TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

[ ENGLISH ] [AUTO] [KOI-8R] [WINDOWS] [DOS] [ISO-8859]


Русский переплет

Лидия Тихомирова

 

 

 

Cсора

Мертвое слово. Немой укор.

И тишины окурок

Рядом с ними на пыльном столе

Как результат их ссор.

Выключен свет. Серой кошкой сумрак

Тихо ступает, сминая ворсинки на старом ковре...

1994 г.

 

Разговор

Разговор прошел в молчанье,

Тягостном и злом.

В склоках шепот захлебнулся,

Словно ворон размахнулся

Смоляным крылом.

И в безвылазном молчанье

Неуютной тишины,

Мы с тобою молча крикнем

Грустным вздохом, тихим всхлипом

Как друг другу мы нужны.

осень 1994 г.

 

 

* * *

Я устала от жизни,

Как стены от плесени.

Окна правды моей

Шторы лжи занавесили.

Клочья плоти моей разделили

непоровну

Меж собой люди-братья и братья -

вороны.

Волны мысли моей разбивают на капли

Волнорезы простых социальных стандартов.

 

* * *

Вокзал. Поездки. Поезда.

Вагон. Купе. Вторая полка.

В стогах затеряна иголка,

И некому ее искать.

Судьба-владыка знает власть -

Рукою щедрой, не скупится,

Швыряет в нас чужие лица,

К страданьям добавляя всласть

Ненужные ингредиенты:

Горячий вздох, холодный чай,

И лаконичное ⌠прощай■

В неподходящие моменты.

Прощать. Прощаться. Оставлять

Чужой вокзал и чуждый город.

Страну потерянных иголок

Мы отправляемся искать.

2.01.95 г.

 

О снеге

О снеге написано много:

Искрится, кружится, метет...

Погодою, иль непогодой

Поэт этот снег назовет.

Зима - это время года,

Но снег - тут пиши, не пиши-

Это вообще не погода,

А состоянье души!

декабрь 1995 г.

 

* * *

Четырехпалая длань креста

Раздробила ключицы впадину,

На Голгофу свою внесла

Грешный мир, в наказанье даденный.

И не хочется, завоешь,

Боль чужая иссушит засухой,

А в руке моей спит мировой

зародыш,

Как у Христа за пазухой.

Как всю жизнь простояли осторонь,

Так теперь и молитесь истово,

Ведь стоите-то не перед Господом,

А перед самою Истиной.

ноябрь 1996 г.

 

 

 

* * *

Боль мне в душеньку стремиться,

Раздирая грудь когтями.

Где ж ты, Матушка-Землица,

Черной кромкой под ногтями?

Где ты, Небо лоскутами,

Чей ты грех сегодня скрыло,

Чье ты тело обласкало

И на чьей груди остыло?

Где ты, Речка-Пустозвонка,

С кем сегодня изменила,

С ручейком беспечно тонким

Или к морю поспешила?

Где ты, Всемогущий Боже,

Посмотри, что с миром сталось

И на что оно похоже,

То, что от него осталось.

Мне ль давать советы Богу -

С отвращеньем понимаю.

Отдаляюсь понемногу и тихонько умираю.

30.11.96 .

 

 

* * *

Кривляясь нежному -

Какой несдержанный -

Смолчим по-прежнему

В тряпицу рук.

Кривляясь новому,

Пойдем, оплеваны,

Гремя оковами

На новый круг.

Распнем невинного

Гвоздями длинными,

Словами дивными

Стекает кровь.

Хлестнет с оттяжкою:

В отмест за тяжкие

С хмельною бражкою

Уйдет любовь...

 

* * *

Рассыпайся пеплом,

Истекая кровью,

Ночь за все в ответе,

Смерть у изголовья.

Видеть нету мочи

Дрожь твоей свечи.

Говори, что хочешь,

Только не молчи.

Не смотри безбожно

В темный уголок -

В паутиньей коже

Мертвый образок.

Страх на божьем лике

За твою судьбу,

И сверчок на скрипке

Кликает беду.

Пилит эта скрипка

Старые мосты...

За мои ошибки

Отвечаешь ты.

 

Всем нам посвящается...

Сядешь в пыль на дороге к Истине,

Встречный люд донимать вопросами.

Все хотели казаться чистыми,

Оказались нагими-босыми.

И в припадке безумной храбрости -

Хоть сейчас на костер и в полымя -

Станет всем вдруг яснее ясности:

Никогда нам не жить по-новому.

И земля не от солнца покрыта инеем.

И вообще, от Бога ли все, что деется?

Чью ты шкуру оденешь, каким назовешься именем,

Ничего от этого не изменится...

 

* * *

На меня ты глядишь

Свысока чуть, быть может.

Да, у нас не Париж,

И совсем не похоже.

Ты не в фраке, увы,

Я одет не модно,

Мы сегодня пьяны

Не шампанским холодным.

Не для нас в ресторане

На столике свечи.

Мы - простые славяне,

Наши чувства - извечны.

Наши чувства в слезах,

Васильках по колено,

Наша правда в стихах

Без словесного плена.

Чем закончится эта

Любовь непростая?

Обоснуемся где-то,

Корнями врастая,

Или речкою юной

Омоясь от лжи

Мы дорожкою лунной

В небеса убежим.

 

* * *

( из зарисовок )

Не спится┘

Не забыться, не умереть в тени

Земли,

И с небом, плачущим вдали,

Увы, не породниться┘

( 11 √ 12.96 г. )

 

 

Зимняя зарисовка.

Сладкозвучное сальто

Белокрылых снежинок непойманых,

Пряный снег на асфальте,

Может чуточку, но пересоленный┘

( 1 √ 2.97. )

 

 

* * *

О фундаменты злобных стихий

Разбиваются чьи-то стихи

И талант разбивают о скалы

В равной мере безвестье и слава.

(январь √ февраль 97.)

 

* из зарисовок *

Ночная ткань небес,

Тавро на чёрном шёлке,

А на земле, что степь, что лес,

А всюду √ волки.

 

Луна √ измученная воем

И вечной вязью страшных снов,

Не порождавшая героев,

Но породившая волков.

 

 

* * *

Замок разрушен,

Замок в руинах,

Бесплотные души

Сидят на перилах,

Их добрые глазки

Засыпаны пылью

И тема для сказки

Становится былью.

Здесь спящей красавицы

Мёртвое тело

Пылью покрылось

И вскоре истлело;

И от гобеленов

Восточных, добротных

Остались на стенах

Пустые полотна.

В углу две иконки

Захвачены спором:

Обходят сторонкой

Их нищие воры┘

(апрель 97 г)

 

 

Проклятая осень

Проклятая осень в проклятом городе

Прячется, стерва, в многоэтажке,

Курит в подъезде и выглядит молодо

В белье кружевном под прозрачной

рубашкой.

Ходит, призывно качая бёдрами,

А прижмётся телом к деревьям

ждущим,

Ломаются те что казались твёрдыми,

Седая листва не становится гуще,

В окна стучится, пьяная ливнями,

Только люди к её домоганиям глухи,

Смотри на них не глазами наивными,

А взглядом избитой годами шлюхи

Расприблудная ветреница, интриганка

Пусть снаружи сверкающий лёд и пламя

Только вот много ль стоит огранка,

Если фальшивый √ камень.

(20 √ 23 июня 97 г.)

 

Странный сон в одном кафе на углу.

Мои взбитые сливки скисли,

Их унёс любезный гарсон.

Прогоняя лишние мысли,

Погружаюсь в спокойный сон.

На белейшей скатерти столика

В чайной из-под-кофейной ложке

Моих мыслей малая толика

Воплотилась в персидской кошке.

Свернулся комочек лимонного цвета,

Стуку сердца мурлыкая в унисон,

Может лучше вам рассказать бы про это,

А не мой несбывшийся сон?..

Мне приснилось, что дождь на улице,

Ну а я, закончив свой ужин,

Как уставшая мокрая курица

Бреду по колено в луже.

А потом, догадайтесь сами,

Если вам это по плечу,

Ладно, скажу, оттолкнувшись ногами,

Руки раскидываю, и лечу.

Но коснувшись бесплотным духом

Голубых небесных дверей,

Рассыпаюсь белесым пухом

На дома, асфальт и людей.

Так закончился этот сон.

А из чайной ложечки кошку

Чуть шокированный гарсон

Вытряхнул на мою ладошку.

Я её в карман опустила,

Расценив, как бесценный дар,

Распахнула свой зонт и ступила

На┘ заснеженный тротуар.

23. 06. 97

 

 

 

 

* * *

Пало тело на колени,

Не хотело умирать.

Три секунды до расстрела,

А до смерти целых пять.

Обломало тело ногти,

Раздирало землю в кровь,

Видя над слепым прицелом

Чью-то выгнутую бровь.

Выло тело не дискантом,

Не фальцетом, не баском,

Выло тело волчьим воем

Видя смерть перед броском.

Не молилось тело богу,

Озаботясь о душе,

Разлеталось на осколки,

Словно стёкла в витраже.

Три секунды до расстрела,

А до смерти целых пять.

Умирало нынче тело,

Не умея умирать┘

7-8 авг. 97.

* * *

Вот стоит мой крест

Посреди степи,

А вокруг-то лес √

40 лет пути.

40 лет идти,

Счастья не найти,

Только крик ворон,

Только я и он,

Без вины распят,

Что ни говорят.

А по левый бок √

Солнце и восток,

За другим плечом √

Время ни при чём.

40 лет не срок,

Может я б и смог,

Только крест как клещ

Впился между плеч,

Не пускает ввысь,

Сколько не просись,

Он везде со мной √

За моей спиной.

И стоит мой крест

Посреди степи,

А вокруг-то лес,

40 лет пути.

40 лет идти,

Счастья не найти,

Только крик ворон,

Только я и он┘

14. 09. 97.

 

* * *

Бог создал зверей и птиц.

И людей, пусть не всех, но многих.

Президентов, певцов, девиц,

Голосующих вдоль дороги.

Парафиновый плач свечей,

Мудрость скрытую книжных полок,

Ледяной звенящий ручей,

Мишуру новогодних ёлок.

Полнолуние и рассвет,

Шёпот моря и крики чаек,

И вопрос на каждый ответ,

И пачку индийского чая.

Задумчиво бороду потеребил,

Головою кивнул уверенно,

Мир удался, - сказал, но забыл

Сплюнуть трижды и постучать по дереву.

Зима 98-99.

 

Праздник пессимиста.

Сломаны ветки рождественских ёлок,

Праздник ушёл, да и был он недолог.

Пьяные люди бродили по кругу

И, натыкаясь, бранили друг друга.

Били бокалы, игрушки и морды,

Речи толкали нелепо, но гордо.

Чокаясь с Дедом Морозом и просто

Провозглашали нескладные тосты.

Били двенадцать часы опостыло,

Пружина скрипела, кукушка простыла,

Сжалась в углу уцелевшая ёлка┘

Праздник ушёл. Ему стало неловко.

Зима 99.

* * *

Одностишия. Малобуквия.

Вязью образов оторочены.

После каждого на распутии

Многомыслие, многоточие.

Осень 98.

 

* * *

В сердце вселился вопрос риторический

Болью душевной и ей же физической.

Всё не узнаю я, в чём же отличие

Нас православных от нас же языческих.

19 апреля 99.

 



Проголосуйте
за это произведение

Русский переплет



Aport Ranker


Rambler's Top100