TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

Русский переплет

Cтраницы творчества Игоря Лавленцева с 27 ноября 2003 года посетило человек.

"В январе сугробы тают в городке среди полей..." Тихая провинциальная лира Игоря Лавленцева чище и глубже многих звучных столичных цимбал. Стихи Игоря √ почти химически чистая Поэзия, в них нет привычного нам обильного словесного пира, язык Лавленцева скромен, но не от убогости, а от выбранной эстетики √ ⌠выражение простых и чистых чувств простыми и чистыми словами■. Это классическая русская поэзия √ с напевностью, эмоциональным накалом и душевной болью, анестезированной христианским взглядом на Божий мир и свою судьбу. Мужественные и достойные стихи тамбовского поэта стоит прочесть, зная об особенностях этой судьбы √ автомобильной катастрофе в шестнадцатилетнем возрасте и √ с тех поринвалидной коляске. Рад представить вам не на суд, а для праздника душевного Поэта с чистым и узнаваемым голосом, смиренного в жизни и в творчестве, и очень мною любимого.

Алексей Ивантер

Игорь Лавленцев

 

Стихи из книги "Смиренная декада"

 

 

***

С веток - яблоки,
С белых цветов - лепестки,
С неба - звезды,
Из сердца - пустые тревоги.
Нам пора,
Из-под пыли мятежной тоски
Разбегаются прочь две обочных дороги.

 

Все случилось до срока,
Чему наперед
Суждено и предписано
Было случиться:
Скрылся в сумрачном облаке
Твой самолет,
Прокричала в полуночи
Дикая птица.

 

Скоро утро развеет над заводью пар,
Словно память,
И я позабуду навеки
Губ прохладных твоих
Опьяняющий жар,
Эти руки твои -
Эти белые реки.

 

Я забуду
Шафрановый запах волос,
Я забуду твой взгляд,
Настигавший повсюду,
Под успенское пенье тоскующих ос
Я твой голос,
Дыханье твое позабуду.

 

В третий раз прогоняет
Бессонный петух
Мелких бесов измен,
Горьких духов разлуки,
Только твой
Неуемный безжалостный дух
Все кладет мне на грудь
Невесомые руки.

 

Сгинь!
Но губы...
Но глаз полусвет-полумрак...
Прочь изыди!
Но век золотых гильотина...
Расточись!
Но дыханье похожее так
На последний полет
Лепестка георгина...

 
***

На языке,
Зовущем мя
Явиться финиста предтечей,
Об окна перьями гремя,
Тверди, ведунья всех наречий,

 

Учи,
Учительница роз,
В последней сладости заката
Пьянеть от шепота стрекоз.
И в том пребудешь виновата

 

В иных краях,
На берегу
Иных созвучий и соцветий,
Где на лету,
Не на бегу,
Имен,
Названий,
Междометий

 

Теряя суть
Прольешь авось
Совсем не горестные слезы,
Что уж не парами,
А врозь
Кружат прозрачные стрекозы

 

Над памятью моею,
Над
Давно забытыми твоими
Уроками.
Шумящий сад...
Июнь...
Но имя?
Имя!
Имя...

 

Тычинки,
Пестики...
Зима.
Как зло!
Как весело!
Как мило!
Ты голубей с руки кормила,
Бывая птицею сама

 

Осенним днем.............

.......................................
***

Этих глаз
Потаенный огонь золотой
Различит только ангел небесный,
Да бродяга,
Что грезит надеждой пустой,
Ожидая судьбы неизвестной.

 

Этих губ
С ароматом полыни в меду,
Что бродяга отроду не ведал,
Он губами своими Коснется в бреду,
И ульется
Полуночным бредом.

 

И умрет...
И душа бесприютная к ней
Полетит,
Не встречая запрета.
А она будет думать,
Что ночь холодней,
И заплачет
За час до рассвета.

 

И, поплакав,
Задремлет в мерцаньи свечи,
Сожалея о давней разлуке.
И не вспомнит о том,
Кто в холодной ночи
Дышит ей
На озябшие руки.
Татьяне Т.

 

Это сны земные, или
С облаков спустились были?
Эхо смутного былого?
День грядущий наяву?
В синеве январской пыли
Ручкой белою манили
Из предельного Тамбова
В запредельную Москву.

 

Говорили про Тверскую,
Где фонтан в июльском полдне
Светит радугой (об этом
Говорилось в январе).
Я и видел Вас такую
Мэтра бронзового подле
(Передвинут Моссоветом
При Иосифе царе).

 

Он, как Вы, в ночи вздыхает:
Где путаны ждут путины,
Прежде крыльев серафима
Убегал распутный бес...
В небе Тушина порхает
Вертолетчица Марина.
Лже-Димитрий смотрит мимо
Вертолета и небес.

***

Судьба в глаза бросает весело
Крупинки горького песка.
Мое земное равновесие...
Моя небесная тоска...

 

Не обрету иного чаянья
,
К иному берегу приплыв.
Мое счастливое молчание...
Мой нерастраченный порыв...

 

Сквозит прохлада одиночества
Над веками моими вновь.
Мое заветное пророчество...
Моя запретная любовь...

 

БЕРТА
Влажный сад,
Мой влажный самый.
Берта с ветреною мамой.
Трав и листьев кутерьма,
Не своди меня с ума.
Сад с кустами роз и ягод.
Папа в Гарварде у них
За чертою будних тягот.
Влажный сад
Лилов и тих.
Сад лиловый,
Самый нежный,
Листья с запахом волос.
Мама Берты -
Сон мятежный,
Ангел жажды,
Демон снежный.
Папа Берты -
Гордый росс,
Бог славистики востока.
Маме Берты -
Одиноко
Под тягучей тенью слив.
Жадно трепетное око.
Шмель воинствен
И пуглив
На уста мои садится.
Птица мама,
Ночь синица,
Склюй тревожного шмеля.
Сад мой -
Влажная земля.
Берта-роза,
Дай напиться
С лепестков твоих росы.
Жизни бренные часы
Прободай желанья спица.
Берта,
Ком небытия,
За тобой вспорхну и я
С ветви сумрачного сада
В даль безоблачного ада.

 

КОЛЫБЕЛЬНАЯ
Полно, Берта,
Не плачь,
От твоих полуночных обид
Замирает душа,
Голубиные плечи ссутуля.
Все равно не поверит твой прадед
Матерый хасид
В то, что годы любви
Уместились в неделе июля.

 

Не печалься,
О, Берта!
Обещано было всерьез,
Все сокровища лета
Твои навсегда,
Без обмана:
Лепестки из букетов
Бордовых и палевых роз
И венчальное платье
Из клочьев речного тумана.

 

Не грусти,
Эти слезы
Достойны бесценных оправ,
Самоцветы царей рядом с ними -
Унылые тени.
Помани,
И я ринусь,
Сломавший клыки волкодав,
До рассвета лизать
Остроуглые эти колени.

 

Не сердись,
Посмотри,
На тебя проливает свой свет
Рой галактик пугливых,
Туманностей ближняя стая.
Звездной их канителью
Длиною в три тысячи лет
Обовью эти бедра,
Все тайны твои покрывая.

 

Улыбнись,
Через час,
За двенадцать минут до зари
Пронесется по небу
Веселая фата-моргана,
То видений Баюна
Волнующее попурри
,
Иль явь,
Что бредет под рожок
Козлоногого Пана.

 

Спи же,
Сон твой храня,
Я замру,
Словно сфинкс,
На века.
Лишь любить тебя вечно
Мне, Берта,
Увы, не по силам.
Как же, Берта,
Ладонь твоя невыносимо легка...
Продыши мне проталину
В сердце
Как сумерки стылом.

 

СОН
Вольно тебе, Берта,
Во сне улыбаясь,
Какого-то странного видеть поэта,
Который,
Почти что земли не касаясь,
Бредет по пространству
Усталого лета.

 

И ветер -
Одежды его развевает.
И крылья -
Плащем опустились на спину.
А ты и не знала,
Как дождь размывает
Судьбы позолоченную паутину.

 

В ночи тополя
Наливаются воском,
Ужо запылают
Багряные свечи.
Покуда же листья шуршат подголоском
О том,
Что веселая смерть
Недалече.

 

А он уже там,
Где зеленые горы,
Где тучи лежат по долинам стогами.
А ты и не знала,
Что мерить просторы
Гораздо удобней
Большими шагами.

 

Ах, милая Берта,
В дыму пробужденья
Не нужно жалеть
О витии крылатом.
Он нынче на млечном пути восхожденья -
По самому краю
Лихим акробатом.

 

Смотри,
Что творит
Укротитель сонетов!
Бедовое чадо
Рисковой натуры!
А ты и не знала,
Что лучших поэтов
Господь забирает к себе в трубадуры.

 
***

Та ли пора идильная -
Августовская плаха.
Фабрика ли прядильная,
Девица ль тонкопряха.

 

Как во саду у фабрики
С летнего неба в осень
Падали звезды - яблоки
И разбивались оземь.

 

Думала, утро стелется,
Понадвигались стужи.
Плакала горько девица
О потаенном муже.

***

Елене Е.

 

Легкий вздох мой,
Поведанный мне одному.
Теплый свет
В остужающем мраке суккубы.
Улыбнись,
Я иначе вовек не пойму,
Что прошепчут твои своевольные губы
.
 

Мне улыбка твоя,
Как забытый цветок.
Ни названья,
Ни облика:
Тающий запах
Зверь полуночный - память,
Грызя коготок,
Нежно держит в мохнатых,
Мозолистых лапах.

 

Голос твой -
Серебра колокольного нить.
Взмах ресниц -
Тень крыла золотой нимфалиды.
Улыбнись,
Я не вспомнить хочу,
Но забыть
Чьи-то давние слезы
Жестокой обиды.

 

Дева,
Девушка,
Девочка -
Чаянный грех.
Как вы с нею похожи
Печально и странно.
Как прощала она
Обжигающий смех,
Неумелость любви
И сноровку обмана.

 

Юность глупая -
Пуля, рогатина, нож...
Не помянешь,
Иными усладами меря.
Улыбайся,
Прошу,
Без нужды не тревожь
До поры всю тревогу забывшего зверя.

 

ПУТЬ

 

ИЗ ПОЭМЫ +КИТЕЖ+

 

Уйди,
Земля моя,
Исчезни
На дне озер,
Укрой в благословенной бездне
Смятенный взор,

 

Избавь от ига векового
Бесовских стад
В садах покоя заревого
Заблудших чад,

 

Запри,
Покуда легионы,
Содея блуд,
Пожрут себя
И стоном стоны
Не угнетут,

 

Покуда
Глядя,
Не узреем
В небесный мост,
Как змей.
Самим повержен змеем
Клыком о хвост,

 

Тогда взойдем над берегами
Озер и рек
И вострубим
,
Что ныне с нами
Господень век.

 

ВОСКРЕСЕНЬЕ
Нет,
Еще не истлел
Над моею страной
Окоем золотого ее покрова,
Это просто Россия болеет весной,
Это просто весна
Пред Россией права.

 

Малой искрой
В тревожимой ветром золе
Тлеет вера,
И след бесприютной любви
На едва пересилившей холод земле
Остывает по утру,
Зови, не зови.

 

Лишь надежда
Еще до полудня жива.
Под малиновым пологом
Новой зари
Пробивает асфальт
Молодая трава,
Вьются ласточки в небе,
Кружат сизари.

 

Замирают крестом
Два простертых крыла -
Заревые распятья
Российских небес.
Взмах -
И радость души
Мимолетно светла!
Взмах -
И чудо!
Воистину Сыне воскрес!

 

И плывет над полями,
И будит сады,
И апрелю велит:
По дорогам труби -
Я воскрес!
О, Россия!
Воскресни и ты,
И надейся, надейся,
И верь,
И люби.
..
 

ИОНА
В вихре пламенной тоски
Крыл ночного махаона
Облетают лепестки
Перецветшего пиона,

 

Выстилая стены сна
Алой плотью чревоглади.
Буде аз иного ради
В горле сумрака - блесна.

 

Не тревога,
Сущий страх,
О, крыла легки и любы,
Не опустят ярый взмах
Сквозняком на лоб и губы.

 

В темень машет махаон.
Ночь - крыло,
Крыло - пучина.
Безысходности причина -
Чрево ныне,
Чрево сон,

 

Чрево марево,
Стена.
Сфера тьмы неодолима.
Годы,
Войны,
Племена
Мимо запертого,
Мимо.

 

Полночь - плоть,
Освободи
От полуночи и плоти
.
Первый вздох -
На повороте,
Свет и бездна -
Впереди.

 

НОЙ
Он сажал на язык
Золотую пчелу,
И еще,
И за нею другую,
И вонзала пчела
Золотую иглу
В ненасытную мякоть нагую.

 

Не до боли
В доении стонущих сих,
Во смешении меда и яда.
И в глазах
Необъятно прекрасно больших
Зеленела безумья прохлада.

 

Выше облака дум,
В лубяных небесах,
Над стенами звенящего зноя
Лик полуденный солнца
В парчовых усах
Изнывал над молчанием Ноя.

 

Был ли знак или голос:
Ступиша на твердь...
Не до знаменья в мареве дела.
Мир гудел под руками,
И новая смерть
Во спасаемом улье гудела.

 

И спирали галактик
Вились за спиной,
И клубились туманностей шубы.
Не скиталец убогий,
Не названный Ной
Мазал воском
Иссохшие губы.

 

Был он Бог,
И земля,
И четыре угла
Светлой горницы -
Звездного плата.
И сползала во тьму
Золотая пчела
По печальному лбу Арарата.

***
М. Березину
Одуванчик, крапива, лопух...
Вянут травы от осени ранней.
Встрепенется ли суетный слух
От твоих невеликих стараний,

 

Где не слово,
А вздох по верхам
Тополей за изгибом дороги.
Осыпаются листья к ногам,
Тонут в золоте бренные ноги,

 

И ни с места от этих болот
Золотых, золотее эдема.
Поздно, поздно,
Кончается год,
Сякнет в землю безумная тема.

 

Не до радости,
Не до беды.
Полусон, полубдение, полу-
Свет мерцает в снегу бороды
Неусыпного старца Николы.

 

Наплывет на оконницах лед.
Сквозь наросты обыденной прозы
Будут зиму цвести напролет
Георгины, пионы и розы.

 

Не разбудят вовек
Ни петух,
Ни архангел...
Но вспомнится все же:
Прорастут по весне,
Дай то, Боже,
Одуванчик, крапива, лопух.

 
***

Ни тоску не лечат,
Ни тревогу
Эти вопли галок и ворон.
Оседает солнце понемногу
В сучья стылых липовых корон.

 

В области закатного предела
Пламенеет небо декабря.
Ни души,
Ни разума,
Ни тела
Не согреет зимняя заря.

 

Не расцветит прожитую долю
Алая закатная гряда.
Улетает вдаль по белу полю
Птичий крик
На версты,
На года.

 

Черных крыл несчитанные тыщи,
Солнца обезноженного шар,
Липы на завьюженном кладбище
Да пожар,
Негаснущий пожар...

 

Не пометить вымученным словом
Этот мир
Не дальний,
Не чужой.
Бьются галки в полыме багровом
Над кривой кладбищенской межой.

 

Стынет гомон,
Колется,
Дробится.
Мечется шальное воронье.
Полно,
Обезумевшие птицы,
Славить одиночество мое.
ЗИМНИЕ СТАНСЫ
Лебединой не зарь красоты,
Не замай соболиные брови...
Не на пользу пустые мечты
В заметаемом снегом Тамбове.

 

Крепкий чай
Да дешевый табак -
Утешайся,
Любезная муза.
Вдохновенье пошло за пятак
Дубликатом бесценного груза.

 

Упоительное ремесло -
Из безветренных снежных парений,
Из метелей,
Метущих зело
,
Ткать полотнища стихотворений.

 

Среди множества зимних утех -
Лишь одна болевая потреба.
Это миг,
Это вдох,
Это снег
В миг усталого выдоха неба.

 

Что за снег
В черноземной глуши!
Тяжелей
Каждый век,
Раз от раза
На безлюдье печальной души
И на ветках печального вяза.

***

Я забытый всеми грешник,
Помышляя о весне,
Сколочу зимой скворечник
Не потехи ради
Не
Для забавы,
А для дела:
Чтобы занял сей дворец
Из далекого предела
Возвратившийся скворец,
Не мастак крученых трелей
При полуночной луне.
У него для дальних целей
Нечто вызнать надо мне,
Различить, доверясь звукам,
Сквозь мелодию и тон,
Как по каменным излукам
Катит гулкий фаэтон,
Что за крики полнят кроны
В апельсиновом саду.
Как заморские вороны
Кличут недругам беду,
Как зовет по следу стаю
Седогривый павиан┘
И возникнет ближе к маю
Приключенческий роман -
Не троллейбусно-походный,
Коммунально-типовой,
Не учебно-обиходный,
А волшебно-путевой.

***

Опыт ли собственный,
Чей-то завет:
Верить в приметы -
Плохая примета.
Маешься в зоне сплошного навета,
Не напасешься готовых примет.

 

Не наживешься, ветров не любя,
Не возликуешь от радости к сроку,
Как от умения зряшного, проку -
Ни для кого-нибудь,
Ни для себя.

***

Тепло осенних тополей
Не описать и не измерить,
Но думать хочется и верить:
Не зря от осени моей
Исходит надобность такая,
В глазах и душах возникая,
Бродить под пологом ресниц
Людей неведомых и птиц,
Которых та же доля гонит
Через полудень напрямик,
Которыми вернее понят
Мой неразборчивый язык.

***

Звезды горстями на землю бросая,
Простоволосая
И босая,
Юбочка пестрая каруселью -
Кружится ночь в августовском веселье.
Кружится ночь в августовском прощанье,
Дым обещаний.
Жизнь - обещанье.

***
 

Перелетел ложбину овод
И закружил над бузиной,
Как лишний довод
Или повод
Неброской радости земной.

 

Туман меж небом и рекою
Сгустила сумерек пора
Приметой мирного покоя
И равновесия добра.

 

Спустилась с облачного ската
Печаль,
Не боль и не беда.
И в этом тоже виновата
В ночи упавшая звезда.

***
 

Кто будит стылые поля
И пыль тяжелую взметает
На перепутьях октября
В тот час,
Когда едва светает?
И ветер - в свист,
И травы - ниц,
И Век клубится на копытах.
То скачут души кобылиц
Во ржи под седлами убитых.
Просторы гулкие креня,
Летит эдемная элита.
И будто молоком стерня
Заиндевелая облита.
Сквозь межи,
Как через года,
За грань стального горизонта...

 

А мне √ лишь эхо, навсегда
Вперед умчавшегося фронта.
И вязнет дальний зов трубы
В густом дыханье листопада.
Со мной усердием судьбы
Моя смиренная декада.

 






Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
254492  2003-11-28 01:54:24
Лиговский затворник http://www.prigodich.8m.com/
- А.Ивантеру

Хорошо Ты написал о Лавленцеве. Все так, все именно так.

254501  2003-11-28 16:15:46
Скептик
- Отлично!

"... провинциальная лира ..." эта непроизвольно ассоциируется с другой - век тому назад,-рязанской. Да и Владимир Владимирович слегка прорезался, но ещё менее _ "дубликатом".

254507  2003-11-29 01:36:44
Yuli
- Тычинки,
Пестики...
Зима.
Как зло!
Как весело!
Как мило!




Уважаемый г-н Ивантер! Вам следует знать, что это не совсем стихи, скорее, это смешная пародия на самого себя, написанная по наивности и отсутствию поэтического чутья.
Многострадальному Переплету не везет на поэтических редакторов, и здесь ничего не поделаешь. Я не читал Ваших собственных стихов, и теперь уже, наверное, так никогда и не прочту.

254512  2003-11-29 10:00:47
Марина Ершова
- Уважаемый Алексей Ивантер! Мне не понравились стихи очередного представленного Вами автора - Игоря Лавленцева. Опять руки, плечи, губы, сады, волосы, пришла - ушла, оставила воспоминание. Банально, вторично, однообразно, скушно. Появилось тревожное ощущение, что Ваш, с моей точки зрения, сомнительный поэтический вкус, будет делать погоду в "Переплете". Пока Вы не перешли к сталинским репрессиям инакомыслящих и чувствующих, хочу обратить внимание читателей на поэзию других авторов "Переплета": Андрея Лазученкова, Андрея Журкина, Олега Любимова(Солдатова).

254548  2003-12-02 19:12:13
Владимир Гурболиков www.fomacenter.ru
- "И ветер - в свист, И травы - ниц, И Век клубится на копытах. То скачут души кобылиц Во ржи под седлами убитых..."

И это - скучно и банально??? Возможно, стихи Ловленцева неровные, есть в них какие-то повторы и даже то, что КАЖЕТСЯ банальным (хотя из-под его рук - всегда искренно и от сердца), однако, мне кажется, отзывы всё же необъективные и какие-то холодные. И впечатление складывается (поскольку впервые у вас в гостях): люди за что-то обижены на редактора, а вымещают обиду на ни в чём не повинном авторе.

Мы Ловленцева публиковали на нашем "Литфонде" http://www.fomacenter.ru/materials/?cat=42 . Там мы стараемся печатать ВСЕХ, в том числе, быть может, и слабых авторов - потому что нас интересуют в первую очередь, люди, их судьба и опыт - более, нежели художественный результат. Но Ловленцев вовсе не "любитель" - ни в слове, ни в "судьбе поэта", которая многое определяет. Читал я и его прозу. Мне он кажется каким угодно, только не скучным.

О профессионализме же судить... Не знаю. Если предъявлять подлинный счет - сейчас многие пишут хорошо, но так без-душно и без-нравственно, что трудно говорить об этом. Сначала бы определиться, а КАКОГО ИМЕННО профессионализма не хватает нынешней литературе...

С уважением, Владимир


Русский переплет

Rambler's Top100