TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

[ ENGLISH ] [AUTO] [KOI-8R] [WINDOWS] [DOS] [ISO-8859]


Русский переплет

Владимир Варава

 

 

 

ДВА ЛИКА СОЦИАЛИЗМА

Мечтал Достоевский о "русском социализме", а видел "русского инока".

Г.В.Флоровский.

Социализму в России была уготована нелегкая судьба. Рождаясь в недрах атеистической апокалиптики, закаляясь в революционных терактах и подпольных кружках, неслыханно будоража общественную мысль как слева, так и справа, в конце концов он прорывается на авансцену политической жизни и принимает статус государственой религии. Одни его проклинают, другие боготворят. Система, основанная на его принципах, зреет, крепнет, дряхлеет и разрушается в конце концов.

Как любое общественное явление социализм весьма сложен. Существуют различные интерпретации самого феномена: от безоговорочного принятия до полного отторжения. Апологеты нас в данном случае не сильно интересуют: их логика очевидна и прямолинейна. Гораздо более значимым является момент неприятия: кто, как и за что социализм критикует.

Рассмотрение социализма под углом зрения различных критик и будет составлять предмет нашего интереса. К тому же это представляется важным для понимания современного положения дел в России.

Остановимся на следующем: критика социализма Достоевским и либеральными реформаторами образца 90-х.

Почему именно такое сопоставление? Дело в том, что во многом успех сегодняшней реформаторской идеологии стал возможен благодаря пафосу разоблачения социализма советского периода. Социализму вменялось в вину очень многое, и далеко не в последнюю очередь - подавление русского национального самосознания. И казалось бы, это самосознание должно поддерживать то, что высвобождает его из-под гнета. Но в действительности ничего подобного не происходит. Возникает вопрос: могут ли современные реформаторы, нещадно критикуя социализм, опереться при том на Достоевского? Ведь именно Достоевский боролся с самыми истоками названного явления и предсказал многое из того, что произошло с Россией в XX веке. Оказывается, что нет. Более того, и источники, и качество критики социализма здесь оказываются разными. Сопоставив позиции Достоевского и современных правящих идеологов, можно прояснить многое.

Мы не оправдываем социализм, но нравственный долг заключается в том, чтобы защитить его от лживых и несправедливых нападок со стороны той общественной системы, которая гораздо более порочна.

 

 

***

Многими отмечалось значительное сходство социализма с христианством*.

Наиболее радикально отождествление социализма и христианства проявляется, когда марксизм интерпретируется в терминах "хилиастической эсхатологии". Это псевдорелигиозная установка на осуществление в земной реальности чего-то наподобие "тысячелетнего Царства Божьего", которое мыслится исключительно в терминах устранения социального зла социальными методами.

Ощущение подобия усиливается и тем, что социализму свойственна нелюбовь к установленным формам общественной жизни. Одна из идей социалистической доктрины ≈ взрыв наличного социального порядка из-за его моральной порочности. Такая неудовлетворенность социальными условиями действительно частично напоминает христианскую разочарованность в мире посюстороннем.

Основная идея социализма ≈ выход человека на новый уровень существования, к общественной собственности ≈ чисто религиозная идея, так как указанный конечный идеал проективен, его нет в наличном положении вещей. Стремление к осуществлению идеала и составляет цель личного и общественного бытия. Порыв к нездешнему миру (метаэмпирическое прельщение) ≈ концептуальное сходство социализма и христианства.

Это парадокс, ибо в своих основах, конечно, социализм и христианство антиподы. Да и само появление социализма можно охарактеризовать как моральную (но безбожную) реакцию на неморальный (и также безбожный) капитализм. По словам известного русского философа прот.В.В.Зеньковского: "Неправда, глубоко заложенная в самой основе современного экономического порядка (капитализма), давала и дает богатый материал для проповеди социалистического утопизма. Социализм как бы взял в свои руки оставшиеся исторически бездейственными призывы Евангелия к правде и богатству: то, чего не сумела воплотить, что превратила в чистую риторику Церковь, то обещает социализм"* .

Еще одна парадоксальность социализма заключается в том, что он иногда отждествляется с русской религиозной философией. У них обнаруживают некое метафизическое сходство - неприятие непреображенного бытия, стремление выйти за пределы существующего мира, отрицание реальности. На таком основании Бердяев усматривал определенную близость большевизма и русской ментальности** .

Действительно, некоторое подобие имеется. Но не потому, что схож сам большевизм с русской философией, а потому, что эти явления принадлежат к одной, русской, культуре. Из чего, конечно же не следует прямого оотождествления русской культуры ни с большевизмом, ни с русской философией.

Итак, с одной стороны, социализм сближается с христианством и через него с русской философией: борьба с пороками капитализма, стремление к социальной справедливости ≈ именно эти ⌠христианские черты■ привлекали Бердяева и Булгакова в социализме. Христианство же, при всей своей социальной нейтральности, ≈ антикапитализм в большей степени, чем антисоциализм. С другой стороны, социализм чрезвычайно переусердствует в усовершенствовании мирского начала бытия. Слишком большая забота о материальном. С христианских позиций подобное неверно.

В социализме есть своя правда, но есть и неправда. И необходимо быть весьма корректным, говоря о связи русской философии и социализма: русская религиозная философия воспринимала положительно не весь социализм, но только правду социализма.

По словам Н.А.Бердяева: "И все-таки в социализме есть своя правда, и нужно признать эту правду, чтобы бороться с социализмом и победить его. Социализм ставит проблему, которая стоит и перед христианским сознанием и требует жизненного решения. Основы буржуазно-капиталистического общества ложны и противны христианству. И социализм является как кара за грехи этого общества"* .

Однако такая правда очень легко переходит в неправду: социализм начинает претендовать на слишком многое, забывая хорошо известное, ⌠Quod non decent bovem, decent Jovem■. Пафос обличительства морального зла капитализма заходит слишком далеко. И вот уже обличительство переходит в учительство. В единственно верное и возможное. И здесь правда социализма кончается. Как следствие ≈ революционный мессианизм, тотальное отрицание культуры, желание построить Царство Божие на земле без Бога. Это тупик. Проделав "хорошую" разоблачительную работу, социализм не смог вовремя уйти, а захотел абсолютного обладания, захотел пройти свой путь до конца.

Естественно, что для реализации претензии такого уровня социализму потребовался определенный философский взгляд на человеческую природу. И тут ≈ самое серьезное расхождение с христианством (и с русской философией), расхождение, которое не дает права отождествлять эти явления.

Претендуя на религиозную полноту знаний о человеческой природе, социализм порывает с христианской идеей об изначальной греховности человека. Понятно, что с таким изъяном движение к социальному совершенству просто невозможно. Отсюда ≈ две максимы социализма: 1) человек добр по своей природе; 2) зло лежит в социальной сфере. Человек хорош, плохи обстоятельства. Следует вывод ≈ изменение естественных условий является единственной целью социалистических преобразований. По словам М.И.Туган-Барановского, известного в прошлом теоретика социализма: "Социализм усматривает корень зла в современном устройстве хозяйства. Все внимание социалистов сосредоточено на вопросах общественного хозяйства, и их требования сводятся к требованию ряда экономических преобразований"** .

Цель велика ≈ создать справедливое общество, но средства весьма односторонние, а следовательно, неэффективные. Туган-Барановский приходит к пониманию того, что для осуществления социалистических проектов все же потребуются некоторые изменения в природе человека. Но эти изменения достигаются только через внешнее усовершенствование жизни.

Говоря о стимулах хозяйственного труда при социализме, он выделяет два высоких чувства ≈ чувство солидарности и развитое чувство долга. Конечно, это не грубые эгоистические мотивы капитализма. Но что нужно, чтобы названные стимулы заработали и пришли на смену индивидуалистическому примитивизму капиталистического общества? "Однако следует признать, ≈ говорит Туган-Барановский, ≈ что для возможности сильного действия двух первых стимулов человеческая природа должна значительно измениться (выделено мной ≈ В.В.) сравнительно с тем, что мы видим теперь. Правда, это изменение человеческой природы должно явиться естественным следствием новых условий жизни, которые будут созданы социализмом"*** .

Туган-Барановский находится под сильным воздействием идей влиятельного философского течения XIX-XX вв. - неокантианства. Именно оно увидело в социализме возможность реализации христианского идеала. Один из главных представителей этого направления П.Наторп прямо указывал, что главная цель не хозяйство, а усовершенствование человека. А основатель неокантианства Г.Коген видел правоту социализма именно в его христианской сути ≈ вере в высшие идеалы добра и справедливости.

Цели определены верно, но вот средства оказываются негодными. Социалисты прекрасно понимают, что природа человека должна измениться, но не изнутри (онтологически), а внешне (через трансформацию социальной структуры)**** . Здесь самая суть секуляризированной версии преображения бытия. Преображению подлежит не сама личность (ибо она по определению непорочна), а только условия ее социального существования.

Бердяев дал очень глубокую отповедь такому взгляду на человека:

"Социализм основан на вере, что возможно путем революций и насильственных переворотов, путем принудительных социальных организаций такое устроение человеческого общества, при котором злое и иррациональное начало будет побеждено и будет водворено братство среди людей и равенство в распределении благ жизни"* .

Это наиболее серьезное обвинение социализму ≈ обвинение в посягательстве на то, что не входит и не может по определению входить в его задачу. То, что социализм стремится проникнуть в несвойственные ему сферы, было очевидно уже для Вл.Соловьева. В 1878 году в "Чтениях о Богочеловечестве" он писал:

"Социализм не хочет быть только исторической силой, иметь только условное оправдание, он хочет быть высшей нравственной силой, имеет притязание на осуществление безусловной правды в области общественных отношений"* * . Социальные преобразования, не затрагивающие духовной основы личности, не пытающиеся ее переделать, хороши и необходимы сами по себе. И одна из важнейших функций социалистической мысли (которая сохраняется и поныне) ≈ критика пошлости и бездуховности капитализма. Ведь капитализм остается капитализмом, меняется его оболочка, но сущность неизменна, поскольку основывается на определенной системе ценностей, определенном взгляде на человека. Но как только социализм начинает претендовать на полную победу над злым началом в человеке путем усовершенствования социальной организации жизни, ≈ он моментально превращается в утопию (в худшем смысле слова). Нельзя механистически, внешними действиями искоренить метафизическую испорченность человека. Это достигается другим путем.

Социализм мог бы (не претендуя на переделку сущности человека, перестав быть лже-религией) способствовать созданию (только способствовать!) наиболее "благоприятных" социальных условий для того, чтобы человек смог реализовать наиболее полно свое истинное предназначение. И здесь проблема, всегда возникающая при осмыслении взаимоотношений духовных заданий и социальных условий: каково назначение человека, в чем смысл его существования и какова та организация социальной системы, которая в большей степени соответствует истинной сущности человека?

Вся религиозность социализма является мнимой. Он религиозен лишь по форме ≈ эсхатологизм как напряженное ожидание конца времени; негодование по поводу социальной несправедливости; линеарная модель исторического прогресса. Но качественное различие в том, что внутреннее содержание разное: Царство Божие не от мира сего, это принципиально иное бытие. Социалистическая модель ≈ есть модель посюстороннего, но измененного до предела возможного социального совершенства, бытия, какое только мыслимо в земных условиях. Но все экзистенциальные проблемы личности остаются нерешенными, в том числе ≈ чисто глубинная трактовка и истории, и ее финала, и ее смысла.

Освальд Шпенглер говорил, что "социализм есть фаустовское жизнечувствование, ставшее иррелигиозным". Фаустовский человек ≈ энергичный деятель, стремящийся во что бы то ни стало преобразовать и подчинить себе окружающий мир. Одним словом, он чистокровное дитя западной цивилизации ≈ человек с необузданной волей творить, работать, действовать. Христианство на Западе исчазает (ницшевское "Бог умер"), но христианский пафос остается. Поэтому фаустовский человек превращается в социалиста, а социализм в безрелигиозное христианство. "Авторитарному социализму предстояло десакрализовать христианство и сделать его одной из составляющих частей новой воинствующей церкви"*** .

Ощущение религиозности социализма усиливается его наложением на русскую почву. Именно в контексте русской культуры социализм, являясь продуктом безрелигиозного Запада, приобретает черты религиозности. Русские и восприняли социализм с таким максимализмом, потому что разглядели в нем некоторое движение к правде и социальной справедливости. Но в тот момент, когда социализм проник в Россию, ≈ маятник религиозной жизни сильно качнулся в сторону безбожия...*

Есть еще одно свойство, сближающее социализм с христианством и в то же время отдаляющее его на непреодолимую дистанцию. Его подметил И.Шафаревич. Это ≈ "пафос гибели" мира, который должен, рано или поздно, прекратить свое здешнее существование. Мир как он есть не может длиться вечно, ибо в том величайший абсурд. Ведь смысл миру может придать только Бог. А поскольку Бога социалисты отвергают, то смысл миру придает его прекращение. "И религия предсказывает конец нашего мира, но лишь ≈ после достижения им его конечной цели, которая, тем самым, является смыслом его истории. Социализм же (по принципу сходства полярной противоположности) выводит гибель человечества из некоторой случайной, внешней причины и тем самым лишает смысла всю его историю"** .

Таким образом, социализм лишает историю смысла тем, что предлагает случайную (в отличие от христианства) гибель человечества. И несмотря на то, что ход истории, по социализму, разворачивается по жестким внутренним законам, конец все же случаен, следовательно, все по большому счету обессмысливается. Смысл конечно же есть, но он маленький, внутренний, социальный; никакого же Высшего смысла нет и не может быть*** .

И последняя черта социализма, итоговая, раскрывающая его внутреннюю сущность. Пожалуй наиболее четко и глубоко она была выражена известным русским мыслителем П.И.Новгородцевым в его фундаментальном труде "Об общественном идеале: "Социализм в лице Маркса выступил с гордой уверенностью открыть человечеству последнюю абсолютную цель его существования, нарисовать ему абсолютный и конечный идеал, дать всецелое удовлетворение его душе... Свое значение он хотел проявить в том, чтобы не только устроить землю, но и потрясти своды неба, чтобы бесконечным счастьем и сиянием земного рая заставить забыть человека неумолимую жажду религиозных исканий"**** .

В этих словах вся правда и неправда социализма. Эксплуатируя неистребимую жажду религиозных исканий личности, социализм переориентирует ее на воплощение утопии земного рая, которая является не только не осуществимой, но и ненужной. Тем самым социализм совершает ценностный сдвиг: небеса спускаются на землю. Царство Божие (т.е. справедливое общество) на земле ≈ суть идеи социалистической (ее можно назвать детрансцендированным эсхатологизмом). Она не может не вдохновлять, не воодушевлять на подъем, на энтузиазм труда. Социализм пробуждает энергию колоссальной мощности: массы готовы в экстатическом напряжении переделать все на свете. Но очень скоро обнаруживается тщетность проектов, осознаются ограниченные возможности социалистического идеала (да и силы исполнителей), что понимают и сами сторонники социализма. Вот, например, признание Туган-Барановского, его трезвый вывод, правдивый итог размышлений:

"Но, конечно, было бы наивно, ≈ говорит он, ≈ думать, ≈ а в этом повинны многие социалисты, ≈ что социализм создает "рай на земле", всеобщее счастье и довольство, общую гармонию. Ничего этого не будет ≈ и хорошо, что не будет, ибо в довольстве есть нечто пошлое и принижающее дух. Страдания никогда не исчезнут из человеческой жизни. Не исчезнут потому, что никогда не получит гармоничного примирения основное противоречие нашей жизни ≈ противоречие между беспредельностью стремлений нашего духа и ограниченностью наших сил и нашего личного существования... В этом вечная основа религии. Вот почему социализм не может и не должен стать новой религией. Как религия социализм жалок и беспомощен ≈ разве он может преодолеть беспредельность- пространства и времени? Разве социализм может преодолеть смерть?

Бессмертная смерть будет по-прежнему царить над миром ≈ и этот основной диссонанс нашей жизни всегда будет окутывать ее траурным покрывалом.

Цели социализма сравнительно близки и ограничены"*.

Здесь чувствуется истинное понимание возможностей социализма, что ему только на пользу: когда социализм перестает быть религией и ⌠совершенным■ учением, он становится сильной практической теорией. Сила социализма ≈ в его ограниченности. В 1918 году один из авторов известного сборника "Из глубины" А.С.Изгоев очень четко определил границы социалистической доктрины: "Теперь мы должны уметь отличить в социализме то здоровое, что в нем есть, от утопических фантазий, столь гибельных для государства и народа. Социальные реформы в направлении постепенного обобществления созревших для этого производственных сил национального государства, демократическая гуманность, перешедшая к социализму от христианства, ≈ вот и все, что есть в социализме ценного и жизненного"**.

Осознавая пределы своих возможностей, зависимость от высших начал бытия, социализм способен частично способствовать улучшению внешних условий существования. Но в реальности это сделать трудно. Какая-то неукротимая гордыня мешает ему не лезть не в свои дела. И вполне обоснованно выглядит мысль, что социализм потому и не может быть "нормальным" (знающим свое место) социализмом, что христианский идеал не был воплощен в западном мире. И поэтому социализму самому необходимо быть религией, за вычетом, конечно, ее мистической сущности.

Здесь снова возникает вопрос о социальной доктрине христианства. Какой из существующих социальных миропорядков (капитализм или социализм) в наибольшей степени соответствует его духовной сущности? Совершенно очевидно, что обе формы далеки от нее, и, может быть, даже на бесконечность. Если социализм есть "знак того, что христианство не осуществило своей задачи в мире" (Бердяев), и поэтому он является реакцией на невоплощение христианства в жизни, то капитализм есть убежденность в том, что христианство никогда не осуществит своей задачи. Буржуазный миропорядок ≈ застывшая греховность, паралич духа. Мгновение остановилось и остановилось навсегда, без какого-либо шанса на изменение.

Если социализм ≈ ложная дорога к правде, к осуществлению высших идеалов, то капитализм ≈ вообще отказ от правды, отказ от воплощения правды в жизни. С этой точки зрения, социализм все же явление духовное, так как в его основании≈идея. Социализм ≈ духовный материализм, или лже-духовность, лже-христианство. Капитализм же ≈ сугубо материалистическое явление, поскольку стремится избавиться от всяких "идей" и духовных движений. Поэтому капитализм ≈ материальная духовность, или бездуховность, анти-христианство, т.е. закостенение в наличном мире неправды.

Социализм, из-за сильной дозы романтизма, не может создать полностью безрелигиоэное общество ≈ оно, скорее, псевдо-религиозно. Капитализм создает подлинно безбожное общество, так как в нем отсутствует даже намек на метафизическую перспективу существования.

Социалистический утопизм стремится совершить "преображение" мира в рамках эмпирического бытия, что невозможно, ибо противоестественно и бессмысленно. Но у него верная интуиция ≈ преображение, несмирение со злом*** . Буржуазная "антиутопия" смирилась и комфортно устроилась в непреображенном мире. Здесь нет протеста, нет бунта, нет человека. Это великая ложь.

И социалисты, и капиталисты отвергают Бога как Бога, но мир приемлют, "любят" его. Но социализм честнее (при всей условности этого слова), так как доведя свои принципы до абсолюта, он все же вынужден требовать отрицания "этого" мира (напр. Иван Карамазов). Отсюда же и стремление к самоуничтожению, отмеченное Шафаревичем.

В своей сущности социализм должен быть только лишь оборотной стороной капитализма, то есть его критикой. Он не должен дискредитировать себя попыткой построения социалистического общества, ибо желая противостоять атомизации личности при капитализме, он в действительности может осуществить только лишь принудительное, механическое взаимосцепление людей. Без подлинно духовных скреп, которые может дать только христианство, социализм оказывается беспомощным и вынужден прибегать к насилию.

Существует обильная критика социализма с позиций западного либерализма. Но она весьма тенденциозна. Реальным объектом нападок часто является не социализм, не коммунизм, а русская культура. Социализм оказывается очень удобным объектом для разворачивания фронтальной борьбы с "русской идеей" под антитоталитаристскими лозунгами.

Так, известный западный мыслитель Карл Поппер критикует (и во многом справедливо) социализм за романтизм, утопизм, иррационализм, мистицизм. Но он не находит в этих явлениях ничего позитивного. Он не видит правды социализма как реакции на неправедность буржуазного строя. Его трезвый постулат: "Одним из основных принципов рациональной политики должен стать принцип, согласно которому мы не можем сотворить небеса на земле". Все верно. Но Поппер критикует социализм за то, за что его порицали задолго до него, Достоевский, Соловьев, Бердяев, Булгаков, Новгородцев, Франк, Флоровский и т.д. И здесь вся позитивная критика Поппера заканчивается. Его логика однозначна: или социализм ≈ или "открытое общество". Социализм ≈ единственный враг этому обществу. Очевидна предвзятость. Подобная односторонняя западная критика социализма не может быть нами принята. Антисоциалистическая позиция Поппера есть неверие в преображение действительности, причем ни в какое ≈ ни в социалистическое, ни в христианское.

Другой известный борец с социализмом экономист Фридрих фон Хайек также является сторонником жесткой оппозиции: или свободное общество ≈ или тоталитарная система. Стрела его критики направлена на главное "зло" социализма ≈ идею переустройства жизни согласно некоему рациональному плану. То же самое неприятие самого факта "преображения". Хайек маскирует свою неприязнь к социализму тем, что последствия стремлений к общему благу считает наносящими ущерб индивидуальным интересам личности. Но главное у него все же ≈ неприятие идеи переустройства.

Эти мыслители выдвигают тезис об утопичности социализма как один из главных аргументов против него. Здесь термин "утопия" выступает в качестве нейтрализатора любого движения к переменам. Социализм объявляется также главным врагом человеческой свободы. Тут либо изысканнейшее лукавство, либо вопиющая недальновидность апологетов открытого общества. Социализму вменяется несвобода, но при том не замечается, что свободы нет и в несоциалистических системах.

Во-первых, понятие свободы относительно (вспомним парадоксальные слова венгерского философа-марксиста Лукача, который, может быть, не без иронии говорил, что лучше сидеть в тюрьме в СССР, чем быть профессором на Западе); во-вторых, понятие "свобода" многомерно: есть внутренняя, внешняя, духовная, экономическая, правовая, моральная и т.д. свобода. Но полной свободы в этом мире нет и быть не может. И потому весьма некорректно вменять социализму полное отсутствие свободы и не видеть такое же ее отсутствие в либеральных обществах. Нужно вспомнить знаменитых критиков западной цивилизации (от Ницше, скажем, до Камю), и у всех ≈ борьба против духовной несвободы личности в условиях "открытого демократического общества". То, что в западных системах действуют определенные демократические процедуры в сфере политики и рыночные механизмы в сфере экономики, не застраховывают личность от внутренней пустоты, от "тоталитаризма земного бытия". Поэтому в корне неверно источник зла видеть только в социализме.

Но, помимо Хайека и Поппера, есть и "религиозная", "христианская" критика социализма. Католический философ М.Новак в своей книге "Дух демократического капитализма" занимается апологией капитализма через "христианское" изобличение социализма.

Новак дает отеческий совет странам бывшего социалистического лагеря, в том числе и России, вырабатывать новые моральные качества, деформируя традиционные культурные ценности. Иными словами, он откровенно призывает к протестантизации всех культурных институтов общества. Попросту он навязывает американский опыт: "Я хотел убедить многих верующих ≈ как католиков, так и людей, принадлежащих к другим конфессиям, ≈ что непредвзятое изучение американской системы организации экономики имеет огромную ценность для будущего народов, исповедующих иудаизм и христианство, равно как и для народов, исповедующих иную веру"*.

Главная цель Новака ≈ религиозно оправдать капитализм, т.е. показать, что традиционная критика буржуазного строя с позиций христианской морали несостоятельна и демократический капитализм не противоречит развитию христианских добродетелей. Для доказательства данного тезиса Новак идет на явное искажение фактов:

"Удивительно, ≈ пишет он, ≈ но общество, построенное на принципах конкурирующего индивидуализма и праве частной собственности, развивает у своих граждан великодушие, веру, ориентацию на других людей и надежду на их благородство. Между тем существующие социалистические общества серьезно подорвали доверие между людьми и представляют различные борющиеся между собой группы, стремящиеся занять одну и ту же позицию в общественной иерархии, тем самым ущемить интересы противников. Коллективизм заставляет людей копать друг другу яму. Система же, построенная на поощрении отдельной личности в достижении ее собственных интересов и целей, достигает свободы, а взамен получает преданность и любовь"** .

Очень хорошо завуалированная проповедь стяжательства. Оказывается, социализм главный порок человечества. Все положительное приписывается капитализму, все отрицательное социализму. Это несправедливо. По крайней мере такие выводы не пристало делать католическому - все-таки христианскому ≈ теологу. Из иудео-христианского представления о неискоренимой греховности человека делается неправильный вывод о порочности социализма и благодатности капитализма. Право критики социализма только за христианством, но никак не за капитализмом.

Сущность христианства по Новаку ≈ борьба с бедностью и нищетой. Экономическое развитие освящается с высоких религиозно-нравственных позиций. "Нельзя сказать, что демократический капитализм ≈ Царствие Божие на земле, не знающее греха. Однако все другие известные системы экономической организации хуже. Именно от презираемого многими демократического капитализма мы ожидаем пророческого исполнения своего, пожалуй, самого сокровенного желания ≈ избавления от бедности и тирании"*** .

Обратите внимание: избавление от бедности ≈ самое сокровенное желание христианина! Новак выполняет роль Великого Инквизитора, проповедуя под лозунгами опротестантизированного католичества религию демократического капитализма, главная цель которой парадоксальным образом сближается с социалистической ≈ избегать материальной нищеты, насытиться здесь досыта хлеба земного, здешнего материального комфорта и благополучия. По сути дела надобность в христианстве отпадает. Это в общем типичное выражение американского мессианизма.

Весьма примечательно, что тактика, которую использует Новак (наделение социализма качествами абсолютного зла и придание капитализму качества совершенного добра) применяется и социалистами для обоснования преимуществ их строя. Возьмем для сравнения несколько типичных высказываний Новака и Туган-Барановского. Сначала Новак:

"Ни одна из систем организации экономической деятельности, так или иначе повлиявших на ход истории, не оказала такого революционного воздействия на жизненные стандарты человека ≈ увеличение продолжительности его жизни, избавление от голода, нищеты, расширение свободы выбора, ≈ как демократический капитализм"; "Демократический капитализм ≈ это уникальная, по причине господствующего в нем плюрализма, система организации экономической деятельности"; "При демократическом капитализме индивиды, общественные группы и институты могут эффективно облегчить страдания бедняков"; "Идеал демократического капитализма сводится к тому, чтобы бедные, одаренные и талантливые люди могли свободно продвигаться вверх по социальной лестнице"; "Гениальность демократического капитализма ≈ в том, что он способствует человеческому братству, предполагая, что наиболее драгоценным из всех благ является человеческая личность и что лучший путь к достижению общего блага лежит через наделение властью индивида путем дифференциации общественной системы"; "Эта система (демократический капитализм) задумана так, чтобы всегда возвышать и освобождать не тело, а творческую душу"; "При демократическом капитализме индивид свободнее, чем при какой-либо иной известной человечеству системе организации экономики" .

"Пагубная самонадеянность", ≈ скажем мы словами Хайека.

Теперь Туган-Барановский:

"Современный социализм исходит из идеи равноценности каждой человеческой личности и стремится к созданию такого общественного строя, при котором были бы обеспечены в возможно большем размере равные права всех личностей, составляющих общество"; "В социалистическом обществе не человек будет служить общественному богатству (как ныне), а общественное богатство будет служить нуждам человека"; "Социалистический строй как хозяйственная система высшей производительности"; "Социализм сделает образование в равной мере доступным, всем и этим самым во много раз умножит число людей, применяющих в пользу общества свои таланты"; "Только при социализме человеческая природа раскроет себя во всем богатстве своих дарований и способностей"; Социализм предполагает гораздо более высокий уровень культурного, не только интеллектуального, но и морального развития человеческой личности, чем современная хозяйственная система"; "Социализм обещает величайший подъем человеческого гения, блестящий расцвет материальной духовной культуры"; "К социализму всего ближе наиболее культурные народы, с высоко развитым чувством долга и общественной солидарности, с сильными моральными интересами и с высокий уровнем народного просвещения".

Что объединяет двух апологетов разных социальных систем, так это общее негативное отношение к материальной бедности, борьбу с которой они возводят в высший принцип всей деятельности. Капитализм и социализм оказываются прежде всего экономическими доктринами, равно удаленными от подлинного христианства.

Необходимо сказать несколько слов о сугубо теологической доктрине Новака. Будучи католическим теологом, к тому же в значительной степени опротестантизированным в Америке, Новак выражает типичную (классическую) точку зрения западного христианства. Его основополагающий богословский постулат выглядит следующим образом: "Бог христиан Един в Троице; следовательно христианин должен видеть во всем Творении, даже в общественных системах, множественность в единстве"*.

Вот он, богословский аргумент в обоснование социальной доктрины. Но подобное видение Троицы и мира прямо противоположно восточному христианству. Это очень показательный момент, много объясняющий в духовной жизни западной цивилизации, которая основывается именно на таком толковании христианства. Только на первый взгляд кажется, что догмат о Троице ≈ сугубо богословская вещь; в действительности за разным пониманием догмата кроется принципиально разное устройство бытия, в том числе и социального. Очень четко разница между западными и восточными богословами была показана выдающимся русским богословом В.Н.Лосским: "Если латиняне выражали тайну святой Троицы, исходя из единой сущности (essentia), чтобы от нее прийти к Трем Лицам, а греческие отцы предпочитали в качестве отправной точки конкретное ≈ три Ипостаси ≈ и в них усматривали единую природу ≈ это был один и тот же догмат о Святой Троице, который исповедовал до разделения Церквей весь христианский мир"** .

Одним словом, Запад, смотря на единое, видит в нем три, а Восток в трех усматривает единое. Вот в чем проявляется неистребимый плюрализм западной культуры, верным наследником которой является Новак.

 

* * *

Обращаясь к Достоевскому, мы не можем не отметить, что его отношение к социализму является наиболее правильным и наиболее русским. Его первоначальное увлечение социализмом ≈ очень по-русски. Тут радикальность души русского человека, так страстно возжелавшего Правду Высшую, что ради этой Правды он готов пойти на любые жертвы. Можно ругать подобную позицию за утопизм, романтизм и т.д., но благородства у нее не отнять.

По мере духовного прозрения, Достоевский начинает различать в социализме ложь и истину. И его борьба с этим явлением ≈ есть борьба с неверной трактовкой человеческой природы, которую предлагает социализм. Достоевский всем своим творчеством убедительнейше показал, что на пути социальных преобразований нельзя искоренить зло, заложенное в человеческой природе. Но и нельзя рабски смиряться со злом, что имеет место при буржуазном миропорядке. И его "ненависть" к буржуазному мироустройству гораздо более впечатляюща. Ведь именно Достоевский впервые публично обозначил главные пороки капитализма ≈ атеизм и материализм, которые он связывал с католическим наследием западной цивилизации.

Чаяния Достоевского ≈ искание Высшей (нематериальной) Правды, и объединение людей в поисках такой Правды. И потому не мог Достоевский не быть социалистом. Но его социализм ≈ обличение безбожия Запада. И такой социализм есть родовая черта русского духа. В широком смысле социалистами является все русские интеллигенты ≈ и левые и правые, и религиозные и безбожные. По Бердяеву, "Достоевский сам был своеобразным христианским, православным социалистом, но этот Христианский социализм во всем противоположен социализму революционному, он обращен к грядущему Граду Божьему, а не к построению Вавилонской башни"* .

Сам Бердяев также был христианским социалистом. По форме русские ≈социалисты, но в плане содержания имеются различия. Социалисты-революционеры (западники), исповедующие идеологию материального комфорта здесь, на земле (и не важно коммунистический это комфорт или рыночный), и этические социалисты, занятые обличением моральных пороков капитализма.

В свете вышеизложенного, советский период встраивается в историю отечественного бытия как наш опыт, пускай и драматический. Роковой процесс, вызревавший в недрах XIX века должен был с фатальной неизбежностью осуществиться в ХХ-м. В советский период взял верх не этический, а материалистический социализм. И поскольку это не чуждое русской духовности явление, то он очень быстро находит широкую поддержку и вызывает мощнейший энтузиастический подъем. В советский период возобладало инобытие русского духа. Вот почему данный период очень справедливо именуется болезнью, и совсем несправедливо клеймится как провал. Никуда ничего не провалилось. Только поменяло цвет. Коммунизм ≈ болезнь, но болезнь всегда во благо (или испытание, или наказание за предыдущие грехи). Но переболев одной болезнью (и то не до конца), мы заразились новой, более опасной и коварной, умеющей ловко мимикрировать.

Россия находится в очень сложном положении: повторить старые ошибки или совершить новые. Такое положение создается современной жесткой идеологической доктриной: или возврат к старому, или реализация сегодняшних утопий.

Пафос "реформирования" России поддерживается единственным фактором ≈ критикой социалистического прошлого. Но идеологи реформаторского движения несамостоятельны в своей критике социализма. Они повторяют аргументы Хайека, Поппера (скоро будут повторять Новака). Но они не могут опереться на Достоевского, остающегося и поныне наиболее серьезным судией происходящего с Россией. Бердяев говорил: "С социализмом только и можно бороться так, как боролся Достоевский. Его нельзя победить на почве "буржуазных" интересов, потому что в социализме есть своя правда по отношению к этим "буржуазным интересам"** .

Вот этой-то правды и боятся современные критики социализма с прозападных позиций. Любые затеи одолеть безбожный социализм безбожным капитализмом ни к чему не приведут. На социализм есть одна управа ≈ христианская. Тягу человека к социальной правде нужно направлять в истинное русло. Социализм, как стремление человека к справедливой жизни в сообществе, исторически древнее капитализма, склонного к разделению людей сообразно имущественному статусу. Христианство может опираться на исконную (может быть даже инстинктивную) соборность человека. По словам О.Сергия Булгакова: "Христианство дает для социализма недостающую ему духовную основу, а социализм является средством для выполнения велений христианской любви, он исполняет правду христианства в хозяйственной жизни"*. С такой точки зрения взгляды современных русских "интегральных националистов", отказывающих социализму в каком бы то ни было праве на бытие, выглядят необоснованными.

Итак, два взгляда на социализм ≈ две системы мировидения. Достоевский критиковал социализм за атеизм, в то время как Поппер и другие критикуют социализм именно за его религиозность, проявляющуюся в эсхатологизме, хилиазме, историзме.

Таким образом, мы видим: левое движение в современной России не пережиток, не отсталость. И появление его не случайно; тут прослеживается глубокая метафизическая закономерность. К тому же это реальная политическая сила. Все дело в том, каким образом она себя поведет в современных условиях. Здесь необходимо высказать некоторые серьезные предостережения.

Левое движение сможет принести пользу России в том случае, если избавится от атеистического экстремизма и будет в полной мере использовать потенциал российского духовного опыта, в том числе и религиозного. В социалистической идеологии есть много положительного. Прежде всего противостояние индивидуализму ≈ христианская черта, которую Запад растерял (или не имел вовсе). Но главное, что должно осуществлять левое движение ≈ отказ от претензии на метафизическое переустройство личности (это дело религии). Если не происходит такого отказа, то социализм превращается в религию, или точнее ≈ в псевдо-религию.

Естественно, что недруги России осознают настоящую ситуацию и предпринимают определенные меры: пытаются блокировать рост национального самосознания через внедрение одиозной идеологемы "красно-коричневого синтеза".

Задача, разрешение которой может интегрировать все более раскалывающееся российское общество, ≈ выработка на основе русской идеи реальной геополитической, социально-экономической и духовно-нравственной идеологии, противостоящей всеобщей вестернизации России.

Конечно, по большому счету дело вовсе не в политической системе, она всего лишь проекция внутренней (культурной) доминанты, лежащей в глубинных (духовных) слоях социума. Эти слои имеют метафизическое измерение. И социализм как политико-экономическая организация общества закономерно появляется в обществах с определенным духовным складом, а капитализм ≈ в других. Главное, предотвратить неправедную критику советского социализма с точки зрения западного демократического капитализма, высветить явный подлог: критикуется уже не столько сам социализм как политический феномен, сколько культурно-историческая самобытность России. А сам по себе спор социалиста с капиталистом есть спор глухого со слепым. Перед истиной оба неправы. Важно уяснить, что русский социализм ≈ закономерное явление русской духовности, закономерная болезнь русского духа. И не презирать мы его должны и уничижать, а понять. Избавиться же от такой духовной болезни мы сможем лишь глубоко вникнув в недра самого явления. Любая иная критика социализма, в частности с позиций западной демократии, явно не на пользу России.

Может быть, печальная участь человечества такова, что оно вынуждено будет и в будущем балансировать между лжехристианством и антихристианством. Но отрицательный опыт, который выпал на долю русского народа в XX веке, дает основания надеяться на то, что Россия, испытав на себе пагубность лжехристианства и антихристианства, будет в состоянии явить и миру, и себе нечто доселе невиданное. Но русский Сфинкс пока что пребывает в молчании...

 

 


Проголосуйте
за это произведение

Русский переплет



Aport Ranker

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100