TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

[ ENGLISH ][AUTO] [KOI-8R ] [WINDOWS] [DOS] [ISO-8859]


Русский переплет

Сергей Магомет

Вышел месяц из тумана

 

 

Рассказ

 

Не каждый молодой человек мечтает о службе в армии. Особенно если он мечтает стать художником и у него есть любимая девушка, которую он еще не уговорил позировать обнаженной, и даже не сделал женщиной.

Я был таким молодым человеком. И был уверен, что после армии ни о чем подобном мне мечтать уже не придется. На чем основывалась такая уверенность?.. В семнадцать лет, сразу после школы я подал документы в художественное училище, но не поступил. Сказали: нужно набраться жизненного опыта, набить руку. В кармане у меня уже лежала повестка. Светило солнце, и жизнь была прекрасна. Я пересекал Пушкинскую площадь. Высоко вверх били хрустальные фонтаны. Девушка сидела нога на ногу. У нее за спиной шелестела слегка золотящаяся листва. Я шагнул на гранитные ступеньки по направлению к скамейке. Мир стоил того чтобы запечатлеть его на холсте.

Около памятника по обыкновению кучковалось несколько манифестантов. Я машинально скользнул взглядом по плакатику. На этот раз он гласил: "Армия убивает наших детей". Рядом две женщины держали развернутый лист ватмана, на котором были наклеены какие√то фотографии. На одной из фотографий с подписью "убийцы сержанты такие√то" я увидел тело юноши в полный рост. У него были выколоты глаза, а изо рта как бы торчал окурок. Взглянув пониже, на зияющий обрубок внизу живота, я понял, что во рту у юноши был вовсе не окурок.

Не знаю, может быть, я был чересчур чувствительным. Мы с мамой жили вдвоем. Я рассказал ей про фотографию. Она сняла с пальца перстенек с бриллиантиком, вынула из ушей крошечные сережки и ушла. На следующий день я уже оформлялся на работу в закрытый НИИ на должность лаборанта. В гробу я видел эту армию; теперь у меня была "бронь". Как в песне поется: "А мне броню дает родной завод "Компрессор"..." Снова светило солнце, и жизнь была прекрасна.

Вообще√то, художников у нас любят. Даже если они малахольные пропойцы. Вино я пить еще не выучился, но вид у меня действительно был нескладный. Эдакий гадкий утенок ростом метр восемьдесят пять, упитанный, но весьма прыщавый. Впрочем, некоторые - главным образом, родственники, - находили, что в моем облике уже сквозит нечто одухотворенное. Интеллигентный мальчик, короче говоря. Я довольно рано осознал, что вызываю у людей сочувствие и желание меня опекать, и, даже отчасти избаловался, пользуясь подобной благосклонностью окружающих. Я еще не знал, что возможны исключения.

В какую отрасль науки и техники я попал - бог ведает, до сих пор затрудняюсь сказать. С виду здесь занимались чем√то теоретическим, каким√то расчетами и тому подобным, но была и некая механическая часть, располагавшаяся в подвале с агрегатами, где мне и предстояло трудиться, пока я не поступлю в институт. Как бы там ни было, все это называлось лабораторией с десятком сотрудников, и руководил ею кандидат технических наук с простой русской фамилией Лебедев. По имени√отчеству, между прочим, Станислав Иванович. Он носил костюм, галстук. На лацкане серебряный вузовский ромбик. У него были блеклые глаза без ресниц и щеки в мелких кровоизлияниях. С первого взгляда могло показаться, что он с утра до вечера просиживает за своим рабочим столом и не отрываясь строчит докторскую диссертацию. Но в первый же день Станислав Иванович поманил меня к себе пальцем и с многозначительно усмешкой поинтересовался:

- У тебя какой размер ноги?

- А что? - пробормотал я.

- А то что я могу тебя обуть в сапоги, мой милый. Мне стоит только набрать номер, - он взялся за телефонную трубку, - хочешь?

Я почувствовал, что моя спина покрылась холодным потом.

- Но почему?.. - прошептал я.

- А потому что ты для меня ничтожество, грязь из√под ногтей, - степенно объяснил Станислав Иванович, но его тусклые глаза побелели от ненависти. Теперь он не шутил. - Ты хочешь отсидеться здесь от армии? Ты думаешь, ты пуп земли, и я буду нянчиться с тобой, как твоя мамочка? Я раздавлю тебя как таракана. Если ты не будешь у меня тут землю рыть, ползать на карачках так чтобы у тебя изо всех дыр пар шел, я позабочусь, чтобы прямо отсюда тебя отправили на сборный пункт!.. Понял?.. Ну так п√шел работать!

Наблюдавший за этой сценой с довольной усмешкой пожилой мастер, которого все называли просто Петрович, протяжно чмокнул губами, похлопал себя ладонью между ног, как бы воспроизводя произведенную надо мной экзекуцию, а затем кивнул, чтобы я следовал за ним в подвал.

С этого момента жизнь моя превратилась в сплошной кошмар. Самое забавное, что работы как таковой не было. Вся лаборатория била баклуши; даже не делала вид, что работает, поскольку от зарплаты в переходной к рынку период осталось одно название, и в воздухе висела удушающая тоска. Мне кажется, с моим появлением сотрудники вздохнули с некоторым облегчением: нашлась причина, почему дело стоит. Петрович уже с утра начинал нашептывать Станиславу Ивановичу на ухо и кивал на меня. Завлаб бросал на меня ненавидящий взгляд, и под причмокивания и прихлопывания Петровича я птичкой летел в подвал. Я сортировал какие√то железяки, переносил с места на место кипы бумаг, сверял номера каких√то приборов. В этом как будто не было ничего особенно изнурительного, но уже к обеду я выдыхался так, словно таскал мешки с углем. Все, что я делал, пропадало втуне, поскольку никому не было нужно. Но если я чего√то не доделывал, то кто√нибудь обязательно жаловался начальнику, что простаивает из√за меня. Иногда я ясно видел, что со стороны сотрудников это не более чем беззлобное подшучивание, но никогда не сомневался в том, что сам Станислав Иванович шутить не станет. После обеда я прятался в каморке под лестницей, чтобы лишний раз не попасться кому√нибудь на глаза, листал альбом с репродукциями и мечтал о том, что после работы уговорю наконец мою возлюбленную позировать неглиже, а потом... Бывало, часами, а то и по два√три дня, обо мне все забывали. Иногда в каморку всовывала голову сорокалетняя замужняя бабища Сорокина и, распространяя ужасный запах гнилых листьев, заводила разговор о том, как она меня, такого робкого, жалеет. Я был действительно робок. Мне так хотелось женщину, что, пожалуй, я решился бы потрогать Сорокину за руку или даже за грудь, но содрогался от одной мысли, что вот√вот может раздастся ненавистный голос Станислава Ивановича:

- У тебя какой размер ноги? Сапоги для тебя уже приготовлены!

"Вы считаете себя культурным человеком, даже аристократом, Станислав Иванович, - мысленно отвечал я ему, - а не умеете по√русски высказаться и не знаете того, что размер бывает не у ноги, а у обуви!.."

С наступлением холодов я даже нарочно раздобыл по случаю настоящие армейские кирзачи и назло ему надевал их на работу. Все было напрасно: он продолжал изводить меня своим дурацким вопросом.

Ночами я кричал во сне, вечерами тупо сидел над репродукциями Босха, а по выходным прогуливался с подругой по одному и тому же маршруту и нудно разглагольствовал о пластике и графике. И все чаще мне приходили в голову дикие мысли: правда ли повешенный испытывает оргазм? Стало быть, уже начала кристаллизоваться определенная идея.

Однажды я все√таки решился взять Сорокину за руку. Она вперила в меня не мигающий взгляд, и, не понимая, что это значит, я потрогал ее за груди, которые на ощупь оказались как рельефные резиновые грелки. На Сорокину словно нашел столбняк; она так и застыла в полусогнутом положении, а я, почти въяве представляя, что могу с ней сделать, стал дрожащими руками приподнимать ее юбку и расстегивать свои джинсы.

- Так какой, говоришь, у тебя размер ноги? - раздался у меня над ухом вкрадчивый голос Станислава Ивановича.

 

В тот же день я уволился, потерял "бронь" и загремел в армию. С неожиданным хладнокровием я решил, что только бы заполучить в руки автомат, а уж там я никому не позволю над собой измываться. А если меня отправят в горячую точку, то и это неплохо: попрошусь в разведроту, узнаю жизнь и набью руку.

Но на горячую точку я не попал, и надо мной никто не издевался. Кажется, мои звезды снова сошлись в благоприятном сочетании. Люди снова стали меня опекать. Уже в военкомате, когда я заикнулся какому√то приземистому и заботливому майору насчет намерения податься в разведроту, он только облапил меня за талию и печально усмехнулся:

- Попадаются же такие дурачки! Ты бы хоть о матери подумал...

И записал меня в "ВВ", то есть во внутренние войска.

Два года я просидел на одном и том же месте. Мы охраняли на всем необъятном Архипелаге свой маленький архипелажек. Правда, наша исправительно√трудовая колония была редкостным образцово√показательным заведением. Во√первых, кругом была фантастически красивая природа. Таких закатов и восходов я потом нигде не видел. Прекрасные чистые озера, на дне каждого казалось скрыт свой град√китеж. Громадные елки доставали верхушками до Господа Бога... А во√вторых, нам сказочно повезло с хозяином, то есть начальником лагеря. Я понимаю, что это звучит двусмысленно и вызывающе, но я бы и здесь, на воле, желал иметь такого. Я уже говорил, что пресловутой дедовщиной у нас и не пахло. Никто не умирал от недоедания и не искал кайфа в чифире. Что касается зэков, то они называли эту зону санаторием ЦК; причем без тени иронии. Конечно, зэков и нас, служивых, разделял закон, но жили мы, в принципе, как одна семья, и хозяина называли батей. Батя говорил:

- Пока я с вами, никто вам яйца не открутит... - И мы, конечно, понимали, что он не договаривает: "кроме меня".

ЧП случилось, оно конечно случилось.

До дембеля мне оставалось всего ничего, как из зоны пустились в бега два зэка. Маразм ситуации заключался в том, что убежать√то им было совершенно невозможно. Просто некуда. Была зима, морозы стояли зверские. До Луны ближе, чем до ближайшего жилья, не говоря о трассе. Зачем они бежали, кроме как затем чтобы всех нас подставить, чтобы всех нас, и в первую очередь батю, вздрючили, непонятно.

Логично было бы немножко подождать: они бы погуляли и вернулись; мороз заставил бы их притопать обратно. Но мороз был такой, что обратно они могли и не притопать. А что значит для зоны исчезновение двух зэков, говорить нечего. Какая√нибудь сука обязательно бы донесла. Начальству до фени логика: раз нет в наличии, значит в бегах. Пока придет весна, растают снега, и жмуриков обнаружат, всей зоне придется нахлебаться жижи: батю шуганут на заслуженный отдых, над зэками поставят какого√нибудь кощея ужасного, а нас, дембелей, оставят париться еще на полгода. Не нужно кончать академий, чтобы понять: надо их ловить.

Раздосадованный и уязвленный в самых лучших чувствах, батя заперся у себя в избушке и, наверно, запил горькую, а ловцов назначал его заместитель. Всего он отрядил шесть групп охотников по три человека: двое с собаками, а третий стрелок. В числе прочих отобрал и меня.

- А что с ними надобно сделать, не вам, дедам, объяснять! - напутствовал он нас.

Между тем в горячке происходящего, я не сразу сообразил что к чему. Только когда наша тройка углубилась в лес, и собаки неожиданно взяли след, до меня дошел смысл сказанного. Расклад был простой: если мы приводим беглецов домой, понаедет комиссий, начнутся разбирательства, опять√таки найдутся суки, которые захотят напакостить, и опять√таки придется всем нахлебаться. Если же они будут застрелены при попытки к бегству, значит служба сработала как надо: нет человека, нет проблемы...

Мы бежали на лыжах по просторному еловому бору. Луна, как прожектор с главной вышки, просвечивала лес на сотни метров вокруг. Собаки, утопая в снегу по грудь, не лаяли; они чуяли, что цель близка. Я ловил ртом морозный воздух, а в моей памяти отчетливо нарисовались беглецы. За долгие месяцы безвылазного сидения на зоне, они примелькались вроде родственников. Один жилистый и злой, как черт, псих, носил с собой финку, но ни разу не был с ней пойман, а другой рыхлый туберкулезник, все кашлял. И скорее всего, псих силком потащил за собой туберкулезника.

Не прошло полчаса, как мы их приметили. В лунном свете картина была как на ладони. Они как раз спустились в лощину. Псих и впрямь гнал туберкулезника впереди себя пинками. Они нас тоже сразу увидели.

Мы их быстро настигали. Я знал, что мои напарники стрелять не смогут: они держали собак, которые вдруг начали бешено лаять и рваться. Спускать собак они естественно тоже не станут. Они же не фашисты. Кавказцы разорвут зэков живыми. А о том чтобы гнать беглецов в лагерь, не могло быть и речи.

Теперь нас разделяло метров пятнадцать√двадцать. Туберкулезник кашлял так, что было слышно сквозь лай собак. Псих размахивал своей глупой финкой и орал на спутника. Туберкулезник падал на колени и снова поднимался. Потом он упал на колени и поднял руки вверх. Псих ударил его рукояткой финки в спину, а затем полоснул лезвием по лицу. Потом он бросил его и стал быстро карабкаться вверх по склону лощины.

Я встал на одно колено, передернул затвор, прицелился и нажал на спусковой крючок. Короткая очередь трассеров мгновенно пригвоздила психа к земле. Он даже не ахнул. Оставался туберкулезник. Он кое√как полз на четвереньках в нашу сторону. Кровь так и лила у него со щеки и оставляла на снегу черный, узкий, как нитка, след. Кавказцы хрипели в ошейниках, пытаясь дотянуться до него, брызгали пеной и клубами взбивали задними лапами снег. Ребята недоуменно смотрели то на меня, то на зэка. Они пытались оттащить собак, чтобы те не заслоняли мне сектор огня. Пот лил у меня со лба, щипал глаза, и я едва видел прицел. Я выстрелил, но неудачно. Ствол ушел сильно вверх. Туберкулезнику лишь вспороло плечо, полетели клочки, и он с воем покатился по снегу. Я стал стрелять без перерыва. Трассеры отскакивали от деревьев и камней и ударяли в небо. Он все катался по снегу, от него во все стороны летели клочья, но он не затихал. Расстреляв магазин, я не глядя расстегнул подсумок и вставил новый. На этот раз все было кончено.

Через неделю, награжденный именными часами, я был с почетом отправлен на дембель.

 

Москва приняла меня с распростертыми объятиями. Изменился не только я, изменилась и она. Как√то сразу все пошло в жилу. Я привез с собой из армии папку лубочно√сюрных акварелей и тут же толкнул ее на Арбате шизанутым японцам. Денег с прибором хватило на то, чтобы одеться в черную кожу и снять шикарный подвал для студии. Про художественное училище, в коридорах которого, наверное, уже кустился бурьян, а студенты загибались от цинги, я и думать забыл. Все определилось само собой. После японцев, были южные корейцы, итальянцы и, конечно, наши братья американцы. Более того, всего за несколько месяцев я перетрахал весь женский бомонд, заручился высоким покровительством, был обласкан авангардистами и возглавил нонконформистскую молодежную тусовку. Теперь, словно молодой вошедший в силу волк, я шлялся по притонам, клубам и редакциям (что в сущности одно и то же), снимался в клипах и на обложки иллюстрированных журналов "сверху без" и "снизу без", слюнил сотенную зелень, участвовал во всевозможных "акциях", дрался с педерастами√анархистами, а главное дни и ночи напролет работал, писал...

Как√то раз под вечер, бросив работу и двух девчонок, мягко говоря, на полпути к катарсису, я выполз из своей берлоги, чтобы глотнуть свежего воздуха. От запахов краски, парфюма и водки меня слегка подташнивало, в глазах рябило, а ниже пояса словно все выгрыз хорек.

По переулку шел человек. Он улыбался и шел прямо на меня.

- Так какой, говоришь, у тебя размер ноги? - неожиданно спросил он.

Мой кулак словно сорвался с предохранителя, и я резко и очень сильно ударил его в лицо. Человек пролетел сквозь кусты, подстриженные в виде живой изгороди, и исчез. В переулке было тихо. Солнце садилось. Потом из√за кустов послышался тихий кашель.

- Станислав Иванович, - позвал я.

Кусты зашевелились, и он выбрался на тротуар. Вид его был жалок. Костюм сильно поношен, воротник синей линялой рубашки истерся на уголках до ниток. Галстук кургуз и в пятнах. Но на лацкане тот же инженерский ромбик. Глаза светились голодным блеском, а на одутловатых брылях порезы от тупой бритвы. Самое отвратительное человеческое качество - жалость. Гораздо хуже, чем ненависть.

- Простите, Станислав Иванович, - сказал я, беря его под руку.

Но он уже вполне оправился. Придерживал двумя пальцами кровоточащую губу, которую раздуло, как от флюса.

- Как жизнь, Станислав Иванович? - спросил я его.

Я зачем√то повел его к себе в студию и, конечно, хорошенько напоил и накормил. Он поглядывал на девчонок; наверно ждал, что я дам знак, чтобы его обслужили. Но мои девчонки не шлюхи; я отправил их домой.

- А Сорокиной√то обе сиськи отрезали, - сказал он, глядя им вслед, и, подумав, прибавил: - Рачок√с...

- Ну а вы√то как? - снова поинтересовался я.

Он понял, что я могу дать ему денег, но, как ни странно, больше чем есть прибедняться не стал. Напротив, принялся хвастать, что сам, даст бог, скоро разбогатеет, даже побольше, чем я. Нет, продавать военные секреты цэрэушникам не собирается, а вот с ихних фирмачей, которые через контракты с нашим НИИ конверсионные денежки прокачивают, он не сегодня, завтра поиметь собирается; он как ни как посредник и свой процент выцарапает, не негр он бесплатно горбатить. Мол, хотели капитализм - нате вам капитализм.

К ночи мы оба сильно напились. Я не испытывал к нему никакой вражды, да и он был настроен добродушно. Я рассказывал об армии и о том случае с побегом. Он все кивал. Я и сам понимал, что веду себя глупо, но мне хотелось, чтобы он понял, что я прошел через все и добился своего. Даже, пожалуй, на данный момент времени всего добился. Женщин моих он уже видел. Я рассказывал о том, что задумал большой цикл о полузверях√полулюдях, о том, как они любят, ненавидят, и что получил заказы от трех западных галерей... Потом я потащил его смотреть мои работы. Он кивал головой и, высокомерно щурясь, ронял время от времени с видом знатока:

- До настоящего художника тебе, естественно, еще далеко, но кто знает, может и допишешься... - Он похлопал меня по плечу. - Значит, все√таки пошли тебе на пользу сапоги, а?

- Вам спасибо, Станислав Иванович, - усмехнулся я.

Под утро я наконец вытолкал его на улицу и, сунув в карман пачку денег, усадил в такси. Я думал, что он уже ничего не соображает, но он повел осоловелыми глазами, притянул меня к себе за рукав и проговорил:

- А лихо ты тогда в бору этих ничтожеств уделал, этих тараканов... Вот бы какой триптих изобразить! Я бы такое произведение и сам купил, честное слово!

Я схватил его за горло, но пальцы были, как ватные. Он хрипел, но продолжал ухмыляться и даже бросил оторопевшему водителю:

- И ведь задушит, задушит, он же у нас теперь крутой...

Я отпихнул его на сиденье и кивнул водителю, чтобы тот отъезжал. До рассвета оставалось всего ничего.

Слава тебе господи, жизнь человека имеет начало и конец.

 

 

Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
221022  1999-09-08 14:17:56
Данил Панфилов
- Круто! Давно не читал такого в Инете! Творите дальше! С наилучшими пожеланиями, Данил Панфилов.

221094  1999-09-20 13:22:22
Юрий Соколов
- Все славно - и любопытна постановка вопроса об аристократизме, здесь есть о чем поговорить. Вы щегольнули там немецким (я не понял, верно термин психонализа) . Все мы состоим из смеси замашек барских и плебейских, но когда требует поэта к священной жертве Апполон, тут уж не до социологии. Всю русскую литературу делали (Чехов - первое исключение) баре. А мы ныне поступаем "по образу и подобию" за исключением тех, кто все хочет устроить шиворот-навыворот...

221185  1999-10-12 19:39:15
Михаил
- Сильная штука. Достоевский про то, как двух теток убили, целый роман написал, оказывается - можно все вместить в небольшом рассказе.

221186  1999-10-12 19:43:15
Станислав Лебедев
- ╚Комиксы с натуры, или фантазии подростка╩ Рецензия на рассказ С.Магомета ╚Вышел месяц из тумана╩ Я прочел рассказ С.Магомета ╚Вышел месяц из тумана╩, и очень удивился. Я не смог представить ни одного образа, ни одного персонажа, и весь текст слился в серое и невыразительное полотно. Вместе с тем осталось какое-то тягостное чувство. В чем же дело? Попробуем разобраться. Автор пишет: ╚Я довольно рано осознал, что вызываю у людей сочувствие и желание меня опекать, и, даже отчасти избаловался, пользуясь подобной благосклонностью окружающих.╩ ╚Довольно рано╩ это когда? Пять минут назад? Час? Год? Автору не важно когда, - значит и читателю это не важно, и что именно осознал тоже не важно. А может быть и не осознал? Автор пишет: ╚С этого момента жизнь моя превратилась в сплошной кошмар. Самое забавное, что работы как таковой не было.╩ Если у героя ╚жизнь превратилась в сплошной кошмар╩, а далее - ╚самое забавное, что╩ я не верю. Или жизнь действительно превратилась в кошмар, тогда ничего забавного в этом нет, или это не кошмар. А так, выдумка автора. Автор пишет (после побега зеков): ╚Раздосадованный и уязвленный в самых лучших чувствах, батя заперся у себя в избушке и, наверно, запил горькую, а ловцов назначал его заместитель.╩ Что это за ╚самые лучшие чувства╩ в которых он ╚уязвлен╩? Видимо, он обиделся на зеков, которые не оправдали надежд? И что должен чувствовать начальник ИТК, у которого сбежали заключенные? Не верю ни одному написанному слову. Персонажи, выведенные в рассказе, словно вырезанные из картона одномерные фигуры, которые автор двигает щепочкой в нужном ему, автору, направлении нисколько не заботясь о мотивации, о скрытом или явном смысле происходящего. Эти одномерные персонажи, как правило, выполняют одну функцию, после чего исчезают, оставив читателя в недоумении. Например, любимая девушка героя у нее нет имени, она не имеет лица (внешности), судьбы, - это фикция, задача которой сопровождать героя в прогулках. Все. Далее, - мать героя. Ее функция заключается в даче взятки (если я правильно понял) для того, чтобы сына не отправили в армию. Все. (Как она выглядит, что она думает, мы не знаем.) После этого она исчезает, как будто ее никогда не было, и герой не вспоминает о ней ни до армии, ни после. А ведь это единственный человек, который его, героя без имени, любит. Далее, - начальник героя в институте, Лебедев. Почему он ненавидит героя, и не просто ненавидит, у него даже ╚глаза побелели от ненависти╩? Должна же быть причина для такой невероятной ненависти к человеку, которого видишь в первый раз в жизни! Нет ответа. Лебедев не просто пишет докторскую диссертацию он ее ╚строчит╩. Функция этого персонажа появиться вдруг ниоткуда по воле автора через несколько лет, именно в то мгновение и в том месте, чтобы встретиться с героем рассказа и дать возможность герою осуществить еще одну фантазию врезать ненавистному начальнику. Мастер Петрович просто никто. ╚Бабища Сорокина╩ - ╚Иногда в каморку всовывала голову сорокалетняя замужняя бабища Сорокина и, распространяя ужасный запах гнилых листьев, заводила разговор о том, как она меня, такого робкого, жалеет╩. Или : ╚Она вперила в меня не мигающий взгляд, и, не понимая, что это значит, я потрогал ее за груди, которые на ощупь оказались как рельефные резиновые грелки.╩ ╚ А Сорокинойто обе сиськи отрезали, - сказал он, глядя им вслед, и, подумав, прибавил: - Рачокс... Не правда ли, очень привлекательный образ? Образы беглых зеков просто карикатурны. Это не люди, это просто мишени. Для автора важны не люди, которых он не смог изобразить, не то, что они чувствуют, а рикошет трассеров в ночном лесу. И так далее Убогость фантазии и концентрация на сексуальных аспектах даже умиляет: ╚У него были выколоты глаза, а изо рта как бы торчал окурок. Взглянув пониже, на зияющий обрубок внизу живота, я понял, что во рту у юноши был вовсе не окурок.╩ ╚И все чаще мне приходили в голову дикие мысли: правда ли повешенный испытывает оргазм?╩ ╚Более того, всего за несколько месяцев я перетрахал весь женский бомонд, заручился высоким покровительством, был обласкан авангардистами и возглавил нонконформистскую молодежную тусовку. Теперь, словно молодой вошедший в силу волк, я шлялся по притонам, клубам и редакциям (что в сущности одно и то же), снимался в клипах и на обложки иллюстрированных журналов "сверху без" и "снизу без", слюнил сотенную зелень, участвовал во всевозможных "акциях", дрался с педерастамианархистами, а главное дни и ночи напролет работал, писал... ╚Както раз под вечер, бросив работу и двух девчонок, мягко говоря, на полпути к катарсису, я выполз из своей берлоги, чтобы глотнуть свежего воздуха. От запахов краски, парфюма и водки меня слегка подташнивало, в глазах рябило, а ниже пояса словно все выгрыз хорек.╩ Предположим, герой действительно превратился из инфантильного прыщавого юноши в ╚молодого волка╩ который ╚перетрахал весь женский бомонд╩. А как это произошло? Почему герой переменился? Неужели для этого нужно было только убить? Но ведь для того, чтобы хладнокровно расстрелять двух людей он должен быть уже другим человеком? То есть перемена произошла раньше? Когда? Как? Почему? Нет ответа. Герой, якобы художник. Это должно следовать из того, что герой тупо сидел над репродукциями Босха . Более никаких причин считать героя художником, нет. Если заменить художника на музыканта, архитектора, скульптора, певца, писателя(!) ничего ровным счетом не изменится. На самом деле, здесь важна не профессия, не призвание или талант, а функция ╚свободный художник╩, то есть свободный, отгороженный от окружающего мира. Не зря наиболее комфортно герой ощущает себя в зоне, под опекой ╚хозяина╩. Хозяин это власть. Хозяин может поделиться кусочком власти, и дать герою насладиться ею, убив двух безоружных беглых зеков. ╚Самое отвратительное человеческое качество - жалость. Гораздо хуже, чем ненависть╩ - утверждает герой (или автор?). В рассказе много ненависти и нет любви, это искалеченный мир, мир грез и сексуальных фантазий мастурбирующего подростка - ╚Вот вырасту, я вам всем покажу!╩ Это мир где нет милосердия, и тем более, странно упоминание героем Господа Бога , причем с большой буквы. Хотя, возможно, это совсем другой бог, ╚хозяин╩, ради которого отрезают половые органы, ╚обе сиськи╩, убивают безоружных и ╚трахают весь женский бомонд╩. Перед нами мир подростка-интраверта, о котором К.Г. Юнг сказал : ╚Если же он к тому же страдает легким неврозом, то это равносильно более или менее полному бессознательному тождеству эго с ╚самостью╩, вследствие чего значение самости понижается до нуля, тогда как эго безмерно распухает. Тогда несомненная, мироопределяющая сила субъективного фактора втискивается в эго, что ведет к безмерному притязанию на власть и к прямо-таки неуклюжему эгоцентризму. Всякая психология, которая сводит сущность человека к бессознательному влечению к власти, имеет источником это начало. Многие безвкусицы у Ницше, например, обязаны своим существованием субъективизации сознания.╩ Перед нами мир, который словно состоит из отдельных картинок-комиксов, где все происходит как-бы само собой, и не требует подтверждения или основания. Например, герой попадает на режимное предприятие ╚на следующий день╩, хотя для оформления самого простого допуска на подобное предприятие, так называемая ╚форма 3╩ требуется два месяца, и никакие взятки не могли заставить Первый (режимный) отдел оформить допуск быстрее. Возможно, автор этого не знает. Зона в которой служит герой : ╚Я уже говорил, что пресловутой дедовщиной у нас и не пахло. Никто не умирал от недоедания и не искал кайфа в чифире. Что касается зэков, то они называли эту зону санаторием ЦК; причем без тени иронии.╩ За что такое счастье? Откуда? Нет ответа. Успех, в понимании героя (или автора?) приходит как-то сам собой: ╚Както сразу все пошло в жилу. Я привез с собой из армии папку лубочносюрных акварелей и тут же толкнул ее на Арбате шизанутым японцам. Денег с прибором хватило на то, чтобы одеться в черную кожу и снять шикарный подвал для студии.╩ Не верю. Потому что не видел ни этих акварелей, ни японцев, - не изобразил их автор. Очень сомнительна погоня за беглыми зеками ночью(!) в тайге. Словно автору очень хотелось ╚сделать красиво╩ луна, ночной лес, кровь на снегу прямо Джек Лондон, Джеймс Бонд. Или комикс. Никак не показана жизнь героя в армии. Впрочем, и до армии, тоже. Автор обозначает, а не изображает. Для автора все равно, он может написать : ╚Светило солнце, и жизнь была прекрасна. Я пересекал Пушкинскую площадь. Высоко вверх били хрустальные фонтаны. Девушка сидела нога на ногу. У нее за спиной шелестела слегка золотящаяся листва.╩ И через две строки : ╚На одной из фотографий с подписью "убийцы сержанты такието" я увидел тело юноши в полный рост. У него были выколоты глаза, а изо рта как бы торчал окурок. Взглянув пониже, на зияющий обрубок внизу живота, я понял, что во рту у юноши был вовсе не окурок.╩ Словно никак не связанные две картинки рядом. Комикс. Закончу цитатой из рассказа С.Магомета. Лебедев говорит герою рассказа: ╚ До настоящего художника тебе, естественно, еще далеко, но кто знает, может и допишешься... Станислав Лебедев

221187  1999-10-12 21:14:06
Глав.ред. www.pereplet.ru
- Станиславу Лебедеву. Замечательная рецензия! Разрешите опубликовать в журнале. С уважением, ВМ

221193  1999-10-13 10:32:19
Юрий Нечипоренко
- "Станиславу Лебедеву" Критик, подписавшийся псевдонимом главного героя рассказа Магомета выступает сам как персонаж. Он дает рецензию вполне толково - но с позиции классического литературоведения школьного типа: ему нужен образ и сюжет психологически достоверный. Здесь же мы имеем дело с кичем, лубком, где главное - смена ситуаций, это литературный клип с нарочитой жесткостью, по сути - пародия. Я согласен с тем, что ничего светлого в рассказе нет - и мне этот метод писания, где герой карикатурен, не близок. Но судить его надо по законам этого жанра, кича - а не по законам психологических романов. Вот в чем загвоздка!

221204  1999-10-14 17:31:25
Станислав Лебедев
- - Юрию Нечипоренко.- Леонид Лиходеев (ныне покойный) говорил: ╚Ты не выеживайся, а формулируй╩. Вот и Вы лишь обозначаете, а не аргументируете. Где же доводы? Назовите вершины этого ╚жанра╩ и тогда все станет на свои места. Какой ярлык не наклеивайте, плохо написанный текст останется плохо написанным текстом. Разумеется, проблема гораздо шире, чем элементарное неумение написать запоминающийся образ или увлекательную историю. Дело в психологической основе, в том, что именно движет автором, написавшим подобный текст. Дурной вкус и отсутствие чувства меры никак не могут быть основанием для создания чего-либо, даже табуретки. На мой взгляд, перед нами то, что называют ╚чернуха╩ или ╚совок╩. Я очень не люблю последний термин, но уж очень он емок! Я определяю ╚совок╩, как время и царство вопиющего непрофессионализма. Меня не устраивает ╚гамбургЕРский╩ счет. Кстати, еще один текст С. Магомета ╚Без Щита╩, размещенный в журнале. Может быть, не надо было давать файл под таким именем? (Имя файла ╚shit╩ - дерьмо (англ.)). PS. А относительно кича, это не ко мне, это - в конце коридора, направо. Может хватит кича, не пора ли заниматься литературой?

221205  1999-10-14 18:18:20
ВМ www.pereplet.ru
- Лебедеву Станиславу. С посткриптумом Вашим согласен - ошибочка вышла. Извиняюсь. Единственное оправдание - русский язык не пострадал. А так, не из умысла - рук на все не хватает. С уважением, глав.ред.

221208  1999-10-15 09:08:43
Юрий Нечипоренко
- Станиславу Лебедеву - Сергей Магомет является одним из лучших прозаиков нашего времени. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать его роман "Ком", который был издан отдельной книгой и наделал много шума лет десять назад, получил признание в самых разных кругах: газета "Завтра" и организация "Апрель" отмечали этот роман как достойнейший. Роман этот - парадоксальный, передающий ощущение нашего времени, создающий образ человека, прошедшего Афганистан (впервые в литературе). Это - отправная точка разговора о его творчестве. Опубликованный в "РП" рассказ представляет собой пародию и может быть рассмотрен критикой в контексте творчества писателя как "эксперимент", то есть вещь из тех, которые рождаются порой в попытке ответить на вызов времени, выразить в литературе "новые веяния". Сам я не являюсь почитателем этой стороны творчества Сергея Магомета. Тем труднее мне защищать его, но Ваша рецензия мне не понравилась скороспелостью выводов. Кроме того, в ней есть очевидные нелепости: "вырезанные из картона" фигуры не могут быть "одномерными" - они двумерны. Чтобы советовать автору подрасти в художественном отношении, надо по меньшей мере получше знать его творчество. Что же касается намеков на английское прочтение названия эссе Магомета, они мне кажутся грубоватыми. Вы приняли Магомета за другого - за члена выводка "сорокиных", и обрушили на него всю свою неприязнь к этой ветви маргинальщины. Если бы Вы дали себе труд прочесть само эссе "Без щита", то могли бы понять, с кем имеете дело. Да, в дискуссии все мы выражаемся наспех - но это не отменяет требования быть внимательным к другому. К сожалению, для меня Ваша рецензия является примером предсказуемой реакции - в ней нет ничего небанального. Почти все верно, все правильно - но с одинаковым успехом так можно было бы написать и о другом авторе... Каждый из нас видит за этим рассказом нечто свое, с ним и спорит.

221213  1999-10-15 15:47:05
Станислав Лебедев
- -Юрию Нечипоренко После утверждения о том, что ╚ Сергей Магомет является одним из лучших прозаиков нашего времени╩ можно было бы закончить дискуссию. О чем тогда спорить? Памятник надо ставить. Но что могла писать о романе ╚Ком╩ газета ╚День╩/ ╚Завтра╩ (а \к \а ╚Позавчера╩), в которой, насколько мне известно, работал С. Магомет, если именно главный редактор газеты Проханов издал вышеупомянутый роман в журнале ╚Советская литература╩ ╧╧8,9, 1990г.(где т.Проханов был главным редактором)? Кстати, отдельной книгой ╚Ком╩ был издан не десять, а пять лет назад, ╚Ковчег╩, Москва, 1994г., серия ╚Русская рулетка╩. Если Вы посмотрите состав авторов серии, вы меня поймете. ZВы правы, отмечая мою неприязнь к определенной ╚ветви╩, скорее, ╚сообществу╩, организованному по принципу ╚соловей кукушка╩, по принципу ╚взаимного опыления╩. По этому же принципу работает наша эстрадная ╚попса╩. Результат засилье серости. Тем более грустно, мне казалось Вы меня поймете, поскольку мне понравился Ваш железнодорожный рассказ. И дело не только в прямом попадании в конкретные детали, в конце концов, не все могут оценить находку,- лисью точность описания внешности ╚лисичанцев╩ (я могу подтвердить это так), или атмосферы пятнадцатого поезда (можно сказать мой ╚родной╩ поезд, я даже попадал в этом поезде в очень сходную ситуацию). Это тот случай, когда хочется понять, почему понравилось, а не наоборот. Когда через малое показано большое, когда автор через житейскую историю выводит к основополагающим проблемам, к тому, что меня, как читателя, волнует именно в этот момент. Что мне показалось главным? -- В чем сила выживания народов? -- Принцип самоопределения ╚свой-чужой╩, без осознания которого любой народ или этнос обречен на исчезновение. Небытие. Как половцы... И хотя последний абзац рассказа, мне кажется, несколько публицистичен (может быть, стоило немного расширить финал, дать ╚фактуру╩, затушевать прямолинейность?) без него невозможно до конца понять, осознать и ощутить ту единую линию, струну, натянутую между далекими половцами и героем рассказа, который вдруг осознал необходимость в понимании, кто перед тобой армянин, чеченец или еврей. И кто он сам. К сожалению, не могу продолжить, - уезжаю в Лисичанск. Всего хорошего. Z PS/// Я мог бы на примере текста ╚Ком╩ квалифицированно показать, почему я не согласен с утверждением, что ╚ Сергей Магомет является одним из лучших прозаиков нашего времени╩ - но это большая работа, которую можно сделать только на гонорарной основе.

221214  1999-10-15 15:54:04
Станислав Лебедев
- - В.М. -Благодарен за внимание. Где еще можно общаться с главным редактором напрямую? С уважением, Станислав Лебедев.

221215  1999-10-15 16:08:53
Юрий Нечипоренко
- Станиславу Лебедеву - спасибо за добрые слова о моем рассказе "Луганск-Москва". Мне мнилось, что Вы вовсе не знаете Магомета, оказалось, что знаете слишком много... Но не откажусь от своего впечатления - роман "Ком" мне представляется блистательным. А кто кого печатал и за что принимал на работу, это уже другой вопрос. Здесь, в Интернете, кроется подвох: знакомство наше с Вами началось с брани, "русский не полюбит, пока не подерется". Надеюсь, что не очень Вас задел. Юрий.

221219  1999-10-16 18:43:13
ВМ http://xray.sai.msu.su/~lipunov/
- Станиславу Лебедеву. Здесь мой эл. адрес и адрес домашней страницы. ВМ

227125  2001-02-28 01:29:33
ais ais
- Буду Вам очень благодарен если сообщите хоть какую-нибудь информацию о Сергее Магомете. Заранее глубоко признателен . ais

227137  2001-02-28 16:37:37
Дедушка Кот http://prigodich.8m.com/
- Очень хороший рассказ. Рекомендую.



Ссылка на Русский Переплет



Aport Ranker

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100