TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Рассказ, 14 апреля 2010 года

Валдемар Люфт

 

Разлад

 

 

Они плыли к буйкам, которые были недалеко, всего в пятидесяти метрах от берега. Пару лет назад, когда всё между ними было в ладу, они часто купались в этом пруду. Здесь всегда было мелко и до буйков доходили пешим ходом. Но сейчас Игорь забеспокоился. Он чувствовал, чем дальше отплывал от берега, тем становилось глубже. Возможно, течением вымыло грунт вдоль берега. "Почему не стоят знаки, что тут стало глубоко?" - возмутился про себя Игорь. За себя он не боялся . с детства плавал как рыба в воде, но вот Ида, по её словам, училась плавать год назад на каких-то курсах и держалась на воде еще неуверенно.

Когда он, перестав плыть, остановился, упершись в дно ногами, вода достала ему до подбородка. Игорь позвал отплывшую на несколько метров вперед Иду:

- Ида, стой, не плыви дальше. Здесь, кажется, стало глубоко.

Она перестала махать руками, повернулась к нему лицом и попыталась встать на дно, но не достала его. В её глазах появился испуг, она начала быстро и бессмысленно работать руками, пытаясь удержаться на плаву, но чем больше в ней разгоралась паника, тем меньше ей это удавалось. Игорь тут же поплыл к ней. Женщина забыла всё, чему ее учил инструктор по плаванию. Ноги неожиданно стали ватными и тяжелыми и тянули вниз. Подплывший Игорь попытался удержать ее на поверхности воды. Она, ничего не соображая, вцепилась в него руками и, навалившись всей тяжестью, потянула вниз. Он с трудом отцепил от себя ее руки и крикнул чуть ли не в ухо: "Прекрати паниковать, не хватайся за меня!". Но женщина продолжала хаотично бить руками по воде и цепляться за пытавшегося повернуть ее на спину мужчину. Видя, что женщина в панике его не слышит, Игорь, изловчившись, въехал ей правой ладонью по щеке. Голова женщины резко дернулась. Она пришла в себя и осознанно глянула на Игоря.

- Успокойся! - крикнул Игорь, и просунул свою правую руку под мышку Иды.

На помощь спешил еще один мужчина. Они вдвоем, поддерживая Иду, поплыли к берегу. Через несколько метров Игорь нащупал дно.

- Всё. Можешь теперь идти по дну ногами.

- Alles in Ordnung? (Всё в порядке?) - спросил второй мужчина.

- Danke. Ich glaube schon. (Спасибо. Я думаю, да), - ответил Игорь.

Минуту позже Игорь и Ида сидели на берегу. Она была ещё в шоке и продолжала тяжело дышать. Её подбородок лежал на обхваченными руками коленях, и от этого горбатилась спина. Упавшая вперёд прядь мокрых волос скрывала лоб и глаза. Игорь смотрел на неё, и в нем просыпалось чувство жалости к ней. Несмотря на то, что они уже больше трех лет не живут вместе, он по-прежнему её любил. Опять засвербил в мозжечке вопрос, который время от времени возникал к месту и не к месту: как так случилось, что после стольких совместных лет они разошлись?! Раньше он всеми силами уходил от ответа. А сейчас, глядя на сидевшую рядом женщину, захотелось ясности. Он всегда был уверен, что в их разводе виновата жена, но теперь понял, что это не так. Все аргументы в пользу его правоты вдруг рассыпались, как песочный замок от набежавшей волны. В груди расползалась боль. Тоска и чувство вины наполняли душу. Ему расхотелось купаться. Игорь встал и сказал Иде:

- Извини, Ида, поеду домой. Не заходи больше на глубину.

Женщина ничего не ответила. Только искоса посмотрела на него и кивнула на прощанье. Она давно его не видела, и, когда пару часов назад случайно с ним встретилась, была даже этому рада. То, что произошло несколько минут назад, напугало ее. Вот так, запросто, можно умереть, не разобравшись во всём, что случилось в отношениях с когда-то близким человеком. Давно разошлись, но потребность выговориться, сказать о том, что наболело на душе, появилась только сейчас. Она хотела предложить Игорю остаться, но не осмелилась. Провожая взглядом бывшего мужа, подумала, что он еще выглядит молодо и что, наверное, у него есть женщина, которая ждет дома. Странно только, почему он приехал один на озеро?...

Она встряхнула головой, откидывая с глаз нависшие волосы, а заодно и грустные мысли. Недалеко от берега на мелководье плескались дети. Солнце заливало ярким светом поверхность небольшого пруда, и смотреть на воду, отражающую жгучие лучи, было трудно. На противоположной стороне стоял смешанный лес. За ним была железная дорога, по которой стремительно пронесся скорый пассажирский поезд. Его красные вагоны промелькнули в просветах зелени. Чуть слышно донесся перестук железнодорожных колёс. Блики лучей, мелькающие красные вагоны и стук колёс . всё это почему-то напомнило о времени. Подумалось, как оно быстро идёт. Не заметишь, как состаришься. От мыслей о старости и навалившегося чувства одиночества ей стало ещё грустнее.

Ида в начале недели договорилась с подругой, что в субботу они поедут купаться, но вчера та позвонила и, сославшись на какие-то срочные дела, отказалась от поездки. Скорее всего, к ней приехал любовник, который навещал её изредка. И что она в нём нашла? Маленький ростом, худой и молчаливый, но она без ума от него. Как собачка, часами сидит у телефона и ждет звонка. Когда он приезжает, она не реагирует на телефонные звонки, не приходит в гости, и на работу в понедельник заявляется счастливая, но усталая и опустошенная. Раньше Ида ее не понимала. Как можно так отдаваться мужчине, забывая обо всём и обо всех на свете? Но с некоторых пор стала ей по-здоровому завидовать.

Мужа Ида любила и продолжала любить. После переезда сюда, на Запад, жизнь пошла как-то наперекосяк. Раньше в Сибири, в их селе, всё было понятно и просто - жили общими интересами и общими заботами. И заняты были настолько, что в своих чувствах по-настоящему разобраться времени не оставалось. Да и не нужно было разбираться. То, что происходило в семье, стало с годами обычным, понятным, привычным и не требовало каких-то изменений. А здесь, в Германии, когда времени стало больше и жизнь, вроде бы, стала интересней, она растерялась и испугалась. Её пугала новая жизнь, обилие информации по телевизору, портреты голых женщин в газетах и журналах, навязчивая реклама, множество автомашин на улицах, висящие до пола штаны на молодых людях.

Растерявшись, она пыталась отвлечься работой по дому. Могла часами смотреть фильмы о природе и про зверей, где все было ясно и понятно, как в той прежней жизни. Особенно ее тревожило то, что она становилась безразличной к сексу. Ей не хотелось спать с мужем, и, когда он ночью начинал с желанием обнимать ее, она отталкивала его, понимая, что этого не надо бы делать, но ничего изменить в себе не могла.

После переезда и первых месяцев обустройства на новом месте, Ида быстро нашла работу. Пока привыкала к ней, уставала сильно. Казалось бы, там, в своей деревне, было трудней. Она работала на птицеферме, а дома ждало еще домашнее хозяйство. Они с мужем были на ногах с раннего утра и до позднего вечера, но всё равно находили время посмотреть интересный фильм по телевизору, шли вместе спать и получали своё удовольствие в постели. Здесь же, когда из пересыльного лагеря переехали в квартиру, и она начала работать, засыпала на диване во время интересных телепередач. Ей ничего не хотелось: не тянуло к мужу, не возбуждали эротические сцены в фильмах, и ласки мужа оставляли ее безразличной. Она не могла понять, что с ней происходит. Ида видела, как страдает муж, но от его попыток поговорить с ней на эту тему она всеми способами уходила. Сейчас, по прошествии лет, она понимала, что надо было говорить с ним о её проблемах. И врачей не надо было бояться. Может быть, все вместе и разрубили бы тот непонятный узел. Не дошло бы до развода.

Ида долго была в шоке, когда Игорь ушел от нее. Хорошо, дети поддержали в трудную минуту. Постепенно появились новые подруги. Привыкла к работе и не так уставала. Часто с подругами ходила в кино, ездила с ними на танцы. Ида почувствовала себя уверенней, и будущее казалось уже не таким мрачным. Она рассказала одной из подруг о причине развода с мужем, и та посоветовала ей обратиться к специалисту. Долго колебалась, но к врачу всё же пошла. После тщательного обследования врач, в конце концов, сказал, что организм в полном порядке. Возможно, из-за изменения климата и жизненных условий раньше времени начался обычный для женщин её возраста процесс. Но теперь все нормализовалось, и врач посоветовал ей обратиться к психиатру. Ида уже три месяца посещает специльную группу у психиатра. Боже, о чем они только ни говорят! Сначала было стыдно слушать откровения некоторых женщин. Потом привыкла. Сама рассказала о себе и муже, о разводе из-за возникших проблем. Удивило, с каким вниманием и пониманием слушали женщины её рассказ. Терапия у психиатра, в которую Ида поначалу не очень верила, помогла ей сбросить с себя груз неполноценности. Она стала внимательней прислушиваться к себе, пытаясь разобраться, что с ней происходит. Просыпалось желание и мозг неумело, но настойчиво рисовал в воображении сцены любви. Недавно ночью она проснулась от неодолимого желания иметь рядом мужчину. Ида прошла в ванную и сделала то, чего никогда в жизни не делала. Если раньше за это она себя прокляла бы, то теперь была рада, что сумела это сделать, что она, как женщина, ещё живая и на что-то способна.

Ида продолжала сидеть на берегу в прежней позе, обняв колени руками. От плескавшихся недалеко детей до нее долетали брызги, но подниматься и идти куда-нибудь в другое место ей не хотелось. Повернув голову чуть вправо, она видела в просвете между деревьями и через сетку, огораживающую пруд, остановку, и в небольшой группе людей, ожидающих автобус, мужчину среднего роста. Ей казалось, что он тоже смотрит в её сторону. Может быть, он даже и видел ее, несмотря на слепящее солнце. Иде хотелось поманить его рукой, позвать к себе, сказать ему несколько теплых слов, но усилием воли сдержала себя.

Игорь стоял на остановке и смотрел на мельтешение людских тел у пруда. Солнце перевалило за горизонт, и его лучи били прямо в глаза, из-за чего было трудно кого-нибудь рассмотреть на берегу. Он мог только догадываться, что она по-прежнему сидит там же, где он, уходя, её оставил. От напряжения и слепящего солнца заслезились глаза, и он прикрыл их, но влага, накопившаяся в углу, вдруг превратилась в слезы, которые щекочуще покатились к губам. Он отвернулся от стоявших на остановке людей и смахнул ладонью влагу со щёк. Из подъехавшего автобуса вышли возбужденные пассажиры. Автобус опустел, но тут же снова наполнился людьми. Оживленно переговаривались дети, громко разговаривали друг с другом два молодых турка. Игорь никого не слышал. Мысли возвращались к оставленной на берегу пруда женщине. Он представил её лежащей рядом с ним в кровати. От нее всегда веяло теплом, и пахло от неё не так, как от той женщины, которая теперь иногда приходила к нему. От бывшей жены исходил запах свежих яблок, ванильных пряников и дешёвых, но волнующих духов. Этот смешанный запах, возникший в памяти, вызвал в душе чувство уюта, и одновременно усилилась тоска и жалость к самому себе.

Они дружили со школы. После его армейской службы поженились. Ида как раз окончила училище, а Игорь ещё до армии выучился на шофёра и работал в совхозе. Жизнь у них сразу складывалась хорошо. Вместе неплохо зарабатывали. С перерывом в три года родились два мальчика. Возможно, у них были бы ещё дети, если бы она не упала на работе с бункера с кормом для птиц. Тогда у неё случился выкидыш, и больше она забеременить не могла. Через несколько лет построили дом, обзавелись хозяйством. Им не надо было стоять в очередях за мясом или колбасой. С первым снегом заваливали молодого бычка и откормленного кабана, делали колбасу, солили сало, к весне коптили окорока. Две коровы в сарае давали достаточно молока, приходилось излишки продавать. Жизнь проходила в постоянной суете и в повседневных заботах. Поздно вечером, управившись по-хозяйству, усталые садились к телевизору и смотрели "Рабыню Изауру" или ещё какую-нибудь многосерийную мелодраму, переживая за героев и скрыто завидуя их чувствам. В постели тоже было всё привычно. Они редко, но исправно выполняли свой супружеский долг, предавались сексу заученно и автоматически, как-будто выполняя ещё какую-то работу по-хозяйству. Иногда, после фильма про любовь, на Игоря находила тоска. Ему тоже хотелось говорить о любви, также пылко обнимать жену. Но, ложась в кровать, видел рядом с собой уставшую женщину, которая уже с вечера думала о том, что сварить завтра на обед, как бы не прозевать отёл молодой коровы и что делать с лишним молоком.

Когда после долгих колебаний переехали на Запад, жизнь круто изменилась. Хозяйства не стало. Один сын, женившийся еще в России, жил отдельно, другой учился в университете за триста километров и неохотно приезжал домой. Вечера стали свободными, и заняться было нечем. Игорь начал читать. Он и раньше любил читать, но времени для этого не было. А теперь, после работы и в дни отдыха, он читал запоем одну книгу за другой или же смотрел часами телевизор. Его по-прежнему волновали фильмы о любви, о взаимоотношениях мужчины и женщины. Ида же увлеклась передачами про зверей и природу. Фильмы о любви ее как-то не трогали. Усталая от работы и домашних забот, она у телевизора засыпала на диване. Иногда, после длинного и скучного субботнего дня, Игорь просыпался поздно ночью, включал в зале телевизор и смотрел эротический фильм. Он понимал, что всё в фильме наигранно, искусственно и, чаще всего, пошло и примитивно. Но в нём разрасталось желание, ему хотелось испытать что-нибудь необыкновенное. Он шёл в спальню, будил жену, но та спросонья ничего не понимала, грубо отталкивала его, поворачивалась спиной и снова засыпала. Даже привычный секс стал для Иды в тягость. Она постоянно была уставшей и отвечала на ласки мужа холодно и отвлеченно. Это тревожило Игоря. Как-то он набрался смелости и заговорил с ней об этом. Ида всегда уходила от разговора на интимную тему. Вот и в тот раз от неё ничего нельзя было добиться. Из всего разговора Игорь сумел выяснить только, что ей вообще не хочется спать с мужчиной.

Так тянулось почти год. В квартире вечерами стало тоскливо и холодно. Они не знали, о чем говорить друг с другом. Игорь стал выпивать, но лучше не стало. Только заработал язву. Однажды в субботний вечер Игорь подсел к жене, привычно устроившейся полулёжа на диване. Халат сполз с ноги, оголив нежную кожу почти до бедра. Он погладил оголённое место рукой и потянулся дальше, но жена перехватила его руку.

- Я не хочу сейчас, Игорь.

Он откинулся на спинку дивана.

- Ида, что с тобой происходит?

- Не знаю.

На глазах жены появились слёзы.

- Мне ничего не хочется, у меня ни на что нет желания, - она всхлипнула, не иногда жить не хочется.

Последние слова напугали Игоря.

- Может быть, к врачу пойти?

-Я же не больная, Игорь! Наверное, все женщины в моём возрасте такие.

Игорь молчал несколько минут, пытаясь себя успокоить.

- Я уйду от тебя, - чуть слышно, на что-то решившись, проговорил он.

- Игорь, подумай, о чем ты говоришь?!

- Может, лучше будет, если мы поживем некоторое время отдельно. Ты пойми меня, Ида, так дальше продолжаться не может, я сопьюсь! Как мы сейчас живем, это ненормально. Я не сексуальный маньяк, но мне не хватает твоего тепла, твоих ласк, ответных чувств. Ты стала холодной и безразличной ко мне. Иногда мне кажется, что ты просто-напросто перестала меня любить, и поэтому я тебе безразличен.

Ида не нашлась, что ответить мужу. Она чувствовала себя виноватой. Её заполнил страх и чувство неполноценности, и от этого спазмом перехватило горло.

Неделю позже Игорь снял квартиру недалеко от своей работы и, взяв только свои личные вещи, переехал. Через год их на удивление легко развели в суде. Взрослые дети первое время не могли ему простить развода с матерью. Но постепенно отношения наладились. Иногда он навещал старшего сына, где недавно родился второй внук, но к нему в гости ни сын, ни внуки не приходили. И младший сын в редкие свои приезды в город заскакивал только на несколько минут. Игорь болезненно переживал это, но в конце концов смирился, понимая, что детям мать ближе, чем "непутёвый" отец.

Сидя на заднем сиденье шумного автобуса, Игорь вновь задал себе вопрос: а правильно ли он поступил, уйдя от жены? В нем давно сидело сомнение, прав ли он был, бросив жену на произвол судьбы. Ведь именно тогда ей требовалась мужская поддержка. Увереность в том, что в семейном разладе виновата только жена, была уже не настолько твердой, как раньше. Мало того, в нём всё чаще и чаще просыпалось чувство вины перед бывшей женой. Сегодня, когда случайно встретил Иду у озера, он был поражен изменениям произошедшим с ней за тот год, что они не виделись. Прошлым летом, когда они также случайно столкнулись на берегу пруда, она выглядела потерянно и неухоженно. А в этот раз Ида была одета по-летнему в легкую и короткую юбку. Сатиновая блузка без рукавов приятно подчеркивала её полную грудь, которая вызывающе притягивала взгляд через откровенно открытое декольте. Она похудела и от этого, казалось, стала выше ростом. Изменилась и прическа. Раньше она носила волосы до плеч и не особо заботилась об их укладке. А теперь она была коротко пострижена, волосы аккуратно уложены и модно покрашены. Новая прическа шла к её красивому, чуть продолговатому лицу. Её большие коричневые глаза, раньше тусклые от забот и переживаний, смотрели на него уверенно и с каким-то вызовом. А когда она переоделась в купальный костюм, Игорь опешил, открыв для себя, что его бывшая жена еще ой как молода. "Что могло её так изменить? - подумал Игорь. . Может быть, она встретила другого мужчину и счастлива с ним?". Это предположение взволновало Игоря. С одной стороны, он был рад произошедшим в Иде изменениям, но с другой стороны, от мысли о возможно появившемся мужчине в её жизни делалось больно на душе и сознание заполнялось ревностью.

Ида, увидев, что к остановке подошел автобус, и уверенная в том, что Игорь уехал, с сожалением поднялась с места и перешла под дерево в тень. В воду ей уже не хотелось. Она пожалела, что не взяла с собой на озеро трёхлетнего внука. Была бы забота, не терзали бы мысли. Встреча с Игорем взбудоражило её. Но болезненной пустоты, как прежде, она в себе не чувствовала. Раньше от жалости к самой себе, от переполнявшего её чувства вины при воспоминании о муже, у неё на глаза наворачивались слезы, она, не прерываясь, до душевного истощения, плакала. Теперь же чувство вины в ней притупилось, жалость к себе, вызывавшая слезы, пропала. А вот жалость к мужу стала острее. Он выглядел неухоженно, рубаха неглаженная, а брюки давно требовали стирки. В такую жаркую погоду мог бы прийти на берег и в шортах. Когда он снял верхнюю одежду, на нем оказались плавки, которые они покупали в первый год переезда в Германию. Краска на них поблекла, резинка с годами ослабла и плохо держалась на бедрах. Ида слышала, что у него есть женщина, но не знала, живут ли они вместе. Судя по его виду, он по-прежнему живет один. Почему-то эта мысль успокоила ее. "Может быть, позвонить и пригласить его на ужин?", - подумала она и, проигрывая в воображении предстоящий звонок к бывшему мужу, стала собираться домой.

Игорю возвращаться в свою однокомнатную квартиру не хотелось. Несмотря на недавно купленный компьютер, несмотря на телевизор с русскимим программами, в ней было скучно. Иногда в квартире появлялась женщина, с которой он познакомился через полгода после развода с женой. Она приходила к нему один - два раза в неделю. Женщина была симпатичной. Овальное лицо, прямой тонкий нос, маленькие пухлые губы, голубые, чуть навыкате глаза. Но в постели она ему не нравилась. После близости с ней к Игорю почему-то приходило чувство стыда. Как будто он кого-то предавал. Это чувство убивало в нем всякое желание спать с женщиной и даже пугало его. Он вставал с кровати, уходил из спальни, долго сидел в зале у телевизора и, когда был окончательно уверен, что женщина заснула, возвращался назад и ложился спать. Сейчас, в автобусе, он понял, что эта симпатичная женщина всегда оставалась для него чужой. Она на время заполнила вакуум, образовавшийся в его жизни, но родной не стала. Наверное, от этого и возникало в нём чувство стыда. Игорь только сейчас осознанно понял, что обманывал себя и заодно ни в чем не виноватую женщину. Надо бы с ней серёзно поговорить. Он чувствовал, что чужая ему женщина тоже тяготилась этой чуть теплившейся связью. Видимо, она рассчитывала на твёрдые отношения и, может быть, даже на создание семьи. Им надо расстаться, им надо освободить друг друга . твёрдо решил Игорь.

Автобус остановился на базарной площади. Большинство магазинов были уже закрыты, площадь выглядела безлюдной. Вышли несколько пассажиров и поспешили под зонтики летнего кафе, где чернявые итальянцы разносили заказанное мороженое. Жара плавила асфальт. С задних сидений, под которыми находился мотор автобуса, кондиционером надувало в салон горячий воздух, но никто из оставшихся пассажиров не осмеливался сказать водителю, чтобы он его выключил. Игорь тоже равнодушно отнесся к этому. Он не замечал жару. Он ушел в свои мысли. Он наконец-то признался себе, что никогда не переставал любить Иду, и решил окончательно: надо искать возможность вернуться к ней. Приняв решение, он вдруг почувствовал, как в душу входят покой и ожидание чего-то прекрасного. Игорь прислонился головой к горячему стеклу, прикрыл глаза и начал мечтать о новой встрече с женщиной, которую продолжал любить.




Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
292625  2010-04-16 16:20:04
Антонина Ш-С
- Вы добрый человек, Валдемар. Сюжет интересный, но дидактика проглядывает уж слишком откровенно не надо бы...

Замечания: ╚она начала быстро и бессмысленно работать руками, пытаясь удержаться на плаву, но чем больше в ней разгоралась паника, тем меньше ей это удавалось╩. (Можно понять, что ╚меньше удавалась╩ паника). ╚Она, ничего не соображая, вцепилась в него руками и╩ (слово ╚руками╩ лишнее. И без того понятно, что ╚руками╩. Если б Вы написали ╚Она вцепилась в него, навалилась всей тяжестью и потянула вниз, ничего не соображая╩, получилось бы динамичнее)

Делать замечания, конечно же, всегда легче, так что простите.

292631  2010-04-17 11:24:42
Валдемар Люфт
- Спасибо, Антонине Адольфовне за теплые слова. Только вот доброта тут совершенно ни к чему. Можно быть добрым, но бесталанным, и можно быть злым, но талантливым. К кем я отношусь- не знаю. По натуре, не очень-то добрый. Скорее всего, я лояльный человек с пацифическим умовозрением. А. А, как всегда, внимательно ищет ошибки. И если она признала что-то за ошибку, то уверена в этом без сомнения. Но на самом деле не всегда найденные ею якобы ошибки таковыми являются. Насчёт дидактики - дело восприятия. Но вот с ошибками, по-моему, А.А промазала. К примеру, "пытаясь удержаться на плаву,(,) но чем больше в ней разгоралась паника,(,) тем меньше ей это удавалось". Здесь нет никаких противоречий. Слова "меньше ей это удвалось" относятся по всем грамматическим и стилистическим признакам к словам "пытаясь удержаться на плаву". Во втором своем замечании А.А. не права совершенно, утверждая, что вцепиться можно "понятно, что ""руками"". Вцепиться можно пальцами (например, в волос на голове), зубами, наконец, ногами (чего в панике только не совершишь). С уважением Валдемар.

292632  2010-04-17 12:02:30
Л.Лилиомфи
-

Уважаемый Вальдемар, иногда всё-таки, ошибки у Вас выпрыгивают в тексте. Например:

-

К КЕМ Я ОТНОШУСЬ НЕ ЗНАЮ

-

Это чем-то напоминает - "Как я провёл этим летом". Но эти неправильности вызывают улыбку. Недаром же у классика "без грамматической ошибки я русской речи не люблю". Так что, - ничего страшного. Так держать.

/ из Н - ска, 17 апр 2010 /

292640  2010-04-18 11:46:11
Валдемар Люфт
- Ну конечно же, "к кому". Издержки влияния нем.языка. Кто долго живет за границей, тот знает, что нужно быть вдвойне внимательным. Хотя этот аргумент в отношении литературы неприменим. В одном вы правы: вообще без ошибок было бы скучно.С уважением Валдемар Люфт

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100