Издательство "Дом интеллектуальной книги" выпустило в своем роде гениальную книгу. То о чем мы, мы только догадывались, то, что некоторым из нас казалось только плодом черезчур разгоряченного воображения некоторых чудаков, здесь заявляется с неприкрытой откровенности и безо всеякого намека на иронию. Пишет все это к тому же не какой нибудь америко-ненавистник, а один из самых ныне в США философов, вождь целого интеллектуального и культурнополитического движения Ричард Рорти. В своих взглядах он претендует не только на то, чтобы высказать свое личное мнение, но на то, чтобы дать нации некий "вдохновляющий образ" - новый вариант общезначимой американской идеологии, в то же время полностью соответствующий "демократической" традиции США. Рорти при этом говорит не только от себя - он опирается воззрения многих покаления влиятельнейших американских политиков и мыслителей (от президентов Вашингтона и Линкольна до "национальной гордости Америки" - Уитмена и Дьюи).

Книжка Рорти состоит из трех частей, из которых наиболее забавна первая часть в которой подводиться некий метафизический базис под идеологические построения автора. Базис этот состоит по сути из двух тезисов. Из которых первый утверждает простое: "Демократия - это такая религия".

"Демократия это своего рода религия и мы обязаны не допустить ее крах", - говаривал Уильям Джеймс. А "вера американцев в свою собственную страну - религиозна, если не по своей напряженности, то по меньшей мере по своей абсолютной и универсальной авторитетности", как писал Герберт Кроули. Ричард Рорти продолжая этих великих людей, которые вместе с Авраамом Линкольном и Дьюи и Уитменом действуют на него наиболее вдохновляюще, решил сам взяться за совершенствование этой "гражданской религии", слегка пошатнувшейся после Вьетнама.

По мнению Рорти в этом деле лучше всего будет опереться как раз на тот вариант американской идеи, самыми замечательными выразителями которого были поэты-философы Уолт Уитмен и Джон Дьюи. "Самой замечательной чертой в их переописании нашей страны был бескомпромисный секуляризм". Ричард Рорти полностью присоединяется к этому идеологическому проекту, при этом характеризуя его весьма выпукло: "Другие религии основывались на обещании сообщества Любви, Обители Мира, Царства Божьего. Уитмен идентифицирует себя со своим собственным национальным государством" и "им хотелось поставить надежду на бескастовую и бесклассовую Америку на место, традиционно занимаемое познанием Воли Господней". Речь таким идет о радикальном "человекобожии", в котором человек, а именно американский человек, ставит себя на место Бога, том самом "человекобожии", развитием которого пугали нас многие поколения русских мыслителей во главе с Федором Достоевским. Американская "гражданская религия" хочет стать религией человекобога, претендующей занять место христианской религии Богочеловека.

Для самообожествления, однако, есть существенная помеха, заключенная в естественном для человека чувстве собственной греховности. Ведь сверх-человек (или "супермен", как его называют в Америке) должен быть непогрешимым. Отсюда вытекает второй тезис Рорти, закрепляющий базис американской идеологии: американцам следует отказаться от "словаря построенного вокруг слова грех", следует "отделить братство и милосердие, на которых настаивали христианские писания, от идей о сверхестественном происхождении, о бессмертии, о божественном промысле (орфография издания - Д.С.) - и самое главное, от идеи греховности". И тогда, если американский супермен до конца проникнится чувством собственной непогрешимости, его национальная гордость вырастет неизмеримо. Тогда получиться, что как говорит Рорти, "та гордость американцев, на которой настаивают Уитмен и Дьюи, совместима с памятью о расширении наших (то есть американских - Д.С.) границ путем истребления племен, которые препятствовали нашему продвижению, что мы не сдержали слова, данного в договоре Гваделуп Идальго, и что только наша задиристость мачо повинна в смерти миллионов вьетнамцев". Так что сербам не следует рассчитывать на многое: если Бога нет - то все позволено.

Что же, однако, предлагает Ричард Рорти со своими братьями взамен традиционных христианских ценностей? Перспектива намеченная им весьма заманчива. Во-первых, "забывание о вечности" должно быть компенсировано невероятно разросшейся "надеждой на случайное будущее". Низвержение всех и всяческих авторитетов будет восполненно "абсолютной и универсальной авторитетностью" веры в Америку. Наконец, утрата какого-либо позитивного понятия об истине будет компенсировано колоссальным развитием прав всякого рода "меньшинств", прав, которые представляют собой своего рода "святыню" в новой демократической "религии", пророками которой выступают Уитмен, Дьюи и Рорти.

Таков смысл первой части книги в которой философ смелыми мазками рисует контуры слегка подправленной американской идеологии будущего. Две другие части посвещены обсуждению путей достижения, намеченных целей. Рорти здесь помимо прочего обсуждает общий расклад интеллектуальных сил в стране. Помимо того движения "левых реформаторов", для которого он собственно и пишет программу, философ выделяет еще по крайней мере три мощных силы. Во-первых это американские "шовинисты", которые считают "Америку - скорее непобедимой, чем доброжелательной". Во-вторых, черные мусульмане, которые говорят, что "белые люди были созданы ученым-сатанистом как гомункулусы". И наконец, в третьих, американские интеллектуалы, которые, особенно после Вьетнама просто не верят в то, что "их страна имеет будущность" и полностью разочаровались в ценностях американизма. Рорти подчеркивает, что в американских универститетах последняя группа самая мощная в интеллектуальном и количественном отношении, но в то же время он понимает, что она не несет какой-либо позитивной программы, а поэтому просто, до времени, используется другими, "активными", силами. Этих же активных сил только три: это, во-первых, люди вроде Рорти, во-вторых, "шовинисты", а в-третьих, черные мусульмане. Прямо скажем, выбор невеселый...