TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Нас посетило 38 млн. человек | Чем занимались русские 4000 лет назад?

| Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение


Русский переплет

Рассказы

Олег Чувакин

В Москву

Рассказ

 

Октябрята Ваня и Женя не решили домашнюю задачу по математике и схлопотали по двойке. Отметки, выведенные броским почерком Степаниды Кузьминичны, поселились кровавыми загогулинами в их дневниках. Мальчики и опомниться не успели, как совершилось непоправимое.

 

. Почему все догадались, а вы не догадались? . гремит от доски зычный голос учительницы. Ее большие, пухлые руки сжимают указку. Она раскраснелась, как синьор Помидор, губы ее красны, и зубы красны от помады. Кажется, что во рту ее полыхает огонь, и на нем пекутся единицы и двойки.

 

Мальчики стоят у своих парт. Женя насупился, а отличник Ваня рассматривает испорченную громадной двойкой страницу дневника, нерешительно взглядывает на негодующую Степаниду Кузьминичну и снова смотрит в дневник. Мысли его заедают, как старая пластинка: .Я решал. Я решал. Я решал..

 

. Не ты ли, Женя, носился как угорелый по рекреации? . продолжает учительница. . В глаза мне смотри! А кто вчера был на катке? На развлечения время есть. А на уроки? Сделал дело . гуляй смело, не этому ли папа с мамой вас учат? Почему Катя Полунина или Стасик Корнеев решили задачу? И еще тридцать человек решили? Они что, гении? Нет, они обычные советские девочки и мальчики.

 

Ваня разглядывает доску, где написано мелом решение заковыристой задачи, и косится на друга Женю . тот потупился и мнет пальцами мягкий ластик. Обоим мальчикам отлично известно, что на перемене, пока Степанида Кузьминична отлучалась в учительскую, весь класс слизал задачу у Стаськи Корнеева. Женя же изображал самолет, гудел моторами и фырчал винтами, а Ваня списывать не стал принципиально. Дома он старался, корпел над задачей, искал в ней скрытой каверзы и пыхтел над тетрадкой до тех пор, пока цифры не обзавелись руками, не подбоченились, не запрыгали по бумаге, и он вовсе не перестал понимать содержание. Задача стала казаться мальчику лукавым упражнением, абракадаброй, специально задуманной злой шуткой, а авторы учебника ожили, перестали улыбаться с портретов на обложке, скорчили мальчику ехидные гримасы и собрались сойти на письменный стол. Ваня поскорее отправил учебник с зубоскалами в портфель и, щелкнув замочком, с облегчением вздохнул. И сегодня, на уроке, он ждал объяснения скользкой математической задачи, а не готовенького, подсмотренного решения.

 

Но вышло по-иному.

 

. Где обманывать научились? Октябрятами еще называетесь! Женя меня не удивляет. Но ты, Ваня? Я считала тебя честным мальчиком и хорошим учеником. Значит, напрасно считала.

 

Ваня поражен недогадливостью Степаниды Кузьминичны: раз уж он такой лгун, то почему бы ему просто не списать задачу? Списать . минута! Но он не потратил эту минуту, и выходит, он врун, а все остальные . честные. А самая честная и справедливая . сама учительница. Ей надо лишь проверить тетради и незачем кого-то слушать. А вот папа рассказывает, что по закону в суде обязательно выслушивают обвиняемых и дают им защитников . чтобы разобраться, виноват ли человек и совершил ли он то, в чем его обвиняют, иначе можно наказать невиновного, посадить его в тюрьму. И как потом это исправишь? Ваня не понимает, отчего Степанида Кузьминична, которая не раз хвалила его, ставила пятерки и подписывала в прошлом году похвальную грамоту, так к нему переменилась. Будто он родился обманщиком и только и делает, что всех без разбору обманывает!

 

Ваня начинает дрожать от холода, словно сибирская стужа проникла сквозь изрисованные ледяными узорами стекла и закружила белой метелицей вокруг ребят и девочек, а на партах выросли сверкающие сугробы. .Я два часа просидел над этой дурацкой задачей! . думает он. . Чуть с ума не сошел! Я же принес черновик! Эх, зря нет такого прибора, чтоб учителя видели правду!.

 

. Я не обманываю! Это вы обманываете, Кузьма Степановна! . Ваня забывается и называет учительницу по прозвищу. Так дразнят ее ученики: за басовитый голос, за походку вразвалку, за привычку стучать указкой по столу. Учительница грузная, она сипло и громко дышит, и быстро ходить ей нелегко. Ване жалко ее, когда она, тяжело, с присвистами дыша, неуклюже поднимается по лестнице. Но когда она влепляет кому-нибудь двойку по поведению . за крики, беготню по коридорам, дерганье косичек, . он, как и все, тихо дразнит ее: Кузьма Степановна.

 

Степанида Кузьминична хрипло ахает. Бросив указку на стол, она добирается средь затихшего класса до парты мальчика, испачканными мелом пальцами берет его дневник и, склонившись над партой, шумно дыша, бешено пишет, пишет. Перед Ваней бушует красный цвет: алая паста ручки, кумачовые губы Степаниды Кузьминичны, зубы, окрашенные помадой. Противный красный дождь льется на парту, на тетрадь, пенал, учебник, и Ване чудится, что учительница пишет его кровью.

 

. А ты, Женя? . Степанида Кузьминична выпрямляется и поворачивается в проходе. . Тоже просишь двойку за поведение?

 

Женя стоит, повесив голову так, что на его голой шее торчат позвонки. Ему достаточно и одной двойки.

 

. Чтоб родители мне у обоих расписались! . говорит Степанида Кузьминична и возвращается к доске. . В пионеры вступать собираетесь! Как не стыдно! Садитесь.

 

Ване и впрямь стыдно . за то, что назвал учительницу по кличке. И октябренком оставаться на всю жизнь ему не хочется. Но он же не специально! Зачем она приставала? Почему ему не поверила . а поверила всем, кто списал? Выходит, списать и решить . одно и то же? И папа не прав, когда говорит, что до всего надо доходить собственным умом? И октябрята и пионеры запросто обманывают и списывают? А как же пионерская клятва?

 

Соседка Таня толкает Ваню локтем. .Не пишешь? Мало тебе? . шепчет она. . Еще двойку схлопочешь!. Но Ваня писать не может, он встречается взглядом со Степанидой Кузьминичной, слушающей, как Катя Полунина повторяет пример, и испуганно никнет над чистой тетрадью. Перед ним пустые фиолетовые клеточки и розовые линии полей. Он листает странички назад: тут алеют пятерки. Неужели их ставила Степанида Кузьминична? Учительница не одна, думает Ваня, а ее две. И девочки Тани тоже две: одна ее половинка списывает на перемене задачу, вторая толкает Ваню локтем и призывает прилежно учиться. Но зачем ему учиться и говорить правду? Он больше не отличник, он обманщик, двоечник и хулиган, и в пионеры вступать ему нельзя.

 

Ваня вдруг вспоминает, что у него есть верный друг Женька. Он ведь тоже получил двойку и страдает не меньше Вани. Не меньше, а даже больше, потому что отец Жене не спустит и обязательно, придя с работы, будет его .воспитывать..

 

Друг усмехается. Глаза его блестят, на лице застыло гордое и загадочное выражение. Он показывает Ване оттопыренный большой палец. Ваня робко отвечает тем же жестом. И улыбается, больше не чувствуя себя одиноким.

 

Он знает, Женька не подведет, Женька что-то задумал и обязательно с ним идеей поделится. Скорей бы на улицу!

 

В раздевалке Ваня снимает с вешалки пальто, ищет запропавший мешок с валенками, вытаскивает из рукава шарф и шапку, торопливо одевается и выбегает на крыльцо. Январский ветер сбивает дыхание. Мелкие снежинки ныряют под варежки и холодят запястья. Женя, угрюмый как бульдог, медленно спускается с крыльца. Ваня перепрыгивает через ступеньку, озираясь на друга, и внизу поскальзывается. Друг проворно ловит его за плечо.

 

. Мне не жить, . останавливаясь неподалеку от крыльца и пиная оледенелый бордюр, говорит Женя. . Отец из меня мокрую колбасу сделает.

 

. Знаешь, что? . Ваня замирает с открытым ртом.

 

. Знаю. Ты не хочешь больше учиться. У этой Кузьмы! И не надо! . Женя замолкает, видимо, собираясь сказать что-то важное. . Я ведь из дому ухожу. Навсегда. В Москву махну. Ты как?

 

Друг глядит куда-то выше Вани: он смотрит на здание школы, на двери с резной деревянной ручкой, на синюю табличку с номером школы, на длинную заклеенную трещину в окне спортзала, на усатых десятиклассников в .алясках., пускающих пар и сигаретный дым. Женя излучает взрослое мужское презрение. Он презирает мороз, школу, учительницу, и Ване кажется, что друг старше него и даже старше тех десятиклассников. И он готов ему подчиниться . лишь бы тот не оставлял его, и тогда они смело двинут хоть на Северный полюс, хоть на край света, не то что в Москву.

 

. Я? Как? Я пойду! . выкрикивает Ваня. . Да!

 

Он подбрасывает и ловит портфель, смеется и расстегивает верхнюю пуговку пальто. Мальчику видится, как он и Женя гордо шагают по снежной пустыне, в унтах, обветренные, суроволикие и способные свалить горы. Их приветствуют вольные, природные люди: одни в башлыках, другие в танкистских шлемах, третьи с планшетками. Люди здороваются и показывают друзьям по карте дорогу.

 

. Тогда пошли! . зовет Женя.

 

Ваня задерживается. Вон за теми окнами учительница. Пусть без них плачет и рыдает!

 

. Рюкзак возьми, . по дороге учит Женька. . Еды там всякой! Еще чего-нибудь! Ну, как турист!

 

Дома Ваня снимает с антресолей отцовский рюкзак и кладет на его дно полбулки хлеба, картофелины в мундирах и, чтобы не разбить, заворачивает в газету сырые яйца, сверху осторожно опускает настольные электронные часы, банку килек в томате, пару бутылок газировки и обязательно пачку соды . чтобы полоскать хилые гланды. Нужна и книжка. Ваня вытаскивает из шкафа потрепанную .Страну невыученных уроков.. Подумав и хмыкнув, он заменяет ее на .Приключения Робинзона Крузо.. Еще кладет в рюкзак коробочку пластилина, пару конвертов (писать родителям) и снимает со стены перекидной календарь. Школьный портфель он забрасывает под кровать: пусть пылится среди ненужных вещей. Напялив пальто, рукавицы и валенки, позабыв шарф, он по привычке сует в карман ключи.

 

Женя живет в доме напротив. Встретив Ваню, он помогает ему подтянуть лямки рюкзака и надеть их на худенькие плечи. Раздается интересный хруст, но это не важно. С рюкзаком за плечами, в пальто, шерстяных штанах, валенках и кроличьей шапке Ваня выглядит как заправский путешественник. Он вытирает варежкой пот и расхаживает вместе с Женей по комнатам, подготавливаясь к побегу.

 

. Так! . рассуждает Женя. . Ты ножи, ложки, кружки взял? Эх, кулёма! Что б ты без меня делал? . Он гремит на кухне посудой и кричит: . А спички?

 

. Нет, . отвечает Ваня. Он стоит в гостиной и рассматривает пластмассовую медаль на стене: .11 место..

 

. Это отец! На лыжных соревнованиях. Чуть в первую десятку не попал! Он бы и первым пришел, но сухожилие потянул. . Женька сваливает на ковер звякающие кружки, вилки, ложки, роняет коробок спичек и блок сигарет .Шипка..

 

. Будем курить! . объявляет он. . Самостоятельная жизнь пошла!

 

Ваня чуть не обнимает друга от восторга, но уловив сдержанное настроение товарища, тоже старается придать себе строгий и мужественный вид. Женька необидно прыскает и приносит из ванной комнаты йод, вату, бинт и рулончик туалетной бумаги.

 

. Деньги! . вспоминает Ваня.

 

. Соображаешь! . Друг открывает стеклянную створку и подбирает с тарелки медяки и сворачивает вчетверо бумажный рубль. . Когда коммунизм наступит, то деньги отменят! Санки с балкона принеси!

 

Ване жарко, и он радуется тому, что надо идти на балкон. Забравшись на стул и открыв верхние шпингалеты, он впускает в комнату зимний ветер. Тот развевает полупрозрачный тюль и колышет бархатную штору. Ветер очень холодный, на улице он распугал всех прохожих.

 

На веревке покачивается замерзшее белье, от него пахнет стиральным порошком и зимой. Ваня отстраняет затверделую простыню, берется за полоз санок . и вскрикивает от боли, потому что кожа пристает к гладкой стали. Он лезет в карманы, надевает варежки, берется за полозья и несет санки в комнату.

 

Женя одет и стоит в прихожей. Его рюкзак высок, угловат и напоминает упакованную колонну.

 

. Ты что, телевизор туда положил? . удивляется Ваня.

 

. Эх, ты! . сердится Женька. . Радиоприемник это! Чтоб быть в курсе событий.

 

. А это?

 

. Плащ-палатка! Летом в дождь пригодится.

 

Ваня вздыхает и думает о своей непредусмотрительности. Нет, один в поле не воин.

 

На улице мороз жжет Ванины щеки, нос, шею и забирается под намокшую от пота кроличью шапку. Ваня прячется за морщинистый кленовый ствол и укрывает варежкой горло.

 

. Эй, помоги привязать! . командует Женька.

 

Ваня помогает другу пропустить веревочный конец под санки. Женя голыми руками перехлестывает веревку крест-накрест, завязывает два узла, проверяет, надежно ли закреплен рюкзак, и не спеша надевает шубенки.

 

. Готово!

 

Санки приятно шелестят по снегу, поднимаясь, кренясь на кочках, и Ване охота на них ехать, а не плестись с рюкзаком. К тому же что-то больно упирается в позвоночник. Но он молчит и ускоряет шаг, поспевая за живчиком Женькой.

 

. Справедливости на Земле нет, . говорит тот, дергая санки в объезд зарешеченного подвала. Оттуда валит пар, и на кирпичной стене нарос иней. . Вот Кузьма нам двойки, а мы ей что? Надо на равных! Днем учителя нас вызывают, а вечером . мы их!

 

. Тебе-то хоть двойка за дело! . вспыхивает Ваня. . А мне? Я ведь вчера решал!

 

. Какая разница! Ты же еще и дурак!

 

Ваня отстает и разворачивает воротник своего свитера. Сноп мелких снежинок-крупинок колет прищуренные глаза. Зябко! И обидно. Неужели Степанида Кузьминична не могла разобраться?

 

.А может, ей приказано ставить двойки? . осеняет Ваню. . Всем, кто не выполнил домашнее задание? Директор приказывает ей ставить, и всё! Без объяснений! Она ничего поделать не может! И приходится всем списывать, кто двойку не желает. И все про это знают, про приказ директора и двойки . а я не знаю. Интересно, Женька знает?.

 

Но спрашивает Ваня о другом:

 

. А далеко до Москвы? . Он равняется с Женей и заглядывает ему в лицо.

 

. Не-е! . отвечает тот. . Километров пятнадцать! Вон, видишь трубы?

 

. Трубы?

 

. Это птицефабрика! А за ней . Москва! Кремль, башни, заборы и музеи всякие!

 

. Мавзолей, . говорит Ваня.

 

. Дедушка Ленин! . уважительно выдыхает Женя.

 

Друзья молчат. Ваня впопыхах забыл пообедать и думает, что хорошо бы поесть, но стесняется в том признаться.

 

. Перекусим дальше, . говорит Женя и почему-то показывает на желтые пятиэтажки с плоскими крышами. Начинаются места, Ване не знакомые.

 

. Направо! . уверенно рулит краснощекий, бодрый Женя. . Прямо! . Он тащит санки, нагнувшись и заведя назад руки, и уверенными штрихами рисует картины будущего: . Под Москвой всякие машины стоят, грузовики, и вагоны тоже. Их много, и все надо разгружать! Кирпичи, доски, бревна, мясо, куртки и брюки. фурнитура. железнодорожные костыли. много чего. Кто работает, тот ест! Закон социализма! Только надо с утра пораньше очередь занимать . чтоб штаны и кофты достались, а не цемент! И ты запомни: он тебе говорит: десять рублей, а ты ему . не-е, мужик, гони двадцать пять! Еще пока коммунизм не построили!

 

Ваня чувствует, как горит ободранный палец под варежкой.

 

. Нормально заживем! . говорит Женя. . Будем вкалывать, квартиры дадут. Женимся! Я своего сына никогда пороть не буду. И в школу не отдам!

 

Ваня кивает.

 

. Вот! . Женя показывает на неоновую рекламу гастронома .Планета.. Буквы с завитушками мерцают оранжевыми жилками, как бы включая вечер.

 

Проголодавшиеся ребята устраиваются за столиком в кафетерии. Тут тепло и пахнет кофейным напитком. Женя приносит что-то завернутое в промасленную бумагу. Ваня стаскивает шапку и кладет на столик. Он сразу согревается, глаза его слипаются. Женя щелкает Ваню по носу, и он встряхивается.

 

Друзья уплетают рисовые пирожки за четыре копейки. Вкуснее этой еды на свете ничего не придумано.

 

. Пальцы не съешьте! Вы куда это, пострелята, намылились? . спрашивает их продавщица, ополаскивая за стойкой стаканы. . Из дому, небось, сбежали? . У продавщицы толстые щеки и большие губы, и она улыбается.

 

Женька перестает чавкать, виновато кривит рот и пригибает голову к столику так, будто ему отвесили оплеуху. На губы его налипли рисовые крупинки.

 

. Ну, шалопаи? . ласково говорит продавщица, звеня стаканами. . Кофе вам сделать? Чаю сладкого?

 

Женя давится, отбрасывает недоеденный пирожок, хватает Ваню за руку. На лице его отчаянная решимость: брови сведены, челюсть, как ящик стола, выдвинута вперед. .За мной!. . шевелятся его губы, и крупинки с них осыпаются. Санки грохочут, нерасторопный Ваня со сбившимся набок рюкзаком едва не застревает в дверях.

 

Морщась от сильного, упругого ветра, друзья стаскивают санки с крыльца. Ваня ежится и прикрывается варежкой от россыпи колких снежинок. Почему его друг отказался от кофе и выбросил пирожок? Так хорошо бы побыть в тепле, отдохнуть от ветра и стужи! И рюкзак стал весить втрое больше . видно, продавщица незаметно подошла и сунула туда свинчатки.

 

. Дуем, пока милицию не вызвала! . шипит Женька и толкает Ваню.

 

. Подожди. . Ваня дожевывает пирожок, жалея, что забыл дома связанный мамой шарф, и натягивает мокрые после кафетерия варежки. Из гастронома никто за ними не выбегает. Странно, но от того, что погони нет, что никто не торопится их вернуть домой, что-то им объяснить, Ване становится неуютно, точно его все бросили, оставили навсегда и он никому не нужен.

 

Эх, попить бы чаю! С медом, с облепиховым вареньем . горячего, с паром, обжигающим подбородок и щеки!.. Папа вечером кипятит полный чайник и делает сложные бутерброды. Он смеется глазами и называет бутерброды .конструкторами.. .Ну что, сын, скушаешь полконструктора?. . спрашивает он. Ваня радуется приглашению и забирается в кухонное кресло: он любит пить чай в кресле, держа чашку и бутерброд на подносе. Слева от него заиндевелое окно, там вечерняя темень, а справа, за столом, под матовым плафоном лампы, . папа; он пьет чай из пиалы и потрясающе управляется с мудреным бутербродом. Рот у папы большой, как раз под .конструктор., а в бутерброде и сыр, и колбаса, и домашний соус, а то и белая или красная рыба, и масло. Мама же эти .конструкторы. не ест: она боится потолстеть, пусть папа и называет ее стебелёчком.

 

Мама и папа, наверное, грустят без Вани. Мама варит на плите вкусный борщ, подсыпая что-то в кастрюлю, а папа кормит щегла в клетке, потому что Вани нет, он ушел, не простившись (даже записки не написал), а накормить птицу надо. А по телевизору вечером .Капитан Врунгель.!

 

Ваня плетется от крыльца, Женя тянет за собой санки. Друзья обходят гастроном и встают с подветренной стороны. Ваня покашливает (кафыкает, сказала бы мама) и трет варежкой шею. В его горле что-то чешется и ерзает, там поселился нудный, неутомимо скребущий микроб. Его бы выкашлять, да он застрял и всё скребется, скребется!

 

. В горле першит, . без стеснения признается Ваня.

 

. Брось! . возражает друг. . Почти пришли! Птицефабрику видишь? . Женя выходит на ветер и, прикрываясь рукавом пальто, показывает другой рукой вдаль.

 

Но Ваня не видит птицефабрики, а видит одинаковые серые панельные девятиэтажки, железные гаражи, занесенные с боков и укрытые сверху снегом, и голые ветки тополей и кленов. Небо синеет, летит мелкий снег, воздух сгущается, лиловеет, и если всмотреться между девятиэтажками, то ничего там нет, кроме мутной, непрозрачной пелены.

 

Ваня плетется за другом вяло, с опущенной головой и наблюдает, как скользят полозья санок по синеватому вечернему снегу. Санная колея, прямая, виляющая, сворачивающая и снова прямая, как бы завораживает, гипнотизирует его. .Не ходи по лыжне, . будто бы раздается папин голос, . перешагни, не порти ее!.

 

. Ты там живой? . окликает его Женя.

 

. Ага.

 

Во дворе длинной, дважды загибающейся девятиэтажки с двумя арками, навстречу мальчикам попадаются чужие тетенька с дяденькой. Они бросают в их сторону любопытные взгляды. В доме зажигается желтым светом сразу несколько окон. Женька шарахается в арку, увлекая за собой Ваню. Ветер доносит жалобный визг собаки. Ване тоскливо и страшно, и он ловит друга за хлястик пальто.

 

. Жень. . просит он и хрипит. Язык его высох, как сучок. В гландах застряли какие-то репьи, и они не проглатываются.

 

Ветер ноет позади, в темной арке тихо.

 

. Ты чего? . гулким голосом спрашивает Женя.

 

Ваня кхекает, сипит и тыкает варежкой в горло.

 

Женя снимает рукавицу и трогает Ванин лоб, сдвигая брови. В арку влетает ворона, садится неподалеку на снег и вертит черной головой. Перья птицы взъерошены, она приводит их в порядок, нисколько не боясь людей.

 

. Дурная примета! . объявляет Женя. . Ты умрешь!

 

Ваня опускается в снег. Ноги его гудят и дрожат, как рельсы под поездом. Ему бы сесть в домашнее кресло и вдоволь напиться облепихового чаю! Или просто прилечь.

 

. Ты что! . пугается Женя. Он раздумывает минуту, кусает губы . и вдруг наклоняется над санками, развязывает рюкзак и начинает выбрасывать оттуда разные, очень полезные в походе вещи. За радиоприемником следует утюг, за ним электроплитка, за ней . спущенный футбольный мяч и банка сгущенки. Плюнув, Женя оставляет в арке весь рюкзак.

 

. Садись! Быстро! . приказывает он, а сам решительно впрягается в санки. . Эх, за радио отец черепушку свинтит!

 

Женя ожесточенно рвет санки с места, не замечая, что Ваня подхватывает приемник. Ворона отбегает, взмахивает крыльями и улетает прочь. Ветер, подкарауливающий друзей за стенами арки, нападает на Ваню и норовит продуть его насквозь, пробуравить в шее отверстие. Зубы мальчика выстукивают дроби, и он умоляет ветер улететь куда-нибудь в Египет, где жарко и не хватает прохлады.

 

Ваня старается шевелить пальцами ног и рук, чтобы не замерзли. Санки уже не скользят, а летят. Ване непонятно, как его друг находит правильную дорогу . не иначе, он обладает оленьим чутьем. С Женей происходит что-то чудесное: он пухнет, ширится в плечах, вырастает в размерах до сказочного богатыря, Добрыни Никитича, и, расчищая путь палицей, шурует напрямки чрез кирпичные стены и бетон!

 

Из ниоткуда возникает тоже очень большая, просто великанская Степанида Кузьминична, и голова ее упирается в тучи. Ваня должен до головы добраться, что-то учительнице сказать. И он, крошечный, размером с пуговицу, лезет к ее уху по приставной лестнице и шепотом (так, чтоб Женька не разобрал), просит за прозвище прощения. Но голос его неожиданно раздается так громко, разносится так далеко, что Женька тормозит санки и кричит на друга.

 

. Эй! . доносится до Вани. . Спишь?

 

Темноту разгоняет фонарь над подъездом.

 

. Ххде мы? . сипло спрашивает Ваня.

 

. Дома! . Это отвечает не Женя, а Ванин папа; он тут как тут и несет Ваню, обнявшего радиоприемник, в подъезд. За ним, гремя санками, тащится Женя.

 

Дома их обоих раздевают. Руки матери кажутся Ване холодными, как ледышки Снежной Королевы.

 

. Господи, какой горячий! . говорит мама.

 

. А другу хоть бы хны, . говорит отец про Женьку.

 

Папа укладывает Ваню в постель. Папины глаза то серые, то голубые, то сердятся, то смеются. На потолке овальные тени от плафонов люстры. Ваня, кривясь от боли в горле, терпеливо глотает сладкий малиновый чай.

 

. Ты щегла накормил? . хрипит Ваня.

 

Отец улыбается, и Ване слышно, как возится в клетке птица.

 

Папу сменяет мама. Она исследует ложкой Ванины гланды.

 

. Ужас какой! . досадует она и быстро, профессионально смазывает гланды .люголем., отчего Ваня шипит, как масло на сковородке, и обливается слезами.

 

. Я Женю провожу, . говорит папа, надевая дубленку.

 

Женя сползает с кухонного табурета, так и не притронувшись к чаю.

 

Ванин папа подает Жене шапку:

 

. Я тебя провожу. И поговорю с твоим папой.

 

. И про утюг скажете? . оживляется Женя.

 

. И про утюг. И про Амундсена с Нансеном.

 

. Это кто?

 

. Путешественники. Нансен на лыжах перешел через Гренландию, дрейфовал через Ледовитый океан. Амундсен первым достиг Южного полюса.

 

. Вот это да, . говорит Женя.

 

. И намотай на ус, товарищ исследователь: от нас до Москвы две тысячи километров.

 

Женя с недоверием присвистывает и одевается. Ване слышно, как он спрашивает, не повредит ли радиоприемнику холод, а папа отвечает: .Ну, тебе же не повредил.. Ваня ворочается, устраиваясь поудобнее, укутываясь потеплее. Ему не верится, что он и Женя сбегали из дому, мерзли на улицах, боролись с ветром, удирали от приставучей продавщицы кафетерия и, сбросив в арке балласт, шли обратно.

 

. Горло-то как завалило! . сокрушается над ним мама, убирая испачканные ватки, карандаш, блюдечко и пузырек с коричневым раствором.

 

Голос ее звучит умиротворяюще. В кровати тепло, мягко. Ваня зарывается под шерстяное одеяло, прячется туда с головой и радуется, что заболел. Не надо идти в школу, видеться со Степанидой Кузьминичной, оправдываться из-за задачи, краснеть перед всеми. Можно вволю греться и нежиться под одеялом. Правда, глотать больно, будто наелся наждачной бумаги, . но ему не привыкать. Горло у него .хроническое. . так говорит врачиха из детской поликлиники.

 

Ваня засыпает. Губы его сухи и обветрены, но на них улыбка.

 

Снится ему, что он и Женя приходят в класс. И садятся не на разных рядах, как обычно, а рядышком, за одну парту, как им давно хотелось. Кроме них, в классе сидят мужчины в танкистских шлемах, в касках с шахтерскими фонариками и с планшетками. На их спинах рюкзаки с электроплитками, утюгами и лопнувшей от мороза газировкой. Возле парт поблескивают полозьями санки, а на партах лежат рисовые пирожки по четыре копейки. Мужчины едят их и запивают дымящимся кофе из граненых стаканов. А у доски, с жалостливым выражением лица, мнется Степанида Кузьминична. Она лепечет что-то, и слов у нее много-много, и все слова честные-честные, но мужчины справедливы и неумолимы. Они выдают учительнице стопу учебников и приговаривают ее к повторному обучению в первом, втором и третьем классах.

 

Спустя несколько дней Ваня приходит в школу. Он стесняется Степаниды Кузьминичны и поглядывает на нее тайком, украдкой. Но и она чересчур сосредоточенно листает классный журнал, точно потеряв чьи-то оценки.

 

Одноклассники взирают на друзей с восхищением, как на героев войны или прославленных космонавтов. Девочки уважительно косятся на бледного и осунувшегося Ваню.

 

. Километра три не дошли до Москвы, . не устает рассказывать Женя. . Уж всё, и Кремль видели! Звезда такая на нем горит, что везде видно!

 

. А машин, машин там! . вторит ему Ваня. . И все надо разгружать, разгружать!..

 

Через неделю история эта забывается.

 

Забывает ее и Степанида Кузьминична.

 

2004

 


Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
256146  2005-04-15 11:10:47
Ия
- Прелестный рассказ!

Первые уроки лжи дети проходят в школе.

256160  2005-04-17 10:40:40
Олег Чувакин
- Спасибо, Ия!

Уроки начинаются с детского сада.

С уважением - автор.

264795  2005-04-29 14:33:46
Заум
- Удивительное возвращение в детство - не со мной ли это было? По телу бегут мурашки! Замечательное произведение!

264845  2005-05-04 22:50:51
Светлана
- Олег! С интересом познакомилась с новым (для меня) вашим рассказом. Здесь кратко: мне понравился. Ваши "детские" рассказы мне всегда нравились. Подробно напишу письмом. Надо еще перечитать.

264847  2005-05-04 23:58:34
Света
- И мне расскаэ понравился. Особенно детали. Счастливое у нас было детство. Наверное, оно такое всегда...

264848  2005-05-04 23:59:57
Света
- И мне расскаэ понравился. Особенно детали. Счастливое у нас было детство. Наверное, оно такое всегда...

264849  2005-05-05 00:05:42
Света
- И мне расскаэ понравился. Особенно детали. Счастливое у нас было детство. Наверное, оно такое всегда...

264925  2005-05-11 11:50:24
Лира
- Олег,ты молодец,рассказ отличный.Думаю,многие как в детстве побывали.Так держать!Удачи!

264927  2005-05-11 13:28:12
Олег Чувакин
- Спасибо, Лира!

Спасибо всем, кто прочитал рассказ "В Москву!" и высказался! С уважением - автор.

265057  2005-05-26 09:27:27
Алена
- Действительно, герои мне очень полюбились) Спасибо за фотографии и за совет. Знаешь, я очень хочу, чтобы у тебя все получилось, ты просто замечательно пишешь)

265058  2005-05-26 11:12:34
Олег Чувакин
- Пожалуйста, Алёна! Тебе спасибо за внимание и за отзыв!

265092  2005-05-31 17:59:17
Елена из Сарова
- Олег! Вам как всегда удаются рассказы про детей от лица детей. Видимо, в душе Вы все еще не расстались с детством!

265100  2005-06-01 09:46:15
Алексей Рыбкин
- Коротко, ясно и внятно. А еще очень и очень тепло. Спасибо Олег за рассказ. Настоящее возвращение в детство. Проверь почту.

265101  2005-06-01 11:28:24
Олег Чувакин
- Большое спасибо всем отозвавшимся!

265104  2005-06-01 12:25:38
Чук и Гек
- Уважаемый Олег ! Рассказ и вправду очень хорош . Всем интересующимся проблемами детского воспитания очень рекомендую - Линда Акредоло и Сьюзен Гудвин "68 игр для развития мозга , в которые дети играют с наслаждением ." Книга небольшая, но интересная и полезная . Правда-правда :))

265688  2005-09-03 12:54:20
Виктор
- В рассказе ╚В Москву!╩ Вы удивительно тонко раскрыли психологию ребёнка. Особенно в некоторых местах, например, когда Ваня жалеет (состояние её здоровья) и оправдывает учительницу (ей приказали ставить двойки) или Женя повторяет услышанные дома слова о ╚развитом социализме╩ и проч. Наверно, редко кто без умиления прочтёт рассказ о том, как мальчики собирались в побег, что и как брали с собой. Меня, как литератора, приятно удивила удивительная чистота Вашего рассказа, в смысле отсутствия ляпов и опечаток. Такому уважению к читателю большинству пишущих надо бы поучиться. Кое-что мне показалось не совсем достоверным. Мальчики, вспоминая о родителях, ни разу не подумали об их реакции на побег детей. Это первое. И второе, что происходило в сознании Жени, когда он вёз заболевшего друга домой? Наверно же, он что-то чувствовал и о чем-то думал. Вообще он у Вас более статичный персонаж, внешний. Видно, что автору ближе Ванина ╚шкура╩ А в целом читается легко, всё достоверно настолько, что, думаю, если прочесть вслух ребёнку, ещё не умеющему читать, то он воспримет историю о том, как два школьника убежали из дома в Москву, с большим интересом.

265692  2005-09-03 21:44:48
Олег Чувакин
- Большое спасибо за внимательное прочтение и за отзыв, Виктор!

По мере удаления от автора персонажи делаются статичнее - иначе мне не пишется и вряд ли будет писаться, потому что в иной манере письма я вижу одно сплошное размытие и отвлечение... Главный герой есть для меня призма, линза, микроскоп и телескоп... В ком больше автора, в ком словно бы поселился автор, - тот и обозначает собою и через себя внешний мир. Как обозначает его мой мальчик Ваня, несущий зимой рюкзак с газировкой и фантазирующий о приказе директора, а потом видящий удивительный сон о мужчинах в касках, приговаривающих учительницу к учёбе в первом, втором и третьем классах...

И, если позволите: мальчики вначале сбегают, а потом уж думают о родителях, - на то они и мальчики.

Но они, конечно, о родителях и о доме думают - Ваня очень много думает, много вспоминает.

Виктор! Особенно Вам признателен за слова: ╚...прочесть вслух ребёнку...╩

265704  2005-09-04 22:06:52
Светлана Смирнова http://www.proza.ru/author.html?gorizont
- Словно окунулась в атмосферу своего детства. Рассказ очень понравился. Желаю успехов! Светлана Смирнова.

265705  2005-09-04 22:12:51
Светлана Смирнова http://www.proza.ru/author.html?gorizont
- Словно окунулась в атмосферу своего детства. Рассказ очень понравился. Желаю успехов! Светлана Смирнова.

265708  2005-09-05 07:50:25
Олег Чувакин
- Уважаемая Светлана, спасибо!

265714  2005-09-05 23:46:47
Ольга Витальская
- Олег, просто чудо, а не рассказ! Очень светлый, прекрасно выписаны детали и, вообще, оч профессионально сделанный. За словом "профессионально" для меня стоит большая и кропотливая работа, которую не замечаешь, если делает её настоящий писатель. Спасибо! - Ваша Оль(Чука))

265717  2005-09-06 07:23:53
Олег Чувакин
- Ольга, спасибо большое!

Ваш Олег.

265950  2005-10-13 08:17:30
Наташа
- Замечательный рассказ!

Олег, знайте: Вас теперь читают и в Мексике!

Наташа, Mexico.

265952  2005-10-13 08:42:15
Олег Чувакин
- Здравствуйте, Наташа! Спасибо большое за отзыв!

266145  2005-11-05 20:04:02
Марина Ершова
- Уважаемый Олег! Мне понравился Ваш рассказ. И я стала думать, а чем же? Отношений нет, характеров нет, конфликта нет, сюжета нет. А нравится. Приятно читать. Думаю, есть нежность, выраженная в интонации, в ритме. Еще есть честный взгляд человека на самого себя, понимающего, что, собственно ему никто и не нужен, кроме себя. Есть настроение - любит (даже не важно кого), нет настроения, надоело - не любит, довольствуется книжной жизнью. Упаси Боже строить отношения, это ведь травматично для нежной шизоидной души. Так что продолжайте, уважаемый Олег, пишите рассказы для ранимых социумом и грубостью отдельных его представителей. В наше жестокое время - это весьма благородная задача для писателя.

266147  2005-11-06 06:38:20
Олег Чувакин
- Здравствуйте, Марина! ╚...ранимых социумом... грубостью...╩, ╚конфликта нет...╩

266148  2005-11-06 10:24:07
Проксима Центавра
- Прекрасный рассказ! Олег, Ваш путь - в большую литературу!

Говорим с такой уверенностью, ибо нам из космоса видней...

266149  2005-11-06 12:57:56
Олег Чувакин
- Спасибо, братья по разуму!

266165  2005-11-08 15:48:08
Майя
- И этот рассказ замечательный, но тот, что о любви, моему сердцу милей!

267298  2006-03-13 07:33:28
Оксана
- Олег, здравствуйте!

Влюбилась в Ваши рассказы.

Где можно прочесть что-то еще?

Оксана.

267302  2006-03-13 10:21:59
Олег Чувакин
- Добрый день, Оксана! Спасибо!!! Можно заказать мою книжку с рассказами по почте. Напишите мне: chuvakin@sibtel.ru

267525  2006-04-02 11:22:17
Александр
- Доброго времени суток, Олег!

Написал вам письмо, но почему-то нет ответа. Может быть, у вас много почты. Хочу купить у вас 5 книг "Вторая премия". Пожалуйста, ответьте здесь, я предпочитаю не выкладывать свой адрес. Или ответьте по почте. Я живу в США, и мне и моим друзьям, тоже бывшим русским, и один жил в Тюмени, как вы, - понравились ваши рассказы.

Всего хорошего вам! Александр.

267526  2006-04-02 12:18:58
Олег Чувакин
- Здравствуйте, уважаемый Александр!

Простите, пожалуйста, но Ваше письмо, кажется, попало в спам-фильтр. Отправьте письмо снова: chuvakin@sibtel.ru. Введите в поле темы: ╚Вторая премия╩. Я непременно отвечу Вам!

Олег.

270702  2007-01-12 11:56:04
Воложин http://art-otkrytie.narod.ru
- Мне кажется, я знаю ответ на вопрос Марины Ершовой о рассказе Олега Чувакина ╚В Москву╩. Она пишет: ╚Мне понравился Ваш рассказ. И я стала думать, а чем же? Отношений нет, характеров нет, конфликта нет, сюжета нет╩.

Отношения есть дружба. Характеры тоже: ответственность у Женьки и верность и упорство у Вани. Конфликт?.. Ну Женьку отец ╚воспитывает╩. А конфликт у Вани с учительницей действительно надуманный, если с точки зрения взрослого. Эта точка зрения то и дело проскальзывает. С первой же строчки. Разве в советской начальной школе были задачи по математике? По арифметике были. Потом по алгебре, по геометрии По математике это из взрослости видно. И обычным людям. А не писателям (как бы видящим описываемое вживе). Такими они мне представляются, если они живут после эпохи романтизма, которая была 200 лет назад. Но для Чувакина ее как бы и не было. Он пишет по поводу рассказа: ╚По мере удаления от автора персонажи делаются статичнее - иначе мне не пишется и вряд ли будет писаться, потому что в иной манере письма я вижу одно сплошное размытие и отвлечение... Главный герой есть для меня призма, линза, микроскоп и телескоп... В ком больше автора, в ком словно бы поселился автор, - тот и обозначает собою и через себя внешний мир╩. Телепаю, литературу в школе Чувакин учил или плохо, или учитель был плохим, или все ему забылось. Последнее вероятнее всего. И про школу, и про детство. Ну кто ставит отметки за дома решенную задачу? (Или я что-то забыл) Да еще выборочно кому. ╚Почему все догадались, а вы не догадались?╩ - гремит учительница на двух, а взрослый читатель ╚подсознательно╩ думает, а как она узнала про всех? Это если контрольная работа, если тетради собраны, дома ею все проверены, то она способна про всех знать. А с другой стороны, кем надо быть, чтоб качать права за сам факт домашних попыток решить: ╚Я же принес черновик!╩ (Или я опять что-то забыл) В общем, выдуманность прет. Так дело с конфликтом. Сюжет же Его действительно нет, если ждать от сюжета отступлений от фабульной линейности. Но зато в нем есть классицистское единство времени и действующих лиц. Все как начинается, так непрерывно и течет. А это затягивает. Уж я насколько привередлив, чуть не все в РП (рассказы) бросаю читать от содержательной или формалистской или той и другой вместе скучности читаемого. А этот - прочел.

Ну как не отметить ТАКОЕ.

274915  2007-06-07 18:52:30
Эрна Неизвестная
- Олег, добрый вечер!

Рассказ изумительный. Столь тонкое понимание детской души говорит о том, что Вы помните своё детство.

Я, как педагог, хочу сказать, что о детях писать трудно. Тем более о тонких деталях. Таким взрослым всегда легко общаться с детьми, а детям интересно с человеком, который их понимает, а Ваш рассказ это подтверждает.

Я рада, что Ваши возможности расширяются(в плане публикаций)

Если не секрет, Олег, почему Вы ушли с прозки?

Я поздравляю Вас с наступившим летом. Ждали-ждали его и оно нас не обмануло-)))

С уважением, Эрна

275442  2007-07-03 07:44:53
Олег Чувакин
- Здравствуйте, Эрна! И вас поздравляю с летом, только, простите, запоздало. Я сейчас редко "хожу" по литературным сайтам. Это, наверное, и ответ на ваш вопрос о "прозке". Я написал две книги и доканчиваю (с великим трудом) третью, очень толстую. И вот это писанье занимает меня более всего. Также занимают меня попытки опубликоваться где-нибудь на бумаге. Понемножку, с большим скрипом, получается. Напишите сюда: fyodor@tyumen.ru. Этот адрес будет работать еще 2-3 недели. С уважением - Олег. Приятно было встретиться со старой знакомой!

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет" 2004

Rambler's Top100