TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение
[ ENGLISH ] [AUTO] [KOI-8R] [WINDOWS] [DOS] [ISO-8859]


Русский переплет


Ветка Листва

На Дерибасовской

 

 

Да, такое может случиться только под Новый Год. Все, как сказка новогодняя промелькнуло так быстро. И вот Ветка уже сидит на Ярославском вокзале Москвы, куда недавно приехала из аэропорта, и ждет поезда на Иваново. А там ее ждет сессия, и надеяться напрасно, что она приедет пораньше и успеет подготовиться.

Так как Ветка попала в Одессу? Галка с Виолкой уехали на Новый Год в Кострому. А Вета вдруг решила улететь. От всех подальше, чтобы ее никто-никто не знал, и она тоже. И почему-то в Одессу... Вот это уж не знаю почему, но именно туда. На все имевшиеся деньги купила билет туда - обратно и полетела рейсом "Иваново - Одесса" через Брянск. Мало того, что Вета никогда не была в Одессе, она еще и ни разу не летала на самолете.

Все было необыкновенно. Рано утром тридцать первого Ветка сошла с самолета. А здесь - весенний дождь. Таксисты балагурят, зазывают к себе, отпускают соленые шуточки. Вета садится в светло-зеленую "Волгу". "Куда прикажете?", - весело оборачивается одессит. Ветка, на секунду задумавшись: "На Дерибасовскую!"

На Дерибасовской было как-то обыкновенно, уже открылись магазины, простые советские магазины, но все же ощущение вдруг оказаться на легендарной улице, да еще и накануне Нового Года, придавало всему происходящему оттенок необыкновенного. Целый день Вета гуляла по городу, заходила в зоопарк, спускалась по знаменитой лестнице к ядовито-зеленого цвета морю, проходила по скверам, заглядывала во всевозможные подворотни, арки, которых было невероятно много. В одной из них ей попался заброшенный каменный дом с выбитым стеклом в окне подвального этажа. Вета забралась внутрь и решила, что здесь-то и будет встречать Новый Год, - а наутро ей уже лететь обратно, - выбралась наружу, купила в магазине маленькую бутылочку коньяка и два мандарина, и нужно было еще найти где-то елку, хоть какие-нибудь веточки.

С пушистой шапки капало как с крыш, ее мех превратился в мокрые, свисавшие Вете на нос, сосульки. Подошел какой-то грустный студент и пригласил Вету, если она свободна, встречать Новый Год вместе в студенческой компании Сельскохозяйственного института. Нет, променять романтику ночного приключения на обычную вечеринку Вета не согласна. Однако она голодна и все чаще стала заходить в магазины погреться. Наступил вечер. Все торопились, спешили закупить оставшиеся в магазинах продукты. Продавщицы тоже нервничали, они также хотели скорее попасть домой. Забраться в свой домик Вета решила часов в одиннадцать, и так как было еще около восьми, а Вета замерзла, то она решила зайти посидеть в кабак. Стала ходить от одного к другому, но оказалось, что везде уже заказаны столики на встречу Нового Года. Возле одного кафе за Ветой увязался противный пожилой дядька, так что Вете в конце концов пришлось от него убегать. Плутая переулками, она выбежала вновь на Дерибасовскую и оказалась возле четырехэтажного ресторана "Братислава". Отчаявшаяся, замерзшая. стояла она на ступеньках ресторана, рядом с такими же, чего-то ждущими людьми, и уже даже с некоторым ужасом думала о заброшенном доме, о надвигающейся холодной ночи, да может быть не она одна облюбовала себе этот дом в подворотне, ведь Одесса славилась всегда своей шпаной. Неуютно стало от этой мысли, но Вета - решительная девушка, вот только погреться бы где-нибудь пока.

И тут к ней подошли двое грузин с девушкой и сказали, что они как раз заказывают столик, и им не хватает четвертого. Вета согласилась. Они тут же оформили заказ, девушка куда-то ушла. Оказалось, что ресторан начнет работать только с одиннадцати, и новые знакомые предложили Вете пока посидеть в гостинице. Отговоры не помогли, и Вета мысленно попрощалась со своим заброшенным домом и настроилась на "Братиславу".

В номере студенты морской академии, Резо и Томмази накрыли стол апельсинами, лимонами и шампанским, а Ветка рассказывала им, что ее ближайшая подружка - троюродная сестра Аллы Пугачевой. "О, - восхищались грузины, - А если мы приедем, можно нам к ней в гости сходить?"

Пошли в ресторан, сели за столик втроем, девушка не пришла. Моряки угощали Вету водкой, но она пила шампанское. К счастью за их столик подсели две дамы: одна молодая, другая пожилая, которые пили водку с удовольствием, и Томмази с Резо переключились на них, оставив Вету в покое совершенно. "Забавно", - думала Вета, оглядываясь по сторонам. Казалось ей, она попала в старую нэпманскую Одессу. Кругом сидели полные дамы, увешанные ожерельями и браслетами, коренастые мужчины в черных костюмах курили сигары, на столах: горы фруктов и закусок. Моряки изредка подливали в ее бокал шампанского, и были всецело поглощены попавшими на халяву дамами, с некоторым презрением поглядывавшими на Вету, - тоже мне, водки не пьет!

Вета с удовольствием наблюдала происходящее, и вдруг... Сразу после боя часов и всеобщего: "Ура!!" двери залы распахнулись и вошли двое подгулявших совсем молоденьких морячков. Они тоже грузины, и увидав своих, сразу подсели к ним за столик. Один из них, Гиви, был худеньким высоким с копной черных вьющихся мелко волос, с тонкими чертами лица и восторженной улыбкой. Он не сводил с Веты глаз. Другой, Тодо, по представлению Ветки был точной копией легендарного Кости-моряка. Сразу стало очень весело. Вета с Гиви и Тодо танцевали, потом Вета вдвоем с Гиви, уже они сели рядом и моряк угощал девушку тонкими коричневыми сигаретами, привезенными из плавания. Ребята были только с корабля, их отпустили на берег встретить Новый Год.

Из-за соседнего столика к Вете обратилась расфуфыренная краснощекая девка: "Ду ю спик инглиш?" "Йес", - улыбаясь, ответила Вета. "Ну и дура!", - отвернулась дева. Так начался скандал. Соседний столик с кирпично-образными молодыми людьми напрягся. Грузины, почуяв, что их национальная гордость задета, взвились на цыпочки. Вета вышла из зала. Он находился на четвертом этаже, на каждом был свой отдельный ресторанный зал, пройдясь по лестницам и посмотрев все вокруг, Ветка вернулась и обнаружила, что скандал уже обернулся взаимными рукопожатиями и обменом комплиментами, а в зале звучит "лезгинка". Гиви лихо отплясывал среди аплодирующей толпы. Он очень обрадовался подошедшей Вете, и продолжилось гулянье. "Давай исчезнем отсюда", предложила Ветка. "Давай!", - обрадовался Гиви. "Ой, я же оставила вещи в гостинице, а в девять утра у меня самолет!", - вспомнила Вета. В это время у Томмаза и Резо что-то не клеилось с дамами, те явно собирались слинять. Тогда Томмаз подошел к Вете и прямо спросил: "С кем ты будешь?" "Ни с кем", - ответила она. Томмаз нахмурился: "Так нельзя! Выбери, с кем ты будешь." Чтобы отвязаться, Вета буркнула: "С Гиви". "Хорошо, хорошо, - закивал гостеприимный Томмаз, - и с ним и с нами". Ветка хмыкнула, пожав плечами и пошла к улыбающемуся, уже влюбленному в нее Гиви, да она и сама была влюблена, с первого взгляда. Дам удалось уговорить продолжить празднование в гостинице, и вся компания в четыре утра с песнями двинулась по улицам Одессы.

В номере Вета сидела у Гиви на коленях, и они оба, позабыв обо всем, пили друг у друга изо рта шампанское. Тем временем в компании начало происходить неладное. Дамы засобирались к шести утра на работу. Они замечательно провели вечер за чужой счет и теперь не хотели расплачиваться с обиженными мужчинами. Когда Вета с Гиви пришли в себя, то увидели следующую картину: дамы на диване, протягивали руки к Тодо, прося: "Спаси нас!", а разгневанный Томмаз метался по комнате, как разъяренный бык и не давал никому выйти. Резо выжидал. Женщины были напуганы, а хозяин номера требовал от них платы за дорогое угощение. Тодо подошел и сказал Гиви на ухо: "Ты должен увести отсюда эту девочку". Друзья пытались утихомирить Томмаза, но он не отпускал и Ветку. Было страшно, женщины плакали. Тодо удалось потихоньку вывести девчонку из комнаты, через минуту выбежал Гиви с ее сумкой, и они бросились вниз по ступенькам, ожидая сзади Томмаза с ножом. Выскочили на улицу, остановили какой-то газик. "К порту, побыстрей" - попросил Тодо, машина тронулась. "Да, не завидую я этим двум женщинам, - покачал головой "Костя-морячок", - сейчас им достанется , что называется , и в хвост и в гриву. Ну да нечего было мужикам и голову морочить, сами виноваты". Вета, прижавшись к Гиви на заднем сиденье, приходила в себя от страха. "А куда мы едем?" - "В порт. Там сейчас стоит наше судно, завтра отправляемся в плавание на три месяца: Куба, Ангола..., Западная Европа, - добавил хриплым голосом Гиви, - я оформлю тебя, как свою жену, будешь помощником радиста или кока." "А как же..." "За деньги поставим штампы в паспортах, это можно сделать днем". Вета была ошарашена, она уснула на плече своего спасителя.

Машина резко затормозила. Темень. Падает мокрый снег. Кругом железная ограда. Закрытый порт. "Нам надо во что бы то ни стало попасть на корабль!" Тодо проходит через КПП и помогает Гиви и Вете перелезть сначала через ограду, а потом через высокую проволочную сетку над обрывом, а внизу бушует ледяное море. Вета одета как нельзя более подходяще: широкое пальто-балахон и авизентовые брюки, еле сгибающиеся в коленях. Наконец, ее перетаскивают через ограждение, и она-таки падает в грязь. Теперь Тодо идет вперед и приказывает им оставаться на месте. Через некоторое время, Гиви, пряча за собой Вету в светлом пальто, перебегает от одного столба к другому по мрачной территории закрытого порта. Переждав внезапно вынырнувшего часового, он, чертыхаясь, прячет Ветку за очередным ненадежным укрытием. Гиви могут за такое дело списать на берег, да и Вете не поздоровится. Так, страшно волнуясь, они достигают трапа корабля "Советская Абхазия", с палубы которого им уже весело машет верный Тодо, протягивает руки, и они дома. А там, в матросской каюте втроем долго болтали, обсуждая все происшедшее. Веткин самолет отправлялся через два часа, и Тодо сказал, что вы, мол, все равно проспите, и лучше завтра пойдем вместе в кафе и возьмем шампанского с мороженым. Влюбленные и в самом деле встали уже поздно вечером, так что и в кафе не пошли. А верный Тодо только что лег, ведь он заменял весь день Гиви на вахте, как лучший друг.

В каюте собралась команда: Юра-грек, "мокрый ханыга", кок и другие. Гиви показывал всем Веткин неиспользованный авиабилет и гордо смеялся. Зашел разговор об оформлении паспортов, но Вета на трезвую голову находилась в тяжком сомнении, она всегда страдала морской болезнью, и три месяца на волнах не предвещали ей ничего хорошего. Кроме того, это значило расстаться навсегда с любимым художественным училищем. Кому-то смешно, а ведь Ветка себе жизни не представляла без его мастерских, без всего того, что там было пережито и еще предстояло понять и пережить, никогда и нигде до этого не жила она такой насыщенной и полнокровной жизнью, именно там она проявила себя, свое сокровенное, там она нашла настоящих врагов и друзей, она еще и не представляла себе, как будет жить после его окончания среди чужих людей, в посторонних пространствах. А родители ? Как сообщить им о таком решении ? Что они перечувствуют, что предпримут ? Не было у нее ответов на эти вопросы. Да и проведенная с Гиви ночь, а вернее день по молодости их и неопытности привел к разочарованию. И как остаться одной здесь во власти незнакомых людей и правил, а как же стихи, кому их здесь прочесть, а рисовать? И вместе с тем невероятная возможность путешествия и новых, новых приключений и впечатлений! Ветка как ни терзалась, но робко высказала свои опасения по поводу их поспешной свадьбы.

А кок тем временем приготовил чудесный ужин. Команда была замечательной, все стояли друг за друга горой, были такие веселые, приветливые, простые. Но вот "мокрый ханыга", действительно отчего-то всегда мокрый, невзрачного вида человечек, обратился к Вете: "Очисти мне мандарин!" И сказал это так строго, даже грубовато. Ветка , в замешательстве, не желая никого обидеть, протянула руку. Гиви отчего-то напряженно наблюдал за ней. Когда она взяла мандарин, он, не выдержав, воскликнул: "Не надо!". Но тут уж Вета рассердилась, что они ей приказывают в самом деле. Вот возьму и очищу. И очистила. Гиви помрачнел. Ветка протянула очищенный мандарин "мокрому ханыге", который не только не поблагодарил, но и не притронулся к фрукту на протяжении всего вечера. А Гиви больше не уговаривал Вету отправиться с ним на корабле. Видимо то была какая-то тайная проверка будущей жены на верность и послушание своему супругу. За матросские чеки ее с Гиви выпустили через проходную, он устроил Вету в гостинице, купил билет на утренний рейс до Москвы, причем вредные кассирши очень невыгодно меняли чеки на деньги, и Гиви отдал им почти весь свой заработок, оставил Вете свой Батумский адрес и ушел. Ночью "Советская Абхазия " отчалила из Одессы, а рано утром Вета летела назад домой.

 

 

 

 


Проголосуйте
за это произведение

Русский переплет



Aport Ranker

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100