TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Драматургия
25 марта 2008 года

Валерий Куклин

 

Валерий Куклин

 

С Е Р Д Ц А М О Е Г О П Е Ч А Л Ь

(детективная мелодрама для молодежи)

 

Действующие лица:

 

1.   АНЯ - 16 лет

2.   КАТЯ - 17 лет

3.   СВЕТА - 9 лет

 

 

А К Т П Е Р В Ы Й

 

Стандартная городская квартира. Зал.

КАТЯ сидит на диване, читает книгу...

Потом видно, что она не смотрит в нее, а уставилась в потолок. Рассеянный взгляд ее начинает блуждать по комнате, натыкается на телефон...

Тут она вскакивает и бежит к аппарату. Быстро набирает номер и с нетерпением ждет ответа.

 

КАТЯ(в трубку): Алло! Здравствуйте!... Это Катя. Аня дома?... А, ну ладно. До свидания тетя Лида... (кладет трубку) Дома нету никого...

 

Ходит с телефоном в руке по комнате, пробует набрать номер. Но тут же бросает. Тут и телефон ей кажется ненужным. Она ставит его на пол и возвращается к дивану. Ложится, берет книгу, но...

... звонок.

Она бросается к телефону, но спотыкается и дважды ударяет по телефону рукой, отчего звонок смолкает. Набирает номер.

 

КАТЯ: Алло! Это ты звонила?.. (расстроено): А-а-а... А я думала, не ты... Ну, почему почему? Думала, что звонишь не ты. Не ты, понимаешь?!.. Ну... Это мое дело. (кладет трубку): Дура.

Звонок в дверь.

КАТЯ бросается к двери. Открывает - там АНЯ.

 

КАТЯ: Ой! Привет!.. Ты что хмурая?

АНЯ: Привет.

КАТЯ: Ну что... Что у тебя?

АНЯ: Ничего.

КАТЯ: А что хмурая?

АНЯ: Да что ты привязалась? Хмурая да хмурая. Веселая я.

КАТЯ: Ну да, веселая. С таким лицом только вешаться.

 

АНЯ обижается и хочет уйти.

КАТЯ ухватывает ее за плечи и не пускает.

 

КАТЯ: Ну, ладно... Ну, извини... А ты знаешь, он мне звонил.

АНЯ: Кто?

КАТЯ: Ну, он! Только сейчас положила трубку.

АНЯ(без интереса): Ну, звонил. Ну и что?

КАТЯ: Сказал, что... ( делает загадочное лицо)

АНЯ(все еще без интереса): Ну, что сказал?

КАТЯ(весело): А что сказал, то и сказал! Он мне теперь всегда будет это говорить.(отскакивает от подруги и весело скачет) А еще он мне песню пел... (напевает): Позвони мне, позвони. Позвони мне, ради Бога!...

АНЯ: Он что - старик?

КАТЯ: Почему старик?

АНЯ: Да это й меня папа поет. Говорит, песня его молодости.

КАТЯ: Не его молодости, а вообще молодости. Я вот .Старые песни о главном. слушала - так там все песни, как современные. (напевает): Хмуриться не надо, Лада! Хмуриться не надо, Лада! Для меня твой смех - награда! Лада!

АНЯ(подхватывает): Даже если будешь бабушкой, для меня ты будешь Ладушкой! Все равно ты будешь Ладушкой! Лада!

Девушки весело смеются.

 

АНЯ(неожиданно): А кто он?

КАТЯ: Кто?

АНЯ: Ну, который звонил.

КАТЯ: А это - секрет!

АНЯ: От меня?

КАТЯ: Ага. Ото всех. У нас с ним любовь тайная. Как у Ромео и Джульетты.

АНЯ: Да ну! То когда было! Сейчас семьи друг с другом не воюют. Зачем секретничать?

КАТЯ: Так интересно же! Он позвонит - я ему позвоню. Он письмо напишет - я прочту. Романтика!

АНЯ: А что - вправду?

КАТЯ: Что - вправду?

АНЯ: Пишет?

КАТЯ: Конечно, пишет.

АНЯ(просяще): Покажи.

КАТЯ: Да ты что? Это ж для меня. Это личное... (мечтательно): Он, знаешь, когда пишет, так там каждое слово... такое... (ищет слово)... особенное! Вкусное, что ли? Я даже на вкус его ощущаю.

АНЯ(с завистливой злобой): На зуб или на язык?

КАТЯ(словно проснулась): Ну, зачем ты? Я вправду не могу.

АНЯ: Потому что врешь!

КАТЯ: Я - вру?

АНЯ: Да, врешь! И не пишет тебе никто! И не звонит!

КАТЯ: Ах, не пишет? Да? Не звонит?

АНЯ: Не пишет и не звонит!

 

КАТЯ подбегает к дивану, хватает книгу и вынимает из нее бумажку.

 

КАТЯ: А это что?

АНЯ: А ничего! Бумажка!

КАТЯ: А вот это? (сворачивает бумажку так, чтобы видна была подруге только первая строчка, сует той под нос): Что это?

АНЯ(читает): .Милая моя..... Ну и что? Может, письмо от бабушки.

КАТЯ: Ах, от бабушки? (вертит бумагу в руках, находит нужное место, показывает)

АНЯ(читает): .Твой я.... (пожимает плечами): Ну и что? Может, это - дедушка.

КАТЯ(в отчаянии): Ты что? (стучит себя пальцем по лбу): Думай, что говоришь! Что - дедушка будет писать: .Твой.?

АНЯ: Ну, ладно, ладно. Поверила я. А что, он всегда не подписывается?

КАТЯ: Как - не подписывается? Вот же... (показывает уже прочтенное подругой место)

АНЯ: Ну, видела я. А у него что - имени нет?

КАТЯ: Почему нет? Есть, конечно. Только пишет он всегда так: .Твой я.. Это, чтобы я знала, что письмо он написал, а никто другой.

АНЯ: Или чтобы не узнали от кого ты письма получаешь.

КАТЯ: Конечно. А зачем всем знать, что мы любим друг друга?

АНЯ: А что - вправду любишь?

КАТЯ: Ага. Я его как увидела - так сразу поняла - он! А потом письмо получила - и поняла: он тоже любит.

АНЯ(с завистью): Счастливая!

КАТЯ: Ага! Я знаешь, как его люблю? Скажи мне вот он сейчас: прыгни с балкона - спрыгну!

АНЯ: Счастливая... Только если любит, разве он скажет?

КАТЯ: Что - скажет?

АНЯ: Чтобы с балкона спрыгнула?

КАТЯ: Ну. Это же я так... вообще... Я просто... просто люблю его - и такая счастливая! (смеется и крутится, расставив руки): Вот так бы всех счастливыми сделала! (дальше говорит увлеченно, не замечая, что подруга с каждым мгновением все больше мрачнеет и садится с каменным лицом на диван) Я когда вижу его, слышу, как говорит он, как смотрит, у меня прямо мороз по коже! И, знаешь, сердце так и трепещет! Так и трепещет!.. А когда улыбнется, я просто таю!.. (замечает, что АНЕ не до ее восторгов): Ань! Ты что? Тебе плохо?

АНЯ: Да, нет... Ничего. Пойду я. Вот сейчас посижу - и пойду...

КАТЯ(садится рядом с подругой, обнимает ее): Ну, что ты? И у тебя будет любовь. Настоящая! Красивая! Ты же у нас вон какая красавица! (целует ее):Ну, не дуйся, а? Порадуйся со мной! Это такое счастье - любить и быть любимой! (подруга согласно кивает, но выражение лица ее печально настолько, что вид ее волнует КАТЮ): Ну, что ты, а? Ну, хочешь, я тебе ег назову? Ты его знаешь... Хочешь? (АНЯ кивает; девушка говорит загадочным голосом): Его зовут... его зовут... Вик-то-ром! (смотрит с победным видом на АНЮ): Виктором! Поняла?.. Ну, который из соседнего подъезда. Ну, высокий такой...(сбивается с тона, оторопь на лице подруги ей не нравится): ... волосы кудрявые, черные... нос такой, греческий... Аня, ты что?

АНЯ(падает на спину на диван и хохочет): Ой, не могу! Не могу! Ромео! .Твой я!. Виктор!

КАТЯ(обижается, отстраняется от подруги): Ты что? Я тебе - как подруге, а ты...

АНЯ: Ой, подожди! Сейчас! Отсмеюсь...

 

Пока она успокаивается и, присев на диване, вытирает выступившие слезы, КАТЯ встает и отходит к телефону.

 

КАТЯ: Все? Успокоилась? А теперь иди - можешь всем рассказывать. Как тебе было смешно. Может, и они посмеются, а? Как по-твоему? Посмеются? А мне наплевать - пусть смеются. Я вот буду ходить - а они смеяться. И это будет посильнее, чем с балкона.

АНЯ: Катюш, извини, а? Я не хотела. Просто так получилось. Я просто хотела...

 

Она запинается, но КАТЯ не замечает этого, перебивает.

 

КАТЯ(нервно частит): А что - он не красивый. Да? Не красивый? А он очень, очень даже красивый! Самый красивый на савете! Вот! А ты... Ты... Если ты будешь смеяться... Если станешь смеяться... Я... Я с тобой... Я...

АНЯ(настойчиво по-учительски): Не любит он тебя. Понимаешь - не любит. Потому и пишет: .Твой я.. Чтобы на него не подумали. Понимаешь?

КАТЯ: Что? Что ты сказала? А ну повтори! (идет на подругу с намерением вцепиться той в волосы): Повтори!

АНЯ(прикрываясь от нее согнутой в локте рукой): Не трожь мою прическу!

КАТЯ: Повтори!

 

АНЯ выскальзывает из-под падающей на нее КАТИ, отскакивает к двери.

 

АНЯ: Не любит он тебя! Он меня любит!

КАТЯ: Что? (садится на диване, встает, опять садится): Тебя? Что ты болтаешь?

АНЯ: А то, что слышала. ( печально): Он письма эти мне писал. По телефону мне читал и посылал. А попадали почему-то к тебе. Я думаю, Светка это нарочно делала.

КАТЯ: Что за Светка?

АНЯ: Сестра его. Девять лет. Он письма пишет, ей отдает, а она за него относит, в ящик бросает. Ну, знаешь, мальчишки всегда так. Стесняются.

КАТЯ(потерянным голосом): Стесняются.

АНЯ: Ага. А я все думала: почему он письмо читает мне, говорит, что посылает, а оно не приходит ко мне. Так психовала, психовала - чуть с ума не сошла. Я и к тебе шла - рассказать об этом, а тут у тебя новости...

КАТЯ: Новости... (берет письмо, протягивает АНЕ): Возьми. Остальные в столе...

 

АНЯ подходит и осторожно берет письмо у подруги.

 

АНЯ(извиняющимся голосом): Ты извини. Как-то неожиданно.

КАТЯ: Да, да... Ты иди. Письма в столе. (неожиданно падает на диван лицом и рыдает)

АНЯ(стоит, смотрит, потом садится рядом с подругой, гладит ее по плечу): Ну, не надо... Не надо... Сердцу ведь не прикажешь... Ну что тут поделаешь? Раз так получилось... Ну, тяжело, я понимаю... Безответная любовь... Ну, Катька, ну не плачь... Ну, пожалуйста... (сама понемногу начинает плакать) Я же не хотела. Честное слово, не хотела! Он сам ко мне первым подошел. Хочешь. Сказал, дружить?... ой, Катька, дура я, дура!.. Что я наделала!.. (падает рядом с подругой, ревет белугой).

 

Слаженный плачущий дуэт перебивает звонок. Девушки еще плачут, но тон воя их несколько изменен. После третьего звонка замолкает КАТЯ, поднимает голову, смотрит на аппарат, посчле следующего замолкает и АНЯ. Тоже приподнимает голову и смотрит на телефон.

 

АНЯ: Ну, возьми что ли трубку. Звонят же.

КАТЯ: Звонят.

 

Телефон перестает звонить.

 

КАТЯ: И он звонил. Мне. Сам.

АНЯ: Звонил?

КАТЯ: Стихи читал. Ахматову.

АНЯ: А мне - Цветаеву.

КАТЯ: А письма только присылал. Не читал.

АНЯ: А мне - читал, а не присылал. Значит... (смотрит на подругу)

КАТЯ: Угу... (опускает глаза): Значит, никакой он не Ромео.

АНЯ: И мы - не Джульетты.

КАТЯ: А все-таки любит он тебя.

АНЯ: Почему?

КАТЯ: Потому что письма он читал тебе, а Светка перепутала адреса. А я... Я просто так... (поднимается с постели, поправляет на себе прическу): Поболтал по телефону, когда тебя дома нет... и все...

АНЯ: не говори так!

КАТЯ: Почему?

АНЯ: потому что я сейчас расплачусь.

КАТЯ: Зачем? Тебе радоваться надо, а мне - плакать.

АНЯ: Катенька! Ну, пожалуйста! Ну, прости меня! (внезапно ее озаряет): Ты знаешь? Я придумала! Давай я от него откажусь!

КАТЯ: Ты что - в уме?

АНЯ: Нет, правда! Из женской солидарности. Раз он такой прохвост, то пусть он никого из нас не получит: ни тебя, ни меня. (встает с дивана и идет к КАТЕ) Мы ж с тобой подруги, а в дружбе самое главное - это верность. Я вот верна нашей дружбе, и ты верна. Вот и будем продолжать дружить, а он пусть живет сам. Будет встречать нас, здороваться, а мы мимо пройдем - и его не заметим.

КАТЯ: Ой, Анька! Я бы так не смогла.

АНЯ: Смогла бы, я знаю. Ты у меня сильная. Это я у тебя научилась такой быть. Вот если бы он тебя любил, а я на твоем пути оказалась, ты бы тоже так поступила? Вот скажи, поступила бы?

КАТЯ: Я не знаю.

АНЯ: А я знаю. Смогла бы. Потому что у нас знаешь что? У нас женская солидарность. Мы с тобой вместе - и против всех мужиков. И мы победим. Ну, мир?

 

Девушки обнимаются.

Звонит телефон. Они смотрят на него, но не берут трубки.

 

АНЯ: Пусть звонит. Пусть зазвонится. Будет знать. Правда?

 

Телефон замолкает. Девушки расходятся: АНЯ идет к стулу у стола, КАТЯ садится на диван.

 

КАТЯ: Знаешь, я даже не думала никогда, что ты такая.

АНЯ: Какая?

КАТЯ: А вот такая: в огонь и воду! Я думала, что это только в книжках так бывает.

АНЯ: В книжках... Книжки тоже ведь люди пишут. Писатели тоже живут, людей видят - и описывают их.

КАТЯ: Ромео и Джульетту.

АНЯ: А ты настоящий спектакль о них видела? Или только американский фильм?

КАТЯ: Только фильм, конечно. Папа говорит, еще на русском был итальянский фильм, но он ему не понравился. А американский - он даже не про Джульетту, а про Джулию. И время наше: машины, хулиганы. Красивый фильм. А папа сказал: .жвачка для глаз..

АНЯ: У него все, что новое - жвачка.

КАТЯ: Он у меня умный. Ему тяжело сейчас.

АНЯ: Почему тяжело?

КАТЯ: Потому что все изменилось. По телевизору - одни американские фильмы, в кино - тоже американские фильмы, в магазинах - американские продукты и одежда. А он не любит американское. Он с мамой в свадебное путешествие через горы на озеро Иссык-Куль ходил. Вот это, говорит, было настоящее путешествие, не то, что Кипр и всякие там отели.

АНЯ: Дикий он у тебя.

КАТЯ: Он - не дикий. Он естественный. Таких, как он, теперь мужчин нет. Папа говорит: .Мужик нынче перевелся. Мажутся, бриолинятся. От парня не самцом пахнет, а парфюмерией..

АНЯ: Я же говорю: дикий.

КАТЯ: Зато честный.

АНЯ: Ну, да! Что же - он твоей маме не изменял, что ли?

КАТЯ: Нет. Он ее любит. Это, говорит, только в американских фильмах, да современных русских, мужчин и женщин нет, одни кобели да суки. А я, говорит, считаю семью храмом, а брак таинством.

АНЯ: Слова какие красивые! Сейчас таких не услышишь.

 

Звонок в дверь.

КАТЯ вскакивает с дивана и бежит открывать.

АНЯ выдвигает ящик стола и достает стопку писем. Кладет на стол.

КАТЯ возвращается со СВЕТОЙ.

 

СВЕТА(сходу): Записка вот тебе. От Виктора.

КАТЯ: Чего ему надо?

СВЕТА: Откуда я знаю - чего? Письмо на.

КАТЯ: Письмо?

СВЕТА: Ну, да. Вот. (достает из кармана смятое письмо): Ну, прямо мне делать больше нечего, как его письма таскать. Живете рядом, а не поговорите как следует. Ну, бери... (протягивает письмо)

КАТЯ: Это не мне, это - ей. (указывает в сторону АНИ)

СВЕТА: Да? ( направляется к АНЕ): Ну, тогда ты бери.

КАТЯ(протягивает было руку, но тут же одергивает ее): Не надо! Отнеси его назад.

СВЕТА: Ты что? Он же тебе написал.

КАТЯ: Он написал, а я читать не буду.

СВЕТА: Вы что - поссорились?

КАТЯ(замешкавшись): Нет... Да... (строго): Это не твое дело.

СВЕТА: Мне письма ваши таскай - и не мое дело? Не, не хочешь читать - не читай. А назад я его не понесу. Мне Витька за это так накостыляет. (решительно кладет письмо на стол рядом с другими письмами и уходит.)

 

Девушки после хлопа двери подходят к столу и смотрят на письмо.

 

КАТЯ: Что - так и не станешь читать?

АНЯ: Не стану.

КАТЯ: И не хочешь узнать, что там?

АНЯ: Не хочу.

КАТЯ: Это потому что ты те вон не читала, а я читала.

АНЯ(иронически): Что - хочешь прочесть?

КАТЯ: Хочу.

АНЯ(берет письмо и протягивает подруге): На, читай.

КАТЯ(отступает): Н-нет... Я не могу.

АНЯ: А я могу? (бросает письмо на стопку): Вот возьму и все отошлю ему назад. По почте.

КАТЯ: Сильная ты. Я бы так не смогла.

АНЯ: Смогла бы. Мы же с тобой договорились: дружба - превыше всего.

КАТЯ: Ага... Только знаешь... Может он там... объяснился? Извинения принес...

АНЯ: С чего бы это: врал, врал - и вдруг признался. Так не бывает.

КАТЯ: Бывает. Я вот один фильм смотрела.

АНЯ: Опять ты про фильм. Это жизнь, а не кино! Решили, что забудем его - значит забудем! ( бьет ладонью по стопке - письмо летит со стола): Ну, вот. Наклоняйся теперь... (хочет поднять, но КАТЯ быстрее нее нагибается и подхватывает письмо; тянут за два конца - и конверт надрывается) Ну, вот... Как теперь его отсылать?

КАТЯ: Подумает, что читали. А мы и не читали его вовсе.

АНЯ: Да, было бы эффектно: возвращается целый ворох писем, а последнее даже не распечатано. Даже обидно как-то.

КАТЯ: Ну, раз обидно, давай прочтем?

АНЯ: Нет. Я не буду. Читай сама.

 

КАТЯ берет конверт, дорывает его и достает письмо.

 

КАТЯ (читает вслух): .Милая моя Катюша.... Ой!

АНЯ: Ты что?

КАТЯ: Катюша. Тут написано: .Катюша.. Это мне.

АНЯ: А ну? (наклоняется над письмом, читает): .Милая моя Катюша.... (смотрит на подругу долгим взглядом, произносит без всякого выражения): Подлец.

КАТЯ: Нет! (мотает головой): Он хороший!

АНЯ(понемногу повышая тон): Подлец! Проходимец! Мерзавец!

КАТЯ: Нет. Так не говори. Хороший он.

АНЯ(срывается на крик): Он же нами... как игрушками! Ты понимаешь?!

КАТЯ: Нет... Это не он.

АНЯ: А кто по-твоему? Я, что ли?

КАТЯ: Ты.

АНЯ: Что?!.. А ну-ка повтори, что сказала! А?

КАТЯ: Это ты. Ты сказала, что тебе письмо. А оно - мне. Я знала. Я всегда знала. (прижимает письмо к груди): Он любит меня. Вот так... А не тебя.

АНЯ(хватается за голову): Ох, Господи! Да ты что - дура? Не понимаешь что ли? Он же... Он же...

КАТЯ: Он же любит меня.

АНЯ: Ну и дура же ты! Никакой гордости.

КАТЯ: Это потому что тебя не любят, ты так и говоришь.

АНЯ(срывается на крик, стучит ногой): Нет, любят! Любят! Любят! (подбегает к столу, колотит по нему кулаками): Ненавижу! Всех ненавижу! Убью!

КАТЯ(в ужасе отступает): Аня, ты что?.. Может, .Скорую.?

 

КАТЯ хочет обойти подругу и выйти в двери, но АНЯ бросается навстречу ей и расставляет руки, не давая ей уйти.

 

АНЯ: Стой! Никуда ты не пойдешь!

КАТЯ: Ань, ты что? (отступает от нее, подруга делает шаг вперед): Не смотри так. Я боюсь... Не надо, Аня... (ей очень страшно): Пожалуйста...

АНЯ: Ах, пожалуйста?! (бросается на КАТЮ, но путается в телефонном шнуре и падает лицом на пол): Проклятье!.. (стучит кулаками по полу): Проклятье! Проклятье!.. (разрождается рыданиями)

 

КАТЯ некоторое время смотрит на подругу, потом осторожно подходит к ней, готовая в каждое мгновение убежать, но не видит опасности - и садится рядом с АНЕЙ. Гладит ее по волосам.

 

КАТЯ: Ну, перестань, перестань... Ничего не случилось. Просто ты запуталась. Думала, мечтала, а оно вышло вон как... Не любит он тебя. Мне писал, звонил, а ты придумала - и сама поверила себе...

АНЯ(резко поднимает голову): Не придумала. Он мне писал. Он мне звонил. Поняла?

КАТЯ: Ну, звонил. Ну, писал. А потом меня полюбил. Ты успокойся.

АНЯ: Он мне сегодня звонил. Понимаешь? Сегодня! И письмо читал. Хочешь расскажу, что там написано? (вырывает у подруги письмо из рук, разворачивает его и сует той под нос): Читай!.. (сама наизусть цитирует): . ... Сегодня был чудесный вечер. Я гулял по улицам один. Слушал дождь и думал только о тебе....

 

КАТЯ убеждается, что подруга читает слово в слово, руки у нее опускаются; смотрит она на АНЮ с тоской

 

АНЯ: Ну, что - убедилась? Он морочит нас! А письмо пишет может какой и третьей! А на нас тренируется.

КАТЯ(вздрагивает): Да. Тренируется. Он тебе его читал, потому что хотел, чтобы мне письмо понравилось. Ты у него... как это?... Сердечный поверенный. Я знаю, я читала.

АНЯ: Господи! Да гордость у тебя девичья есть? Хоть что придумаешь, чтобы оправдать его.

КАТЯ(обречено): Нет у меня гордости. У меня только любовь.

АНЯ: Тогда вот что... Я от него отказалась, когда ты попросила? Вот и ты откажись. Из солидарности. Женской солидарности. И посмотрим: что он будет делать?

КАТЯ: Нет.

АНЯ: Но почему? Я же отказалась!

КАТЯ: Ты его предала. А я не предам.

АНЯ: Но это же нечестно!

КАТЯ: Честно-нечестно... В любви каждый сам за себя.

АНЯ: Ну и стерва же ты! (поднимается с пола, отряхивается): А еще лучшая подруга... была.

КАТЯ: А я и сейчас подруга. Вот если бы он тебя любил, тогда... А так... он любит меня...

 

Звонок в дверь.

КАТЯ обходит АНЮ и идет к дверям.

Входит СВЕТА.

 

СВЕТА: Ой, вы совсем запутали меня! Я ж правильно отдала письмо. А ты сказала, что тебе. (берет из рук КАТИ письмо и сует АНЕ): Ты читай. Он тебе написал. (обернулась к КАТЕ): Ты что - прочитала? Ой, что мне будет!.. У меня тут для тебя другое. Вот... (достает второе письмо, подает оторопевшей КАТЕ): Вы ему только не говорите, что я перепутала. Ладно? А то кулаки у него знаете какие? Он мне раз даст - я два дня в больнице лежать буду... Вы что, девочки? Плакали что ли?.. (растерянно): Пойду я.

АНЯ: Стой! (преграждает ей дорогу к выходу): Это, значит, мне письмо?

СВЕТА: Да.

АНЯ: А хочешь я тебе скажу, что там написано, не читая даже?

СВЕТА: А ты можешь, да? Вот здорово! Прочти.

АНЯ: . ... Сегодня был чудесный вечер. Я гулял по улицам один. Слушал дождь и думал только о тебе....

СВЕТА: Красиво! У Витьки, знаешь, всегда пятерки по сочинениям. А что - вправду так написано?

АНЯ(протягивает письмо): Читай.

СВЕТА(читает, потом разочаровано): А-а-а!.. Это ты уже прочитала.

АНЯ(вырывает письмо из рук подруги): А это читала?

СВЕТА(рассматривает конверт): Нет.

АНЯ: А ты прочти.

СВЕТА(разорвав конверт, достает письмо, читает): . ... Сегодня был чудесный вечер. Я гулял по улицам один. Слушал дождь и думал только о тебе.... Во дает! Два раза написал!

АНЯ: А может три? Пять? Ты кому еще относила письма?

СВЕТА: Никому.

АНЯ: Совсем-совсем никому?

СВЕТА: Вам только.

АНЯ(КАТЕ): Ну, убедилась?

 

КАТЯ кусает губы, кивает, чуть не плача при этом.

 

СВЕТА: Ой, девочки! Я, кажется, поняла!

АНЯ: Что поняла?

СВЕТА: Витька обманывал вас обеих.

АНЯ: Ну, обманывал. А тебе-то что?.. Ты давай, иди, иди... (подталкивает девочку к выходу)

СВЕТА(упирается): Нет! Я знаешь что придумала?

КАТЯ: Ну что ты придумала? Уходи. Без тебя тошно.

СВЕТА: А придумала я отомстить Витьке.

АНЯ: Ты ж ему сестра. Что ты говоришь?

СВЕТА: Ну и что? Я же женщина. И у нас женская солидарность.

АНЯ: Какая ты женщина? Малявка.

СВЕТА: Ну и что, что малявка? Я еще вырасту, а ты старухой станешь! (ловко уворачивается от готовой дать ей оплеуху АНИ): Что - съела? (отпрыгивает от протянутой в ее сторону руки КАТИ): Вот-вот! Если будете слезы лить да маленьких обижать, так и останетесь в старых девах. Лучше послушайте меня.

АНЯ: А что тебя слушать! Как отомстишь? Он - вон какой здоровый!

СВЕТА: Здоровый, да глупый. Будь поумней - разве бы стал одно и то же письмо вам писать?

 

АНЯ и КАТЯ переглядываются.

 

АНЯ: А ну, говори.

СВЕТА: А драться не будете?

АНЯ: Нет.

КАТЯ: Не буду.

 

СВЕТА идет к дивану сначала медленно, потом гордо поднимает голову, шагает горделиво, садится, держа спину прямо, положив руки на колени.

 

СВЕТА: Итак, начнем?

 

КАТЯ и АНЯ идут к стульям.

 

КАТЯ: Мы слушаем.

СВЕТА: Как это?

КАТЯ: Ну, слушаем. Ты говори.

СВЕТА: Я - говорить?

АНЯ: Ты. У тебя же идея.

СВЕТА: У меня идеи нет.

АНЯ(вскакивает): Аа что же ты тогда!... (замахивается со своего места)

СВЕТА: А говорили, драться не будете.

АНЯ: Что ж ты обманываешь? Отомстить, отомстить...

СВЕТА: Да. Вот это моя идея - отомстить Витьке. А как, я не знаю.

КАТЯ: А зачем было говорить, если не знаешь?

СВЕТА: Ну-у... Вы даже до этого не додумались.

 

КАТЯ с АНЕЙ переглядываются и смеются.

 

АНЯ: Это точно... Давайте, девчонки думать. А то, что это такое: мальчишки с нами, как с игрушками, балуются. Будто у нас ни чувств, ни души нет. Захотел - позвал, захотел - бросил.

КАТЯ: Ага. Папа говорил, он за мамой больше года ухаживал, прежде чем предложение сделал.

СВЕТА: Каменный век.

КАТЯ(пожимает плечами): А мне нравится. Хочется, чтобы мужчина мне цветы дарил, под окнами серенады пел. Чтобы я на свидание опаздывала, а он меня ждал - и на часы смотрел. Как раньше.

СВЕТА: Ну, это когда было? При царе Горохе. Мой папа маму на танцах встретил. В парк увел... а через девять месяцев я родилась. А свадьба была, когда мама со мной на пятом месяце ходила. Все боялась бабушка, что папа не женится на маме.

АНЯ: А как же Витька? Он же старше тебя.

СВЕТА: А Витька у мамы раньше был. Она еще в девятом классе забеременела, а в десятом родила. Только парень ей подлец попался - жениться не захотел.

АНЯ(КАТЕ): Вот видишь - раньше тоже по-разному было: у одних по году ухаживали, а у других : бутылку выпили - и в кусты!

КАТЯ: Ой, Анька! И не стыдно тебе?

АНЯ: А чего стыдиться? Тут стыдись, не стыдись, а Светка правильно говорит: Витьку наказать надо. А то раз простишь, он завтра такое устроит! Да и другие пацаны тоже...

СВЕТА: Ага. Мне мама рассказывала, она после Колькиного отца даже травилась. Врачи спасли. Теперь вот желудок болит.

КАТЯ: А мои вот до сих пор: то ругаются, то целуются. Я даже не пойму: любят они друг друга или нет?

АНЯ: Любят, конечно.

СВЕТА: Ну, да? Они же старые.

КАТЯ: Сама ты старая! У меня мама еще какая молодая! Как оденется, выйдет на улицу - никто больше тридцати лет не даст.

СВЕТА: Три-идцать ле-ет! Я же говорю, старая!

КАТЯ: А, что с тобой говорить(машет рукой): Давайте лучше решим, что с Витькой делать.

 

Звонит телефон. КАТЯ идет к нему, берет трубку. Говорит в аппарат, девочки к ней прислушиваются.

 

КАТЯ: Да, я.... Здравствуй... Да, получила... Прочитала, конечно... Понравилось... Ага. Особенно про погоду... Ну, про какую погоду? Про эту... Ну, где ты идешь ночью по улице. А вокруг дождь. Красиво... Нет, правда понравилось. Как роман... Нет, не успела. Мама подошла... Ну, конечно. Зачем показывать?... Пока... (кладет трубку).

АНЯ: Ну, что? Почему ты ему не сказала?

КАТЯ: А зачем? Решили наказать - значит накажем. Зачем, чтобы он заранее знал?

СВЕТА: Вот молодец! Какая умница!

АНЯ: Она-то умница. А ты Витьке не скажешь?

СВЕТА: Нет, конечно. Это же я для вас придумала - наказать его. Ну, давайте дальше думать.

АНЯ: А может лучше без тебя? А то придумаем, а ты ему, как шпион, и сообщишь.

КАТЯ: И правда. Ты же все-таки сестра ему.

СВЕТА(просяще): Ну, девочки! Давайте вместе его накажем. А? Я столько лет хочу его наказать! Столько лет! Он мне всю жизнь испортил! Вот честное слово!

КАТЯ(переглянувшись с подругой): Поверим?

АНЯ: Попробуем.

СВЕТА(радостно): Тогда думаем!

 

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА

 

 

АКТ ВТОРОЙ

 

Та же комната в квартире Кати. Здесь не все по-прежнему. Бросается в глаза обведенный мелом контур тела человека на полу . и сразу становится ясно, что тут действительно лежало тело, оно было мертвым, а контур очертили криминалисты, которым смерть эта показалась необычной. Словом, на сцене появился атрибут из известных нам детективных фильмов.

Актеров покуда на сцене нет. Лишь звучит тихая мелодия современного шлягера, под звук которого, подпевая, появляется КАТЯ с букетом цветов и вазой в руках.

Оживление на ее лице при взгляде на контур исчезает. Она обходит обрисованное место и осторожно ставит вазу с цветами в воображаемых ногах трупа. Отступает, смотрит на то, что получилось, недовольно качает головой и переставляет вазу к голове. Потом обходит "труп" и садится на стул. Но теперь ей с этого места кажется, что цветы стоят не там, где им бы полагалось. Она переступает через обрисованное место и передвигает вазу на несколько сантиметров в сторону. Садится, смотрит . новое положение вазы ее устраивает. Теперь можно и пригорюниться.

Но сидеть юной непоседе без движения тяжело. Она набирает по телефону номер и ждет ответа.

С противоположной стороны никто не берет трубку. Она опускает ее и смотрит долгим печальным взглядом в зал.

Тут раздается звонок в дверь.

КАТЯ быстро вскакивает с места и бежит к двери. Движения ее порывисты, сразу видно, что приходу гостя она рада.

На пороге стоит АНЯ.

 

КАТЯ: А, это ты? Привет! (и тут же делается лицо ее постным и она опять в обход обрисованного абрисом трупа, идет к стулу)

АНЯ(садится): Привет. И не надоело?.. Сколько можно?

АНЯ: Не надоело?

КАТЯ: Да как ты можешь?

АНЯ: А что такого? Ну, умер человек, похоронили, поплакали. Уже три недели прошло. Помянули...

КАТЯ: Ты любила его!

АНЯ: Так это когда было? Теперь я Юрку люблю.

КАТЯ: Какого Юрку?

АНЯ: Да ты его не знаешь. Мы с ним в кино познакомились. 21 год, из армии недавно пришел.

КАТЯ: Симпатичный?

АНЯ: По-моему, симпатичный. А мама говорит : быдло.

КАТЯ: Это она ревнует. Она подсознательно любит его, отбить у тебя хочет. Я такое в кино видела, в американском.

АНЯ: А мне кажется, ты теперь только индийские фильмы смотришь.

КАТЯ: Почему?

АНЯ: Там у них так тоскуют, так тоскуют пока "Конец фильма" не напишут.

КАТЯ: Ты зачем так говоришь? Хочешь обидеть, да?

АНЯ: Да ничего я не хочу. Устала на тебя такую смотреть. Ходите в трауре: мать его да ты. Соседки спрашивают: жила ты с ним или не жила?

КАТЯ: Как это?

АНЯ: Ну... секс у вас был или нет?

КАТЯ: А им какое дело?

АНЯ: Соседям всегда до всего есть дело. Ходишь вон с черным шарфиком, а он в твоей квартире умер - они и подозревают.

КАТЯ: И что ты им ответила?

АНЯ: Ничего.

КАТЯ: Совсем-совсем ничего?

АНЯ: Что я - дура? Им только скажи что - тут же с ног на голову поставят. Вон теть Люба с четвертого этажа от старости умерлав, а они говорят - наследники отравили.

КАТЯ: Не надо про смерть. Пожалуйста.

АНЯ: А что такого? Смерть - это нормально. Поживем. поживем - и умрем. А киношники твои любимые потом фильм поставят: какими мы будем после смерти (делает "страшное лицо" на манер персонажей из фильмов ужасов, завывает): В этом черном-пречерном лесу стоит черный-пречерный гроб!...

КАТЯ: (кричит): Отдай мое сердце!

 

АНЯ пугается, КАТЯ хохочет.

 

АНЯ: Напугала (тоже смеется)

 

КАТЯ обрывает смех, смотрит на подругу, начинает плакать

 

АНЯ: Ты что?.. Что с тобой?

КАТЯ: Я смеюсь. Он мертв - а я смеюсь.

АНЯ: Ну и что?

КАТЯ: Как что? Бессовестная я! Понимаешь, я - бессовестная! Мне нельзя, нельзя! (бьет себя по губам) Вот тебе! Вот! Вот!

АНЯ(хватает ее руки и удерживает): Перестань! Это же естественно. А раз естественно, то правильно.

КАТЯ: Что - правильно? Что ты в этом понимаешь? Он - умер, а я - смеюсь? Это правильно? Это ты понимаешь?

АНЯ: Я все понима.ю.

КАТЯ: Ничего ты не понимаешь! Ты не любила его!

АНЯ: Любила.

КАТЯ: А теперь Юрку любишь?

АНЯ: Да, теперь люблю Юрку. Потому что Юрка живой.

КАТЯ: А для меня Коля всегда живой!

АНЯ: Глупости. Мне Юрка вчера цепочку подарил. (показывает)

КАТЯ(смотрит): Золотая!

АНЯ: Ага. Он говорит: "Ты для меня дороже золота"

КАТЯ: Ну, да. Он уже взрослый. Работает, наверное.

АНЯ: В автомастерской. Я с ним на всех уже марках машин ездила: и на "Хонде", и на "Мерседесе", и на "БМВ", еще на каких-то. Я уже запуталась.

КАТЯ: У него что - столько машин?

АНЯ: Не. Он их ремонтирует, после два-три дня обкатывает - и отдает хозяевам.

КАТЯ: А своя машина есть?

АНЯ: Зачем? Если дармовых - вон сколько.

КАТЯ(с завистью в голосе): Счастливая ты!

АНЯ: А я и тебя счастливой сделаю.

КАТЯ: Как это?

АНЯ: У Юрки друг есть, с ним работает. Он, правда, женат. Но ничего - она дома с дитем сидит. А ему одному скучно. Вот возьмем две тачки, сядем по парам - и помчимся. Я знаешь, как люблю быструю езду!.. И денеры.

КАТЯ(оторопело): При чем тут денеры?

АНЯ: А Юрка мне всегда денеры покупает. Каждый день - денер. И кока-колу. Ты кока-колу любишь?

КАТЯ Не. Я лучше "Спрайт".

АНЯ: Ну, "Спрайт" будем пить, мне все равно... (протягивает руку подруге): Ну, пошли?

 

КАТЯ было согласно кивает и делает к ней шаг, но тут взгляд ее падает на меловой контур - и она вздрагивает.

 

КАТЯ: Нет. Не могу.

АНЯ: Ты что - так и будешь вечно перед этой картинкой сидеть?

КАТЯ(глухо): Буду.

АНЯ: Ну и глупо. Он тебе изменял со мной, а ты ему верность хранишь.

КАТЯ(потрясенно): Как - изменял?

АНЯ: Да ты что, забыла? Тебе писал о любви, мне по телефону говорил. Сволочь он был.

КАТЯ: А ты?

АНЯ: Что - я?

КАТЯ: Сама его забыла, и меня искушаешь.

АНЯ: Да я тебя растормошить хочу. мы же - подруги. Должны помогать друг другу. Юрка вон говорит: "Что это твоя подруга все время в черном ходит? Она что - вдова?"

КАТЯ(эхом): Вдова...

АНЯ: А я говорю: "Кривляется она." Он: "Перед кем?" "Перед собой, - говорю, - И перед людьми. Ей нравятся индийские фильмы."

КАТЯ(наклоняется перед контуром и переставляет цветы): А папа говорит, чтио индийские фильмы - это мелодрамы, а мелодрамы нужны для того, чтобы совесть будить и чувства будоражить.

АНЯ: Да твой папа только говорить красиво умеет, а у самого даже зачуханного "Запорожца" нет.

 

Тут в дверь (ее оставили открытой) врывается СВЕТА

 

СВЕТА: Ой, девки!.. Соседки говорят: Катька Витьку грохнула!.. Где тут туалет? .. (убегает)

 

Немая сцена

 

АНЯ: Ты что-нибудь поняла?

КАТЯ(печально): Поняла...

АНЯ: Она говорит, что ты убила его.

КАТЯ(отрешенно): Я убила егшо.

АНЯ: Но врач сказал: у него инсульт... инфаркт... Не знаю... Что-то такое

КАТЯ: Это я убила его

АНЯ: Ой! Ты на себя наговариваешь!

КАТЯ: Я убила его.

АНЯ: Ой, Катя! Ты заболела... (трогает ей лоб): Холодный... Это - психика. Ты вот что... Ты никому так не говори, ладно? Пусть это будет тайна. Наша тайна. Я никому не скажу - ты знаешь. Хорошо?

КАТЯ(отрешенно): Хорошо.

АНЯ: Ты вот тут посиди. Цветочки поправь. А я позвоню. Ладно?

КАТЯ: Ладно.

АНЯ(берет телефон, набирает короткий номер): Здравствуйте... Вы сможете приехать?.. Ну, не важно... Я потом объясню... Надо, чтобы вы приехали... Пожалуйста... Я вас прошу... Нет, не ко мне... Нет, не могу сказать... Но почему? Мне честно надо! (гудок - занято) Положили трубку...

 

Появляется СВЕТА

 

СВЕТА: Что орешь на весь дом? Куда звонила?

АНЯ: Это не важно. Все равно не захотели говорить.

КАТЯ: В психушку.

СВЕТА: Что?

КАТЯ: В психушку она звонила. Думала, что я сошла с ума.

СВЕТА: Не, что - правда? Во здорово!.. А когда?

АНЯ: Что ты говоришь? Тебе не стыдно?

СВЕТА: А чего стыдно-то? Я что ли с ума сошла? Во - во дворе удивятся: Катька Витьку грохнула, а потом с ума сошла!

КАТЯ: Я не сошла.

СВЕТА: Да ладно тебе! Не сошла она. Лучше сойди. А то тех, кто в своем уме, за это расстреливают.

КАТЯ: Я не сошла с ума.

СВЕТА: Ну и зря. Теперь тебя точно шлепнут. Поставят к стенке - и бах!

КАТЯ(словно проснувшись): За что?

С ВЕТА: Но ты же его убила.

КАТЯ: Никого я не убивала.

СВЕТА: А Анька говорит, что убила.

АНЯ: Я не говорила так.

СВЕТА: А кто же сказал? Я что ли?

АНЯ: Ты.

СВЕТА: Не, девки. Вы что-то меня запутали. Я пришла сюда...

АНЯ: В туалет.

СВЕТА: Нет. В туалет я потом пошла. Я сказала...

АНЯ: ...Что Катя убила Виктора.

СВЕТА: Нет: Я сказала, что соседки говорят, что... Погоди, а зачем это я сказала?

КАТЯ: Чтобы пойти в туалет.

СВЕТА: Да погоди ты со своим туалетом! Зачем я к тебе пришла?

КАТЯ: Чтобы сказать, что меня расстреляют.

СВЕТА: Ага, точно! Тебя расстреляют, если я не защищу тебя! (смотрит с победным видом): Поняла?

КАТЯ: Что ты опять придумала?

СВЕТА: Почему - опять? Я в первый раз придумала.

АНЯ: А когда предлагала Виктора наказать?

СВЕТА: Так мы ничего и не придумали.

АНЯ: А теперь что придумала?

СВЕТА: А я книжку нашла!

АНЯ: Какую книжку?

СВЕТА: Из которой Виктор письма вам писал. Он их, оказывается, и не сам придумывал, а из такой специальной книжки выписывал. Выберет письмо, имя заменит - и пошлет. Он уже двадцать три штуки переписал . вон, карандашом отмечены. Вот Катьке и алиби. Возьмет письма, покажет книжку - и сразу станет ясно.

АНЯ: Что - ясно?

СВЕТА: А за что она его грохнула. "Правильно, - скажут, - Так ему и надо".

АНЯ: Ой, Господи, Светка! Какая же ты дура!

СВЕТА: Почему дура? Вот и книжка. (достает из сумочки книжку): "Любовные письма. 200 способов объяснения в любви".

АНЯ(берет книгу, листает, читает): "Любимая. Как это звучит! Словно: "Люби меня в начале мая!" Ерунда какая!

СВЕТА: Не, ты не здесь читай. Ты где закладка посмотри...

АНЯ(читает): "Сегодня лил дождь. Я шел по улице и думал только о тебе..."

СВЕТА: Ага! Узнаешь?

АНЯ: Узнаю.

СВЕТА(у КАТИ): И ты узнаешь?

КАТЯ: Да.

СВЕТА: Ну вот... Бери книгу - и дуй к следователю. Честное признание снимает половину вины.

АНЯ: Нет. Я что-то не пойму. Ты что - веришь, что Катя убила твоего брата?

СВЕТА: А что? Убила - и убила. Мне даже лучше. Его комнату мне отдали. Музыкальный центр. У него знаешь какие колонки?! Теперь уж у меня... Во - классные! Как врублю - весь дом ходуном!

АНЯ: Тебе что - не жалко брата?

СВЕТА: А что жалеть? Мать его жалеет, Катька жалеет . что ему, мало? Хочешь - ты пожалей.

КАТЯ: М-да... Не того я убила.

СВЕТА(ей): Ты что - совсем? (стучит по лбу): Я ж за тебя болею, а ты меня хочешь... Действительно спятила. (идет к телефону): Давай я позвоню.

АНЯ: Куда?

СВЕТА: В психушку. Не видишь что ли: бредит она. Витьку грохнула, а теперь меня грозит убить. (берет трубку, но АНЯ кладет руку на аппарат): Да ты что?... Убери руку... (смотрит ей в глаза): Вы вместе, да? Вместе его грохнули? (бросает трубку, бежит к двери, но АНЯ преграждает ей путь): А ну пусти! Пусти, говорю! Я кричать буду! (КАТЯ подходит к ней сзади): Ой! И ты... Девочки, отпустите. Я ничего... ничего не скажу... Все правильно, все хорошо. Я ничего не знаю... Ну, отпустите меня, а!

АНЯ(показывает на стул): Вон туда...

СВЕТА(выполняет приказание): А вы мне ничего не сделаете, а? Я же ничего не скажу. Я и не знаю ничего. Я только слышала. Женщины говорили, а я слышала. У нас балкон как раз напротив лавочки, где они сидят - вот я все и слышу. Они сказали: "Катька убила Виктора". Я и казала вам: "Катка Витьку убила". А она не убивала - я и скажу, что не убивала. И ты, Аня, не убивала. Все точно так, как вы хотите. Мы же подруги. Ведь правда?

АНЯ: Какая ты подруга. Ты... ты...

СВЕТА: Ну, кто я?

АНЯ: Я даже не знаю, как тебя назвать!

КАТЯ: Я знаю.

СВЕТА: Ой! А как?

КАТЯ: Убийцей.

СВЕТА: Что?

КАТЯ: Возможно, что это ты убила его.

СВЕТА(пожимает плечами): Ну, я же говорю: в психушку тебя надо. (АНЕ): Ты еще раз позвони.

КАТЯ: Ты могла убить его из-за музыкального центра. Тебе нужна была его смерть.

СВЕТА: Чего-о?! Да он бы мне его и так отдал, если бы я попросила. Он мне всегда все отдавал, что ни попрошу. Не сразу, правда. Дня рождения дождется, или там Нового года отдаст. Он не был жадный.

КАТЯ: И тем не менее, ты - единственная, кто получил выгоду от его смерти. А в преступлении самое главное - это знать, кому выгодна смерть человека.

АНЯ(растерянно смотрит на СВЕТУ): Как ты сумела?

КАТЯ: это не только в кино так, но и в книжках написано.

СВЕТА: Ух-ты! Я вот что придумала!

АНЯ(снисходительно): Опять она придумала!

СВЕТА: Ага. Давайте сами найдем убийцу. Во будет здорово! Прокуратура не нашла, а мы нашли! Хорошо я придумала?

АНЯ: Придумать легко. Как исполнить?

СВЕТА: Ну как? Возьмем несколько подозреваемых - и лишних выкинем. Вот я, например. Я - не убивала.

КАТЯ: Почему?

СВЕТА: Да потому что я знаю это.

КАТЯ: Зато я не знаю.

АНЯ: И я не знаю.

СВЕТА: Так это что: я что ли подозреваемая?

АНЯ: А почему нет?

СВЕТА: Да потому что меня не было здесь!

АНЯ: Ну и что? Ты же хотела его наказать - вот и наказала.

СВЕТА: И как я это сделала?

АНЯ: Не знаю. Вот ты и расскажи.

СВЕТА: Я его не убивала - вот и все. А остальное вы доказывайте. Вон Катька сказала, что она убила - пусть она и рассказывает.

КАТЯ: И расскажу....

СВЕТА: Ну, давай, давай...

КАТЯ(рассказывает и показывает): Я пришла из школы и стала разбирать портфель. Тут позвонили - и я пошла открыть дверь. Там стоял Виктор. Бледный, глаза горят...

АНЯ: Глаза горят...

КАТЯ(продолжает): Я спросила: "Что с тобой?" А он: "У тебя вода есть?" Я пошла за водой... (выходит в другую комнату и и тут же возвращается): А когда вернулась - он уже лежал тут.

СВЕТА: Это ты следователю рассказывала. А теперь расскажи, как действительно было.

КАТЯ: Так и было.

СВЕТА: Нет. Ты через всю комнату вон куда прошла, а он что - стоял?

КАТЯ: Не знаю... Не помню. Кажется нет... Хотя да... он же до этого вот стула дошел, а потом упал. Как раз, когда меня не было.

СВЕТА: А ты что - долго набирала воду?

КАТЯ: Да... Кажется. Руки дрожали... Кружка раз упала. Пока поднимала, вытирала лужу...

СВЕТА: Человеку плохо, а ты лужу вытираешь.

КАТЯ: Ну, не знаю. Так получилось. Нервничала я.

СВЕТА: А чего ты нервничала?

КАТЯ: Испугалась. Думала, ты предупредила его, что мы решили ему отомстить, вот он и пришел.

АНЯ: А это - мысль!

СВЕТА: Какая мысль?

АНЯ: Что ты предупредила Виктора. Сказала ему, что Катя хочет ему отомстить.

СВЕТА: Вот еще! Я сама хотела, чтобы вы отомстили.

АНЯ: Ты хотела отомстить нашими руками.

СВЕТА: Нет. Я хотела отомстить вместе с вами.

АНЯ: Тогда почему ты принесла сюда эту книгу и потребовала, чтобы Катя при зналась в убийстве?

СВЕТА: Да я не для этого - я хотела ей помочь.

АНЯ: Странное у тебя понимание помощи.

СВЕТА: А это уж у тебя не спросила. Может это ты его убила.

АНЯ: Нет. Сначала разберемся с тобой.

СВЕТА: А почему это - со мной? Что я - рыжая?

АНЯ: Потому что это ты разболтала по всему двору, что Катя убила Виктора.

СВЕТА: Я? Да ты в своем уме?

АНЯ: Я точно помню... Я шла по двору, женщины разговаривали... О чем они говорили?...

КАТЯ: О чем?

АНЯ: Вот я тебя и спрашиваю: что я сказала тебе, когда пришла?

КАТЯ: Сейчас... (трет лоб): Не помню.

АНЯ: Я сказала тебе: "Соседки спрашивают: жила ты с ним или не жила? Секс у вас был или нет?"

КАТЯ: А им какое дело?

АНЯ: Вот и тогда ты сказала: "А им какое дело?" А я ответила: "Соседкам всегда и до всего есть дело". Помнишь?

КАТЯ: Помню. А что?

АНЯ: А то, что за пять минут до прихода Светки соседки и думать не могли о том, что ты убила Виктора. Они думали, что ты любила его, может и жила с ним, но никто не считал тебя убийцей!

СВЕТА: И что это значит?

АНЯ: Это значит, что ты про соседок выдумала.

СВЕТА: Выдумала? Зачем?

АНЯ: Чтобы уговорить Катю при знаться в убийстве, которого она не совершала.

СВЕТА: Да не собиралась я ее уговаривать.

АНЯ: Нет, собиралась. Ты для этого и книгу принесла. Чтобы мы поверили, что Виктор дурачил нас.

СВЕТА: Да ладно вам с книгой. Пойду я. (направляется к выходу)

АНЯ: Нет, постой. Аня, закрой дверь.

 

СВЕТА было бросается к двери, чтобы выскочить из квартиры, но девушки совместными усилиями водворяют ее на диван. КАТЯ запирает дверь на ключ.

 

АНЯ: Ну, вот. Теперь поговорим.

СВЕТА: Не буду я с вами разговаривать.

АНЯ: А что будешь делать?

СВЕТА: А ничего. Посижу, дождусь, когда родители ее вон (кивок в сторону Ани) придут, папа, который все знает. Он меня и выпустит.

КАТЯ: Не выпустит.

СВЕТА: Почему?

КАТЯ: Потому что он знает все.

СВЕТА(с насмешкой): Все, все, все, все?

КАТЯ: Да... Когда Виктор умер, я сама вызвала и врачей, и следователя. Рассказала, что видела. Потом врач сказал, что Виктор умер от инфаркта. "Такой молодой, - сказал, - и такое больное сердце, - а потом добавил, - Он наверное скрывал, что сердечник. В юности такого стесняются". Потом труп... Виктора унесли. Пришли папа с мамой. Они все знали - им соседи уже рассказали. Стали утешать меня...

СВЕТА: Ну! Теперь этим разговорам не будет конца! Я рассказала - папа спросил...

КАТЯ: Нет. Папа просто попросил меня рассказать ему все подробно.

АНЯ: Что - все?

КАТЯ: Про Виктора. И я рассказала.

АНЯ: Все, все, все?

КАТЯ: Да. И как он нас обманывал, и как мы решили ему отомстить, и как он умер.

СВЕТА: Ну и что?

АНЯ: Потом папа сел - и стал думать.

СВЕТА: Да! Думать он любит.

АНЯ: И красиво говорить.

КАТЯ: А потом он встал и сказал: "Контур тела не стирай. Приноси сюда каждый день новые цветы - и разговаривай с ним".

СВЕТА: С кем?

АНЯ: С Виктором.

СВЕТА(АНЕ): Ты что? Он же на том свете.

КАТЯ: Он сказал: "Человеку надо порой остаться с собой наедине и хорошенько подумать".

СВЕТА: А-а-а... Ну, тогда ладно.

АНЯ: И ты стала каждый день приносить сюда цветы и говорить с ним.

СВЕТА(ехидно): И Виктор тебе сказал, кто убил его.

КАТЯ: Нет. Сказал другой человек.

СВЕТА: Кто?

КАТЯ: Ты.

СВЕТА(с улыбкой): Я? Когда же это?

КАТЯ: Когда принесла эту самую книгу.

СВЕТА: Да что вы привязалась с этой книгой? Книга, как книга. У нас дома штук сто книг! И сонники есть, и про заговоры, и романы всякие.

КАТЯ: Но это - книга особенная.

СВЕТА: А что в ней такого?

КАТЯ: Виктор никогда не переписывал из нее писем мне.

СВЕТА: Да как же? Мы ж сами читали: "Сегодня был дождь, я брел по улицам..." - ну и так далее.

КАТЯ: И, тем не менее, Виктор мне этих писем не писал.

СВЕТА: Так кто же писал? Я что ли?

АНЯ: Почему бы и нет?

СВЕТА: Ну, вы, девки, одурели совсем! Чтобы я Витьку?.. Да я бы за него глотку перегрызла!

АНЯ: А что же ты Кате не перегрызла, когда она говорила, что это она убила?

СВЕТА: Правда . почему?.. Да я, наверное, просто так . проверяла ее.

АНЯ: А зачем? Кто тебе позволил подозревать ее?

КАТЯ: Погоди, Аня. Это все - эмоции. Я хочу о другом спросить. (у СВЕТЫ): От кого, когда и как ты услышала, что это я убила Виктора? Только конкретно.

СВЕТА: Да я не помню. Кто-то под окном сказал - я и подумала, что наши бабы. А как на улицу вышла - никого на лавочке уже не было. Кто конкретно сказал, я уж и не знаю.

КАТЯ: Вот и все. Все ясно.

 

АНЯ и СВЕТА смотрят на нее недоуменно.

 

АНЯ: Что тебе ясно?

КАТЯ: Кто убил Виктора.

АНЯ: Да ты что? Откуда тебе знать?

КАТЯ: Папа сказал...

АНЯ: Да что ты со своим "Папа сказал". Нет здесь твоего папы! Ни когда мы письма Витькины читали, ни когда умер он, ни при этом разговоре. Что твой папа мог сказать?

КАТЯ: Папа сказал: "Будь терпеливой - и она обязательно выдаст себя".

АНЯ и СВЕТА(вместе): Кто - она?

КАТЯ: Погодите. Я сейчас сяду - и все вам расскажу. (садится на стул, кладет ключи от квартиры на стол): Вы только очень внимательно слушайте.

СВЕТА: Ну, прямо-таки театр!

КАТЯ: Виктор никогда не писал этих писем. И книгу эту ты, Света, никогда раньше не видела у себя дома.

СВЕТА: Точно! Я только сегодня ее нашла.

КАТЯ: И закладка была вставлена до тебя.

СВЕТА: Ага. Я там сразу открыла и прочитала.

КАТЯ: И сразу поспешила ко мне.

СВЕТА: Конечно. Я подумала: если ты убила, то...

КАТЯ: Подожди. Ты и разговор о том, что я - убийца, услышала сегодня.

СВЕТА: Да. Сначала - разговор, а потом - книга.

КАТЯ: Вот. Это значит, что идею и книгу тебе подсунул человек, который хотел, чтобы в убийстве Виктора обвинили меня.

АНЯ: Да кому это нужно? Врачи сказали: Виктор умер от инфаркта.

КАТЯ: А папа сказал: "Молодые люди слишком редко умирают от инфаркта. Я боюсь, что скоро будет покушение и на твою жизнь".

СВЕТА: А ведь правда. Я сказала, что тебя расстреляют!

КАТЯ: А теперь я знаю: кто хотел меня убить и почему.

АНЯ: Кто?

КАТЯ: Тот человек, который читал тебе стихи по телефону, а мне присылал письма. Тот человек, который перекинул в раскрытое окно книгу в Светкину квартиру и крикнул, что я . убийца.

СВЕТА: Это что . Виктор, что ли? С того света?

АНЯ(криво улыбнувшись): И эта фильмов насмотрелась.

КАТЯ: Нет. Это живой человек. Тот, кто любил Виктора и ревновал его ко мне... Это - ты, Аня.

АНЯ: Я?!

КАТЯ: Папа сказал: "Будь терпелива - и ты увидишь то, что раньше было сокрыто для твоих глаз". И я была терпелива. Я много думала и вспоминала.

АНЯ: Нет. После того, что я услышала, я здесь находиться не могу! Я хочу уйти! Дай мне ключи!

КАТЯ: Ты не уйдешь, пока не выслушаешь меня.

СВЕТА: Это точно! (бежит к дверям и встает перед ними, скрестив на груди руки): Теперь не уйдешь!

КАТЯ: Я хорошо помню, что раньше видела эту книгу. Но где - не могла сообразить. У Виктора в квартире я никогда не была. А вот у тебя я могла ее видеть. И даже думаю, что видела, потому что это ты подбрасывала мне эти письма. А через Светку передала только одно - то, которое она принесла нам во время того разговора. И посылал ее тогда к нам не Витька, а записка от его имени к письму. (у СВЕТЫ): Ведь так?

СВЕТА: Что - так?

КАТЯ: Писем этих тебе Виктор в руки не давал, а писал записку с просьбой передать письмо мне. Так?

СВЕТА: Ага. Он редко со мной говорил. А записки писал. Часто. "Свари обед, вымой посуду, отнеси письмо Кате".

КАТЯ(у АНИ): Ну, что ты можешь теперь сказать?

АНЯ: Ничего. Все это - твоя больная фантазия. Тебе действительно надо к психиатру.

КАТЯ: А папа сказал: "Виновные люди редко признают свою вину, но не потому, что им стыдно, а потому, что таким образом у них всегда остается маленькая надежда увильнуть от ответственности".

АНЯ: Он так много говорит, что запомнить его глупости можешь только ты. Зачем мне было убивать Виктора? И как я могла это сделать?

КАТЯ: Сначала ты забросила книгу в квартиру к Светке и подсказала ей обвинить меня в смерти Виктора. Не получилось . и ты решила представить дело так, что будто бы это Света хотела взвалить на меня ответственность за убийство, то есть сама убила брата.

СВЕТА: Ну, да! Точно было так!

АНЯ: Сумасшедшая! Напридумала глупостей . а чем докажешь?

КАТЯ: Доказать, что книга из твоей библиотеки и найти на ней твои отпечатки пальцев нетрудно. Да и не важно это. Для меня куда важнее осознать, что ты - никакая не подруга мне, а самый настоящий враг. Ты целила в меня, а убила мою первую любовь, оставив печаль в моем сердце на всю жизнь... (АНЯ было дергается, но КАТЯ движением руки останавливает ее): Погоди. Я знаю, что говорю пышно и красиво. Но говорю так, как чувствую. А чувствую, что память об этих днях останется во мне на всю жизнь... Ты не знала, что у Виктора больное сердце. Ты просто старалась убить во мне мою любовь к нему. И тебе это почти удалось. Ты думала, что, разлюбив его, я стану жестока, груба и беспощадна. И ты была права. Я так бы и поступила, наверное, если бы кто-то - и я думаю, что это была ты, - не сообщил ему о нашем заговоре против Виктора. Он любил меня издалека, одними глазами, и я тоже боялась подойти к нему. При виде меня, я замечала, он дрожал, краснел, всегда отводил глаза. Это было лишь начало красивой любви. А ты сообщила ему, что он поступает по отношению ко мне, как негодяй...

СВЕТА: И он побежал к тебе...

КАТЯ: Он был слишком взволнован и слишком торопился, взбегая ко мне на восьмой этаж. А я так занервничала, увидев его, и так долго возилась с водой и лужей, что он подумал, что я не хочу ни видеть его, ни разговаривать с ним.

СВЕТА: Получается: он умер от любви?

 

АНЯ бросается к столу, хватает ключи, оттуда - к выходным дверям.

 

КАТЯ(спокойно):Это - другие ключи, не от квартиры. Ты не выйдешь отсюда, пока не признаешься, что это ты сообщила Виктору о нашем заговоре.

АНЯ(возвращается; она усталая, плечи пониклые): Да. Я сказала ему. Позвонила по телефону - и все рассказала.

СВЕТА: Все, все, все?

АНЯ: Зачем? Я сказала, что кто-то писал ей любовные письма от его имени - и она, узнав про обман, обиделась на него. Откуда я могла знать, что он понесется к ней?

КАТЯ: А потом решила меня добить руками Светы?

АНЯ: Конечно. И я тебя все равно добью. А теперь давай ключи.

КАТЯ: Зачем ты это сделала, Аня?

АНЯ: Зачем?.. С письмами придумала от ревности. Потом. Твой театр у этой картинки был такой торжественный, такой красивый! Я просто с ума сходила от мысли, что ты со смертью Виктора стала еще благородней, чем при его жизни. И решила смешать тебя с грязью. (протягивает руку): Ну?

КАТЯ(достает ключи и бросает ей): На.

АНЯ (отпирает дверь, делает шаг наружу, оглядывается): Только вы ничего не докажете. Улик у вас нет. (уходит)

СВЕНТА: Вот гадина!

КАТЯ (достает из-под дивана магнитофон): Папа сказал: "Не жалей пленки, дочка. Тайны не умеют молчать".

 

ЗАНАВЕС

 

 






Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
280964  2008-04-25 00:02:30
Валерий Куклин
- Ие

Прочтайте, пожалуйста, эту пьеску. Она не однажды ставилась, имеются рецензии и отзывы, но все либо детские, либо от мужиков. Последним отозвался Нетребо в личной переписке. Спасибо ему. Но мне хотелось бы знать мнение и женщин. Пьеса-то о девчонках.

Валерий

280974  2008-04-25 17:24:15
Ия
- Распечатала, обещаю прочитать за выходные. Посмотрела начало и сразу удивилась вашей смелости. Трое на сцене! И все малолетние?! Обязательно напишу.

281001  2008-04-28 10:50:25
Ия
- Прочила. Поскольку обещала высказаться, то скажу как думаю. Два дня хожу и мучаюсь сложными чувствами, не ко времени, наверное. Ведь Псха! С одной стороны нахлынули теплые и дорогие серрдцу воспоминания детства, связанные с романтичными отношениями, свиданиями, записочками. Да писали, наверное, и ДО НАС писали. Вегда писали. Драматизм вносила сама жизнь и сюжеты писала свои. Но у вас, Валерий Васильевич, очень жестко написано и очень профессионально. Не знаю, но именно в этом я увидела противоречие. Женская память очень глубокая, спросите "старушку" и она вам с радостью поведает о своей первой любви. Сколько помню, бабушка только об этом и говорила, теперь мамуля на страрости лет только о любви и говорит....

281002  2008-04-28 11:11:47
АП
- Ия
Но у вас, Валерий Васильевич, очень жестко написано

Вот и я тоже на этом споткнулась, Валерий Васильевич, и пока целиком не осилила. Может, ещё попробую. Бывает в жизни, конечно, всякое, но подростки по-моему мягче, они ещё вглядываются в жизнь, они внимательны.
С уважением.

281011  2008-04-28 18:14:32
Валерий Куклин
- Поповой

Уверен, что вы ошибаетесь в отношении подростков. Говорю это вам, как бывший школьный учитель. Да и Песталоцци, впрочем как и Сухомлинский, как Богат, писали, что подростковый возраст - самый беспощадный, лишенный внутреннего чувства сопереживания всем окружающим и невероятно заботливый о своей особе. Мягче и компромисней подростки лишь в отношении к себе, а самых близких людей они обижают и даже уничтожают без спотыка. Актрисы-девочки, игравшие в этом спектакле на разных сценах, всегда утверждали, что эта пьеса - про них, им легко играть, потому что роль им понятна от А до Я.

Ие.

Большое спасибо за ваш отзыв. То, что вы два дня были под впечатлением пьесы, - это высшая похвала. А что пьеса получилась жёсткой... Сам не знаю, отчего так: у меня все пишется жестко. Да и не терплю я сюсюканья, признаться. Мир жесток. К чему его приукрашивать?

Валерий

281013  2008-04-28 19:03:42
Ия
- Валерий Васильевич!

Я давно заметила, что пишете жестко. Ну, а что-то вас в душе греет, в смысле воспоминаний? Неужели и там, в далеком прошлом, все было "жёстко"? Не верю.....Это не забывается.

281021  2008-04-29 10:18:22
Валерий Куклин
- Ие

Ваш вопрос подразумевает доверительныенотки в ответе и некую интимность. Всего этого нельзя допускать на ДК. Но ваш вопрос задел меня. Мне действительно бло трудно вспомнить,кога я в детстве был по-настоящему счастлив. В подростковом возрасте - да, бывали моменты. Но на проверку жизни все они оказались пустотой. А вот когда переживал трагедии и драмы,помню отчетливо. Как и всякий человек, мне думается. Вообще-то, память избирательна. Мой однокашник Валерка Сутулов до конца жизни вспоминал,что в детстве был всегда голоден. Жили в одной спальне, кормились в одной столовке, а у меня такого впечатления о детстве нет. Счастье ли это? Мне повезло: впервые в школе я стал учиться с девочками аж в шестом классе, когда мозги работают самостоятельно. И я был потрясен тем, какие двуличные и мерзкие они сущетва в сути своей, склочницы, доносчицы и подлизы. РЕдкую порядочную девчонку они всей толпой норовят либо морально уничтожить, либо снизвести до своего уровня. Именно эти впечатления о моем подростковом возрасте и легли в основу данной пьесы. Сюжет выдуман, но персонажи кажутся мне психологически верными. Зрителям тоже. Чего не скажешь о пракически всех фильмах и персонажах новой России.

Валерий

281029  2008-04-29 14:34:01
Ия
- Спасибо за ответ, совсем не хотела вас чем-то задеть. Персонажи безусловно узнаваемы, но общее впечатление от пьесы остается тяжелым. Татьяна Ларина и Наташа Ростова тоже писали письма-записочки и опыт имели печальный. Возможно плохо выразила свою мысль. Для меня, как человека выросшего в большой семье, важна связь времен.

281030  2008-04-29 15:21:26
Валерий Куклин
- Ие

Всем важна связь времен. Только она, зараза, следуя воле Шекспира, рвётся постоянно. В больших семьях, конечно, это происходит более сглаженно и более органично, а вот один-два ребенка - это и не наши дети. А христианский мир стремится к именно к тому, чтобы ответственности и детей в семьях было меньше, да и семьи уж зовут анахронизмом. У моих тестя с тещей всего потомков, включая внуков, правнуков и праправнуков (с супругами оных), около сотни - и все они едины. Бывает, что собачимся, но это - мир взаимозаботливый. О ком заботиться должен один ребенок в семье? О себе любимом. Пьеса и об этом тоже. Мне говорили, что зря я не вставил пару образов взрослых. Но, мне кажется, мир взрослых и мир детей - это две планеты на разных концах Вселенной. Будь рядом с девочками взрослые, ничего бы не произошло. Но взрослым всегда некогда, всегда мы заняты собой. Ведь, по существу и этот старый австрийский поганец, о котором упомянуто здесь и о котором не умолкает телевизор, именно использовал дочь, а не заботился о ней по-человечески. Проблема отцов и детей не переходяща, вечна. Но эта пьеса - не о том. Она - о бессмысленной детской жестокости.

Валерий

283008  2008-08-08 13:45:00
Максим Есипов
- Если б у меня был театр, то эту пьесу - я в жизнь бы не поставил. СТРАШНЕЙШАЯ ЕРУНДА С ТУПЫМ СЮЖЕТОМ И НЕЕСТЕСТВЕННЫМ ДИАЛАГОМ ДЛЯ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВОЧЕК - ОСОБЕННО СВЕТЫ 9-ти лет. Жестокость нынешних малолеток для меня раскрыта самым скучным и отвратительным образом.

283012  2008-08-08 20:19:55
Лолобриджида - Есипову
- Уважаемый Максим.

Папаша Куклин по природе своей столь жёсткий, сколь несправедливо жестокий. Монстр, если правильно сказать. И его внутренний мир естественно отражается на его творчестве, всюду вылазит наружу. Примите к сведению, чтобы не попасть под гипноз тоталитарно мыслящего человека.

Я тут вчера поведала общественности о своём визите в клинику Шарите, так какие-то хакеры-антидемократы вырезали моё сообщение с ДС. Кто-то по-хакерски пытается "запудрить" проблему Куклина и не дать общественности в правдивом свете увидеть нашего "героя".

От всей души возмущена их происками и прошу уважаемого учителя, попечителя - обожаемого мною ВМ, вернуть моё сообщение на WEB-страницу.

283014  2008-08-08 20:54:28
Есипов - Лоле
- Вчерашний ваш пост удалил я хакер антидемократ. В ДС обсуждаются исключительно художественные материалы авторов.

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100