я не могу.

ДМИТРИЙ. Ну хватит же дурака валять! Надоело!

КРАМОВ. Я же не виноват, что вы ничему не верите! Что ж, раз вы такой упертый, пожалуйте: при помощи космической связи.

ДМИТРИЙ. Что при помощи космической связи?

КРАМОВ. За вашей квартирой оттуда (показывает на небо) было установлено круглосуточное наблюдение, остальное ≈ дело элементарной техники.

ДМИТРИЙ. Черт побери! Кто вы такой на самом деле, а?

КРАМОВ. Я уже докладывал ≈ главный космический директор.

ДМИТРИЙ. Вы же говорили ≈ поджигатель?

КРАМОВ. Только на время конверсии. Зарплату какой месяц не дают, вот и приходится выкручиваться.

ДМИТРИЙ. Так я вам и поверил!

КРАМОВ. Дело ваше. Только ваш брат архитектор нынче тоже где только не крутится.

ДМИТРИЙ ( ЕЛЕНЕ). Ты ему веришь?

ЕЛЕНА. Нет.

ДМИТРИЙ. Я тоже не верю.

КРАМОВ. И совершенно напрасно. Вот вы опять не поверите, а я даже в кино снимаюсь, хотя, как страшно засекреченному субъекту, мне это категорически запрещено. Но уж больно фильм интересный попался! Три мушкетера, слыхали?

ДМИТРИЙ. Три мушкетера! Во дает! И кого же вы там играете? Д. Артаньяна?

КРАМОВ. Зачем д.Артаньна? Этого┘ как его┘ миледи┘

ДМИТРИЙ. Что-о? Миледи?!

КРАМОВ. Ага, миледи. Вас это удивляет?

ДМИТРИЙ. Но она же женщина?!

КРАМОВ. Именно! Но какая! Ясный холодный ум, твердая воля, божественная красота и дьявольское коварство. Словом, в точности мой характер. Помните, как она уговаривала Фельтона? Не помните? Одну минуту┘ (Достает из дипломата книгу, находит страницу, читает:) "Меч Всевышнего слишком тяжел для руки моей. Дайте же мне умереть, чтобы избегнуть бесчестья, дайте мне найти спасение в мученической смерти! Я не прошу у вас ни свободы, как сделала бы преступница, ни мщения, как сделала бы язычница. Дайте мне умереть, вот и все. Я умоляю вас, на коленях взываю к вам: дайте мне умереть, и мой последний вздох будет благословлять моего избавителя". Или вот еще: "Она повернулась к нему ≈ д. Артаньяну ≈ уже не как разъяренная женщина, а как раненая пантера.

≈ Негодяй! ≈ сказала она. ≈ Мало того, что ты подло предал меня, ты еще узнал мою тайну!"... (Сверлит ДМИТРИЯ взглядом.) Это ≈ не намек, это случайно выпало. "Ты умрешь!" Или вот еще...

ДМИТРИЙ. Нет уж, черт возьми, с меня хватит. И без того голова кругом.

КРАМОВ. Деньги давай.

ДМИТРИЙ. Ну почему, почему, объясните вы мне, я должен давать вам свои деньги?! Это же чистейшей воды шантаж, самое обыкновенное подлое вымогательство!

КРАМОВ. Я, смотрю, вы мастер ярлыки вешать, только мне ведь без разницы.

ДМИТРИЙ. И не верю я вам! Какое, к чертям собачьим, космическое наблюдение?! Как вы сделали ключи, как пробрались в квартиру?! Отвечайте!

ЕЛЕНА. Эту запись сделала я.

ДМИТРИЙ. Что? Ты, наверное, шутишь, дорогая?

КРАМОВ. Кой черт вас за язык дернул? Еще немного и я бы вывернулся.

ЕЛЕНА. Замолчите! Вы подло обманули меня! (ДМИТРИЮ.) Я не шучу.

ДМИТРИЙ. Но зачем? Я не понимаю┘

ЕЛЕНА. А что мне оставалось? Ты превратился в маньяка. Ничего не видел, не слышал, только ≈ огонь, огонь! Вещи начал перевозить. А мне было страшно. Ведь тебя могли посадить. А ты ничего не слышал. И тогда я пошла к нему┘ Чтобы он что-нибудь придумал, остановил тебя, отговорил от поджога.

КРАМОВ. И я придумал! В одну секунду! Сделать вот эту магнитофонную запись. Не правда ли, остроумно?

ЕЛЕНА. Он сказал, что придет с этой записью к тебе, и ты откажешься от задуманного, что тебе ничего другого не останется, поскольку┘

КРАМОВ. Только полный идиот может идти на дело, зная, что против него уже сфабрикованы неопровержимые улики. Разве не так?

ДМИТРИЙ. И ты согласилась?

ЕЛЕНА. А что мне оставалось? Ты же ничего не слышал!

ДМИТРИЙ. Спасибо.

КРАМОВ. Не обижаетесь! Ведь Елена Сергеевна хотели как лучше.

ДМИТРИЙ. Я не сомневаюсь. (ЕЛЕНЕ.) Ну и что теперь делать?

ЕЛЕНА. Не знаю. Он обманул меня, сказал, что уничтожил эту запись.

КРАМОВ. Сказал, но не уничтожил. А вдруг, думаю, да пригодится.

ДМИТРИЙ. Один вопрос┘ Вы спали с ней? (Пальцем показывает на ЕЛЕНУ.)

КРАМОВ. Странный вопрос. Вообще-то с женщинами я время на сон не теряю┘

ДМИТРИЙ. Впрочем, к чему я спрашиваю? Такие, как вы, ничего просто так не делают. Услуга за услугу. Ведь так у вас было, так?

ЕЛЕНА. У нас ничего не было, клянусь!

ДМИТРИЙ. А как он вообще здесь оказался? Прикинулся поджигателем, а? (Хватается за голову.) Вы обманули меня!

КРАМОВ. Пардон, месье, но на ваш вопрос я не ответил. (Помолчав.) Хотел, не скрою, но, увы, не удостоился. Елена Сергеевна, к сожалению, была не вполне здорова┘ Ну вы меня понимаете┘ и поэтому┘

ДМИТРИЙ. Вон! Немедленно вон!

КРАМОВ. Но ничего же не было!

ДМИТРИЙ. Вооон!

КРАМОВ. Даже невинных поцелуев┘

ДМИТРИЙ. Какая чудовищная грязь! Как ты могла?! Как?!

КРАМОВ. Ну, начались отелловские страдания! (ЕЛЕНЕ.) А ведь это вы виноваты. "Я сделала запись, я!" Кто вас за язык тянул? Теперь вот наблюдайте!

ДМИТРИЙ. Ты меня втянула в эту грязь, в эту мерзость! А потом предала!

КРАМОВ. Она спасти вас хотела, неблагодарный!

Дмитрий. Да? Разве так спасают? (ЕЛЕНЕ.) Ты ведь подставила меня!

ЕЛЕНА. Ты прав ≈ это я во всем виновата, я! (Плачет.)

КРАМОВ. Утешьте жену, Дмитрий Александрович! У меня прямо сердечная мышца надрывается, на нее страдалицу глядючи.

ДМИТРИЙ. Перестань. Не надо при этом типе.

КРАМОВ. Ну что я вам такого сделал, что вы все время на меня обзываетесь?

ДМИТРИЙ. Вам это будет непонятно, но мы до вас неплохо жили. Во всяком случае, честно!

КРАМОВ. Ну сколько веревочке не виться┘ Значит, я во всем виноват?

ДМИТРИЙ. Конечно вы! А кто же?

КРАМОВ. Вы меня достали! Елена Сергеевна плачет, вы в истерике, ≈ колюсь, как орех! Дима, Лена, дорогие мои человеки! Я не в силах нести незаслуженную ответственность за развал вашей дружной семьи. Прошу включить все магнитофоны Советского Союза, экстренное сообщение┘ Это я поджег Еланино, я!

ДМИТРИЙ. Вы?

КРАМОВ. Ну, конечно. Кто же еще для вас постарается? Ну, обнимите же меня, поскорее, обнимите! (Обнимает оцепенелых ДМИТРИЯ, ЕЛЕНУ.) Не хотел колоться, но пришлось. (Ласково.) Деньги давай.

ДМИТРИЙ. Зачем же вы это сделали?

КРАМОВ. Да так, блажь нашла. (Укоризненно.) Что за идиотские вопросы? (Показывает на ЕЛЕНУ.) А у жены-то слезки высохли и глазки заблестели!

ДМИТРИЙ. Но я вас не просил!

КРАМОВ. И как вам только не совестно, Дмитрий Александрович! Разве настоящие друзья дожидаются крика о помощи? И потом, вы так мощно психвозили, что однажды ночью я не выдержал, пошел и сжег, к чертям собачьим, ваше Еланино. Гори оно, думаю, синем пламенем, чтобы из-за него ночами не спать. Оно и сгорело.

ЕЛЕНА. Вы, конечно, шутите?

КРАМОВ. Какие шутки, когда он (показывает на ДМИТРИЯ) и днем и ночью меня изводил! Замучил, честное слово, извел!

ДМИТРИЙ. Я?!

КРАМОВ. А то кто же? (ЕЛЕНЕ.) Все жалели, что от услуг моих скоропалительных отказались и сами духом ослабли. Даже через горсправку меня отыскивать собирались. (ДМИТРИЮ.) Я правильно излагаю?

ДМИТРИЙ. Кукареку!

КРАМОВ. Не понял.

ДМИТРИЙ (кричит). Кукареку! (Трясет головой и смотрит на КРАМОВА.)

КРАМОВ. Теперь понял ≈ нечистую силу прогоняете? Я вам помогу, у меня тоже есть заговор. (Оттягивает на манер юбочки брюки и начинает ходить вокруг ДМИТРИЯ.) Ко-ко-ко, ко-ко-ко, я снесу тебе яйцо. Яичко не простое, а очень уж большое. (Останавливается.) Не пришло еще время петушиным крикам, Дмитрий Александрович. Деньги давай!

ЕЛЕНА. Неужели это правда? (ДМИТРИЮ.) Неужели это не ты?

КРАМОВ. И не сумлевайтесь. Разве им с огнем совладать? Это нашенское занятие. Мы к огню с измальства приставлены.

ЕЛЕНА. Я, наверное, с ума сойду. Неужели это не ты? (КРАМОВУ.) Не он? Вы меня не обманываете?

КРАМОВ. Я вам как миледи миледи ≈ чистая правда! Можете от него рожать кого хотите, на нем греха нет. Моих рук дело.

ЕЛЕНА. Митенька! Я перед тобой так виновата, так виновата...

ДМИТРИЙ. Погоди! (КРАМОВУ.) Почему я вам, собственно, должен верить? (Грозит пальцем.) Э, нет, меня так просто не купишь. Я теперь очень хорошо понял вашу сущность. Вы мастер подлаживаться, ничего не скажешь, но меня не проведешь┘ Знаете, кто вы? Вы ≈ изворотень, вот вы кто!

КРАМОВ. Изворотень?

ДМИТРИЙ. Да! Изворотень!

КРАМОВ. Хорошее слово. Обидное, но хорошее. (Испытующе.) Значит, опять не верите?

ДМИТРИЙ. Нет!

КРАМОВ (ЕЛЕНЕ). И вы тоже?

ЕЛЕНА. Я не знаю┘ хотелось бы┘

КРАМОВ. Какой же я все-таки умный мужик! Прямо на себя не нарадуюсь. Я ведь недоверие ваше заранее предвидел, поэтому кое-что┘ Однако не поймите меня превратно, но на этот раз хотелось бы чтоб вначале было слово.

ДМИТРИЙ. Какое слово?

КРАМОВ. Хотелось бы как можно больше честное. Что, после получения доказательств, произведете со мной полный и безоговорочный расчет в двойном размере. Даете?

ЕЛЕНА. Даем, даем!

КРАМОВ. В таком случае, как говорил Владимир Маяковский, нате! (Вытаскивает из кармана фотографию и бросает на стол.) Это вас, надеюсь, удовлетворит?

ДМИТРИЙ (берет фотографию). Мама с папой! Я так жалел, что она сгорела. А другие?.. Там еще были!..

КРАМОВ. Целы, все целы. (Бросает другие фотографии.) Всю вашу родню из полымя вытащил. Можно сказать, на собственных руках, с немалым риском для жизни┘ (Всхлипывает.) Стараешься, стараешься, а благодарности не дождешься.

ЕЛЕНА. Спасибо вам, спасибо!

КРАМОВ. Наконец-то, удостоился. Я, между прочим, тоже о вас помнил. Пожар свой в вашу честь назвал ≈ "Еленой". Я, видите ли, завсегда своим пожарам женские имена даю, как тайфунам.

ЕЛЕНА. Ну что вы! Я этого не стою. Я такая дура, такая дура┘ Митенька, прости меня, родной, прости!.. (Плачет.)

ДМИТРИЙ. И ты меня прости. Я тоже хорош был. (Обнимаются.)

КРАМОВ. Как трогательно! Однако, деньги давай!

ДМИТРИЙ. Деньги? Да-да, сейчас принесу.

Уходит в спальню.

КРАМОВ. Ну вот, а вы, глупенькая, боялись.

ЕЛЕНА. Я так счастлива!

КРАМОВ. Понятное дело! Хорошо ли с преступником-то жить-ладиться.

ЕЛЕНА. А как же вы?..

КРАМОВ. А что я?

ЕЛЕНА. Живете?

КРАМОВ. Откровенно говоря, нехорошо живу, да уж теперь ничего не поделаешь ≈ втянулся.

ЕЛЕНА. Жить надо честно! Я это теперь на всю жизнь поняла.

КРАМОВ. Благодаря мне, между прочим.

ЕЛЕНА. Да. И благодаря вам тоже.

КРАМОВ. Стало быть, мне и дальше надо оставаться поучающим примером, глядишь, опять кого-нибудь на праведный путь выведу. О, Дмитрий Александрович, с деньжатами выплыли! (Потирает руки.) Наконец-то!

ДМИТРИЙ. Я только не пойму: почему вы сказали в двойном размере? Мы, кажется, за десять процентов договаривались?

КРАМОВ. Во-первых, мы с вами не договаривались, а во-вторых, именно потому и в двойном, что работать пришлось на собственный страх-риск и к тому же в воскресенье┘

ДМИТРИЙ. Я понимаю, но двадцать процентов ≈ это много.

КРАМОВ. Совсем не много, уверяю вас. Это только кажется, что много, а если вдуматься, то ≈ что такое двадцать процентов? ≈ сущий пустяк.

ДМИТРИЙ. Ничего себе пустяк! Да сегодня заказное убийство меньше стоит! А вы за какой-то там пожар и сколько просите!

ЕЛЕНА. Что ты говоришь, опомнись!

ДМИТРИЙ. Да чего опомнись! Я правду говорю. Мне рассказывали. Убить человека ≈ человека! ≈ стоит всего...

КРАМОВ. Простите, кто вам рассказывал? Убийца?

ДМИТРИЙ. Почему убийца? Знакомый.

КРАМОВ. Сразу видно, что ваш знакомый убийца никогда и ничего не жег. Иначе ему и в голову не пришло бы сравнивать. Как можно? Пожар ≈ дело пламенное, убийство же, наоборот, мокрое. Это каждому известно. И потом: убить человека чрезвычайно легко и просто, на это, как говорится, ума большого не нужно. А вот сотворить безукоризненное с точки зрения пожаро-следственной экспертизы возгорание дано далеко не каждому. Это, смею вас заверить, высочайшее искусство. И не возражайте! Не верите ≈ попробуйте сами: сначала убейте кого-нибудь, а потом что-нибудь сожгите. Только так, чтобы страховку сполна выплатили, тогда и увидите разницу.

ДМИТРИЙ. Никого я не собираюсь убивать, но двадцать процентов ≈ много.

КРАМОВ. А я говорю ≈ нет.

ДМИТРИЙ. А я говорю ≈ много.

КРАМОВ. Значит, по-вашему, инициатива не должна поощряться?

ДМИТРИЙ. Я этого не говорю, но вы просите слишком много, поверьте.

КРАМОВ. Вот уж не думал, что мы будем торговаться. Не по-дворянски как-то, не находите?

ДМИТРИЙ. Я не торгуюсь, но лишних денег у меня нет. Зачем же я буду переплачивать?

КРАМОВ. А как же слово?

ДМИТРИЙ. Какое слово?

КРАМОВ. Вы же слово давали! Кричали: "даем, даем"!

ДМИТРИЙ. Я не кричал.

КРАМОВ. Елена Сергеевна?!.

ЕЛЕНА. Это же ничего не меняет, ничего.

КРАМОВ. Что не меняет? Вы о чем?

ЕЛЕНА (ДМИТРИЮ). Понимаешь? Ничего не меняет!

ДМИТРИЙ. Я понимаю, но пойми и ты, мне, в конце концов, не денег жалко. Тут принцип важен. А я не хочу, чтобы он считал меня дурачком. (КРАМОВУ.) Много двадцать, много! Я точно знаю.

КРАМОВ. Хорошо, раз уж вы такой точный, будь по-вашему ≈ согласен на девятнадцать с половиной. По рукам?!

ДМИТРИЙ. Вроде бы взрослый человек!..

КРАМОВ. Опять не согласны?! Побойтесь Бога, Дмитрий Александрович!

ДМИТРИЙ (ЕЛЕНЕ). Он меня за дурачка считает. Ведь много же двадцать, правильно?

ЕЛЕНА. Все равно сколько┘ Это ничего не меняет┘ десять┘ двадцать┘ Мы ≈ преступники, Митя, мы его соучастники┘ Понимаешь? Мы ≈ поджигатели!

КРАМОВ. Чего только не померещится беременной бабе?! Голубушка! Ну какие же вы поджигатели?! Вы ≈ погорельцы!

ЕЛЕНА. Замолчите! Кто вам дал право вмешиваться в наши дела, распоряжаться нашими судьбами? Вы кто?! Зачем вы сожгли Еланино, зачем?

КРАМОВ. Красавица! С ума, что ли, вы на радостях спятили? Кто вам сказал, что я сжег Еланино? Да плюньте вы тому в рожу его бессовестную. Вот стоит поджигатель-то, супружник ваш ненаглядный, Дмитрий Александрович Еланин, от которого вы, кажись, сыночка ждете необыкновенного. Он поджог-то совершил, и вам это более чем кому-либо, известно, потому как не без вашей помощи все его злонамерения документально зафиксированы. Да неужто ему теперь из-за каких-то паршивых денег в тюрьму прикажите садиться? Вот ведь как дело обстоит, дорогие мои товарищи.

ЕЛЕНА. Что же я надела, Митя?! (Прижимается к ДМИТРИЮ.)

ДМИТРИЙ (обнимая ЕЛЕНУ). А вы нас не пугайте! Честный тюрьмы не боится!

КРАМОВ. А смелого штык не берет! Смешные вы ребятки! Забыли, с кем дело имеете? Я же ≈ изворотень! Что захочу, то с вами и сделаю. Вот вы, Дмитрий Александрович, сейчас жену к себе нежно прижимаете, а скажи я вам про нее одно только словечко, одну только, может быть, случайно подсмотренную родинку упомяни на ее теле белом, и вы отшвырнете ее как тварь позорную, как гадину липкую.

ЕЛЕНА. Не верь ему, Митя, не верь!

КРАМОВ. А куда ж он денется? Поверит как миленький. Плохому все верят. И знаете почему? Потому, что оно больше похоже на правду, потому, что плохое ≈ это и есть наша жизнь, и хорошего в ней ≈ лишь случайные проблески. Надейтесь на них, живите ради них, хватайте их, как рыба, наживку, но помните, что при каждом промахе вы напоретесь на голый крючок, потому что кто-то ухватит жирного тельца первым.

ЕЛЕНА. Зачем вы к нам пришли? Мы были счастливы!

КРАМОВ. Врете! Счастливые дома не поджигают!

ЕЛЕНА (рыдая). Но мы же не поджигали!

КРАМОВ. Полно, сударыня! Ваше родовое гнездышко вспыхнуло в тот самый момент, когда вы услышали сумму страховки. И не стоит отпираться. Все мы бессеребреники, покуда золотом не блеснет. Деньги давай!

ДМИТРИЙ. Нет.

КРАМОВ. Что ≈ нет?

ДМИТРИЙ (обнимает ЕЛЕНУ). Не бойся, родная! Все будет хорошо. Мы больше никому не позволим вторгнуться в наш дом. И, конечно же, у нас родится мальчик. Георгий Еланин ≈ наш сын! И ему никогда ≈ слышишь? ≈ никогда не будет за нас стыдно, как не стыдно нам за своих отцов.

КРАМОВ. Я сейчас расплачусь от умиления, все так трогательно. Однако платить, ребятки, все равно придется, и от этого нам никуда не деться, ≈ я не отступлюсь.

ЕЛЕНА. Но мы не хотим быть с вами соучастниками! Понимаете? Не хотим!

КРАМОВ. Что может быть прелестнее женской логики? Только полное отсутствие таковой. Дорогая, стало быть, ежели вы все денежки оставите у себя, греха на вас не будет и ребеночек ваш родится с ангельскими крылышками, а не с рожками? Я вас правильно понял?

ДМИТРИЙ. Мы вернем деньги.

КРАМОВ. Кому?! Думаете, вам поверят? И потом, как же ренессанс? Возрождение Еланина?

ДМИТРИЙ. Не будет больше Еланина.

КРАМОВ. Что? Не слышу! Что?

ДМИТРИЙ. Не будет больше Еланина.

КРАМОВ. Братцы! Кого вы хотите удивить? Чем? Забыли, в каком мире живете? Это же давильня! Мир костей и крови! Животов и похоти! Лжи и страха!

ЕЛЕНА. Прощения и любви!

ДМИТРИЙ. Добра и надежды!

ЕЛЕНА. У меня родится сын. Светловолосый мальчик с карими глазами. Он вырастет большим и сильным, вырастет и уничтожит вас. О, нет, он не станет вас убивать. Он вас просто не будет видеть. Вы для него перестанете существовать. Вас просто не будет. Понятно? Не будет!

КРАМОВ. Не обольщайтесь. Я буду всегда. Это непреложно, сударыня. Потому, что растут яблони и пожинаются плоды. И ваш светловолосый отпрыск тоже когда-нибудь вкусит от них. Вкусит и захмелеет. У него расширятся ноздри, алчно вспыхнут глаза и жадно растопырятся пальцы. И он начнет рвать, хватать и захлебываться, и его карие глазенки будут лопаться от страсти и крови.

ЕЛЕНА. Вы дьявол, дьявол!

КРАМОВ. О нет, красавица, я ≈ хуже. Я ≈ человек. И вы тоже всего на всего лишь люди. Поэтому все ваши благие порывы, такие же искренние┘ как понос. Сегодня прохватило, а на завтра и следа нет.

ДМИТРИЙ. Все? (Указывает на дверь.) А теперь уходите, прошу вас.

КРАМОВ. Я уйду. Но даже и не мечтайте, что мы расстаемся навсегда. Я не отступлюсь, и мои дальнейшие шутки могут вам сильно не понравиться. Завтра я вернусь и включу счетчик, и, если вы не передумаете, он начнет медленно тикать и считать. И так день за днем. Не обижайтесь, таковы правила. Хотите стать честными людьми? Пожалуйста! Но не за мой счет, господа, не за мои денежки. Выбор у вас, разумеется, есть, равно как и свободная воля, но должен предупредить, что между словом и делом ≈ огромная пропасть, а в ближайшем будущем у вас ≈ черная душная ночь. Заснуть вам, конечно, не удастся. Вы будете лежать в кромешной темноте и беспрерывно думать ≈ тюрьма или деньги, тюрьма или деньги? Задачка, на мой взгляд, абсолютно простая, и к утру вы с ней наверняка справитесь. Разумеется, не без помощи красавицы жены, зачавшей от вас якобы необыкновенного мальчишку. За сим, разрешите откланяться, у меня завтра съемки, и надо быть в форме.

И вот еще что: космическое наблюдение за вашей квартирой я покамест не снимаю. (Тычет пальцем в небо.) До скорой встречи, господа хорошие, до скорой встречи!

Посылает воздушный поцелуй и уходит.

ЕЛЕНА (бросается к двери и запирает ее на все запоры. Затем подходит к неподвижно сидящему ДМИТРИЮ, пытаясь заглянуть в глаза). Что же делать, Митенька, что?

ДМИТРИЙ. Тюрьма или деньги? (Встает.) Тюрьма или деньги? (Обращается в зал.) Тюрьма или деньги?

ЕЛЕНА (падая на колени). Господи! Кто-нибудь! Помогите нам?!

Затемнение






Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
279524  2008-02-12 19:21:15
- сдохни

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100