TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Рассказы
1 июня 2017 года

Дмитрий Цесельчук

 

 

«НАЕДИНЕ С ТОБОЙ, СОЗДАТЕЛЬ…»


 

 

КРЫМСКАЯ ОДА. ЯНВАРЬ

Край моря мягко закруглён

По контуру балкона

И кипарис опять зелён

Средь снежного погрома

 

Никто не расчищает снег

Не скалывает наледь

А он стоит один за всех

Аж хочется погладить

Его тугой зелёный ворс

Как на котяре шёрстку

Но ветер бьёт гиганта в торс

И шевелит причёску

 

Бросает чаек шквал морской

Почти что до перильцев

А стаи уток день-деньской

Кефаль снимают с пальцев

У белогривых бурунов

Не поднырнув под гребень

Мир безальтернативно нов

И тем великолепен

 

Лишь стоило раздвинуть штор

Совковое висенье

Открылся круговой обзор

Как шанс на Воскресенье

Не озерцо а океан

Шумит у скал под боком

Весь город солнцем осиян

И все хранимы Богом

 

Гляди как чайка медным лбом

Морской таранит воздух

Никитский склон* на голубом

Чем не уставший ослик

Припав к прибою воду пьёт

Из моря как из таза

Полезен всем целебный йод

От порчи и от сглаза

 

Способен кто так пить моря

Враз превратится в гору

Медведь-гора** лежит не зря

Ей встать на лапы впору

И вкруг себя собрав народ

Легенду о влюбленных

Поведать всем Как море в рот

Текло меж скал огромных

 

А Коктебеля Кара-Даг

Скажи какой красавец

С его «Лягушек»** прыгал всяк

И умыкал красавиц

Немыслимым без Крыма был

Страны обрубок родной

Крым — волнорез наш

и наш тыл —

Фантом мечты свободной

 

__________

* Остроконечная вершина горы Авунда (1.472 м) — самая высокая горная вершина Никитской яйлы. Именно от неё начинаются так называемый Никитский склон, заканчивающийся у моря мысом Мартьян, возле которого раскинулся Никитский ботанический сад.

** Медведь-гора на самом деле — это окаменевший от постигшего его горя вожак-медведь, который, когда спасенная крымскими медведями девушка, в свою очередь спасшая прекрасного юношу, уплывала в море на лодке вместе с возлюбленным, упал на берег и стал засасывать в себя морскую воду, чтобы вернуть беглянку. Та, в свою очередь умолила медведя не губить их, а медведь, вняв её мольбам, окаменел от горя (Крымская легенда).

*** «Лягушки» — морские скалы у подножия «Профиля Волошина», завершающего хребет Кара-Даг. Дом Волошина, где собирались знаменитые поэты «Серебряного века», стоит в Коктебеле и по сей день.

30.01.2017. Ялта

 

 

 

PRIVATE LIFE*

Увы, я не был в сумасшедшем доме,

И на Гавайях тоже не бывал,

В еврейском не участвовал погроме,

И не тащил девиц на сеновал,

Я, русский мещанин, чем горд был Пушкин,

Имею к жизни частный интерес.

Поддав, мне наподдал сосед Кукушкин,

Хотя, увы, Кукушкин — не Дантес.

Но для меня не главное — безвестность,

Я не сую во все тусовки нос.

Неправда, что наивность или честность

Не продаются — это не вопрос.

Мы за ценой не постоим, приятель,

Всех благ дороже в жизни private life,

В ней я наедине с тобой, Создатель,

А быть наедине — вот это кайф.

 

________________

* частная жизнь

 

 

 

ЖАРЕНЫЙ ПЕТУХ

(или привет от Фрейда)

Посвящается отцу

 

Я помню встречи с петухом

На Зубовском бульваре

Я в детский сад ходил пешком

С отцом военным в паре

Когда же уходил отец

В шинели на работу

Тряся бородкою наглец

Вёл на меня охоту

Что так взъяряло петуха

Моё пальто на вате

Или помпончик? От греха

Бежал я к тёте Кате

Петух ходил по кругу Кур

Отпугивали шпоры

Зачем глядеть на этих дурр

 

Ведь их ощипят скоро

Но этот лакомый помпон

И ватное пальтишко

Распотрошит расклюет он

Эй трепещи мальчишка

И трепещу я до сих пор

От шёлковой бородки

Мелькания роскошных шпор

И от шальной походки

Эх клюнет жареный петух

Сейчас меня с размаха

Едва перевожу я дух

от счастья и от страха

 

 

 

ВТРИДОРОГА

 

«Ах, Ай-Петри, что за чудо, что за высшее блаженство

(из крымской лирики юношеских лет)

 

Гляжу на волнорезы Ялты

вгрызаясь в них урчит прибой

О призрак молодости жаль ты

растаял в дымке голубой

 

Мы жили здесь в раю Мисхора

в Никитский приезжали сад

кто ж знал тогда что так не скоро

сюда вернуться буду рад

 

Рай лишь за полчаса от Ялты

но Ялта — это рай вдвойне

«Хрущёв, верни нам то, что взял ты», —

иначе быть большой войне

 

Услышь же лысый кукурузник

в своем аду народа глас

ведь каждый жил в Крыму как узник

и счастлив искренне сейчас

 

Теперь совсем иное дело

билеты взял и ты уж тут

езжай куда захочешь смело

в Тавриде всюду русских ждут

 

Возьми хоть Керчь хоть Севастополь

Хоть знаменитый Херсонес

В Афинах — видели Акрополь

Истории глубокий срез

 

Как двадцать лет прошли без Крыма

и хиромант не объяснит

Всё то что в юности любимо

взошло как солнышко в зенит

 

Здесь старший сын «родил» нам внука

двухмесячный улыбчив Жан

он входит в сердце к нам без стука —

одним из юных горожан

 

И христиане и татары

здесь все один сплошной народ

Крым не достался нам задаром

Втридорога — наоборот.

 

Мы без него так натерпелись

что нету удержу теперь

Я в Крым впадаю будто в ересь

и видит Бог что без потерь

22.01 – 12.02.2017. Ялта

 

 

 

* * *

Ем желе, себя жалея, —

снова стану тяжелее.

 

* * *

увы не блещет новизной

мой прошлогодний проездной

 

* * *

как солдат идёт на штык

так и я к тебе привык

 

 

 

ЭСКУДО

 

Хорошо Хорошо кукаречет петух из рекламы

в телевизоре-крошке с домашней антенной для дачи

Настоящий петух изваяньем буддийского ламы

восседает в курятнике в общем содоме и плаче

Раскудахтались куры Потявкают псы И записка

«Дима, мы у Володи» (А кто это мы?) испарится

Говорю: корнеплоды но ты уточняешь редиска

Суждено ли с тобой хоть о малости договориться

Диалог у Платона фатально расходится клешем

Но прическа твоя на шоссе словно сноп у Ван Гога

Если верен коан о двоих ещё многое сможем

Как покорно под шины «туриста» ложится дорога

«Кама» вжалась в асфальт Обгоняя ревут «фантомасы»

Если «велик» вильнёт бампер первым ударит мне в спину

Стоит с трассы сойти и начнутся опять выкрутасы

Не покину тебя Я тебя никогда не покину

Проведу на мякине когда оседлаем удачу

как петух на насесте воссяду Купавинский Будда

Мы заходим в калитку Соседский петух ку-ка-ра-чу

спел И просит смиренно у дона и донны эскудо

 

 

 

* * *

С цитатником ко мне приходит Муза,

Как участковый в свой микрорайон.

Она – спасительница и обуза,

И совершенств в ней целый миллион.

Я к ней прикован цепью, как галерник.

С шуршаньем море гальку шевелит.

Глядит на небо вдумчивый коперник.

Не радуется сердце, а болит.

 

 

 

ВЕРНИСАЖ В ПРИМОРСКОМ ПАРКЕ*

Высунул язык

лизнул небо

марку приклеил

куда бы послать

(Из цикла «СЮР»)

 

Моне Дега Делакруа

Шедевры под открытым небом

Но прежде in USSR

Кормились не единым хлебом

 

Случается так и сейчас —

Хвост прирастает к Третьяковке

А на пленэре вернисаж

Приёмчик хитроумно ловкий

 

Делакруа Дега Моне

Все подлинники без сомнений

под гул волны раскрылся мне

французов национальный Гений

 

Ценителей всех на пленэр

собравшихся в Приморском парке

я б возвратил в СССР

к конвертику приклеив марки

 

Шедевры вижу не один

таких как я не так уж мало

в дублёнке лысый господин

и две-три девушки из зала

 

какого зала тьфу мираж

наш вернисаж разбит у стройки

здесь работяги входят в раж

в грунт забивая свои стойки

 

возводят будто бы Монмартр

переговариваясь матом

и каждый мудр как Жан-Поль Сартр

увит плющом и виноградом

 

взгляд от «Танцовщиц голубых»

не отрывают работяги

на солнце блещут каски их

в руках кефир что взят в продмаге

 

сквозные пачки танцовщиц

горят как крылья на стрекозах

хотя почти не видно лиц

но главное укрыто в позах

 

и не один такой шедевр

к себе приковывает взгляды

мы некогда в СССР

любым показам были рады

 

и не создали коммунизм

пленённые импрессионизмом

суровый Сартра модернизм

нас прочищал подобно клизмам

 

Ценителей всех на пленэр

собравшихся в Приморском парке

я б возвратил в СССР

к конвертику приклеив марки

 

постигнув гениев язык

и площадной плаката говор

давно я посылать привык

всех кто обожествляет доллар

 

тех кто проходит face-контроль

я привечаю без опаски

и сам себе во всём король

рассказываю ближним сказки

 

_________

*территорию знаменитого Приморского парка сто лет назад занимала местная «Рублёвка», которую в 1904-1905 гг. уничтожил оползень. Через 3 года после Великой Отечественной войны начинается создание уникального парка, с библиотекой, лечебными пляжами, пальмовой аллеей, розариями, кедрами и кипарисами и т.п. Но в злополучные двухтысячные, при украинском господстве, парк начинают теснить спа-отели, многоэтажные жилые дома с парковками. К морю выйти не просто: частные территории. Уничтожаются «лёгкие Ялты», где и так дышать уже не просто, несмотря на морской воздух. На стене одного из вновь выросших в Приморском парке зданий «учудили» развесить копии известных картин французских импрессионистов – Ренуара, Дега и т. д. – не указав на них, что это копии. И мы слышали, как неискушённые, мягко говоря, люди радовались, что можно посмотреть подлинники. А вся почти Ялта мечтает о новом оползне или полном восстановлении Приморского парка.

26.03. – 12.02.2017

 

 

 

У БРЕЙГЕЛЯ

У Брейгеля парень с хвостом

отрезает свою колбасу

чью-то чужую отрезав и зажав в кулаке

я свою повсюду с собою несу

этот будет жить теперь налегке

 

У Брейгеля черепà сквозь кожу

глядят будто смотрят в окно

и в каждой сценке каждая рожа

с хозяином заодно:

 

четвертовать — так четвертовать

и без дальнейших помех

на колесо будут поднимать

тебя на глазах у всех

 

У Брейгеля есть картина зимы

иди погляди в окно

такие же люди деревья черны

вот разве что носят другие штаны

но это ты все равно

 

это твоя по колено нога

оторвана где-то гниет

а ты не хочешь знать ни фига

а ты плевал на нее

 

тебе тому кто хотел убить

но сам в переделку попал

лишь бы кого-нибудь

лишь бы любить

а на прочее ты плевал

 

стучит деревяшка по мостовой

а ты всё еще живой

 

У Брейгеля как бы лучше сказать

как розы дерьмо цветёт

и каждый своё только хочет знать

хоть на тебя целая рать

из-за угла прёт

и каждый в толпе так одинок

что только с толпой идёт

и каждый пропойца пройдоха игрок

счастье своё куёт

и каждый с частью своей счастлив

будь это обрубок ноги

будь мор вокруг чума или тиф

но ты своё береги

 

У Брейгеля море корабли паруса

пасть кита как кровавая медь

спицы воздетого колеса

вытоптан снег чернеют леса

и сквозь счастливые голоса

вдруг окликает смерть

 

 

 

ПОПЫТКА

Городской пейзаж из окон

и дымы из труб — как в сказке.

Бабочка свернулась в кокон,

не успев состроить глазки.

 

Собственно, они на крыльях

у нее всегда раскрыты…

Карму превозмочь в усильях

и проснуться знаменитым.

 

Пусть хотя б через столетье

Некто вспомнит о поэте.

Как узнать в каком созвездье

проживает Этот Третий.

 

Прилетит сюда однажды

на космической тарелке…

Но пока, как символ жажды,

на часах застыли стрелки.

 

Разве что секундной нитка

резво скачет, как кузнечик.

Нестерпима эта пытка,

но она гордыню лечит.

 

В коконе анабиоза

ждать грядущих превращений

может (даже без наркоза)

невостребованный гений.

 

У него с «павлиньим глазом»

нечто общее в повадке:

Ждет, когда созреет разум,

как боец, готовый к схватке.

 

Он такие выдаст строки,

Сдёрнет с пустозвонов маски, —

знать не зря мотает сроки

ожиданья без отмазки.

 

Хорошо видны из окон

серебра на трубах слитки.

бабочкой свернувшись в кокон,

Ждёт поэт своей попытки

 

 

 

ПРОГУЛКА В ПАРКЕ

Жаль тех, кто на чужбине

почил в урочный час

 

Впечатаны лианы

в кору столетних лип.

Тропические страны

с обильем птиц и рыб

пасуют перед алым

российским снегирём.

Мы, с этим славным малым

век проживя, умрём

под шелест снежной рощи,

под щебет зимних птиц,

под лай дворняжек тощих

с повадками тигриц.

Протянет из-под снега

колючий лапник ель –

желанней нет ночлега

в пургу или метель.

Ведь лапником дорогу

мостят в последний путь.

С благодареньем Богу

в Своей Стране уснуть

 

 

 

UNI-VERSE

Нам смертным людям в этом мире

не одолеть уже греха

Но всё ж в добро и счастье верим

и в высший промысел стиха

 

Вселенная лишь род поэмы

которую должны прочесть

По Божьему веленью все мы

найдя что в ней такого есть

 

Детьми свои пределы мерим

и в продолженье рода верим –

раз нам внучат вручил Господь

и лицезрея свою плоть

преображенную немного

не возражаем – всё от Бога

02.02.- 17.02.2017

 

 

 

ПРИМОРСКИЙ ПАРК

На уступах скальных жарких

и обветренных плато

кипарисы, пальмы в парке

обживались как никто

 

тут врезаются барашки

головой в прибрежный мол

но на суше без отмашки

не начнется Халхин-Гол

 

битв других не будет тоже

Разве кто умрёт из нас

но непросто уничтожить

тех кому мирволит Спас

 

Говорю о самом главном:

живы мы с тобой ещё

Вот и ладненько и славно

Только сплюнь через плечо

26.01.2017

 

 

 

ЛИВАДИЙСКАЯ КОШКА

(из цикла «сонеты Приморского парка»)

 

Чтоб никто не смог потрогать

сев на высушенный пень

кошка чистит каждый коготь

язычком и ей не лень

 

вылизать себя до блеска

чтоб торчком стояла шерсть

если с пня толкнуться резко

блеск померкнуть может весь

 

И шлифует красотуля

к волосочку волосок

с февраля чтоб до июля

устоять никто не смог

 

Но важна ей лишь еда,

а не флёра ерунда

17.02.2017

 

 

 

ЭПИЛОГ

Вот и случилась нежданная книга

более 1000 строк

Для косаря нет счастливее мига

чем свежесмётанный стог

 

С берегом милого Южного Крыма

связан родным языком

Всякая малость тут с детства любима

с каждым «пригорком»* знаком

 

Лез напролом по хребту Кара-Дага

нёс виноград в рюкзаках

фраерская распирала отвага

превозмогавшая страх

 

Выжил и с этой поры может статься

тысячу минуло лет

С жизнью не сможется больше расстаться

Перемахнув за хребет

 

Уж никогда не потянет к чужому

слову приёму добру

В шторм уходя из родимого дома

накрепко двери запру

 

зная что буду ещё возвращаться

и не загину зазря

будут меня ожидать домочадцы

утром разбудит заря

 

Мир обещая и этому дому

и вместе с ним твоему

я на тропинке примятой знакомой

кто проходил тут пойму

 

Без мелочёвки но через полвека

в этот немыслимый край

прибыл, что Вечность для человека

вновь возвращённого в рай?

 

Всех убедив что я не марсианин

разговорив горожан

я наблюдал как суровый татарин

губы в улыбке разжал

 

Три языка будут ныне у Крыма

Ну и один из них мой

На ЮБК всё что с детства любимо

вам объяснит и немой

 

просто рукою покажет на горы

ну а потом на прибой

в Церкви Армянской — на древние хоры

горд бесконечно собой

 

Ну а причём же тут новая веха

весь этот твой сенокос?

Да я действительно прожил полвека

после вдруг брызнувших слёз

 

Сок виноградный стекал прямо в джинсы

вставшие колом в сенях

Жизни по счастью не смог я лишиться

Внук вот родился на днях

 

Жан по наружности чистый крымчанин

Щёчки как парочка груш

К крымскому берегу прочно причален

будущий воин и муж

 

Кем бы ни стал но о нём в этой книжке

пара отыщется строк

Словом её посвящаю мальчишке

вот вам и весь Эпилог

 

_________

*так крымчане называют «выпуклости» на горных кряжах,

подчас высотою более километра.

08.02.2017



Проголосуйте
за это произведение

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100