TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Рассказы
04 марта 2010

Нина Горланова

 

Нина Горланова

 

Ага-шпага и Визжала.

 

- У меня сегодня ноги подрались!

Это она сказала, чтобы глубже чувствовать, что в мире все не так просто устроено. Есть в нем много горестей. В детсаду ее звали Ага-шпага. Так вот жила Ага-шпага в этом мире уже пять с половиной лет, но ей никогда не надоедало чувствовать по утрам горечь где-то внутри себя.

Кроме этого утреннего горевания у Аги-шпаги в мире были: Мелькало (мама), Бурчало (папа), Бог, кошка Мирза, разные там братья и сестры, в том числе Визжала, наиболее родная сестра, потому что она жила в мире всего на полтора года дольше Аги, и они иногда дружно жили, а иногда - не дружно.

- Как это, Агния, ноги могут подраться? - удивилась Мелькало и замелькала на кухне.

- Ну, одна нога утром... нет, не так... нечаянно левая нога наступила на правую, когда я вставала с кровати, а та дала сдачи. Тогда левая нога дала жару другой ноге, а та рассердилась и так сильно прищемила пальцы драчунье, что я даже встать... на ноги не могла долго - больно же все-таки!

Гроздья губ ее тут же стали набухать, созревать для рева. Мелькало попросила:

- Выйди на улицу - подожди меня там.

Это означало, что она предложила Аге-шпаге забыть о горестях мира и - как обычно - пойти с родителями в детский сад.

- Не пойду я в садик сегодня! - ответила Ага-шпага.

- Как так? Почему?

- Сама все теряешь! Теряешь. Где моя свиделка о рожделке?

Она уличила мать. Она хотела этим сказать, что у Мелькалы нет никакого права требовать порядочного послушания. И так горько ей опять стало, что она сладко заплакала сахарными слезами.

- Что случилось?

- Заколебал меня этот Сталин уже! - ответила Ага.

- Ну, хорошо. Жди меня здесь.

Ага-шпага перестала реветь и с ужасом посмотре.ла на Мелькалу, на ее коварные перепады, которые не дают почувствовать, что в мире все так ужасно. Но ведь в самом деле на улице есть много чего. От этой мысли она почувствовала себя лучше, выскочила на лестницу и запрыгала по ступенькам, приговаривая: Сталин-Сталин, Сталин-Сталин...

Напротив был дом, в доме - много углов, краси.вых, с трещинами. Возле одного угла лежала куча ящиков. Ага хотела интересно завалиться этими ящика.ми, оставить щелочку и сидеть, подглядывать за этим двором. Когда она подошла поближе, то увидела между ящиками знакомую собаку, у которой голова была другого, черного, цвета, и из-за этого как будто пришитая. Знакомая-то знакомая, но не очень, потому что Ага не знала, как ее зовут. Где-нибудь там, в собачьей свиделке о рожделке, наверное, записано ее имя, а Мелькало потеряла Агину свиделку, и теперь нельзя идти в церковь и окреститься. Сказали: нужна свиделка о рожделке. Это все Сталин завел - Бурчало бурчал по этому поводу.

В животе у собаки было много красивых щенков. Один из них - с черными пятнами на пузе - очень понравился Аге, и она присела, чтобы его посмотреть, а собака схватила ее за руку и держит. Не гладь, мол, щенят, которые еще не родились!

- Собака, собака, отпусти меня, я тебе еще пригожусь! - попросила Ага.

А собака не отпускает.

- Моя рука грязная, щенкам будет хуже, если ты ее укусишь!

Это все Мелькало виновата: потеряла свиделку, не окрестила. Вот и не везет, собака может укусить. Ага не знала, можно ли просить Бога о помощи, если она еще не крещеная.

- Мирза, помоги хоть ты мне! - прошелестела Ага, увидев вышедшую на воздух кошку.

Собака тоже увидела кошку, быстро укусила Агу и убежала прочь. В это время из подъезда выбрела сестра Аги-шпаги, прозванная Визжалой. Она опять взвизгнула:

- Ага! Если меня в школе толкают, и я падаю! Вот одежда и рвется.

Визжала училась в первом классе и приходила из школы то с порванным фартуком, то без пуговиц. Следом за нею из подъезда вышли родители.

- В школе ее травмируют, - наскоро сделала заключение Мелькало.

- Ничего, больше будет дом ценить, - буркнул Бурчало. - Есть же и в этом что-то хорошее.

Ага-шпага спросила:

- А что такое чеш?

- Чех? - переспросила Мелькало.

- Чеш.

- Чушь?

- Да нет же! Не чушь, а чеш, - и Ага рукой показала на бумажку у подъезда. "Если не хочешь быть винтиком, голосуй..." Это было очередное объявление об очередных выборах, которые проходили буквально чуть ли не в каждый выходной.

- Это слово "хо-чешь", оно перенесено в другую строку. А что с рукой - почему она у тебя в крови?

- Собачка... укусила.

- Какая собака - домашняя? Ты ее знаешь? Где она живет, а? - Мелькало так и замелькала, хватаясь за грудь, за руку, укушенную собакой, за часы, за сумоч.ку, из которой достала бинт и наскоро забинтовала руку.

- Теперь убиться нужно, чтобы шприц одноразовый... добыть, - прививку против бешенства, - бурчал Бурчало.

- Бешенство? Это когда пучат глаза, топают ногами и бегают, бегают!

Ага-шпага не очень-то хотела получить прививку против такого интересного. Но родители уже вели ее в больницу. Там они в первую очередь услышали от заведующей, что шприцов нет, и что у хороших родителей собаки детей не кусают.

"Где они - эти хорошие родители, вот бы на них посмотреть!"- думала Ага.

- У нас не запланировано, чтобы вашу дочь укусила собака! У нас только для прививки АКДС одноразовые шприцы! - кричала заведующая.

- Но у нас тоже не запланировано было... - чуть не плакала Мелькало.

- Заколебал меня уже этот Сталин, - громко поддержала родителей Ага.

Заведующая посмотрела на нее так, словно саму заведующую укусила бешеная собака: выпучив глаза. Вдруг она куда-то ушла, пришла и швырнула шприц в руки матери.

Потом родители долго стояли на улице, и Бурчало не бурчал, а совал Мелькале под язык валидол. Одну таблетку дали Аге-шпаге, чтобы она начертила ею на тротуаре классики и играла. Пока. Прыг-прыг...

Наконец, Мелькало смогла идти, и они пошли домой, уложили ее на диван, взяли книжку и побрели с папой в "травму".

В травме была очередь, как в магазине. Но только еще больше. Ага-шпага сначала сама читала про котенка, карандаш и мышонка, а потом она устала, и папа стал ей читать. Он совсем не бурчал. Вокруг ходили люди: одни с поломанными ногами, другие оттягивали воротники далеко от шеи, потому что шеи у них оказались обожженными. И только одна Ага-шпага была с покусанной рукой. Она решила не реветь, когда ей будут делать прививку, а то все интересное в этом дне как бы сольется с другими днями, когда бывает мало интересного и приходится горевать и плакать просто для интересности.

Вот так они сидели в очереди, а в это время в школе у Визжалы прошло четыре урока: русиша, чтеша, матеша, рисоваша. Когда Ага возвращалась из "травмы", с другой стороны уныло брела сестра. Ага бросилась к ней:

- А меня собака укусила! Мне укол против бешенства сделали!

- Не против бешенства, как оказалось, а против столбняка, - буркнул Бурчало.

Визжала просто обомлела: значит, сестра и в садик не ходила! Вот повезло.

- Ага! - закричала она. - Вечно Аге везет!

- Конечно, везет, - рассудила Ага-шпага. - Мне папа два часа читал книжку, вот. Нам еще справку в садик дали, да?

Визжала сжала губы и твердо решила поискать злую собаку, чтобы та ее укусила. И конечно, не совсем злую, - чтобы укусила, но в меру. И тогда можно в школу не пойти - справку дадут. И папа почитает ей. Зыба будет!

Собаки в этот день попадались Визжале на редкость добродушные. Она совала одной руку прямо к зубам, а та ей лизала пальцы, вместо того, чтобы цапнуть.

- Тупая ты! - сказала Визжала с передергиванием. - Тупорылая.

Собака виновато поглядела и ушла.

Вдруг озарение - Визжала решила уговорить сестру:

- Ага, укуси меня, а? Я скажу родителям, что это собака...

Сестра ответила не сразу. Она любила важничать. Наконец, она открыла свой беззубый рот и пошатала пальцем два клыка. Они ходили ходуном.

- Видишь? У меня и так нескольких зубов нет, а остальные шатаются! Буду я еще тебя кусать, когда зубы плохие. Очень.

- Ничего для своей сестры не хочешь сделать! - завизжала Визжала.

Ага ответила не сразу. Она подошла к зеркалу, еще пошатала свои клыки, словно проверяя: выдержат ли они. Наконец, ответила:

- Почему ничего? Помнишь, я стул тебе на ногу поставила? Ты тогда тоже в садик не пошла.

- Это когда было-о! - визжала сестра.

- Но было же, было, - рассудительно твердила Ага.

Визжала замахала руками:

- Вот папа с мамой умрут, тогда ты пожалеешь! Кто тебе сможет помочь - я! Но я не буду тебе помогать, раз ты не укусишь...

- Всех похоронила! Она всех похоронила... - срочно завелась Мелькало, услышавшая разговор дочерей.

Скандал назревал прямо на глазах. В доме все начало рушиться. Дети еще усерднее стали падать, запинаться. Последняя штукатурка принялась осыпать.ся, обнажая такие интересные квадратные ребра потол.ка. Бурчало дал Визжале подзатыльник и пообещал пендель.

- Что такое пендель? - ангельским голосом спросила Ага-шпага.

- Пендель - это вам не Гендель, - ответил Бурчало. - Пендель для вас - это дуновение по сравнению с тем, если б укусила бешеная собака. Кстати. За собакой врач велел следить. Если через десять дней она не умрет, то все будет в порядке. Ага, ты знаешь ее?

Ага примерно знала, где живет эта беременная собака, но молчала. Она боялась, что собаке попадет. На всякий случай Ага вспомнила, что укол в спине заболел. И она сладостно зарыдала. Кошка Мирза принялась ее утешать. Приласкивается, а хвост у нее в это время пишет: .Тише!"

В этот момент брат Аги принес кулек тыквенных семечек - ему друг подарил за то, что приходил к нам играть на компьютере. И вдруг Мелькало переключи.лась на эти семечки: мол, это психо-, то есть семечко.терапия. Она грызла и грызла их с грохотом, так что слышно не было, о чем беседуют дочери.

А они беседовали о "травме".

- Ну, какая эта травма? - спрашивала Визжала.

- Травма - это от слова трамвай. Там народу много, толкучка, как в трамвае. - Ага охотно рассказы.вала про интересное. - Там у всех переломы внутри - надо на рентген. Мне и без рентгена видны переломы, но люди хотят, чтоб было интересно, им видны переломы, а они еще играют в такую игру - рентген...

- Конечно, - материным голосом ответила Визжала. - Жизнь ведь тяжелая, нужно хоть поиграть...

Мелькало щелкала и щелкала, жадно вгрызаясь в сомнительные съедобные зернышки, и шелуха ползла изо рта, как конвейер. Белобрысая шелуха ползла почему-то с розовыми вкраплениями.

Визжала схватила безмен и начала все взвешивать в комнате. Взвесила стул - он весил два килограмма. Взвесила кулек с семечками - он весил полкило. Вдруг она поднесла безмен ко рту, как микрофон:

- Внимание! Говорит радио "Свобода"! Сегодня одну девочку в СССР укусила собака. В травме была очередь и толкучка, как в трамвае. Не было также одноразовых шприцов... Извините, я должна высмор.каться! Говорит радио...

Из прорезанного наискось рта Мелькалы мелькали и мелькали белые шелушинки. Они проносились и пропадали, отжухали.

- Ага, что бы ты попросила у золотой рыбки? - спросила Визжала. - Я бы попросила, чтобы мы знали язык той страны, куда от коммунистов уедем...

- Я бы волшебную палочку... И хорошо бы к Христу на небо слетать, но не умирать, а просто, и я бы тоже наколдовала, чтобы язык знать, а то по-русски, что ли, с ним назло говорить?! А если есть волшебная палочка, то Христос нас так поймет...

- Мама, сколько ты можешь... семечкотерапией? У тебя губы в кровь...

- Дети! Уберите от меня их! - закричала, наконец, Мелькало. - Не могу остановиться... Спасите!

Детеныш Ксюха

 

 

- Откуда вообще все взялось? И кто раньше появился: люди или насекомые, а папа?

Детеныш Ксюха - новенькая в группе. Ее папа так и сказал Софье Вячеславовне:

-          Вот вам детеныш Ксюха.

Софья Вячеславовна не обрадовалась - у нее и так было 34 ребенка в группе. Слишком много! Перевозбуждаются, шумят. Еще хорошо, что от "Маугли" засыпают. Текст сложный для пятилеток, поэтому приходится каждый раз его читать перед сном.

-          Откуда оно взялось все? - то и дело спрашивала у всех детеныш Ксюха.

-          Рыбы вышли на сушу, когда им стало воздуха не хватать, - на ходу объяснила Софья Вячеславовна.

Ксюха в свои пять лет в каждой Божьей луже на прогулке смотрела на свое отражение. Еще она переназвала многих детей в группе: Дашу - Дахой, Рому - Ромахой, а Наташу - Натахой.

С Натахой она подружилась. Бегут, кричат: мол, Вадик хочет целоваться!

Софья Вячеславовна посмотрела: Вадик играет экскаватором меланхолично так.

-          Ну что вы, девочки, наговариваете на него! Он играет экскаватором.

Раздался рассудительный голос Вадика:

-          Я им сказал, что поиграю, а потом уже буду их догонять.

Н-да, подумала Софья Вячеславовна, для Вадика первым делом самолеты, ну а девочки, а девочки потом. А они уже трепещут все!

-          Мой брат по телевизору смотрел голых женщин, а папа вошел - он их под мультики спрятал, - сказала Натаха.

Надо срочно сменить тему, подумала Софья Вячеславовна и спросила у Вадика:

-          А ты вырастешь - кем будешь?

-          Миллиардером.

Ничего себе - сменили тему! У Софьи Вячеславовны и так денежные проблемы: свекрови предстояла операция - ногу отнимут... Нужно платить ночной сиделке, а зарплата такая... такая... Хорошо, что пора на прогулку, и направление мыслей у Софьи Вячеславовны сменилось само собой.

Их детский сад был на самой окраине Перми - напротив через дорогу - уже лес. И вдруг на прогулке увидели они зайца - он вышел на опушку и замер.

-          Это кто - маленький олень? - спросила детеныш Ксюха.- Все смотрите-смотрите: маленький олень!

Почему-то в этот миг Ксюха стала очень дорога Софье Вячеславовне.

 

Но однажды за Ксюхой никто не пришел. Софья Вячеславовна забрала двух своих сыновей в других группах, и все вместе они поплелись домой к Ксюхе, там было закрыто, но соседка согласилась взять девочку до прихода кого-нибудь.

На другой день в ответ на "Доброе утро" детеныш Ксюха буркнула: "Недоброе" и целый час потом сидела в туалете - на коленях - плакала и ничего не говорила. Лишь перед сном сказала Софье Вячеславовне:

-          А в воскресенье я поеду к папе в гости!

Так стало понятно, что ее родители развелись.

-          Вот и хорошо!

-          А что хорошего! До воскресенья еще три дня.

-          Ну, подумаешь - всего три дня!

-          Софья Вячеславовна, ждать три дня - это очень других три дня!

На следующий день Софья Вячеславовна объясняла детям (по программе), что такое горение, какую роль играет тут кислород.

Она принесла две разных банки и две одинаковых свечи. Зажгла и закрыла банками. Ну, ясно, что в большой банке свеча горела дольше, потому что кислороду больше.

Повторила опыт, повторила словами. А теперь - проверка: все поняли, что такое кислород?

-          Кислород - это лимон, - сказала Ксюха.

-          Почему лимон?

-          От лимона - кислый рот...

Все понятно: девочка не может никак сосредоточиться - думает о своем.

 

На следующей неделе детеныш Ксюха начала вообще бить детей, скоро стала так агрессивна, что ударила по голове Вику. А Вика росла без папы, мама у нее - пьющая, и Вика до сих пор знак "плюс" называла "скорая помощь". И хохлому от палеха отличить не может. Раньше требовали, чтоб дети перед школой отличали Брежнева от Ленина, а нынче - чтоб хохлому отличали от палеха. Но ладно уж - Бог с ней, хохломой, дни недели Вика запомнить не может.

Софья Вячеславовна говорит, что на прогулку не пойдут, пока не скажут, какой сегодня день недели. Так Вика еще ни разу не назвала правильно... Но она не унывает, даже если что-то не поймет, то с улыбкой спрашивает:

-          Софья Вячеславовна, мы идем гулять?

-          Нет, Вика. Мы идем на гимнастику.

Стихи для утренника Вика тоже не в состоянии запомнить, но мама ее очень просила, и Софья Вячеславовна все же дала ей две строчки к 8 марта. "Лучше мамы моей никого не знаю, ведь она у меня самая родная". Вика с восторгом прочитала:

-          Я мамы своей вообще не знаю,

Потому что она самая родная!

Но зато только окликнешь ее, Вика обернется-улыбнется: "Ась?" и летит - руки раскинет, через секунду - она уже в объятиях Софьи Вячеславовны. Так вот получается. Или полетит вдруг обниматься со всеми проверяющими! А проверки очень часто случаются!

Видимо, так ее мама обнимается со всеми своими гостями (водку принесли ведь они). И вот только тети-дяди входят в группу, Вики руки раскинула - уже летит к ним со своей свекольной улыбкой: зда-а-а-сте! И начинает обнимать их за ноги!

-          Какие у вас дети гостеприимные, - говорят тут проверяющие, - нигде мы не встречали таких детей!

Мама Вики - тоже со свекольной улыбкой, но логопед дал задание вырезать слова с буквой Л из газет - не вырезали...

И вот эту Вику ударила детеныш Ксюха, а разве можно обижать такую! Софья Вячеславона целый день спрашивала, почему она ударила Вику.

- У меня без папы все облупилось: сапоги облупились, ранец облупился и нос облупился, - ответила наконец детеныш Ксюха.

-          Нос облупился от солнца - при папе он мог тоже облупиться.

-          Нет, папа напоминал, чтоб я бейсболку надевала ...

Эти была первая жаркая неделя - на площадке пахло протухшей рыбой. Видимо, бомжи ели, зарыли остатки. Запах раздражал сильно, все воспитательницы на своих участках искали-обыскались, где зарыто - не нашли ничего.

И вдруг Вадик приносит Софье Вячеславовне ветку цветущего боярышника - сорвал у ворот - вот он - этот запах! Так пахнет боярышник! Почему-то рыбой. Просто нынче в первый раз много цветов - разросся по всей территории.

-          А когда мы ездили в Питер, там на всех улицах города сильно-сильно пахло свежими огурцами, но оказалось - корюшкой! - сказала нянечка Лида, когда дети ей все рассказали в группе.

-          Еще раз расскажите, - попросил Вадик.

-          Надоел! - детеныш Ксюха с размаху ударила его ногой по яйцам.

-          Ты с ума сошла, - зашипела на нее нянечка, - у него же детей может не быть.

Даха тут оч-чень заинтересовалась словами няни: мол, как это - интересно - у Вадика вообще могли быть дети, он ведь не женщина!

 

Это была среда, в четверг был день рождения Селестины, ее папа - коммерсант - всегда устраивает роскошный стол вечером - праздник для всей группы.

Мамы с завязанными глазами должны были угадать своих детей. И вот Софья Вячеславовна заметила: дети, имеющие пап , долго пересаживались, шутя, подсовывая "слепой" маме одного ребенка много раз, а безототцовщина... о, они совсем иначе себя вели - рвались к мамам, быстрее хотели попасть в родные руки!

И после всего подходит к Софье Вячеславовне папа Вадика. У них фамилия Сверко. Он неизменно сверкал серьгой в ухе, серьгой в губе, а сегодня вдруг в белой рубашке с галстуком.

-          Я на новой работе, там требуют, чтоб строго... Софья Вячеславовна, вы приедете в суд - сказать, что я всегда Вадика приводил и забирал?

-          А что случилось?

-          Жена от меня ушла к... (прозвучала фамилия известного миллионера) и хочет сына забрать.

-          А может, с мамой Вадику будет лучше?

-          Но я с ума сойду!

 

 

А в это время Софья Вячеславовна поссорилась с мужем, он несколько дней жил у своей матери, и ей как-то было не до суда - дел невпроворот. Да еще ее старший сын - четырехлетний - описался в группе, не спал... И она поняла, что он так переволновался из-за ссоры родителей. Всего-то три дня и длилась эта ссора, а уже сын описался! Нельзя ссориться.

А у детеныша Ксюхи вообще развелись мама и папа - это еще страшнее. Значит, надо как-то ей помочь успокоиться, но как - вот в чем вопрос...

В раздевалке, как всегда, сидели два ребенка-тормоза и беседовали:

-          Я потеряла носок, - говорила Вика.

-          А ты в шкафу смотрела? - спрашивал Вадик.

-          Я и под шкафом смотрела.

Детеныш Ксюха подлетела к ним и начала их буквально встряхивать: мол, надоели вы - растяпы, из-за вас всегда на прогулку долго не выходим.

Софья Вячеславовна подошла к ней и в наэлектризованном воздухе громко сказала:

-          Слушай, ты одна, что ли, тут несчастная такая?

-          А?

-          Ты не одна такая! Чего уж так нервничать - у всех ведь проблемы! У Кати папа ушел, у Вадика - наоборот - мама ушла от папы и забрала сына в другую семью вообще...

Дальше вдруг такое началось! Произошло то, чего не ожидала сама Софья Вячеславовна: дети на прогулке просто бросились рассказывать Ксюхе о своих проблемах.

- У нас папа маме зуб выбил позавчера! Они дрались-дрались, а потом зуб на полу я полчаса искала...

- А у меня папа маму ударил, и ее паралицевало!

- Как это?

- А так: половину лица... паралицевало.

- Парализовало?

-          Да.

Дети все окружили детеныша Ксюху и сыпали, и сыпали все свои горести:

- Мама моя выгнала папу, нашла дядю Леву! Папа часто блюет, а дядя Лева редко блюет!

-          А мой папа гадал в Новый год по книжке, ему выпало знаете что - "внимание противоположного пола". И я сказал: "Папа, противоположное полу - это потолок. Ты должен внимание ремонту потолка уделить!" А он меня схватил за уши! А что я такого сказал?

И только одна Оля Нежненечко имела план - как наладить в семье снова хорошую жизнь. Она хотела... нарисовать родителям свадьбу, чтоб не ссорились.

- Нежненечко ты моя! - обняла Олю Софья Вячеславовна.

Вдруг детеныш Ксюха сказала: она тоже нарисует родителям свадьбу!

 

С тех пор детеныш Ксюха опять повеселела, носилась по группе с Натахой, хорошо ела и отлично отвечала на занятиях. Когда нужно было назвать признаки осени, а все 34 ребенка уже назвали, Ксюха нашлась: "батареи отопления включают"! И покраснела от похвалы.

Это называется "разделенность опыта". Софья Вячеславовна слышала, что есть на Западе целые уроки такие: о смерти, о страхе... все дети друг другу рассказывают.

На следующий день детеныш Ксюха принесла в группу горшочек:

-          Это детеныш фиалки!

 

Г. Пермь

Октябрь 2005

 

Нина Горланова

Вячеслав Букур

Трофимка

 

Солнце круглое. Ветер теплый. Трофимке недавно исполнилось пять лет!

С сегодняшнего дня он в отпуске. Ну, вместе с мамой. И тут же старший брат Вася. Уже в школу пойдет. Вася мечтает, что вырастет - раздаст все деньги бедным и за это получит первую премию и медаль. А мама ему говорит:

- Ты нам скажи, где будешь деньги раздавать, мы с папой придем.

Разговор был вчера.

А сейчас (солнце круглое, ветер теплый) мама достает из кармана розовую расческу:

- Это девочка. А вы достаньте свои синие гребешки... Эти синие - пацаны - отобрали у девочки тетрис. Она - вся в слезах. Что вы будете делать?

Брат Вася стал синих учить:

- Слушайте, вы лучше заработайте много денег и купите всем детям тетрисы. И тогда получите премию и медаль.

А Трофимка вскипел, бросил синий гребешок на асфальт, стал его топтать и кричать:

- Вот тебе, вот тебе, не обижай девочек!

 

Мама тут сказала:

- Солнце такое сильное. Пойдемте всем купим очки.

В магазине "Мэй, Ли, Ди, Сянь" быстрый китаец (почти такой же быстрый, как Трофимка), выбрал каждому темные очки: для мамы - важные, для Васи задумчивые, для Трофимки - шустрые.

Они шли по тротуару. Трофимка увидел дождевого червя, взял в ладонь:

- Мама, смотри, он со мной играет - щекочет.

Но маме некогда вникать: она говорит по мобильнику. Трофимка огляделся: кому бы показать веселого червяка. Вася занят своим делом: достал из кармана светящегося зубра и искал среди летнего дня темноту, чтобы полюбоваться. Нашел темноту в кулаке и смотрел одним глазом на зубрика. Это надолго!

И тут Трофимка увидел знакомого пса. Пес тоже заметил его и оживился: вдруг кинут что-нибудь на клык.

Кто не мечтал в детстве о собаке? И Трофимка туда же. Он отпустил червяка на землю, а сам примерил на собаку свои темные очки: хорошо сидят! Но у пса оказалось другое мнение: побежал, мотает головой - хочет эту ерунду сбросить.

Мама продолжает говорить по мобильнику:

- ...Чайный сервиз весь вдребезги. Мы проанализировали: это он хочет оставаться маленьким! Мы сказали: ты уже большой - хватит все ронять-разбивать...

Трофимка понял, что самое время догнать свои очки.

Он побежал за псом. И чем дальше бежал, тем сильнее его сердце тянуло вперед. Но пес исчез, а дома вдруг повернулись спиной и стали словно говорить: мы не твои, нет, мы сами по себе, живи где хочешь.

Трофимка вспомнил, что возле их крыльца стояли две плакучие ивы и один безногий "Москвич". Такая примета: где ивы с "Москвичом", там и дом с родителями. Он стал ходить по всем местам, а они оказались такие неожиданные: ни мамы, ни брата, ни даже драндулета. Холодное вдруг что-то заползло в живот.

Что-то надо делать. Тут адрес в голове забился: скажи, скажи меня ментам, и они тебя приведут... куда надо приведут.

Ментов нигде нет, когда они нужны. А о прохожих мама говорила, что встречаются бандиты и украдут.

Все вдруг сразу обрушилось: солнце спряталось, ветер зазубренный, мама глупая, теряет детей. Надо теперь строить дом. Он огляделся: сломанный стул прилег отдохнуть среди одуванов, ящик от письменного стола с двумя мокрыми бумажками - высовывается из лужи квадратной скулой.

Начал сочинять стены из всего это. Могу черепаху завести - одуванчики прямо в доме растут, она будет их есть. И вдруг сам остро захотел есть. Храбрость от голода сразу закончилась: пока сделает газовую плиту, пока где-то возьмет еды - тут и дождик пойдет. И заболеешь, и попадешь в больницу навсегда.

Тогда он заговорил на своем, Трофимкином, языке:

- Нужна БОЛАТОРИЯ... я построю машину времени и прилечу в тогда, когда мама говорит по телефону, а со мной играет червяк - щекочет!

И он вспомнил, как показывали по телику булькающие колбы и бородатых ученых. Мама тогда спросила:

- А куда мы полетим на машине времени? Наверно, в прошлое, к динозаврам.

- Я хочу полететь в тот день, когда я родился, - размечтался брат Вася.

- А что там особенного? - удивилась мама. - Ты родился и закричал, как все.

- А почему я закричал? Наверно, потому, что кругом незнакомые тетки.

 

И вот сейчас оказался Трофимка среди незнакомых дядек и теток, и ни одного бородатого ученого! Надо закричать, решил он.

А тут идет пацан лет двенадцати, на ходу пьет кока-колу, выделывается. А ведь пацаны уже похожи на взрослых, учатся и еще не бандиты.

- Где улица Свиязева, дом номер семь?! - закричал Трофимка.

- Ты, мелкий, вообще не догоняешь, что ли? - удивился пацан. - Вот этот дом, только обойди.

И в самом деле: и "Москвич", и плакучие ивы казались именно тем самым местом, где должен был стоять их дом. Это было лучшее место в мире.

Чужие дома, которые только что великанами громоздились вокруг, вдруг съежились и стали нормальными.

Теперь надо было пройти сквозь закрытую дверь подъезда.

Повезло быстро! Вышел пьяный и запел:

- Ох ты, реченька Кама, как любимая мама!

А плакучие ивы, где же все ваши сливы?

 

Трофимка мимо него в открытую дверь - скольз! И по лестнице бежал-бежал, считал-считал. Вот он - четвертый этаж.

Но, оказывается, на железной решетке звонок высоко. И бандиты могут подбежать! Тогда Трофимка спрятался за угловым выступом возле мусоропровода и стал шептать:

- Господи, сделай так, чтобы мама приехала на всемирном изобретении человечества!

Он думал: вдруг Бог еще не знает этого слова - "лифт", и вместо "лифт" сказал так...

Тут плавно прилетел по воздуху бутерброд с колбасой, потом яблоко величиной с воздушный шарик. Трофимка немного откусил от него, а оно как рявкнет:

- Ты где был?! Мы с ума сошли! - И дальше яблоко, оказавшись папой, как начало, как начало! - Меня с работы вызвонили! Мама с сердечным приступом! Вася вообще онемел от ужаса!

Вася стоял рядом и вздыхал:

- Я даже зубра светящегося потерял.

- А тебе трех своих отдам! - пообещал Трофимка, чтобы больше не потеряться, потом спохватился: - Одного-то точно дам... Выбирай: лося или волка!

По тому, что его смазала по затылку мягкая материнская рука, он понял, что они уже в квартире. Он побежал мыть руки.

- Дайте мне как бы бутерброд! - горячо попросил.

- Иди на улице попроси! - сердито сказала мать, наливая ему супу.

Тело супа колыхалось внутри тела дома.

Все были вокруг: папа, мама, брат, черепаха Машка и животные. Светящиеся!

Трофимка одной рукой гладил черепаху, а другой схватил светящихся животных и полез под одеяло, чтобы полюбоваться на них.

Вдруг он резко обиделся:

- Почему не сказали мне адрес бабушки, дедушки. И еще что-то давно я не слышал, где тут в городе живут мои тети и дяди. Жаль, что вторая бабушка уже ушла к ангелам.

И правда, что откладывать. Суббота подскочила - тут как тут. Позвонили бабушке и дедушке и поехали.

Трофимка поглядывал в окно по-деловому: запоминал, где лежат выброшенные тумбочки, досочки, обрывок ковра. Вася спросил как будто серьезно:

- Что, подыскиваешь, из чего можешь срочно сляпать дом, когда опять потеряешься?

Трофимка тут не задержался с ответом:

- А ты не мог прочитать письмо девочки.

Вася сделал суровое лицо, но тоже не задержался:

- У нее плохой почерк.

В детсаде на выпускном вечере Ксюша Плешакова протянула Васе листок: ДОВАЙ ВСТРЕТИМСА ТОЛКА ШТОБЫ НЕБЫЛА ЛЮДЫ. Вася тут же показал маме, она ему прочитала.

- Порви, - брюзгливо сказал сын.

Он думал: подарили мне трансформер, папа обещал закачать с флешки новую игру, мама сегодня будет дочитывать "Скандинавские сказки", а тут еще глупая записка!

 

Бабушка вскрикнула:

- Ой, я сейчас вас обниму! Только я еще не покурила! - И скрылась в туалете.

Дедушка протянул руку внукам, застонал:

- Какие могучие рукопожатия!

Закатил глаза и упал в обморок. Лежа в обмороке, он спел внукам на иврите "Голубой вагон".

- Послушай, - стал трясти его Вася. - Вчера Трофимка, наверно, хотел получить первую премию и медаль: он отдал свои очки собаке. В общем, убежал и потерялся...

- Да я уже дом построил! - сверкнул на него глазами Трофимка. - Только на крышу не нашлось. А вот сейчас ехали мы, и я две досочки заметил. Как раз на крышу.

- О родителях ты подумал? - вздохнул папа. - Мы с мамой, как две плакучие ивы, склонились друг к другу, рыдаем! Чуть весь город наизнанку не вывернули - искали тебя.

Мама в очередной раз сделала открытие: Трофимка весь в бабушку. Всем колхозом ее искали, когда она убежала в поле ржи. В детстве.

 

Родители заехали в храм - поставить свечку, что Трофимка нашелся. Вася написал хорошими буквами: О ЗДРАВИИ МАМЫ ПАПЫ ЧЕРЕПАХИ МАШИ И ШТОБЫ БРАТ НЕТЕРЯЛСЯ

16 окт. 08 г.

 

 

 

 

 

 


Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
290675  2009-11-22 23:23:58
LOM /avtori/lyubimov.html
- И выдвинут! Конечно, жополизы быстро продвигаются, но честные люди еще дальше могут пойти.

Учитывая внушительный список наград, можно было ожидать тексты и повкуснее. Впрочем, время диктует свою лексику. Если за это дают премии, то можно представить каковы нынче критерии и кто их определяет В общем написано гладко, без изысков, с бережным отношением к слову и читателям, без музыки, но кратко, без глубины, но и не примитивно, словом, в духе времени

290687  2009-11-23 21:18:27
-

* * *

Остановлюсь на первом рассказе Нины Горлановой "Хромая судьба".

И женщина, и мужчина - человеки, притом неплохо бы понимать той простой истины, что абсолютно разные, более того - между ними нет вообще чего-либо общего. Ну, разве что - как пара ответных форм для отливки новой жизни.

Чем же, во-первых, подкупает текст Нины Горлановой, - нежностью. Женской нежностью, деликатностью Автора в изложении, трепетной нежностью к главной героине именно без одной ноги, а не - на одной.

Нужно быть потребителем солёного "Солдатского" чтива, ржалова над ужимками Швейка, чтобы в-LOM-иться в этот незащищённый мир кавалерийскими копыт`ами в подковах, не имея способности сучарным милягой-кобелюгою вкрасться в женские переживания, в девичью мечту, - увидеть ключик, протянутый женскими ручками тебе же на подносе:

отсутствие ноги у Раисы - аллегория, символ того, что Героиня категорически нестерва, что она дама, леди, - ждущая исключительно того, что нужно ей, и ни за что не приемлющая малейшей подмены,

что выживать в агрессивном чёрно-белом мире "жополизов - честных людей" - не её, не ейное, - кроме честных людей для неё и не существует никого во всём Белом Свете с её одной "без ноги матёрой волчары".

Аллегория ясна`, - ну, как же - в рассказе полностью отсутствует фактура инвалидности:

- натёртая культя,

- трущее седло протеза,

- скачки по квартире на одной ноге,

- мучения с ванной,

и, наконец, непрекращаемый, звериный секс, коим ампутантки всего мира завалены, разбираемыми нарасхват мужчинами, - самцами, в жгучей новизне соития.

Всего этого в рассказе нет.

Зато аллегорично отсутствующая нога, - ещё раз, - оправдывает отсутствие суженого, протестует несбывающейся девичьей мечте.

Именно эта коллизия, по-моему, тончаший протест Нины Горлановой хамскому, бесчеловечному бытию "жополизов" - нынешних бульдозерных Миросозидателей.

Судя по этому рассказу и откровенно говоря, я не вижу существенной разницы в мировоззрениях Автора и в хрустальной рифме моей любимицы Беллы Ахмадулиной. Именно этим сходством двух совершенно разных женщин текст мне близок.

Конечно, конечно, рассказ, трогает чистотой.

Притом сам-то по себе рассказ слаб, если не сказать - беспомощен, что, хотя ничуть и не противоречит канве,

точнее - дитя не рождён, и поныне вынашиваем в чреве Автора.

Понятно, что рафинированная интеллигентность изложения зачахнет при малейшем `оре рецензента-грубияна; - нужна живучесть, коей не пропрёшь;

как воздуху в изложении не хватает соли, перцу, поту, похоти, - буквально несколькими штрихами, сдобрить парой-тройкой предложений.

Ну, например, разве не украсит текст коллизия :

Рая, живущая единением Штольца и Обломова, переживающая за недоподанную читателю Ольгу, коя, может быть, по сути глубже, значительней Татьяны,

и признание Роберта-Робки в тексте, при одной из их встреч о том, что:

"Когда ты двигалась в классе по проходу между партами, наклонялась ко мне, касаясь грудью шеи, плеча, - я почти терял сознания";

или : "Так они встретились, лёжа под летящими стеклами. Это был её ученик Роберт-Робка! Защищая, прилипнув к её по-прежнему девичьему телу, он вздрогнул от сучьего бабего запаху, источаемого её шеей, - запаху, насмерть врезавшегося в его генетику со школьной поры".

Наконец, думая о Читателе, его улыбке, - пусть даже глупой, почему бы, например, не закончить рассказу, например, сакраментальной фразой как продолжение цитаты:

" - А ещё вот что! Хочу три кедра посадить. Говорят: в еловом лесу работай, в сосновом - Богу молись, а в кедровом отдыхай.

- Это замечательно, милый, - а, кстати, как ты смотришь на то, что твоя шестидесятитрёхлетняя молодуха ... залетела".

* * *

С уважением и с наилучшими пожеланиями в творчестве ...

292095  2010-03-05 21:50:50
В. Эйснер
- Спасибо Нине Горлановой за милые рассказы о детях!

292806  2010-05-01 19:23:29
Александр Медведев
- Я тут несколько отдыхаю, но здоровье мое хорошее, чего и вам желаю. И почитываю разный авторов. И вот читаю рассказы Горлановой Бурура. Читал этих авторов и раньше по журналам. Теперь они в РП, что для журнала славное приобретение. Это не просто ╚милые╩ рассказы. В них есть принципиальная новизна, я попробую ее обозначить. Не совсем новая новизна есть у Чехова рассказ если правильно помню, ╚Гриша╩. Там впервые, кажется, дан взгляд ни мир ИЗНУТРИ детского сознания причем этот ребенок совсем пупс. Ну да, поискал в инете и нашел: ╚Вдруг он слышит страшный топот... По бульвару, мерно шагая, двигается прямо на него толпа солдат с красными лицами и с банными вениками под мышкой. Гриша весь холодеет от ужаса и глядит вопросительно на няньку: не опасно ли? Но нянька не бежит и не плачет, значит, не опасно. Гриша провожает глазами солдат и сам начинает шагать им в такт. Через бульвар перебегают две большие кошки с длинными мордами с высунутыми языками и с задранными вверх хвостами. Гриша думает, что и ему тоже нужно бежать, и бежит за кошками.╩ Так вот, в р-зе Ага-шпге и в Трофимке тоже такой сложный в исполнении фокус точка обзора помещена ВНУТРЬ героя-ребенка. Это вообще трудно сделать с любым персонажем, а уж детей так давать редко, если не уникально. Тандем вместе (ил Н.Горланова отдельно) среди современных рассказчиков, я это давно знаю, в числе самых лучших. Импхо. Юмор мягкий и жизненный, а не всякие глупости, бытописанья выводят на сурьёз, иногда значительный. Много по толстым журналам читал у них таких вещей. Качество письма редкое. Кстати сказать я вообще думаю потихоньку, что современная русская литература в лучшей своей фазе за ВСЕ ВРЕМЯ. Я понимаю, насколько это смелое заявление и вот, кстати, предмет вам для дискуссии а то мы тут обсуждаем чёрт знает что.

292808  2010-05-02 11:02:50
В. Эйснер
- А. Медведеву:

Не стану возражать, что русская литература сейчас находится в хорошей форме. Но и обратная сторона этого всеобщего интернет-подвига смущает: за плевелами порой не видно зёрен.

294704  2010-11-23 11:28:55
Алла Попова /avtori/popova.html
- Дорогая Нина Викторовна, поздравляю Вас с Днём Рождения!
Дай Бог вам семейного благополучия, здоровья всем детям и вам, радости творчества. Милости Божьей. Низкий поклон Вашему таланту.

302647  2012-11-23 18:33:15
Вадим Викторович Чазов
- Дорогие друзья.
Поздравляю Нину Викторовну, нашего постоянного автора и моего земляка с юбилеем.
Спасибо за любовь к нашему Пермскому краю.
Прекрасно знать, что есть горячие очаги интеллекта и дружелюбия.
С поклоном, Ваш Вадим.

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100