|
09.10.2000
18:34 |
Чечня, чеченцы, зона Марса
Вспомним события полугодичной давности. Отряд полевого командира Гелаева вошел в село Косомольское, занял там круговую оборону и дал русским гяурам знак: "Я здесь".
Село мновенно окружила многотысячная армия. Были выдвинуты батареи для стрельбы прямой наводкой. В небе повисли коррректировочные и боевые вертолеты. Трое суток вся эта армада уничтожала дом за домом, а затем в зону поражения вошла пехота. Из развалин на нее обрушился яростный огонь изо всех видов оружия. Штурмовые отряды отступили, и артиллерия продолжила превращение села в элементарные частицы. Затем пехотинцы снова начали атаку - и снова на них откуда-то ниоткуда обрушился огненный шквал. Но постепенно он слабел, становился одиночными выстрелами, и через три - но только через три недели - вездесущее телевидение запечатлело кадр: двое русских бойцов нагибаются над каким-то бетонированным подвалом, предлагают невидимому чеченцу сдаться, а затем выпускают туда контрольную автоматную очередь и бросают гранату.
Что это было? На глазах у всего мира сотня людей совершила, собственно говоря, добровольное, хорошо организованное коллективное самоубийство. Так же, как во время знаменитого исхода из Грозного: боевики попали на минное поле, но продолжили двигаться вперед, разминируя путь собственными трупапи. Первыми шли командиры во главе с Басаевым. Генерал Шаманов обозвал их по этому поводу то ли ослами, то ли козлами. Нет, здесь было совсем другое ...
О Чечне и чеченцах написаны за последнее десятилетие томы. Их ненавидят и им сочувствуют. Ненавидят русские беженцы и воюющие солдаты. Сочувствует весь просвещенный мир - за счет средств массовой информации.
Этому просвещенному миру нужно бы у русских солдат ноги мыть и воду пить за то, что они ограждают его от Чечни своими штыками. Потому что чечнский боевик - совсем не то,
чем он представляется плешивому европейцу. Найдется ли среди здесь
присутствующих человек, которому нравится убивать и быть убитому?
То-то же; здесь присутствующие даже вопроса такого задать себе не
в состоянии. А боевик культивирует жестокость как жизненную норму.
Не лань, но волк начертан на его знамени: он ваххабит, беркесьер,
камикадзе. Из месяца в месяц санкт-петербургский журнал
"Звезда" сопровождает свои выпуски приложением
"Россия в кавказской войне".
Вчитайтесь в него: это жизнеописание народа, для которого война
является естественной формой сущестования, генетической сутью.
Автор сего однажды уже цитировал состоявшийся сто лет тому назад
диалог между чеченским старейшиной и графом Анреп-Эльмптом, просвещенным
генералом. Генерал призвал на помощь все свое красноречие и изложил
безупречные перспективы европейского будущего Чечни. После довольно
продолжительной беседы горец встал с бурки и спокойно сказал:
"Ну, генерал, ты сумасшедший; с тобою бесполезно разговаривать"(*).
Совсем недавно таким было было все человечество.
Вплоть до шестнадцатого столетия народы бились друг с другом беспрерывно.
"А не повоевать ли?" - раздавался клич вождя, мессира, князя.
"Эвоэ!" - с готовностью отвечали подданные. И, засучив рукава
принимались крушить вокруг себя все с таким же азартом, с каким до
этого созидали и строили. "Иудейская война" Иосифа Флавия -
360-страничный отчет богу войны Марсу. Зачем Флавий, обратимся
к библейским первоисточникам.
Вот евреи, поразившие Мадианитян, докладывают Моисею,
что убили всех и "вместе с убитыми их убили царей Мадиамских:
Евия, Рекема, Цура, Хура и Реву, пять царей Мадиамских, и Валаама,
сына Веорова, убили мечем". А Моисей им на это:
"а всех детей женского пола, и всех женщин, познавших мужа на
мужеском ложе?"
Озадаченные израильтяне отвечают,
что женщин и детей - нет, не убили. "Так убейте" -
повелевает Моисей. Израильтяне колеблются. Моисей в ярости и
приказывает убивать тех, кто не хочет убивать:
"Возложите каждый свой меч на бедро свое, пройдите по стану от ворот
до ворот и обратно, и убивайте каждый брата своего, каждый друга
своего, каждый ближнего своего / ... / да ниспошлет
Он вам сегодня благословение" (Исх. 32, 27, 29). Опамятавшиеся евреи
продолжают резню, истребляя города и все, "в них дышущее".
Иногда в побоище включается сам Бог, несясь по горам и швыряя
в бегущих громадные камни.
Сказать ли, что Библия компрометирует евреев?
Никоим образом. Потому что жестокость соседних народов была адекватною.
Нечто подобное происходило и в средневековой
Европе. Знаменитая Тридцатилетняя (!) война всех со всеми превратила
европейца в homo militare . Целое поколение жило в режиме походов,
полевых бивуаков и осад. A la guerre com a la guerre !
Воинская доблесть считалась (и являлась) мерилом всего.
Но постепенно Европа подавила в себе этот
милитарный синдром. Она вытеснила "людей войны" за пределы Pax Romana.
Ее новые пастыри объявили, что человек дожен умирать не на поле битвы,
а от старости и в собственной постели. Жизненной нормой европейца
стал проституированный гедонизм. Полицейский и адвокат - вот кому
он передоверил свои агрессивные импульсы. Эмигранта Набокова
эта буржуазная Европа приводила в отчаяние: "Маленькая
гемютная Германия - ах, кирпичные домики, ах, ребятишки ходят в
школу, ах, мужичок не бьет лошадку дрекольем!.. Ничего, он ее
по-своему замучит, по-немецки, в укромном уголку, каленым железом" .
И в самом деле, как поступает цивилизованный
европеец, если в его присустствие станут насиловать его жену?
Он звонит в ближайший полицейский участок и ждет, пока Polise приедет,
зафиксирует факт насилия и составит протокол. А жена
нанимает адвоката и требует материальной компенсации.
Насильника сажают в тюрьму с кондиционером, где он начинает
писать мемуары "Я - американский Чикатило", которые продает
за хорошую цену. Возможно ли что-нибудь подобное в восточном мире?
Западный человек предпочитает участвовать в войнах
с помощью телевизора. Он посылает в Чечню свои SNN, которые
показывают ему, как русские варвары уничтожают мирных жителей.
Как вдруг в числе убитых оказываются четыре европейских специалиста,
засланных туда одной из многочисленных натовских шпионских контор
для установки спецсредств слежения за российской правительственной связью.
Чем-то эти специалисты боевикам не понравились - и весь
мир получил возможность созерцать четыре бледных трупа с приставленными
к туловищам головами. Оторопевшие натовские службы замяли эту
историю, но предупреждение цивилизованному человечеству состоялось.
Сталин, зная чеченцев не понаслышке, выслал их
в течение 24-х часов в сибирские степи. Примерно в это же самое
время там находился в ссылке зек Солженицын. Он описывает чеченцев
с восторгом: остальные племена и народы приспосабливались,
обрастали нехитрым уютом, одни чеченцы жили походным табором,
разбоем и экспоприацией окрестных колхозных сел.
Боевик презирает всех.
Он чистейшей воды ницшеанец. Его можно убить, но подчинить его невозможно.
Он презирает даже жалеющих его за их слюнтяйскую жалость.
"Над нами только Аллах, а все остальные - козлы, и они под нами" -
процитировал Путин надпись на одном из чеченских плакатов.
"Козлы" - это мы с тобой, дорогой читатель
(если ты не чеченец, конечно).
(*)Г. Ф и л и п с о н , Воспоминания, М., 1885, с. 246. Цит. по: Я. Г о р д и н , Россия в кавказской войне, "Звезда", С.-Петербург, 1998, вып. 8, с. 38.
Что говорят об этом в Дискуссионном
клубе?
- На [80.167.217.226].
Судя по тому, что вы постеснялись даже назвать своё имя, ваша нация тоже не очень мужественная и благородная.
Как много всё же кругом, порядочных, но не очень смелых людей...
|
| 290532 |
2009-11-07 11:31:56 |
| Павел
|
|
- Интересно, а почему редактор не вытрет эту пакость, под названием- завывания русского восстания? Странно, даже более чем.
|
|
ЕРДИТЫЕ
АЗЯТ